История Десятихвостого

      Как и ожидалось, вопрос с моим закреплением в Конохе затянулся, так как вынуждал Хокаге призвать к решению не только своих близких советников, но и чуть ли не весь деревенский штат. Главы кланов, вассалы, руководители гильдий и чиновники, все коснулись этого вопроса, так как столь резкое передислоцирование подобного мне «оружия» сильно меняло расклад сил на поле бое, преобразуя тем самым зависимость между странами. Дабы не начать полномасштабный конфликт, Хирузен решил перестраховаться, дав мне возможность чуть ближе познакомиться с Кушиной и Минато.       Под их крышей, скажу честно, мне было так тепло и уютно, словно не знающий нежности бездомный котёнок наконец нашёл свой милый дом. Я не ведала, что происходит, и правильно ли вообще поступаю, так сильно привязываясь к этому месту, которого совершенно не знала, однако чувствовала — здесь мне лучше. Пусть я чужачка, и никогда своей не стану. Пусть я всё ещё опасна для окружающих, пусть незнакома и нахальна, в стенах этого дома всё тотчас забывалось. Опустошалось, уступая давно забытому чувству, о котором перестала заикаться.       

***

— Встреча с хокаге? — всполошилась я, отрываясь от интереснейшей книги, найденной на книжной полке Минато-сана.       Тотчас оживилась, сев прямей на диване и отложив сборник историй в сторону. — Когда?!       Кушина, пришедшая с мужчиной, мило улыбалась моей реакции, прикрывая ладошкой рот, в то время как Намикадзе собранно сообщал мне добрые вести. — Через час нас троих ждут в резиденции, поэтому не стоит медлить. — Поняла! — соскочила с насиженного места, пулей метнувшись к стеллажу, откуда выудила книгу, вернув её на место, а после ускользнула наверх, желая привести себя в порядок.

Немного позже. Резиденция

      В отличии от прошлого раза в зале теперь находились лишь три великих санина, хокаге и его верный советник, вроде как именуемый Данзо. Интересно, почему не пригласили Учиху и господина Шикаку? Мне казалось, они не последние люди в деревне, хотя-я… Может всё дело в том, что в этот раз на них повесели более важную работёнку? Впрочем, это не столь важно в данный момент. — Проходите, — дозволил глава, приглашая нас на алые подушечки.       Мы вежливо поклонились, направившись к указанным местам. И если Минато с Кушиной умостились в стороне, напротив великих шиноби, я, как обычно, села в самом центре, прямо перед хокаге, вынужденная мученически терпеть эти жгучие взгляды. Неприятно, но терпимо. «А эти места для кого?» — спросила сама у себя, глядя на три пустующие подушечки неподалёку.       Ответ нашёлся сам собой, стоило известной мне троице зайти в просторное помещение. — Ю! — воскликнул Ягура, заметив меня посередине зала.       Он бросился мне навстречу, кидаясь в объятия, словно наша разлука тянулась годами, а не парой долгих дней. Всё ж в глубине души мы очень друг друга любили, разделяя какую-то особую тонкую и духовную связь, которой многие могут позавидовать. Может всё дело в крови, пусть с Мэй мы и были куда более разрознены, а может и в характерах. Кто знает? — Ягура! — обняла его что есть мочи, совершенно не стесняясь посторонних.       Тотчас к нам подлетела Мэй, молча обнимая, но так крепко, как никого другого. Свои эмоции она всегда проявляла особо тихо и осторожно, будто бы скрытно, наученная не высовываться лишний раз в угоду сохранности жизни. Такими уж нас взрастила неугодная жизнь, вечно испытывающая разными неприятностями. Однако мы были упрямей. — Вы живы… — прошептала родным, облегчённо выдыхая. — Слава богам, — облегчённо вздохнула Мэй, отрываясь от нас и с такой нежностью одаривая своим изумрудным взглядом, что аж сердце защемило. — Юки, — подал голос притихший в сторону Мангецу, решивший не мешать нашей милой идиллии. — Всё в норме? — спросил он, боясь подобрать не те слова, поэтому изъясняясь предельно размыто и аккуратно, учитывая что здесь сейчас находилось достаточно много лишних ушей.       Пусть их и ввели в курс дела, в чём я не сомневалась, однако недоверие всё равно осталось, и не просто так. Из нас четверых Хозуки ещё застал те времена, когда Лист и Туман несчадно убивали друг друга во имя непонятной цели, ведомой лишь высшим чинам. Кровь, боль и всеобщая погибель затронули его в очень малом возрасте, поэтому будучи пусть и не столь возрастным, однако достаточно умелым воином, подчинившим себе Хирамекарей, Мангецу всегда оставался начеку, даже на родной земле. — Д-да… — рассеяно кивнула ему, сама не уверенная в своих словах. — Нас не тронут.       Эти слова дались мне куда свободней, вынудив и остальных уверовать в них. Родные чуть ослабили пыл, взглянув на собравшихся недругов уже с более доверительной точки зрения, внимая моему зову. Это несомненно трогало, однако и волновало, ведь я не желала подорвать ничьё доверие. — Прошу, присядьте, — вдумчиво произнёс Хирузен, указав на четыре подушечки напротив себя.       Мы повиновались, рассевшись по местам, попутно оглядев зал, заполненный незнакомыми для большинства иноземцев шиноби. Ягура умостился рядом со мной, ближе к центру, а по обе руки от нас расположились старшие, призванные стать не просто подспорьем, но и защитой. — Прошу прощения за поднятый переполох, однако я не мог пустить дело на самотёк. Мои люди были весьма встревожены вашей выходкой, — он строго глянул на Ягуру, что нехотя стушевался, будучи ещё совсем мальчишкой.       Ребёнком, вынужденным взвалить на себя непосильную ношу. Тяжкий груз. — Приносим свои извинения за этот сумбур, — заговорил Хозуки, взяв инициативу в свои руки. — Мы не хотели причинять вреда, однако были вынуждены действовать по обстоятельствам. — Вы ведь Хозуки, — неожиданно заговорил Данзо, сидящий, словно тень, чуть поодаль от Хирузена.       Мангецу смерил того хмурым взглядом, почувствовав явное недоверие и опасность. Значит не мне одной Шимура показался странным типом. — Мангецу Хозуки, — сухо кивнул, после чего вновь обратил взор на хокаге. — Я наставник этих трёх генинов и по совместительству охранник нашего бидзю. — Охранник? — всполошилась Кушина, явно недовольная услышанной фразой. — Не поймите его неправильно… — взяла слово. — Мангецу присматривал за мной, сколько себя помню. Он кто-то вроде телохранителя и опекуна. — Так вы тоже в курсе, кем является ваша подопечная? — уточнила хмурая Цунаде, так и не изменившись с нашей последней встречи.       Видимо у неё были какие-то личные счёты с кем-то из воды, а может даже с джинчурики, коль она так едко на меня поглядывала. Впрочем, у всех здесь есть претензии друг к другу… В нынешнем мире это весьма неудивительно, учитывая политические тенденции. — Само собой. — Не сочтите за грубость, но давайте поскорей приступим к делу, — заговорил Ягура, смотря на притихшего хокаге весьма строгим взглядом. «А мелкий порой может побыть и таким… Как же быстро он растёт, эх…» — Не стоит вмешиваться в разговор, когда взрослые ведут беседы, — хмыкнул Орочимару, с каким-то снисхождением глянув на брата.       Тому само собой это не понравилось, вынудив ответно хмуро зыркнуть в его сторону. — Сарутоби-сан, так что вы решили? — встряла в зарождающуюся перепалку, одарив главу деревни очень требовательным взглядом.       Тот не спешил отвечать, держа нас в каком-то неприятном неведении, будто умелый рассказчик своих юных зрителей. — Я бы хотел услышать ваш план, — честно ответил он, не спеша тешить какими-то несметными надеждами.       Мы переглянулись, дав Ягуре слово, ведь именно он был ключевой фигурой всей этой эпопеи. — Всё базируется на том, какое место в этой истории захочет занять Коноха, — Ягура говорил без напора, но с чёткостью юного полководца, не знающего страха и не ведающего упрёка.       Для кого-то глупый и дурной, но для нас весьма смышлёный, а главное объективный. Пусть по характеру он и вспыльчивый, в планировании и управлении он совершенно иной, и мы об этом прекрасно знали. — Если вам угодно будет вмешаться и взять от сей смены лидеров свою долю — пожалуйста, она будет равносильна вложенным ресурсам. Если же предпочтёте остаться в стороне и не вмешиваться во внутренний конфликт — нас это так же устроит. — Просил о конкретике, а сам изъяснился настолько размыто, насколько только может выходец страны Воды, — хмыкнула Цунаде, не сдерживая своих порывов.       Она тут была в почёте, поэтому позволяла вольности, пусть зачастую хокаге и приходилось её приструнять. Мы нахмурились, слыша в сказанном откровенное пренебрежение и неверие, что, отчасти, оправдано, но в нынешних обстоятельствах весьма излишне. Мы тут как бы союз выстраиваем, а не полемикой занимаемся, так пускай попридержит свой едкий язычок для более фривольного разговора. — Какова ваша цель? — строго спросил Хирузен, смотря на брата, словно на несведающего юнца.       Впрочем, он был не так далёк от истины, ведь Ягуре было чему у него поучиться. Хотя, назвать его простаком тоже нельзя, мой брат весьма одарён, как и все в нашей семье. В ином случае здесь бы он не сидел, уже поверьте. Наш отец тоже не глуп, на погибель наследника не отпустит. — Защита семьи, — чётко и уверенно ответил Теруми, удивив ответом многих из присутствующих. — Можете пояснить? — попросил Минато, не до конца понимая задумку высказанных слов.       Ягура смерил его немного строгим взглядом, после чего чуть расслабился, видимо почуяв то, что и я когда-то. — Наш отец — нынешний мизукаге — крайне жалкий в своей сути человек.       Слова брата всех поразили, пусть я и неоднократно повторяла, что среди отпрысков Рена нет его почитателей. — Нашу мать он никогда не любил, а к правящей семье относился с завистью и пренебрежением, будучи выходцем из достаточно посредственного рода без каких-либо особых техник или умений. Каратачи Рен, ныне носящий фамилию нашей матери — Теруми, с самого начала желал не счастливого брака, а власти, сфокусированной в маминых руках. Воспользовавшись старинным техниками своего рода, которые были запрещены ещё первым мизукаге, он обеспечил себе место в нашей семье, а после укрепился в ней, породив на свет наследника. — Как вы это допустили? — спросила Кушина, понимая, к чему ведёт сия драматичная история.       Мы притихли, удручённые болезненными воспоминаниями, гниющей раной оставшимися на сердце. — Пусть наш отец и не был уникальным, он оказался весьма хитрым и достаточно способным, чтобы выделиться из толпы, — с тяжестью заговорила Мэй, не поднимая на остальных печальных глаз. — В своё время ему даже пророчили место в отряд Семи мечников тумана, а, как вы знаете, абы кому подобное звание уж точно не предлагается, — добавила я, зная не мало о прошлом отца. — Однако, несмотря на все достижения и регалии, его план дал огромную трещину. — Трещину? — переспросил Джирайя, именно так звали этого гиганта. — Рождение Юки стало для родовой династии потрясением, — заговорил Мангецу, опасливо поглядывая на меня.       Однако мне было уже как-то всё равно, ведь я и так знала, что являлась нежеланным ребёнком. Многое бы изменилось, родись Ягура на свет чуть раньше, заместо меня. Я часто слышала этот упрёк в свой адрес, и правда начав считать, что братец подзадержался на небесах, прейдя в этот мир с большой задержкой. — Обычно, подобные ей… — он не нашёл что сказать, вынудив взять инициативу в свои руки. — Моя метка передавалась в нашем клане от первенца к первенцу, при этом умертвляя предыдущего носителя, дабы на свете не оставалось двух подобных монстров. — Ю, — фыркнул Ягура, недовольный моими словами.       Однако мне было всё равно. — Все были уверены, что Мэй родится одарённой, начав новый цикл. Однако при рождении метки на её теле так и не было обнаружено, да и спустя некоторое количество времени мама не подавала признаков увядания. Напротив, жизнь в ней бурлила ключом, как отмечали многие. — Что за бред? — фырчала Цунаде, не желая мириться с фактом, что какая-то неопознанная техника может так просто лишать человека жизни в угоду нового тела. — Хотите сказать, что ваша мать должна была стать сосудом для нового хранителя, а после его рождения испустить дух? — Орочимару даже не пытался скрыть своей воодушевлённости, видимо видя во всём этом какой-то удивительный шаг в рамках эволюции.       Благо никто иной его энтузиазма не разделял, поглядывая косо и даже осуждающе. — Так было и с нашей бабушкой, как мы знаем, однако так как информации сохранилось мало, точно утверждать мы не можем, — заговорила Мэй, бледнее с каждым словом всё больше и больше.       Ей явно было тяжело говорить о смерти матери, что не мудрено, ведь её она знала дольше всех нас. — Все ожидали её скорейшей смерти, — фыркнула сама на себя, лишь отголоском помня родной голос, что так нежно зовёт меня куда-то в белую даль. — А отец больше всех, желая прибрать к рукам всю власть, что сосредоточена в руках матери, вот только к его несчастью даже после моей смерти она продержалась достаточно долго, несмотря на болезнь, аж породив на свет ещё одного ребёнка.       Ягура как-то болезненно сконфузился, будто бы извиняясь за сам факт своего рождения, хотя его вины в этом абсолютно не было, пусть он и считал иначе. — Мама была последним рубежом моей защиты, ведь уже в младенчестве я проявляла свои нечеловеческие способности.       Все оживились, наконец задавшись конкретным вопросом, о каких же сила я всё им твержу. — Чего именно боялся ваш отец? — хмуро прохрипел Данзо, одарив меня строгим взглядом.       Вся наша четвёрка стушевалась, зная, насколько плачевна будет ситуация, окажись информация о моей силе не в тех руках. Однако именно она была ключевой в нынешней сделке, и мы все это прекрасно понимали. — Силы, что способна стереть с лица земли целые нации, — сухо сказал Ягура, смотря Шимуре прямо в глаза.       Тотчас по залу пробежала волна неспокойной чакры, дозволяющей понять — все здесь крайне всполошены услышанным. — О чём вы говорите? — нахмурился Хирузен, поглядывая попутно на Минато, что из всех оставался удивительно спокойным.       Я решила взять всё в свои руки, так как вина за нынешний сумбур лежала именно на моих плечах. — Видите ли, сказав, что я являюсь Джинчурики, немного вам наврала. Точнее, недорассказала правду.       Цунаде готова была сиюминутно наброситься на меня и повязать, как предателя и заговорщика, однако её быстро схватил Джирайя, дожидаясь приказа наставника. Тот сидел грузно и величаво, однако в глазах я видела его беспокойство и непонимание. Оно и очевидно, не каждый же раз к тебе приходит какая-то малолетка и утверждает, что способна чихом снести небольшой район. Для смирение с подобным нужны стальные нервы и немалая выдержка. — Объяснись же, — попросил он, но с долей приказа. — Мы не знаем, откуда в нашей семье эти силы, как попали к нами и почему вообще продолжают существовать, — начала издалека, надеясь хоть немного подготовить их к неумолимому. — Однако факт остаётся фактом, эта сила передавалась в нашем роду из покон веков, от матери к дочери, и так по кругу. Сила, способная называться нечеловеческой. Будь то происки богов или демонов, одно остаётся фактом, мы не вольны ей распоряжаться. Она часть нас, а мы её неверные заложники. — Хватит разглагольствовать! — гаркнула Цунаде, ударив по полу с такой силой, что аж трещины пошли.       Сидящие рядом санины поспешили её успокоить, тогда как моя братья унимала разгорячившийся пульс, ведь с этой горячеголовой женщиной они сталкивались впервые, явно не готовые к её эмоциональным всплескам. — Я джинчурики всех девяти хвостатых.       Повисла звенящая тишина, увлекающая остальных в какие-то замысловатые дебри недобрых эмоций. В глазах собравшихся людей я видела как страх и ярость, так и какое-то удивительное сочувствие и даже интерес. Странное ощущение, однако я постепенно к нему начала привыкать. Всё ж в Конохе и правда к «проклятым» относились немного иначе, чем в других уголках земли. — Как это? - спросила притихшая Цунаде, в то время как глаза сидящего рядом змея засверкали каким-то недоброжелательным огнём. - Разве такое возможно? - уточнил Джирайя, гляну на ученика.       Минато рассеяно кивнул головой, пусть истины и не ведал. Лишь основывался на отточенную интуицию, что, видимо, редко его подводила. - Как ты можешь это подтвердить? - фыркнул на меня хмурый Данзо, готовый прямо здесь придать закону и лишить жизни.       Страшный он всё же тип. - Ю... - Мангецу беспокойно оглядел, понимая, что меня вынуждают сделать то, что мне не по нраву.       Он старался защитить, несмотря нато, что высказанная мной новость и для него стала открытием. Однако, думая, домочадцы и без того догадывались, что простым джинчурики меня назвать нельзя. Всё куда сложней и путаней. - Всё нормально, - я уверенно кивнула, после чего обратилась за помощью к Хвостатым.       И пусть моя просьба показалась им глупой, часть из них всё же пошла на уступку, позволив мне сделать задуманное. - Прошу вас сохранять спокойствие... - сложив несколько печатей одной рукой, нехотя встревожила взрослых. - Бидзю не столь гостеприимны, как вам бы того хотелось, - с этими словами завершила серию печатей, перенеся всех собравшихся в "комнату", в которой с недавних пор начала проводить всё больше времени. - Что за...?! - Цунаде дёрнулась, однако встретившись с горящими недобрым огнём глазами Четырёххвостого тотчас притихла, застыв от волнения. - Это место... - Хирузен огляделся, оглядывая озадаченным взглядом клетки с номерами. - Надо же... - протянул довольный Орочимару, готовый бездумно сунуть руку в клетку к ближайшему зверю. - Немыслимо, - фыркнул Данзо, оставаясь подле хокаге. - Юки... - брат с сестрой оглядели с ног до головы, однако я, несмотря на ситуацию, оставалась спокойной.       Кушина проделала большую работу, поспособствовав моей адаптации в комнате, так что сейчас уже со мной всё было хорошо. - Дурная девчонка, как смеешь ты пускать сюда этих чужаков?! - рычал Четырёххвостый, махая пушистыми отростками, что создавали мощные потоки ветра. - Кого хочу, того и пускаю в своё подсознание, - ответила ему, удивившись молчаливости Однохвостого.       Обычно он на пару с этой макакой кричал громче всех, а тут и ни звука не произнёс. Удивительно. - Их и правда девять... - шепнул сам себе Джирайя, переглядывая с учеником. - Кто бы мог подумать. - Кушина! - зарычал на нас разъярённый лис, хватаясь за клетку. - Совсем страх потеряла?! Учишь эту мелкую дрянь таким древним техникам! - Заткнись, глупый лис, - фыркнула Узумаки, гордо расправляя плечи, зная, здесь ей ничего не угрожает. - Ты-ы... - он попытался вырваться, царапая прутья и разливая воду под нами. - Достаточно, - сухо сказала я, использовав обратную печать, вернув всех в реальный мир.       Все выглядели уставшими и измотанными, наверно, кроме нас с Кушиной, привыкшим к подобным нравоучительным испытаниям. - Надо же... Ты и правда не врала... - прошептал Хирузен, снимая с головы именитую шляпу хокаге, желая протереть потный лоб и дать себе чуть больше кислорода. - Я была с вами честна всё это время, Хирузен-сан. И я надеюсь на вашу добродетель, ведь доверила столь ценный секрет. - Ты хоть понимаешь, что делаешь? - Цунаде скрипела зубами, ища во всём лишь тёмные стороны.       Мне это не нравилось, однако и её можно было понять. С её-то опытом, уверена, она пережила не мало тяжёлых битв, в которых потеряла дорогих людей. Риски, особенно такие, казалось бы, бессмысленные не были частью её характера. - Пытаюсь выжить, - сухо ответила ей, немного ощетинившись и охладев.       Устала подстраиваться под остальных, почувствовав силу, дарованную мне самими небесами. Всеобщая реакция дала понять, что я обладаю действительно нечеловеческой мощью, а значит могу позволить себе гораздо больше, чем думала ранее. Одно моё слово, и это место взлетит на воздух, пуст и ценой собственного благополучия. Эта мысль не давала мне покоя некоторое время, порождая весьма алчные желания, которые я всё же старалась тушить в своей душе. - Где гарантии того, что ты нас не предашь? - заговорил Данзо, одаривая презрительным, явно не пылающим сочувствием взглядом. - Почему мы должны тебе помогать? - Потому что в случае содействия вы получити в своё обладание настолько ценный военный ресурс, который и не снился вашим врагам. - Юки, - Мангецу хотел было что-то сказать, однако не успел. - Для вас я, да и любой другой джинчурики не более, чем дикий зверь, посаженный в клетку. Так не лучше ли вам первыми взять в руки эту цепь, что удавкой затягивается на моей шее? - обхватила горло одной рукой, давая понять, что не шучу. - Вам предоставлена такая хорошая возможность обеспечить себе благополучие на долгие годы, напомнив соседям о своём могуществе, так почему бы этим не воспользоваться, коль цена так мала? Или вы предпочтёте умыть руки, но попасть под прицел вооружившегося соседа? - Хватит, - голос Хирузена был строг и холоден, вынуждая всех умолкнуть и отдать ему всё своё внимание. - Я услышал твои требования, Юки Теруми, - одарил очень строгим взглядом, отдающимся мурашками по телу. - Однако, где гарантии, что этот поводок останется у нас в руках и после исполнения договора? - Минато-сан станет этой гарантией, - уверенно ответила я, уже обговори в с ним этот вопрос. - Техники клана Намикадзе не зря прославлены даже за пределами этой страны. Уверена, он станет для вас хорошей подушкой безопасности и моим сдерживающим фактором.       Слова возымели эффект, особенно после одобрительного кивка самого Минато, что перевернул ход переговоров, позволив нам ступить дальше. - Хорошо, значит, с этого дня, ты переходишь под полное попечительство Минато и Кушины. - Благодарю за ваше пониманием, - наклонила голову, радуясь тому, что план прошёл удачно. - Теперь, обсудим детали...