Истинные чувства

Джейн.

На часах – почти полтретьего ночи. Джейн выпила ещё одно зелье для бодрости и перевернула страницу учебника Травологии. Она сидела в углу общей гостиной, в маленьком тёмно-зелёном кресле, держа в одной руке палочку, кончик которой еле заметно мигал, освещая страницы. Изначально девушка собиралась провести ночь в кровати за чтением книг, ведь позволить себе заснуть она не могла – стоило ей прилечь после последнего урока, как в голове возникал образ Малфоя. Будь он проклят. Но провести время в уютной постели не получилось – соседки начали активно жаловаться на шелест страниц, мигание Люмоса и даже на слишком громкое дыхание Джейн. Поэтому слегка раздражённая слизеринка отправилась в гостиную, где уж точно не могла никому помешать. Закончив с Травологией, Браун убрала палочку и комната погрузилась в практически кромешную темноту, если не считать слабого света от зеленоватого пламени камина. Девушке действительно нравилась эта холодная атмосфера полумрака, в которой царили амбициозность, хитрость и честолюбие, граничащее с жестокостью. Среди всех этих людей, её нынешних однокурсников, Джейн чувствовала себя действительно своей. Важной. Нужной. Самодостаточной. Окажись она здесь на шесть лет раньше, всё было бы иначе… Слизеринка закрыла глаза и позволила мыслям с головой поглотить себя. Сперва она твёрдо решила больше не думать об этом напыщенном хорьке: случай в Лондоне не только быстро заставил бабочек в животе Джейн расправить свои крылья, но и с такой же скоростью раздавил их, причинив невероятную боль. Душераздирающую. Невыносимую. Хватит. После нужно было решить, что делать с Селеной, ведь девушки действительно крупно поссорились… … Стоило Джейн только выйти из подземелий, как она столкнулась с разъярённой подругой – та сразу же начала кричать, требуя объяснить произошедшее в Хогсмиде. После практически подробного рассказа – не считая, конечно, поцелуя, - девушка ожидала, что Селена всё поймёт и лишь прочитает очередную лекцию на тему: Держись подальше от Драко Малфоя. Но этого не произошло. Видимо, кто-то накачал Томпсон не совсем верной информацией, потому как… — Возись и дальше со своим Малфоем и его дружками, предательница! — с надрывом прокричала гриффиндорка и стремительно ушла вглубь коридора. Джейн же стояла, и не могла понять: ей разрыдаться прямо здесь и сейчас, или подождать до более удобного момента? … Девушка не могла позволить поступкам Малфоя стать причиной разлада с подругой. Громко выдохнув, будто собираясь с мыслями, Браун достала мобильник и начала стремительно нажимать клавиши:

Селена, извини за произошедшее ещё раз.

Я не хочу, чтобы мы ссорились из-за этого придурка.

Он мне даром не нужен, Сел!

Люблю тебя.

Дописав последнее предложение и подождав несколько минут, Джейн уже решила, что подруга игнорирует её. Переведя взгляд на часы, она облегчённо выдохнула: полтретьего ночи, Селена просто спит. Дальше мысли Браун занял Оливер Тёрнер. Точнее, его внезапное исчезновение. Надо сказать, что особенно близко они никогда не общались, но те редкие моменты, когда однокурсники перекидывались парочкой фраз, помогли охарактеризовать его как очень весёлого и жизнерадостного парня. Пожалуй, более позитивного человека на всём Слизерине она не знала. Куда же он мог так внезапно исчезнуть? Вдруг дверь в спальню мальчиков тихо скрипнула, и на лестнице послышались тяжёлые шаги, а в дверном проёме показался силуэт. Девушка стала вглядываться в темноту – высокий рост, светлые волосы, широкие плечи… чёрт, Малфой. Очевидно, бежать в комнату было уже поздно, да и глупо. Поэтому, чуть ли не перестав дышать, Джейн вжалась в кресло и молила Мерлина о том, чтобы Драко её не заметил. Так и произошло: он лениво проследовал к выходу из гостиной, бросив лишь мимолётный взгляд в сторону горящего камина. Пронесло… Браун же внимательно изучала его из своего «укрытия». На слизеринце была лёгкая серая пижама – штаны и футболка, слегка прилипшая к его спине, из-за чего явно были видны очертания позвоночника и лопаток. Видимо, в комнате парней слишком жарко, вот он и вышел проветриться… — Тёрнер? — неожиданно громкий голос Малфоя выдернул девушку из мыслей. Она чуть привстала с кресла и увидела прямо перед Драко пропавшего пятикурсника. Секунду поколебавшись, она встала и быстро двинулась вперёд, на ходу прочищая горло: — Оливер, где ты был всё это время? — голос прозвучал грубее, чем она ожидала. Впервые Джейн увидела испуганного Малфоя – от её неожиданного появления его глаза знатно округлились, а кожа, казалось, стала ещё более бледной. В свою очередь Тёрнер даже не шелохнулся, а так и продолжал смотреть вперёд совершенно отсутствующим взглядом, заведя одну руку за спину. Выглядел он совершенно обычно, как и за завтраком: чистая мантия, гладкие волосы, отглаженные брюки. Это заставило Джейн облегчённо выдохнуть – значит, его хотя бы не били. — Браун, какого хрена ты… — раздражённо начал Драко, но девушка его перебила, подходя ближе к пятикурснику и касаясь его плеча: — С тобой всё хорошо? Где ты был, Оливер? — чуть громче продолжила слизеринка, игнорируя все возмущения Малфоя. Краем глаза она заметила светло-голубое прозрачное облако в форме дракона, которое устремилось вверх через стены. Очевидно, это был патронус Драко. Значит, осталось немного подождать, и придут профессора. Продержать Оливера здесь ещё немного. Неожиданно Тёрнер посмотрел прямо в глаза Джейн, и она отметила, какие узкие у него зрачки. Практически неразличимая точка. В следующую секунду он перехватил запястье девушки и до боли сжал его, заставляя ахнуть от неожиданности. На лице парня яростно заходили желваки. — Оливер, что ты… — начала Браун, чувствуя спиной, как вдруг напрягся Драко. — Это всех ждёт, поверь… — он говорил будто в бреду, а его хватка постепенно ослабевала. — Каждого ждёт… Джейн почувствовала, что ладонь Тёрнера практически расслаблена, и, воспользовавшись моментом, дёрнула руку на себя. Но пятикурсник её опередил, рывком выводя из-за спины чуть дрожащую в пальцах палочку и направляя прямо в лицо девушки. Вдох-выдох. — Оливер, опусти палочку. Мы не причиним тебе вреда, — вкрадчиво начала Браун, делая аккуратные шаги назад. Вдруг палочка вылетает из его рук, и падает па пол, оставляя за собой в тишине оглушительный звон. Сам же Тёрнер чуть отлетает назад и его тело неестественно обмякает возле стены. Ну да, шоковое состояние закончилось. Джейн выдохнула и перевела взгляд на Драко. Его лицо было искажено в непонимании и лёгком испуге, а футболка ещё больше прилипла к телу. Видимо, это он невербально обезоружил Оливера. Но зачем? Позаботился об её безопасности или о своей? Очевидно, второе… Малфой метался слегка жадным взглядом по телу девушки, чем немного смутил её: на ней были короткие пижамные шорты и полупрозрачная майка. Браун не могла припомнить, чтобы когда-нибудь он видел её в столь оголённом виде… Неловкую паузу прервали буквально влетевшие в гостиную Снейп и Макгонагалл. Едва окинув взглядом Джейн и Драко, они подбежали к растянувшемуся на полу Оливеру, задавая попутно множество уточняющих ситуацию вопросов. После очень подробного рассказа от обоих студентов Северусу всё же удалось привести Тёрнера в чувство. Добиться от него вышло лишь невнятного бормотания, поэтому декан Слизерина повёл его в больничное крыло, при этом незаметно выругиваясь. Декан Гриффиндора прошла следом, но чуть помедлила в дверях и негромко произнесла: — Очень умно было наложить заглушающее заклятие, мистер Малфой. Лишние глаза и уши в столь дикой для нашей школы ситуации действительно были не нужны, — Минерва сдержанно улыбнулась. — Спасибо вам обоим за столь взрослый подход к такой не типичной ситуации. Добрых снов. Она тихо прикрыла дверь, и на несколько секунд комната погрузилась в звенящую тишину. Джейн переступила с ноги на ногу, и снова перевела взгляд на Драко: он скрестил руки на груди, нервно постукивая пальцами по левому предплечью и сверля девушку многозначительным взглядом. Для себя решив, что хватит на эту ночь эмоциональных потрясений, Браун развернулась и медленно двинулась в сторону спальни, бросив через плечо: — Добрых снов, Малфой, — голос прозвучал предательски мягко. Чёрт. — Ты испугалась? — неожиданный вопрос заставил Джейн остановиться. Она развернулась и практически столкнулась лбом с грудью слизеринца – он стоял прямо за спиной. Чуть отступив и подняв глаза на его лицо, девушка медленно протянула, решив проверить парочку своих догадок: — О чём ты? — она непонимающе вскинула брови, закусив губу. — Не притворяйся дурочкой, Браун. Ответь и иди, куда шла, — он попытался изобразить безразличие в лице и голосе, но получалось не особенно хорошо. Тогда внутри у Джейн проснулось какое-то непонятное чувство, тёплое и слегка щекочущее, которое зарождалось где-то в глубине грудной клетки. — Не испугалась. Вообще, пятикурсники не особенно страшные… — голос прозвучал немного дёргано, выдавая эмоциональное состояние Браун. Конечно, она испугалась. Не сильно. Драко слегка нахмурил брови и рывками протянул руку к щеке девушки. Кончики ледяных пальцев накрыли пылающую огнём кожу, задержались там на секунду-другую, выводя непонятный рисунок. Джейн боялась даже дышать. Нарастающее с каждой секундой чувство расплывалось по всему телу тонкими струями, заставляя дыхание постепенно сбиваться. — Спокойной ночи, Браун, — Малфой убрал руку, слегка улыбнулся девушке и двинулся в сторону спальни, по пути коротко усмехнувшись и запуская руки в свои белоснежные волосы. — И извини за Лондон, — произнёс он слегка дрогнувшим голосом, уже практически скрывшись за лестницей. Стоя посередине гостиной, Джейн Браун улыбалась, словно умалишённая, держа одну руку на своей щеке, а второй уже нащупывала палочку, чтобы снять заглушающее заклятие с помещения. Что могло означать поведение Драко? Она не знала, даже думать об этом не хотела. Сейчас ей было просто хорошо. Хорошо от того, что она, кажется, ошибалась насчёт его поведения.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Конечно, уже наученная горьким опытом Джейн знала, что утром от Драко не следует ждать даже приветствия, не то что намёка на ночное происшествие. Но что-то пошло не так: когда за завтраком девушка встретилась взглядом с Малфоем, тот коротко кивнул, отчего она чуть не подавилась кусочком омлета. Надо же, он умеет здороваться по утрам? Слегка наклонив голову в ответ, Браун незаметно вытащила из кармана мантии мобильник, прикрыла его рукавом мантии и зашла в переписку с подругой. На лице тут же появилась улыбка: Ты не собиралась спать? Ладно, это ты меня прости. Сама погорячилась. Сегодня тренировка по квиддичу у Гриффиндора и Слизерина. Я буду там, приходи, поболтаем, пока мальчики толкаются :) Мысленно тысячу раз поблагодарив Мерлина за столь прекрасный исход событий, Джейн закончила завтракать и отправилась на уроки. По не совсем понятной причине сегодня занятия длились вполовину меньше, а смежных пар и вовсе не было. По словам профессора Стебель, эта поблажка являлась единоразовой и была введена из-за начинающихся тренировок у сборных школы. Все профессора явно нервничали, что немного настораживало девушку. За весь день Джейн и Драко перекинулись лишь парочкой фраз, по типу: какая страница? Что она говорила после слова «сильно»? Но это не особенно волновало слизеринку, ведь она всё ещё чувствовала эту незримую ниточку между ними. Которую, на удивление, протянул сам Малфой прошлой ночью. Витать в облаках не получалось лишь на Зельеварении. Оно и понятно – чуть отвлечёшься, и можешь смачно получить пергаментом по голове. Однако девушке всё же удавалось бросать быстрые взгляды на Драко, чем, а как иначе, привлекла внимание Паркинсон. Она то и дело поворачивалась к нему, противно растягивая слова, даже не пытаясь сделать голос тише: — На тебя смотрит подружка грязнокровки, — омерзительно близко прислоняясь к его уху, произнесла Пэнси, от чего тот поморщился. — Пусть делает, что хочет, Пэнс. Смотри лучше в учебник, — ядовито произнёс Малфой, отстраняясь и начиная делать вид, что крайне заинтересован монологом Снейпа об очередной разновидности моха. Вся эта ситуация заставляла Джейн лишь тихонько хихикать вместе с Дафной. В конце занятия Браун хотела подойти к профессору насчёт графика дежурств, но тот уже был занят диалогом с Драко, поэтому, девушка решила не мешать. В конце концов, график обязательно будет висеть на двери в гостиную.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Тренировка по квиддичу была в самом разгаре. Команда Слизерина и Гриффиндора кружили над полем с бешеной скоростью, пытаясь поймать заветный снитч и попутно крича друг на друга, иногда покрывая чуть ли не трёхэтажным матом. Джейн никогда не тянуло ко всем этим полётам – пожалуй, здоровые конечности и светлый разум были ей куда дороже. Увидев Селену, упорно машущую ей рукой, девушка двинулась в сторону трибун. Подойдя к ней и крепко обняв, Браун затараторила со скоростью пулемётной очереди: — Сел, я так тебя люблю! Извини ещё раз за весь этот бред… — она запнулась, смотря на улыбающуюся подругу. Как же приятно было видеть радость на её лице. — Всё хорошо, Ди, проехали. Расскажи лучше, что там с Тёрнером? — Томпсон слегка наморщила лоб: так всегда происходило, когда та слишком долго не могла узнать интересующую её информацию. И Джейн рассказала всё в самых ярких подробностях. Умолчала, пожалуй, только про разговор с Малфоем. После подруги начали сплетничать о мальчиках, периодически заливаясь уж очень громким смехом, чем привлекали внимание тренирующихся. Как же легко и приятно было просто посидеть с лучшей подругой и хотя бы на время забыть обо всех своих проблемах. Прозвучали три отрывистых и звонких свистка – начался первый перерыв. — А зачем мы вообще пришли сюда? — дошло вдруг до Браун, и она непонимающе вскинула брови, смотря на гриффиндорку. — Могли же сесть во дворе. Ты тут ждёшь кого-то? — В точку, — Селена перевела взгляд за спину подруги. — Гарри, мы здесь! — она помахала рукой, привлекая внимания идущего в сторону трибун Поттера.

Драко.

Первая тренировка в этом учебном году. Что ж, тело уже давно скучало по силовым нагрузкам и неожиданным травмам. Драко в прекрасном расположении духа, что было впервые за начало учёбы, отправился на поле. И действительно – азарт и желание утереть нос гриффиндорцам разожгли в нём настоящий огонь и заставили ненадолго забыть обо всём, что так волновало. Малфой всё кружил и кружил по полю, уклоняясь от бладжеров и других игроков, сражаясь с ненавистным Поттером за желанный золотой снитч. В этом году слизеринцы твёрдо решили, что не потерпят ни единого поражения. Но сегодня всё шло не совсем гладко – видимо за лето игроки слегка потеряли форму, что заставляло капитана Слизерина непрерывно выкрикивать: — Держись колец, идиот! — Какого хера ты вытворяешь, Блетчли? Разуй свои ебаные глаза! Монтегю нещадно сыпал оскорблениями, комментируя чуть ли не каждое движение, чем значительно портил настроение всей команды. Слава Салазару, до первого перерыва все дожили без рукоприкладства от Грэхэма. — Перерыв! — громким, искажённым заклинанием голосом скомандовала мадам Трюк и три раза отрывисто просвистела в свисток. Все игроки спустились со своих мётел и прошли к трибунам за водой и полотенцами. После того, как Малфой проделал те же действия, он вдруг заметил, что среди гриффиндорцев не достаёт Поттера. Неужели не выдержал конкуренции и сбежал? Обведя взглядом стадион, он заметил его, идущего к трибунам и махающего кому-то рукой. Посмотрев вперёд, он увидел сидящих на скамье Томпсон и Браун. Интересно. Облокотившись на метлу, Драко продолжил наблюдать за происходящим. Вот Поттер подходит к блондинке и обнимает её за плечи, говоря что-то на ухо, отчего та начинает смеяться. Противный смех. После он обнимает Джейн, не просто накрывая руками её спину, а ещё и зарываясь пальцами в волосы. Всего на доли секунды. Но и этого хватило. Где-то в груди начало расти непонятное густое чувство, смешанное с ненавистью к шрамированному придурку и превращающееся в липкий ком. Нет, он не должен был трогать её своими грязными руками. Дышать рядом с ней не должен был. Ком продолжал расти и расти, заставляя кровь бешено стучать в висках. Что за хрень происходит? Это ревность. Доигрался. Что бы сказал отец, если узнал, что ты ревнуешь полукровку? Хватит, Драко. Она того не стоит. Определённо не стоит. Резко повернувшись, слизеринец подошёл ближе к своей команде, включаясь в разговор. Через несколько минут к гриффиндорцам вернулся Поттер. Не отдавая себе никакого отсчёта в действиях, Драко шагнул вбок и перегородил ему дорогу: — Завёл себе двух подружек сразу? — в ответ на свою колкость он услышал смех от команды Слизерина. Это прибавило достаточно уверенности. — Отвали, кретин. Или завидно, что я так хорошо общаюсь с твоей подружкой? — слова буквально ударили в голову Драко, и тот застыл, как вкопанный. Гарри обошёл его и слился с толпой игроков в красных одеждах, а в ушах слизеринца всё ещё звенели едкие слова. — Эй, о чём это он? Ты и Браун… — начал было Нотт с противной улыбочкой, но Малфой спешно его перебил, стараясь быть как можно более убедительным: — Ты рехнулся, Тео? — Драко быстро усмехнулся. — Мне на неё абсолютно плевать, хоть ебите, — последнее слово далось с трудом, но оно нужно было, чтобы не оставить подозрений. На лице Теодора возникла лёгкая озабоченность. Твою мать. — Перерыв окончен! — громкий голос прервал диалог парней, и все игроки, включая Малфоя, стремительно взмыли вверх. Зачем он это сказал? Зачем вообще начал диалог с Поттером? Задавая себе всё больше вопросов, Драко находил на них лишь один ответ – из-за неё. Она заняла все мысли в его голове. Так не должно быть… Удар. Боль. Падение. — Малфой, ну ты-то куда! — разъярённый голос Монтегю раздался откуда-то сверху. Бладжер прилетел в левый бок, сшибая слизеринца с метлы. Боль неплохо отрезвила голову. Шепнув исцеляющее заклинание и поднимаясь на ноги, Драко твёрдо решил, что поговорит с Джейн, как только представится возможность.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Драко толкнул дверь в кабинет Снейпа. Тот незамедлительно вскочил со своего места, без слов указывая на массивное кресло у стола. — Без лишних слов, давай просто начнём, — голос декана был не на шутку взволнован. К тому же, когда он обращался на «ты», дело было действительно плохо. Конечно, Малфой догадывался, о чём пойдёт речь – метка горела всё сильнее с каждым часом. Очевидно, не у него одного. — Ты замечал изменения в поведении Оливера Тёрнера? — Северус сел напротив Драко, чуть наклонившись вперёд. Странно, причём тут вообще он? — Да, его будто подменили. Раньше постоянно ржал, как ненормальный, шуточки отпускал, а сегодня сидел, словно пришибленный, — слизеринцу нравилось, когда он мог общаться со Снейпом как со своим крёстным, а не как с профессором или деканом. Поэтому он слегка расслабился и откинулся в кресле. Северус же тяжело выдохнул и наклонился вперёд, поправляя свои угольные волосы. — В больничном крыле провели тестирование, которое показало, что у Оливера отсутствуют черты, отвечающие за всякие положительные эмоции. Конечно, все были в жуткой панике. Нужно было посылать за министерским работником, этого никому не хотелось… — он чуть, запнулся, нервно сглатывая. — Тогда с помощью легилименции мы заглянули к нему в голову… Выяснилось, что в памяти пробел, начиная с конца занятий. В голове всплывали картины, одна за другой: первый урок Защиты от Тёмных искусств, ночное происшествие с Тёрнером. К горлу подступил неприятный ком. — Брантли со своим заклинанием… Ты проверил его? — Драко знатно занервничал. Не зря тогда Гораций вызвал у него столь сильное отвращение. — Проверили всех профессоров Хогвартса с использованием сыворотки правды. Никто из них не общался с Тёрнером с конца занятий. Более того, все подозрения действительно упали на Брантли. Но он был с Дамблдором в течение всего вечера, чем обеспечил себе железное алиби. Творится какая-то чертовщина… — Снейп действительно был взволнован не на шутку. Он поморщился, накрывая левое предплечье ладонью. — Твоя метка тоже болит, да? — Малфой закатал рукав, высвобождая почерневшую Чёрную метку. Вокруг неё расползлась краснота, словно кожа была сильно обожжена. В ответ декан лишь молча показал свою руку, на которой было всё в точности так же, как и у Драко. Он был прав, с самого начала прав - в Хогвартсе действительно Пожиратель, и что бы он ни затеял, добром это не кончится. Конечно, пустыми разговорами и теориями ничего не добьёшься. Условившись сообщать друг другу обо всех подозрениях, остаток вечера Малфой и Снейп провели за обсуждением графика дежурств и прочих моментах, касающихся учёбы.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Ненавистная Защита от Тёмных искусств должна была начаться через несколько минут. Драко уже сидел рядом с Теодором, лениво выводя кончиком пера узоры на краю пергамента. Вдруг до его носа донёсся тошнотворный запах мужского парфюма – профессор Брантли зашёл в кабинет, улыбаясь и здороваясь с каждым учеником. Обойдётся – думал Малфой, когда тот поздоровался и с ним. Лишь кивнул в ответ. — Друзья, сегодня мы начнём интереснейшую тему – практика защиты от нападений. Для вас она, конечно, не нова, но никогда не следует забывать основы. Итак, — Гораций поднялся со своего места, подходя ближе к центру класса. — Сейчас я разделю всех на пары, чтобы каждый из вас мог получить достаточно практики. Начнём! Брантли разделял учеников по парам, казалось, не соблюдая никакой закономерности – он даже мог соединить слизеринца с гриффиндорцем, отчего все были явно не в восторге. Старик совсем выжил из ума… — Мистер Гойл и Мистер Крэбб. Вас, ребята, лучше не разлучать… — весь класс нервно хихикнул. Действительно, никому не хотелось почувствовать на себе всю мощь этих громил. — Мистер Малфой и … — профессор обвёл взглядом всех, кто ещё остался без пары, и многозначительно улыбнулся, складывая руки на груди. — Мисс Браун. Казалось, Драко услышал, как скрипнули зубы Пэнси после этих слов. Ну что ж, всё не так плохо – они хотя бы смогут поговорить в непринуждённой обстановке и никто не сможет им помешать. Пары встали друг напротив друга. Слизеринец окинул взглядом лицо Джейн: её щёки были чуть красными, на губах еле заметная улыбка. Волосы убраны в высокий хвост, обнажая тонкую шею. Малфою вдруг невыносимо захотелось прижаться губами к полупрозрачной коже, почувствовать, как в венах девушки пульсирует кровь. Такая желанная, наполовину грязная кровь, вкус которой тут же появился во рту. — Если нужно, можете наложить заглушающее заклятие, чтобы не отвлекаться на другие пары – произнёс Гораций, заставляя оторвать взгляд от девушки. А старик дело говорит… Драко тут же наложил его, лишь шепнув. И тут же отметил, что Браун это заметила. — Слушай, Малфой. Давай без этих твоих штучек с беспалочковой магией, — протянула она, вытягивая вперёд свою палочку и поправляя юбку. — Честный поединок, на равных. В ответ он лишь рассмеялся. Он и она - на равных. Забавно. В голове неожиданно возникла заманчивая идея, которой он поспешил поделиться: — Ну, хорошо. У меня предложение – сражаемся честно, до первой крови. На желание, - слизеринец коварно облизнул губы. — Любое желание. Джейн несколько секунд колебалась, очевидно, оценивая предложение. Либо свои силы. Но вот, победоносно расправив плечи и вздёрнув свой курносый носик вверх, она произнесла: — Идёт. Готовься проиграть, — она немного отступила, направляя кончик палочки прямо на Драко. Тот последовал её примеру, хотя совершенно был уверен, что справится и без неё. Ну, ради приличия… — Флиппендо! Что же, саму «жестокую» схватку этого дня открыла Джейн. Надо отметить, что она была не так плоха в бою – пару раз Малфой даже не успевал уклониться от очередного заклинания. Однако он знал, что заветное желание достанется ему. И распорядится он им самым лучшим образом. Для этого придётся слегка нарушить договорённость… — Конфундус, — еле слышно шепнул Драко, и Джейн начала испуганно мотать головой, часто моргая. Дезориентирующее заклинание работало недолго, поэтому слизеринец рывком подошёл к девушке и лёгким заклинанием чуть рассёк ей щеку. Заветная победа. Всё произошло буквально за мгновение, и Браун совершенно не заметила хитрости со стороны противника. Торжествующе улыбаясь, Малфой подошёл к ней, пальцем проводя по свежей ране на лице слизеринки, из которой тонкой струйкой полилась алая кровь. Шепнув исцеляющее заклинание, он отошёл, ослепительно улыбаясь: — Победа за мной, — он окинул взглядом Джейн – та обиженно надула свои пухлые губы, и, пресвятой Салазар, Драко еле сдержался, чтобы не накрыть их своими, в ту же секунду. С головой погрузившись в свои желания и мысли, он даже не заметил, как за всем происходящим внимательно наблюдала Паркинсон, настроенная явно недоброжелательно.

Джейн.

— Мисс Браун, вы не задержитесь? — профессор Брантли с улыбкой обратился к девушке в самом конце урока, когда все уже начали собирать вещи. — Конечно, профессор, — она улыбнулась ему в ответ. Надо сказать, за эти дни они действительно хорошо сработались, даже подружились – странно это, иметь друга среди учителей. У них оказалось весьма много общего: начиная с того, что Гораций вырос в том же городке, что и Джейн, заканчивая тем, что также обожал кошек и вишнёвый пирог, как и она. В один из дней она просто заглянула к нему после уроков – поговорить о значении дыма над её головой. Так и завязались весьма тесные отношения. Брантли напоминал девушке отца, из-за чего общаться было ещё легче и приятнее. Вот и сегодня они ещё раз попробовали рассмотреть что-то в дыме – как всегда, безрезультатно, а потом выпили по кружечке чёрного чая, разговаривая на различные отстранённые темы. — Ой, уже семь! Я, пожалуй, пойду, — Джейн встала из-за стола, делая последний глоток. — Чай как всегда прекрасен. До завтра, профессор Брантли! — она улыбнулась, и быстрым шагом вышла из кабинета. — До завтра, дорогая! — догнал её веселый голос профессора. После ужина в коридорах было непривычно тихо и безлюдно – казалось, будто тишина звенит в ушах. Девушка уже спустилась к подземельям, как вдруг заметила мелькнувшую сзади неё тень и услышала тихие шаги. — Эй? — слизеринка остановилась, озираясь по сторонам. Тишина. По коже пробежал холодок. Она продолжила идти, нащупывая в кармане мантии палочку и лихорадочно сжимая её пальцами. Дыхание до жути участилось. Снова неясный шёпот, в ушах послышалось противное, протяжное жужжание. — Сектумсемпра! — проревел странно искажённый голос где-то сбоку, будто из стены. Сердце пропустило удар. Всё произошло за доли секунды. Крик. А потом боль. Больбольболь. Ещё несколько вспышек пронзили тело – кто-то явно не желал останавливаться. Джейн упала на спину, издав приглушённый стон. По всему телу появились множество глубоких, длинных порезов, их которых стремительно начала сочиться алая кровь. Перед глазами – круги, а затем полная темнота. И боль. Боль. — Скажи спасибо своему дружку за это, шлюха, — ядовито проговорил прямо над ухом смутно знакомый голос. Дальше окружающие звуки превратились в едва различимый шум. Боль. Сознание стремительно покидало девушку.