Прозрачная могила
5 января 2021 г., 17:47
— Сэр… — без стука войдя в кабинет Скарлет улыбалась во все тридцать зубов. Два дальних на днях кто-то выбил, а зайти в госпиталь и вставить новые никак не доходили руки, так что на месте двух резцов зияли чёрные дыры. Киса терлась у ее ног, издавая утробные рычания, видимо присутствие хозяйки дарило животному некое чувство особого удовольствия. Весь вид молодой женщины говорил о нетерпении, она словно вожделела, походила на голодного азартного хищника перед прыжком на жертву. Ее взгляд выражал жгучую ненависть и зависть, теперь она даже не скрывала ее.
Положив на стол приказ с парой размашистых подписей, брюнетка победно усмехаясь наблюдала за тем как Эвелин пробегает взглядом по страшным для него строкам. Сохраняя уверенность, что это выведет его из равновесия, ее губы скривились в гадкой улыбке. Однако парнишка не позволил ожиданиям совпасть с реальностью. Теперь усмехнулся уже он, — Отлично, Скарлет, нашла ещё кучку предателей. Но чего же ты не обратилась ко мне с доказательствами их измены? Прыгать выше головы, м-м, как это низко, как раз в твоём стиле.
— Так надёжнее, — подобная реакция заставила женщину с горечью прикусить губу. Надежда, что задетый за живое начальник как-то выдаст себя сыпалась прямо на глазах.
— Что ж, хочу ещё раз сам взглянуть на доказательства измнны, а после этого мы сразу накроем их. Подготовьте мою карательную группку.
— О-о, вы меня недооценили, — дьявольские огоньки в серых глазах так и предвещали нечто плохое, а смотря в них чуть дольше положенного мог появиться настоящий ужас. Кровожадные, жестокие, в них совсем не оказалось ничего человечного. Беспринципная женщина явно один большой сборник пороков без каких-либо положительных качеств. Ради своей цели она пойдёт на все, — Согласно приказу я уже накрыла их территорию силовым полем, они не выберутся через порталы даже если заметят его. Так что остаётся лишь взять зверя из клетки. Не благодарите за такую быструю организованность.
— Скарлет, я жду улики, — настойчиво ответил Эвелин, сложив руки на груди и выжидающе смотря на женщину, наблюдая за тем как она самодовольно усмехается и неспешно удаляется из кабинета.
Камер здесь не было, но тем не менее, парень осмотрительно зашёл в уборную, что у него как у начальника была собственная. Дрожащими руками набирая номер по шифрованному каналу брюнет до крови кусал губы, надеясь, что ему ответят. Кончики пальцев уже сильно дрожали, да даже дыхание от страха полностью сбилось, став тяжёлым словно после длительного бега. Когда уже казалось, будто ответа не будет, послышался голос Озэму и Эвелин сразу начал выдавать ему информацию, строго и по делу, — Вас накрыли силовым полем. Вы должны его разрушить как можно скорее. Собирайтесь и бегите к краю территории, пока дом не разнесли взрывом. Не забудьте противогазы. Мы будем у вас через десять минут. Вы должны успеть выбраться, — он хотел сказать что-то ещё, хотя бы то, что боится потерять единственного, кто кроме брата стал дорог, но вовремя опомнившись, вспомнив что длительные разговоры по подобному методу шифровки легче отследить, отключился.
Прижав руку ко рту и до крови прикусив палец брюнет с силой ударил ногой в стену отчего там осталась маленькая, но заметная вмятина. Схватившись за волосы и довольно сильно потянув, он прижался лбом к холодному металлу. Широко открытыми глазами смотря вперёд Эвелин начал буквально задыхаться, не в силах справиться со стрессом, что с каждой секундой становился только сильнее. Страх, паника, надвигающаяся истерика, все мысли путались в комок чего-то ужасного и чрезвычайно мучительного. По его щекам быстро потекли ручейки слез…
— Вот, смотрите. Несогласованное убийство сотрудника безопасности, покупки товаров на чёрном рынке, нелегальные перемещения, тут камеры засняли связь одного из них с мужчиной, здесь дрон засек особо разыскиваемых преступников на территории особняка в котором они живут, — держа в руках отчёты, голораммы и прочие вещдоки, Скарлет незаметно до боли сжимала руку в кулак. Невозмутимое лицо Эвелин прямо перед ней, насмешливое, словно все это был не ее гениальный план по выведению подлеца на чистую воду, а лишь запланированное им же действие. Ситуация утекала из ее рук, все рушилось, сводилось крестом на этой ухмылке, — Мне продолжать?
— Нет, Скарли, зачем нам терять время? — окинув взглядом свою группу из десятка лучших, самых отбитых, особо отличившихся карателей, парень поднялся, быстро надевая особо прочный защитный костюм. Полностью чёрный, он походил на кожу какой-то рептилии, а лицо полностью скрывал специальный шлем. Пробить такую броню даже пулями не так то легко, ее надевали лишь на задания, отмеченные повышенной опасностью, ну или при выходе за стены, — Вперёд. Приведём приговор в исполнение и побыстрее. Нельзя дать им уйти.
Необычным свойством силового поля было то, что открыть портал из него в любое другое место невозможно, а вот наоборот, переместиться внутрь — запросто. Стоя в лесу, недалеко от особняка, но так, чтобы из окон нельзя было заметить, парочка самых умных отморозков из этой банды рассчитывали траекторию выстрела. Буквально несколько секунд и земля содрогнулась от тяжёлого взрыва, если бы не специальная защита, даже на таком расстоянии от эпицентра их всех бы кантузило. Подойдя ближе к месту, где раньше располагался дом убийц, оранжерея и уютный дворик, каратели внимательно все осмотрели. Теперь здесь остались лишь руины, силовой взрыв не породил ни огня, ни воронки, да даже сам каркас дома остался цел, разве что стекла и многие другие поверхности просто полопались и вылетели, с живыми существами должно было произойти нечто подобное. От таких взрывов их обычно просто разрывало изнутри. Кровь, кишки, оторваные части тела — довольно грязный, но действенный способ убийства.
Несколько гранат сделанных особым образом были оставлены рядом. Из них очень быстро пополз едкий сероватый туман. Весь металл и другие материи, до которых он касался очень быстро разъедались и рушились. Лишь специальная материя костюмов спасала от плачевной участи и фильтры воздуха, что защищали от ядовитых, но уже не видимых паров, получаемых в ходе реакции газа с воздухом. Смертоносное оружие должно убить тех, кто не погиб, ну, а чтобы наверняка все каратели разделились, прочесывая территорию, дабы убедиться в стопроцентной смертности и полном выполнении задания.
— Черт! — кричал Нэйд, раз за разом выстреливая в силовой барьер и пытаясь его разрушить. Противогаз несколько приглушал шум, так что с дальнего расстояния его не должны были услышать, чего никак нельзя сказать о выстрелах и прочих попытках сломать невидимую стену мешающую идти дальше. Сэкера и Сэкери громко плакали, однако Элли крепче прижимала защищённую изолированную люльку к себе, стараясь успокоить малышек.
— Все отойдите и на землю! — скомандовал Озэму сразу же как только Акигава закончил закладывать взрывчатку. Прогремевший взрыв явно услышали все и теперь каждый из десяти карателей направлялся именно сюда, прямиком к своим жертвам. Такая сильная встряска принесла свои плоды, по невидимой стене, словно в воздухе появились ярко-красные трещины, светлея кверху и уходя далеко ввысь, — Этого мало, давай ещё! У нас почти нет времени!
Территория полностью находилась на равнине, так что просматривалось пространство очень далеко и сейчас Озэму заметил совсем далеко, но в поле зрения белый туман, ползущий по земле прямо к ним. Да, противогазы защищали от паров, но материя способная спасти тело от действия подобных газов находилось лишь в руках империи, никто, даже убийцы не могли достать ее, что не удивительно, подобное оружие беспроигрышный козырь.
Снова взрыв, трещин стало больше, казалось, теперь они глубже. Взрывчатка кончилась и было необходимо как-то продолжать ломать силовой барьер. Парни стреляли в него из всего имеющегося оружия. Трещины становились все больше и больше и вот, некоторые из них стали уже низшами. Купол должен был вот-вот поддаться, однако пара выстрелов, пули попали точно в цели, ранив нескольких парней. Мало того что разрывные, так ещё и специальное вещество парализовало жертв, заставив их моментально рухнуть на землю, осмысленным взглядом смотря перед собой, разум оставался в порядке, а вот тело переставало поддаваться контролю.
Истерично рассмеявшись, Эвелин бесстрашно подошёл ближе всех к жертвам и метнул свой топор, с лезвием раскаленным до максимальной температуры прямо в них, словно случайно попадая мимо, в стену, как раз в самое поврежденое место. Это стало концом, трещины очень быстро поползли вверх, окутав весь купол словно страшные кровоточащие раны. Раздался трескающийся звук и барьер рухнул. Никто из карателей не успел совершенно ничего сделать, как все новоиспеченные преступники скрылись в портале, утаскивая за собой обездвиженных друзей.
— Как?! Как вы посмели их упустить?! — истерично кричал, надрывая связки Эвелин. Замахнувшись от со всей силы ударил лезвием по голове стоящего ближе всех члена команды, — Они сбежали! Как вы посмели?! — он уже не сдерживался позволяя истерике окончательно овладеть им, теперь это можно списать на горечь провала, так что парень дал себе волю. Упав на колени он просто схватился за голову продолжая бессвязно кричать и истерично бить кулачком по земле, то и дело сжимая высокие стебли, с силой выдергивая траву из почвы.
Сначала поимка брата, теперь такой риск для Озэму, все это довело нервы до окончательного предела, апогея их возможностей, а дальше начиналась пропасть безумия и окончательной потери рассудка.
Перевернувшись на спину Эвелин все так же прижимал руки к голове. Перестав кричать он начал смеяться, сначала тихо, но все громче и громче, надрывисто, как-то отчаянно, явно впадая в жуткое бесконтрольное сумасшедшее состояние.
***
Возможность навестить предоставилась лишь через несколько дней. Открыв портал, Эвелин оказался в комнате брата, сразу встретившись взглядом и с ним и с Озэму. Замерев на месте он долго смотрел то на первого, то на второго, а после задрожал и прижав руки к лицу шумно разрыдался, не в силах сдерживать эмоции. События последнего месяца окончательно добили его психику и это было ясно. Почувствовав, как его обняли с двух сторон, парень лишь сильнее поддался своей истерике. Наконец он смог испытать облегчение и сейчас остатки испытанного стресса со слезами вырывались наружу, оставляя за собой лишь пустоту и приятное облегчение. Лежа на кровати между любимым убийцей и Джеком, Эвелин долго молчал. Наконец взяв лицо Озэму в руки он прошептал, — Я так боялся за тебя… Но ты даже не ранен, — чуть наклонившись он коснулся любимых губ, сливаясь в чувственном, успокоительном поцелуе. Нежность, забота, а уж тем более поцелуи всегда были лучшим средством от нервов, однако сейчас парень хотел ко всему прочему показать и свои чувства. В последнее время то самое ощущение смерти и приближающегося конца не переставали покидать его, знал, что в новом мире для него нет места, его в любом случае обрекут на казнь за все деяния, да и империя подобралась слишком близко к предательству — Эвелин чувствал это. Понимал, что после смерти о таких как он никогда не напишут в истории, постараются предать забвению как позорные примеры человека как вида и никто никогда не вспомнит. Парнишка искренне желал чтобы память о нем хранили хотя бы эти два человека. — Я нет, а вот Дейз, — Озэму отвёл тяжёлый взгляд в сторону, снова думая лишь о том страшном состоянии в которое впал его друг. Теперь он не покидал госпиталь, — Его раны не заживают, они гниют… Как и все остальное тело. Какая… Страшная смерть. — Синдром расщепленного тела? Ха! Недолго ему осталось, — заметив взгляд полный боли и какого-то безысходного отчаяния, Эвелин решил, что ему лучше заткнуться и притих.***
— Уйди… — тяжело дыша прошептал Дейз, мутный взглядом смотря на Иошихиру, что сидел рядом и так нежно сжимал его руку в своей. Только узнав о своей болезни на самой ранней стадии, убийца принял решение никому не говорить. Поначалу пытался лечиться, примерно принимал все выписанные лекарства, но, кажется, от них стало только хуже. Он бросил любое лечение и в конце концов смирился с неизбежной смертью, хотел уйти тихо и незаметно, а не вот так, когда любимый человек сидит рядом и наблюдает за всеми его страданиями и болью. — Я не уйду… Если тебя и нельзя спасти, я останусь рядом до конца, — блондин всегда уважал чужой выбор, но в этот раз он знал, что это лишь попытка защитить друзей от боли, мучительного лицезрения смерти кого-то близкого. Каким бы решительным ни был человек, как бы стойко он не переносил все жизненные трудности, умирать всегда очень страшно, так что Иошихира хотел облегчить страдания друга, чтобы в последние минуты он знал что он не один и было не так страшно. Окинув юношу равнодушным взглядом, убийца ничего не ответил, лишь хотел перевернуться на бок дабы не видеть его, но глухо вскрикнув от боли вернулся в прежнее положение. Множество катетеров и разных капельниц, что постоянно закачивали в его полумертвое тело лекарства, чуть колыхнулись от резкого движения. Даже такое количество обезболивающих не помогало, хоть и облегчало состояние. Тяжело дыша, закинув голову назад, Дейз уже сто раз пожалел о столь неловком, необдуманном движении. Кусая губы Иошихира смотрел вниз на их руки. От боли парень так сильно вцепился, что ладони побелели у обоих, он словно хватался за последнюю надежду, с таким отчаянием… Долго наблюдая за мучениями блондин дождался некого облегчения и едва слышно всхлипнув, отвернул лицо, прошептав, — Я люблю тебя… Долго смотря в сторону, молча, не подавая никаких признаков жизни и даже не моргая, Дейз пустым взглядом смотрел перед собой. Подняв на него взгляд Иошихира так и замер, он не заметил движений груди, словно возлюбленный перестал дышать. — Наклонись ко мне… — едва слышно прошептал Дейз, развеев страх, что все кончилось прямо сейчас. Несмотря на желание увидеть его, повернуть голову не получалось, все тело после волны невыносимой боли перестало поддаваться контролю. Он обещал себе сдерживаться, не давать последнюю надежду, не обрекать Иоши на ещё большие страдания, ведь если он услышит подтверждения своих чувств, будет страдать только сильнее — по крайней мере так считал Дейз. Но сейчас, оставшись в пустой палате, умирая, ему пришло осознание, что все те долгие, мучительные попытки отвернуть блондина, погасить его чувства не оказали никакого результата, он смирился и теперь хотел в последние дни, а может и часы, просто почувствовать себя счастливым. Почувствовав рядом лицо Иошихиры, его дыхание и тепло, убийца, несмотря на боль подался вперёд начав очень нежный поцелуй, стараясь вложить в него все свои чувства, однако болезнь мешала передать все, что ему так хотелось сказать без слов, она отняла все силы и теперь движения оказались совсем слабыми. Быстро перестало хватать воздуха, так что отстранившись он встретился взглядом с юношей, чувствуя как по щекам потекли ручейки тёплых слез, — Я тоже… Люблю тебя…***
Огромную комнату освещал лишь лёгкий синеватый и зеленоватый свет, исходящий от реактивов и огромного резервуара в самом центре, заполненного формальдегидом и другими веществами. Пространство оставалось в полумраке, но Эвелин решил не включать свет, все и так было видно, а излишеств он не хотел, яркий белый всегда неприятно резал глаза. Подойдя к огромному стеклянныму сосуду, ставшему могилой для человекоподобного существа, он прижал ладошку к стеклу, — Вот мы и встретились, Кри-ис. Ты не знаешь об этом, но ты то мне и нужен… Чуть похлопав по толстому, пятисантиметровому стеклу, брюнет с интересом рассматривал существо. Его длинные волосы отливали фиолетовым и поднимались высоко вверх, так красиво замерев в жидкости словно под силой порывов ветра, доходя до самой крышки и занимая почти половину всего пространства. Некогда полное жизни создание казалось чахлым и каким-то измученным, из двух глаз остался лишь один, серый широко открытый, словно стеклянный, второй же полностью отсутствовал, словно его выжгли или сделали нечто ещё более ужасное. Худое, измученное бледное тело отчасти скрытое сильными большими крыльями, оно нагоняло ощущение грусти и тоски. Поставив один стул на другой Эвелин кое как перебрался на крышку резервуара, затаскивая за собой тяжёлый чёрный мешок, а затем точно такой же второй. Сильно надавив, ему удалось вытащить одну из потолочных панелей и приложив немало усилий закинуть оба мешка высоко наверх, на обратную сторону потолка так, чтобы они находились прямо над огромной «колбой», после чего он вернул панель на место, впрочем как и стулья, скрывая следы полуночного преступления. Открыв портал парнишка собрался уйти, но вспомнив о чем-то нахмурился и начал искать по всем ящикам одну вещь. Старался сделать все осторожно, чтобы ученые утром не заметили изменений. Синдром расщепленного тела был искусственной болезнью, созданной для контроля над населением и, конечно, в лабораториях империи было лекарство. Высшие чины ели специальную еду без препарата, но на всякий случай антидот должен был быть. Безусловно, Эвелин было плевать, умрёт Дейз или нет, но он понимал, что смерть друга причинит Озэму боль, этого он никак допустить не мог. Захватив три больших, плотно закрытых ампулы он закрыл шкаф и внимательно осмотрев комнату, чтобы убедиться в отсутствии улик, шагнул в портал. Джек и Озэму давно спали, мило обнимая друг друга. С усмешкой глянув на них, брюнет оставил лекарство на столе, предусмотрительно написав записку своим корявеньким подчерком, объясняя что это и зачем, все же ради такого будить эту парочку он не собирался. Оставив всю одежду на полу рядом с кроватью, Эвелин удобно устроился под одеялом, обняв Озэму и прикрыв глаза. Сон не шёл. Парнишка и раньше спал лишь пару часов в день, но после пережитых стрессов бессоница стала совсем невыносимой, он не спал уже несколько дней и вот сейчас опять никак не мог погрузиться в пучины дремы, то и дело вздрагивая от тяжёлый мыслей и постоянного напряжения, теперь ему не удавалось почувствовать себя спокойно ни на секунду. Тяжело вздохнул и потерев глаза брюнет поднялся, оделся и вернулся обратно, надеясь лишь на спасение с помощью кофе и других энергетических напитков чтобы хотя бы создать видимость будто все в порядке.
