Там где нас нет

Савада Тсунаеши много ожидал от своей смерти — начиная от банальной пули в лоб и заканчивая сломанной шеей из-за банановой шкурки. Такой вариант как тихая, мирная смерть от старости в окружении детей и внуков даже не рассматривалась — с его удачей это было бы что-то либо экстремально опасное, либо по-дурацки глупое. Иногда, тоскливо осматривая Эвересты документов, которые ему требовалось просмотреть, он думал, что умрет от истощения, прямо за своим столом. Но никогда, черт побери, он не представлял, что причиной его смерти (а также его Хранителей и доброй части человечества, а то и всего мира) станет гребанный метеорит. Ебучее небесное тело, которое, по прогнозам астрономов, должно было пролететь мимо планеты, решило, что устало парить в бескрайних просторах космоса, и пора бы ему остепениться. Грохнулась эта пакость где-то в Северной Италии, и на этом знание дальнейшей судьбы мира у Тсунаеши заканчивалось. Но еще меньше после своей смерти он ожидал очнуться где-то в лесу, в компании своих Хранителей. Это не было пространство Колец, не было Раем или Адом — обычный лес, в котором ярко светило солнышко и щебетали птички. Тсуна ущипнул себя, чтобы убедиться в реальности происходящего, понял, что это не сон, и, философски пожав плечами, пнул ближайшего к нему Хранителя, которым оказался Туман. Мукуро подскочил так, словно на него вылили ведро с ледяной водой, и трясся соответствующе. Взгляд у него был дикий, полубезумный, зрачок в нормальном глазе пульсировал, то сжимаясь, то расширяясь, а в алой радужке беспорядочной мешаниной мелькали цифры. Туманы всегда очень восприимчивы к эмоциям других, потому и едут так часто крышей — эмоции большинства людей далеки от прекрасного и светлого, и сейчас, ощутив столько первобытного ужаса и страха смерти разом, Рокудо вполне мог сгореть. Тот просто не успел закрыться достаточно сильно, чтобы не нахвататься не-своих чувств. В конце концов, одно дело — смерть сотен, максимум — пары тысяч человек разом, к которым ты готов, и совсем другое — поймать эхо смерти целого мира. — Ш-ш-ш-ш, все в порядке, Мукуро, все закончилось, — обнял он мужчину, и тот с истеричным всхлипом вцепился в него, выпуская чужие эмоции с тихим воем. В спину ткнулось залитое слезами лицо, и он почувствовал, как намокает рубашка. Тонкие руки судорожно обхватили его за талию. — Босс, — подавилась рыданиями Хроме, и Тсунаеши тихо замычал, напевая детскую колыбельную, успокаивающе потирая женские ладони. — Все нормально, чувствуете? Все живы и здоровы, мир не собирается разрушаться, ведь я же здесь, верно? Оба иллюзиониста начали затихать, но из объятий выпускать его не торопились. — Буди остальных, Мукуро, нужно разобраться, что произошло и где мы находимся. — Где находимся я и так могу сказать, — хриплым голосом отозвался его Туман, попутно творя иллюзию ледяной воды. – Мы рядом с Вероной, недалеко от старой базы Вонголы. И обрушил водопад, в котором плавали не кусочки, а целые айсберги льда. Синхронный вопль «Мукуро, скотина, убью!» был столь знакомым и родным, что Тсуна тихо рассмеялся, выпуская напряжение. — Это та, про которую рассказывал Джотто? Которую так и не достроили, а потом забыли? — И на которую я лично в свое время защиту ставил после восстановления, — подтвердил мужчина, не обращая внимания на маты остальных Хранителей. — Только ее сейчас там нет, босс, — прошептала Хроме, прижимаясь сильнее. — Есть остатки пламенной защиты Деймона, в чуть лучшем состоянии, чем когда мы отстраивали базу, но все равно… — Хочешь сказать, мы в прошлом? — Хаято, убедившийся в целости Десятого, уселся рядом, по-турецки поджимая ноги. — Да, — прислушавшись к интуиции, кивнул Савада. — Но не совсем. — Я тут ни при чем, — тут же поднял руки Ламбо. — Меня в особняке вообще не было. Да и невозможно базуку ТАК испортить. — С Вонголой возможно все, — хмыкнул Тсуна, но признал, что да, в этот раз в их путешествии во времени Ламбо и его адское оружие ни при чем. Наблюдать за тем, как до сих пор матерящийся вслух Рехей, и молча, про себя — Кея пытаются вытряхнуть забившуюся под рубашки ледяную крошку, было весело. Правда, если в ближайшее время его Туман не перестанет развлекаться, ему придут бить морду. Такеши, нагло привалившись боком к пышущему жаром Урагану, грелся — из одежды на нем были только свободные брюки. Видимо, перенесло Дождик прямо посреди тренировки. — Мукуро, Хроме, надежда на вас. Выясните все подробности, мы — на базу. С отчетом и припасами жду через три часа. Вперед. *** О том, что что-то не так, Тсунаеши понял в тот момент, когда увидел прячущийся среди деревьев особняк. В его времени здание так и не было достроено полностью, а сейчас он видел пусть и обветшалый из-за отсутствия ухода, но очень даже законченный домик. Ну, как домик — три наземных этажа и наверняка все те же три подземных, меньше основного поместья раза в три. — Кея, Рехей, осмотрите верхнюю часть, Ламбо и Хаято — территория вокруг, Такеши, ты со мной вниз. Спустя полчаса встретимся у Красной гостиной. Осмотр показал, что здание было законсервировано очень давно, как бы не те самые четыреста лет назад, что жил его предок. И было абсолютно точно закончено, частично разрушено временем, конечно, но закончено. А потом с едой и вещами первой необходимости переместились абсолютно охреневшие Туманы. — Мы не просто в прошлом. Мы в параллельном мире, — огорошил их Мукуро, сгружая пакеты подскочившему Рехею. — Причем очень в прошлом и очень в параллельном.  — Подробнее, — потребовал Хаято, вытаскивая карандаш с блокнотом и приготовившись делать заметки. — Сейчас тысяча девятьсот девяносто первый год, у власти Ноно Вонгола. И нас в этом мире не существует не потому, что мы еще не родились, а потому что обстоятельства нашего рождения не сложились. — Буквально два дня назад Первый Император мечей Тир окончательно подтвердил свой титул, убив Ямамото Тсуеши, — тихо проговорила Хроме, накидывая на их мечника купленную рубашку. — Объединившиеся семьи Эстранео и Бовино были полностью уничтожены Вендиче три года назад из-за незаконных экспериментов над гражданскими. — Лавина Аллегро вышла замуж за скрипача в шестнадцать, в семнадцать умерла родами вместе с ребенком — девочкой, кстати, — Мукуро благодарно кивнул Сасагаве, вгрызаясь в бутерброд. Пламени он потратил много, мотаться между странами — это не кот начхал, а потому хотел даже не есть, а жрать. — Родители нашей дорогой тучки погибли в авиакатастрофе. Тем же рейсом, что удивительно, летел отец Хроме, а мать солнышка умерла от рака еще в тринадцать. — Ваш отец, босс, женился на Орегано. Поэтому зовут его не Савада, а Стерцо Иемицу. Ваша мать недавно закончила кулинарный колледж и пока нигде не работает. Вонгола о ее существовании пока не знает, хотя потомков Примо активно ищет. — Ве-е-е-есело, — протянул на манер Франа Ламбо, нервно хрустя яблоком. — Очень, — подтвердил Тсуна, осознавая весь масштаб пиздеца. Сотворить перенос такого масштаба не мог даже Бьякуран с полным набором колец Маре. А вот Система… Гиперинтуиция довольно тренькнула, подтверждая, что да, благодарить за все нужно Три-ни-Сетте. Интересно, дядюшку Кавахиру им в гости ждать, или искать его придется самим?