История маленькой девочки

Слухи о возвращении драконов дошли до Рорикстеда весьма быстро, уж точно быстрее этих самых драконов. Но поскольку драконы были где-то далеко и непонятно точно где, а свои проблемы были тут рядом, в слухи город верить отказался. Релдит считала, что драконы и нападение на Хелген — чушь собачья, а имперцам надо было просто свалить на кого-то свой провал. Эннис неодобрительно косился на присланных из Вайтрана на «защиту» города стражников, подозревая их во всех смертных грехах, и совершенно не верил их заявлениям о том, что жутких монстров они видели лично. Эрик, хоть и клятвенно пообещал убить любого дракона, который только попробует сунуться в их городок, сам же рассмеялся своим словам, добавляя, что делать ему этого не придется. Лемкил (назвать этого человека отцом у Сесиль с трудом поворачивался язык) говорил, что это детские страшилки да попытки пустить пыль в глаза народу. И заканчивал неизменным упреком: «Лучше бы ты так работала, Сесиль, как расспрашиваешь про всякие бредни». А Сесиль верила, верила, не слушая никого. И даже себе она не смогла бы признаться, что единственной причиной этого были её сны. Сесиль точно знала, что недалеко от города есть драконий курган, слышала из разговоров взрослых. Только вот о том, где именно он находится, взрослые почему-то не говорили. Осознав, что от них Сесиль ничего не добьётся, девочка сама начала поиски древней могилы. Времени на это ушло немало, пришлось хорошенько облазить все окрестности, но сдаваться Сесиль не собиралась. Она, почему-то, сама не зная причины, была уверена, что найдёт у кургана дракона из своих снов или хотя бы что-то, что подскажет, где он. Но дракон, парящий в небе над найденной ею могилой собрата, был чернее ночи и явно пришёл не из добрых снов. Скорее сбежал из самых страшных кошмаров: горящие злым огоньком глаза, огромные острые зубы, ужасающие шипы. Сесиль стояла и смотрела на дракона как завороженная. Она все ещё не в силах была осознать — принять — происходящее. Ликование от своей правоты быстро сменилось ужасом, ведь какой смысл быть правым, если скоро ты не сможешь просто быть? — Нааглив! Зил гро дова улсе! — прокричал дракон, эхо усилило его слова, а ветер разнес их по округе, заставляя ломаться ветки деревьев, сотрясаться землю и разбегаться в паническом ужасе всех живых существ. — Слен тид во! Повинуясь голосу дракона, курган пришёл в движение, заворчал, трескаясь и осыпаясь тысячелетней пылью. На древней каменной кладке показался драконий скелет. Ничуть не тронутые временем кости медленно-медленно покрывались мясом, мышцами, сухожилиями и связками, следом существо обросло жесткой кожей, грязновато-серой чешуёй и острыми, почти как у его собрата-воскресителя, шипами. На глазах девочки сын Акатоша возродился в золотистом сиянии. Он собрался из разбросанных по реке времени частей, вернулся в мир, присвоенный людьми, чтобы показать, кто в нем настоящий хозяин. Землю сотряс рев уже второго дракона, который лишь часом ранее покоился в ней, а теперь был готов уничтожать все живое. Драконьим ревом в голове Сесиль прогремела мысль о том, что если они нападут, то на ближайший город, на Рорикстед, и надо срочно всех предупредить. Дети Акатоша её пока ещё не заметили, или не сочли нужным уделять внимание такой мелкой мошке, а значит, есть шанс успеть. Сесиль побежала в сторону города, так, как никогда не бегала раньше, путаясь в длинном не предназначенном для бега платье, спотыкаясь о коряги, на которые у неё не было времени смотреть, разрывая одежду и кожу о колючие ветки деревьев и кустов. Сесиль взбаламутила весь город, подняла на уши всех, кто в нем был, пытаясь предупредить о грядущем кошмаре, но уперлась в стену недоверия и предрассудков о «девочке, которая просто хочет привлечь к себе внимание». Она кричала, требовала, просила, плакала и умоляла людей послушать её. Но никто укрываться в безопасном месте — подвале поместья Рорика, которому не страшен был никакой пожар, — не хотел и все её попытки оставались тщетны. Поверили ей только Жуан, который вполне мог просто пытаться успокоить девочку, и вредина-Бритта, которая прекрасно научилась различать, когда сестра врет, а когда нет. Стражники только посмеивались: мол, дракону здесь делать нечего, а тебе бы, девочка, следовало бы себя в нормальный вид привести. Эрик самоуверенно заявлял, что пока он в городе, драконов можно никому не бояться. А Лемкил отправил дочь куда подальше: раз уж работать не хочет, то пусть хотя бы другим не мешает. Сесиль застыла в отчаянной попытке хоть кого-то предупредить, когда появилось живое подтверждение её словам — дракон, приближающийся с громким шуршанием крыльев и разрушающим все ревом. Нааглив, вспомнила имя дракона девочка, чем-то неуловимо напоминал её доброго седого дракона. Может у них был одинаковый размах крыльев или величественный вид, а может, и что-то ещё. Девочка всего на мгновение увидела в нем гостя своих снов и уже почти поверила, что ещё чуть-чуть, и всё будет хорошо, добрый дракон их защитит. Но реальность в которую её вернула сестра имело мало общего со сном. Бритта за руку потянула Сесиль в сторону убежища, они были последними, кто ещё не укрылся. Игра в прятки-салочки со смертью началась, основные правила: беги как можно быстрее, пока есть силы, прячься в защищенном от огня месте, потому что далеко убежать не сможешь и надейся, что пронесёт, и ты останешься жива. Не сильно сложнее их обычных забав, так? Значит, и тут она справится, они справятся. В дом Рорика, единственное место, где можно переждать беду, сестры вбежали, когда дракон уже готовился сжечь те части здания, которые могли гореть. Бритта спускалась в подвал первая, Сесиль сразу за ней, и она уже закрывала люк, когда в дверях показался её отец. Он хромал на недавно подвернутую ногу и, как всегда, был жутко злым. Его появление не было чем-то удивительным или неожиданным, их огород расположен достаточно далеко от дома старшего в городке, на самой окраине Рорикстеда, а с учетом травмы идти быстро Лемкил не мог. Сесиль внимательно рассматривала отца. Она думала, взвешивала в голове воспоминания, мысли и варианты развития событий. Спасти или?.. Сесиль бросила короткий взгляд на недавно сросшуюся и все ещё болевшую после удара «любимого папы» руку. И закрыла вход прямо перед лицом Лемкила. Секунда, другая, третья, и сверху послышался хруст ломающегося под ревом дракона дерева, падающих перекладин и крыши. Если бы вход был открыт, он успел бы спастись. А так… Жар драконьего пламени Сесиль почувствовала даже через толстый слой камня, дерева и используемой для скрепления глины.