Хватит лгать!

— Нет, я на это не согласен!       Антон злобно сверкнул глазами, направив свой взгляд ненависти прямо на Павла. Тот даже не повёл бровью, спокойно продолжая: — Антон, в этом ничего постыдного нет. «Импровизация» не впервые использует рекламу, тебе это известно. Так почему же ты так нервничаешь? — Да потому что главным лицом в ней буду я! — Шастун еле сдерживал себя, чтобы не начать кричать, поэтому использовал свой громкий голос в пределах. — А если компания обвалится? Вдруг это вообще мошенники, а я их «бизнес» поддержу? Нет уж, спасибо. — Мы всё проверили, — мужчина внимательно посмотрел на парня выше себя. — Неужели ты думаешь, что мы настолько глупы, чтобы клюнуть на первую возможность заработать? Послушай, здесь нет ничего сложного нет, нужно выйти на сцену и просто… — А зачем нам вообще лишний заработок? — парень прервал Павла, но уже голосом потише. — Вроде бедностью мы не страдаем, у коллектива та же ситуация… Так зачем же нам вставлять в выпуск рекламу? — Мы действительно успешный проект, — начал Воля. — Но все наши успехи упадут, если мы не будем периодически обновляться. Новые декорации, импровизации, коллектив тот же самый… Но только денег на это всё из воздуха взять невозможно, поэтому нам и нужен спонсор. — Хотите — урежьте мою зарплату, возьмите кредит, я даже готов платить… Только не нужен мне этот геморрой, — Антон грустно опустил голову. — Не готов я. Не хочу это делать. И не буду. — Оставь его, Паш, — вмешался в разговор Арсений. — Не хочет — не надо. Хочешь, я вместо него выйду? — Ты нам не подходишь, — теперь Павел повернулся к Попову. — Антон более популярный: об этом даже его Инстаграм скажет. Его публика любит больше, а значит скорее купит товар из его рук. А спонсор уже заплатил деньги именно за его выступление. — Значит, возвращайте. Я не собираюсь рвать глотку об этой хрени, о которой только сегодня узнал, — Шастун подумал и добавил. — Это моё окончательное решение. — Как же мы вернём им бабки, если мы их уже потратили, — доселе молчавший Стас Шеминов уже начал рассуждать. — Не парься. Действительно, по моему мнению, это легче лёгкого, я не понимаю, почему ты бесишься. Ну хочешь, мы текст сократим? Меньше болтать придётся. — Если это так просто, то сам выйди и расскажи, — без эмоций в голосе произнёс Антон.  — Повторяю, нам заплатили за тебя… — Да вы что все, охренели что-ли?! — Павел не успел договорить, так как Шастун резко повысил тон. — Я вам не продажная кукла, которой можно распоряжаться, как захочешь! И я не собираюсь выполнять то, на что вы подписались, даже не обговорив со мной! — Антон…        Шастун направился к двери и открыл её, вышел и, не оборачиваясь, произнёс: — Адьёс.        Комнату оглушил резкий звук захлопнувшейся двери.  — Он ведь даже не выслушал название бренда, — подвёл печальный итог Дима.  — Я пойду за ним, — Арсений встал со стула, на котором сидел, и направился следом за парнем.

***

      Антон нашёлся скоро. После всего случившегося он не ушёл далеко, Попов увидел его курящим у выхода из здания. И раздетым. Беря в учёт то, что на улице — не май месяц, одет Шастун был довольно легко: на нём был только тонкий красный свитер с высокой шеей. Правда, Арсений тоже особой предусмотрительностью не отличался, куртку он также оставил в кабинете для обсуждений. На нём была ещё более тонкая домашняя футболка без рукавов, которую он не поменял, когда выходил из дома. Это могло аукнуться в ближайшем будущем, ведь если один из актёров сляжет по болезни, то съёмки сразу остановят.  — Почему ты так легко одет? — спросил очевидное Попов. Антон затянулся прежде, чем ответить.  — Могу задать тот же вопрос тебе, — Шастун выпустил облако дыма из своего рта. — В корпусе курить нельзя, вот я и вышел. Скоро снова зайду, — он пожал плечами. — Меня же с этой работы добровольно не отпустят.  — Не драматизируй. Ребята не хотели оскорбить тебя, они же ради нас старались договаривались…  — Только могли предупредить, когда ставили свою подпись на договор, где присутствует моё имя. Ради приличия, хотя бы… — Антон криво усмехнулся.       Арсений решил не продолжать этот разговор. Шастун сейчас на нервах, он от любой мелочи может взъесться. Попов предпочёл его не трогать, чтобы потом не слушать очередные причитания и не видеть грустное лицо перед съёмками. Антон нужен ему живым и здоровым, а главное — весёлым. Ему ли не знать, на что способен злой молодой человек.       Конечно, удивительно, что такой парень, как Антон ни разу не бил в ссорах посуду и другую стеклянную принадлежность. Тот, кто знает его близко, прекрасно осознаёт, что до истерики Шастуна лучше не доводить. Морду он не набьёт, но весь огромный словарный запас парня ещё долго будет посыпаться на обидчика, причём в самых обидных и скрытных местах. А может и не посыпется. Из многих конфликтов он просто уходит, оставляя за собой множество вопросов, как сегодня, например. Может, поэтому Антон ушёл от Арсения так внезапно?       Шастун поёжился, но продолжил курить. Ему нужно было чем-то отвлечься от стресса, а сигареты — старый проверенный метод, хороший, но от него он сам пытался избавиться уже который год. Молодой, уверенный в себе и в том, что сможет бросить, таким вспоминал он себя пару лет назад. Бросить так и не получилось, привычка закралась глубоко в лёгкие и начала медленно разъедать их, сокращая жизнь парня. А в последнее время бросать вообще расхотелось, нервы совсем прохудились, поэтому курить Антон стал чаще и чаще. Каждый раз проклиная эти самые сигареты.       Арсений не чувствовал холода, хотя одежда на нём была легче, чем на Антоне. Он смотрел прямиком на парня, изучая его состояние. Обычный прохожий подумал бы, что Шастун — давний спортсмен, который начинает свой день с того, что обливает себя ледяной водой, иначе почему он, как ни в чём не бывало, стоит на улице в мороз в одной только тоненькой кофточке? Но только Попов по его выражению лица уже понял, что Шастуну холодно. Как ни как, долгое время вместе жили. Может, купить Антону новую куртку? И себе, заодно. У Арсения с собой была кредитная карта, денег на которой для покупки одежды точно хватит. Главное, чтобы магазины были открыты. Кстати…  — Сколько сейчас время? — телефон актёр забыл в старой куртке, поэтому знанием о времени обладать не мог. Шастун глянул на наручные часы и сказал:  — Полдень. Ровно, — как робот, которому известно всё на свете.  — Ага, 16:00, значит… — Арсений было принялся за рассуждения о маршруте до ближайшего магазина, как поймал на себе удивлённый взгляд Антона.  — Арс, ты придурок? — парень уставился на актёра, который недоумевающе смотрел на него в ответ. В голове пронеслась нужная мысль, Арсений опустил глаз вниз, коря себя за глупую ошибку.  — Двенадцать, двенадцать, да… — Попов лицезрел, что Шастун докурил свою сигарету и выбросил её, а теперь смотрел прямо на него.        На миг взгляд Антона изменился. Он стал более нежным, любящим и… Арсу было незнакомо то, что он также увидел в глазах парня. Он взял Попова за руку и повёл обратно в здание, совершая невероятно быстрые передвижения, Арсений еле успевал за ним.  — Куда мы?  — В нашу любимую комнату, — просто ответил Антон, а Попов снова почувствовал себя идиотом.  — Куда?  — Туда, где кровать. Мы там найдём, что поделать.