Хватит лгать!

      Яркое солнце пыталось пробраться за тёмное стекло очков, которые огораживали голубизну больших глаз. Арсений не спеша шёл в незнакомое место, куда его заманчиво приглашали работать. Хоть внешне он был невозмутим, внутри него крутились множество сомнений.Компания хорошая, плата неплохая, даже трансляцию обещали вести с знаменитого канала, только вот надолго ли это всё? За свою жизнь Попов успел поучаствовать во многих программах, во многих ему обещали достойную работу… только вот надолго это всё никогда не оставалось. Продюсеры либо находили кого-то получше, либо внезапно становились банкротами. Им как-будто пользовались. Нужно было продолжать терпеть и зарабатывать деньги на жизнь. Он же, в конце концов, актёр, а им было нелегко.       Он зашёл внутрь. В глаза сразу же впились яркие лучи дорогих осветителей и прожекторов, Арсений зажмурился, боясь повредить и так плохое зрение. Солнечные очки никак не улучшали ситуацию, можно сказать, даже мешали, поэтому он спешно убрал их в сумку, висящую за спиной. Попов медленно передвигал свои ноги, боясь оступиться, изредка поглядывал вперёд, чтобы ни на кого не напороться. Единственное, что успел запомнить актёр, как только вошёл сюда, это то, что здесь было пусто. Никого. Как раз то, что нужно, хоть не зашибёт никого своей глупостью. А вот отделка вполне себе современного здания была на уровне: плитка, что была на потолке, отражала не хуже любого зеркала, а сам потолок был достаточно высоко. Почувствовав себя увереннее, Арсений ускорил темп движения. Здесь было довольно прохладно, наверное, много кондиционеров, так как на улице сейчас стояла летняя жара, свойственная этому месяцу. Ему бы пару таких себе домой, а то…       Додумать Арсений не успел, так как наткнулся на твёрдое препятствие впереди себя и ожидаемо полетел на пол. Рядом послышался такой же звук падения. Чёрт. Всё же в красивом здании нашёлся такой же идиот как он, который не смотрит вперёд себя. А ведь немногим раньше он здесь никого не видел… Чтобы воспринимать из внешнего хоть что-то, Арсений приоткрыл глаза, уже начиная подниматься на ноги. — Чёрт! Ты в порядке? — высокий мужской голос звучал откуда-то сверху, Попов опёрся о ближайшую стену и уже уверенно стоял на своих двоих. Он полностью открыл глаза.       Лучи недавних прожекторов трусливо убежали, когда Арсений узрел виновника своего падения, который тоже уже поднялся. Он сам был лучом. Ярким, как само солнце. И высоким. Актёр имел достаточно высокий рост и привык к этому, но очень редко он видел таких людей, на которых ему пришлось смотреть снизу вверх. Этот парень очень молодо выглядел. Ещё мальчик, считай. Светлые волосы только подтверждали догадку о солнце и хорошо смотрелись с его тускло-зелёными глазами. Арсений вмиг позабыл и о плохом зрении, и о новой работе, всё его внимание устремилось на высокого парнишку. — Со мной что-то не так? — парень склонил голову вправо. — Прости, я тут первый день, ещё ничего не знаю. Меня сюда работать позвали. — Я тоже тут впервые. И меня тоже позвали сюда работать, — Арсений внимательно вглядывался в черты молодого человека. — Значит, будем коллегами, — он протянул Попову руку. — Как тебя зовут? — Арсений, — он пожал вытянутую руку. — Антон, — новоявленный Антон мило улыбнулся. — Куда держите путь, коллега? — Я здесь кое-кого жду, — Попов покрутил головой, взглядом выискивая нужную ему персону, уже не обращая внимания на яркие лучи и реакцию его зрения на них. Знакомое и незнакомое одновременно лицо он заметил не сразу. Человек, которого Арсений раньше видел только по телевизору, начал идти в их сторону.  — О чём задумался? — Антон протряс Арса за плечо, возвращая его в реальность. Тот мгновенно опомнился.  — Да так, не о чём. Ты уже набрал всё, что нужно?  — Почти, — Шастун положил какую-то коробочку в кучу тех предметов, которые ему надо было купить. Сверился со списком. Посмотрел на свои занятые руки и обратился к Арсению:  — Арс, возьми вон ту хреновину, а то у меня места уже нет, — Антон кивнул на очередную коробку, которую Попов незамедлительно взял, тяжело вздыхая.  — Тебе не кажется, что это как-то не походит на «пару ручек»? — Арсений пошёл в сторону кассы, куда уже направлялся Антон.  — Кажется. Но я же уже обещал, — крикнул парень, выгружая все взятые товары.       Мысленно Попов ещё раз проклял тех, по чьей милости они здесь сейчас находятся. Хоть список состоял из дешёвых и простых мелочей, далеко не в каждом магазине найдётся хотя бы один пункт. От корпуса, где проходят съёмки, ехать сюда пришлось сорок минут. Без пробок. А скоро грезит час пик, который так не любят водители. Арсений уже чувствовал напряжение, которое царит в этом замечательном явлении, слышал, как подают сигналы недовольные люди. Как ему не хотелось во всём этом участвовать, как хотелось приехать домой с Шастуном, обнять его, прижаться губами к его губам…  — Да твою мать… — Антон выругался, задирая голову вверх.  — Что такое?  — Забыл кое-что, — Шастун быстрым взглядом осмотрел все стенды, выискивая нужный себе. Отошёл от кассы. Отбежал, вернее сказать, — Стой, я сейчас вернусь!       Люди, также находившиеся в магазине, разом отвлеклись от своих дел, посмотрели сначала на убегающего Антона, а потом на Арсения таким взглядом, будто бы они — два идиота, один хлеще другого. По-сути, так и было. Один идиот, которого хлебом не корми, да дай кому-нибудь помочь, потащился в магазин по доброте своей душевной. Второй идиот увязался за ним, потому что любит и боится снова остаться один. Боится разбитого сердца. Действительно, идиот. Влюблённый идиот. Зато счастливый.       Кассирша начала пробивать набранные Антоном товары. Арсений в голове прикинул примерное их количество. Штук пятнадцать, не меньше, а Шастун сейчас ещё одну притащит. Как они всё это понесут? Пакетов ни у одного ни у другого не было, здесь же данная вещь, видимо, не продавалась. Нести в руках — тоже не вариант, по списку здесь есть и стеклянные предметы, есть шанс что-нибудь уронить… При желании, Попов сломал бы всё, что сейчас им предстояло купить. Разорвал бы на части… сжёг, по возможности… и ушёл бы, с гордо поднятой головой, даже не возместив ущерб. Слишком много их маркетологи себе позволяют.       По магазину пронёсся звук скольжения предметов, на который Арсений сначала не обратил внимания. Взгляды всех людей поочерёдно переместились ему за спину, и когда уже и кассирша обратила свои карие глаза на проишествие, Попов повернулся и узрел необычную картину. Антон, держащий в руках очередную коробку с иностранными надписями, держал также и широченный стенд с товарами, который грозился упасть прямо на него. Парень скользил по скользкому полу, постоянно перебирая ногами, чтобы хоть как-то устоять. Остальные молча смотрели, ожидая, что же будет.       Ожидаемо, что Шастуну не хватит сил удержать падающий предмет магазина, поэтому он медленно перешёл к краю стенда и отпустил его, убегая в обратную сторону. Видимо, полы здесь были слишком скользкие, так как уже на третьем шаге Антон подскользнулся и приземлился на свою пятую точку одновременно со стендом, который, по сравнению с ним, упал гораздо громче и зрелищней. Некоторые предметы вывалились из него ещё во время падения и сейчас преспокойно валялись или гремели, увеличивая децибелы в магазине. Люди всё также стояли молча. Арсений следовал их примеру, не в силах произнести хоть что-нибудь. Даже кассирша приоткрыла рот от удивления.       Антон же невозмутимо поднялся на ноги, держа под мышкой нужную коробку. Он медленно подошёл к кассе, взглядом собирая всех, кто сейчас за ним наблюдает. Стояла гробовая тишина, нарушаемая только шагами парня. Данная ситуация веселила Шастуна, невозмутимость сменилась на еле сдерживаемую улыбку. Он шёл подобно модели, показывающей новую комплектацию одежду, остальные же тогда были судьями и оценщиками или, как бы сказали во Франции, кутюрье.       Парень небрежно бросил товар на кассу и со странной интонацией произнёс:  — Ещё это пробейте.