Perfect Blue in Kanagawa

кому: ублюдок снова буду поздно не закрывай дверь Дверь медленно открылась, заставляя звенеть прицепленные над ней ветряные колокольчики. В небольшое помещение ворвался свежий запах снега и мокрых уличных дорог. — Ты снова опоздал, — Темноволосый мужчина на ресепшене нахмурился, посмотрев на наручные часы. Наруто закатил глаза и снял мокрое пальто, вешая его на крючок для посетителей — Сколько же от тебя проблем, малой... — Хватит ныть, Мадара, — Наруто вытолкнул мужчину за стойку и нацепил на себя бейджик с именем «Люсиль» — Скажи спасибо, что я вообще пришел. Мужик ничего не ответил, вместо этого устало закачал головой, уходя в рабочий кабинет. Что ж, он уже смирился – с момента, как Наруто устроился на подработку прошел целый месяц. Мадара, собственно, являлся его работодателем. Разница между их возрастами была чуть больше десятка, но он оказался крутым парнем. Они сразу поладили, да и с устройством не возникло никаких проблем – Наруто приглянулся ему в ту же секунду, как открыл дверь. Однажды, после очередного рабочего дня, когда они хлестали пиво на террасе, он вдруг признался, что желающих было слишком много, но он никак не мог найти подходящего человека. А когда пришел Наруто – он сразу уловил в нем свою родственную душу. Прямо с порога. Узумаки, конечно, не знал, было ли это правдой или просто пьяными бреднями усталого дядьки, но в любом случае это тешило его эго. Еще бы! — Запиши еще одного клиента на пятницу в семь, — Приглушенно донеслось из открытого кабинета. Наруто громко щелкнул ручкой и начал писать — Я же просил тебя выкинуть эти ебучие ручки! Мобильник в правом кармане черных джинсов завибрировал, сообщая о новом сообщении. Наруто потянулся вниз. — Отвали, старик, — рявкнул Наруто, вытаскивая телефон.

от: ублюдок мог бы расставить запятые, они бесплатные

Наруто хмыкнул. Он как всегда. кому: ублюдок отсоси грамотей Телефон вернулся обратно в карман джинсов, а Наруто принялся заполнять журнал продаж. Интересно, о чем думает Саске? Сегодня вечер пятницы, Наруто уже в который раз не присутствует дома, да и в другие дни тоже редко бывает дома к ужину. Беспокоит ли это его вообще? Потому что Наруто... — Как дела с твоей принцессой, малой? — Мадара вновь вышел к стойке, присаживаясь на высокий стул, который обычно ставят возле барных стоек. Хотя, их стойка ничем и не отличалась... Мужик оправдывал это тем, что весь его макси-бар за спиной – долг работы, видите ли, посетителям нужно немного хряпнуть для храбрости. Но на самом деле клиентам редко когда перепадало что-то из его личной коллекции – Мадара глушил все в одиночку после работы. Каждый день. Гребаный алкаш... Так вот. Ему было интересно все это только потому что он сам не был безразличен к происходящему между ними. Конечно, они были хорошими друзьями. Даже очень хорошими – вот это его и беспокоило. Каждый день они будто танцевали по тонкому лезвию ножа – один неверный шаг и граница между «лучшими друзьями» и «любовниками» могла быть пересечена. И Наруто беспокоился на счет этих самых «любовников». Он до сих пор не потрахался, а значит, это влечение к Саске, возможно, всего лишь сперматоксикоз. Как у восьмиклассника – дрочка уже не спасает и безумно хочется кому-то присунуть. Но если рядом нет никакой девчонки, а яйца уже разрываются от количества спермы в них – встанет даже на дворовую собаку. И блондин не знал, что из этого хуже. Поэтому Мадара дал вполне очевидный совет – Учиху Саске нужно было просто трахнуть разочек и проверить, что с ним происходит на самом деле. Ответа на свой вопрос Наруто и боялся. Саске был отличным другом – нет, самым лучшим и близким его другом, который вечно терпел его и иногда сносил истерические припадки Узумаки. Поэтому разрушать дружбу с ним не хотелось. Об этом даже думать было противно – что он скажет ему? Как они будут дальше жить вместе? А если Саске полюбит его? Он же.. Он же мягкий. Как птичка или умный пластилин... Его же легко ранить, сломать или разбить! Он не может так поступить с ним. А что если после секса он к нему привяжется? Наруто отчаянно схватился за волосы. — Не знаю! Что! Мне! Делать! Сука, — Взвыл парень, ударяясь лбом о черный стол. Скорее всего, он первее двинет кони, чем загонит свой член в анус лучшего друга. Мадара устало выдохнул. — Почему бы тебе просто не поговорить с ним об этом? Наруто злобно затрещал. — Старик, у тебя уже маразм начался? Вроде тридцатник только, а уже несешь такую ахинею... — Попробуй напоить его и поговорить. Пьяные, обычно, говорят правду. Наруто вскинул бровь. Нет, у Мадары явно что-то не так с головой. Как вообще можно додуматься до такого? Это равносильно тому, чтобы залезть в пасть голодному дикому тигру. Также бессмысленно и безнадёжно. — Саске невозможно споить и остаться трезвым при этом. Когда я делала это в последний раз, мы пососались. Мадара задумчиво нахмурился, поглаживая тонкий острый подбородок. Наруто должен был признать, что мужчина выглядел очень даже привлекательно – со смазливым молоденьким лицом и красивыми забитыми рукавами всякой похабщиной. Он был в отличной форме: в меру подкаченный, рослый, от него всегда приятно пахло. Это подкупало. Сразу создавалось впечатление, что он опытен в отношениях. — Тогда все еще проще! — Оптимистично начал татуировщик, натягивая черные нейлоновые перчатки на руки — Если что-то пойдет не так, можешь свалить все на то, что ты был в говно. Меньше беспокойся, больше делай, Наруто. Пока не попробуешь – никогда не узнаешь. Дверь открылась, ветряные колокольчики над ней оповестили о новом посетителе. Мадара дружелюбно поздоровался с вошедшей милой девушкой и скинул ее на попечение Наруто, скрываясь в своем кабинете. Телефон в кармане вновь завибрировал, сообщая о новом входящем сообщение. Наруто натянул приветливую улыбку. — Заполни соглашение и сможешь пройти в кабинет, — Девушка, не выдержав прямого кокетливого взгляда, опустила взгляд на протянутые бумаги и смущенно улыбнулась — Тебе нужно подписать здесь и... - — Закрыто! Наруто радостно перевернул табличку на двери и долгожданно потянулся. Мадара выполз из кабинета, разминая шею. — Наконец-то, — Он вытянул бутылку коньяка из стеллажа за ресепшеном. Раздался характерный звук вскрытого горлышка и брюнет присосался к бутылке, вливая в себя алкоголь залпом. У Наруто дернулась бровь — Эта девка была такой душной. Еще так стонала... Я мечтал ее задушить! — Ты мог бы просто трахнуть ее. Она тебя соблазняла, — Наруто подмигнул своему начальнику и уселся за стойкой. Мадара плеснул ему немного коньяка в стакан и загадочно улыбнулся. — Не все решается сексом, — Он снова приложился к бутылке. Жидкость входила в него с такой же скоростью, как и обычная вода на утро после вписки — Да и трахать клиентов вне моей компетенции. Наруто рассмеялся, ставя пустой стакан на стол. Мадара вновь плеснул ему немного. Потом Узумаки вспомнил о пришедшем на телефон сообщение и потянулся в карман. — Старый дурак, многое теряешь. Некоторые твои клиентки такие сексуальные! Мадара многозначительно улыбнулся и промолчал, оставляя Наруто догадываться самому, что именно этим он имел ввиду. Блондин развернул ветку с сообщениями. Сердце сделало кульбит.

от: ублюдок плохие мальчики, пропускающие ужин, лишаются вечернего минета

И еще одно через пару минут:

но если ты хорошо попросишь...

Узумаки быстро выключил мобильник и рывком засунул его обратно в штаны. Казалось, его жар бесновался и сновал туда-сюда: от ушей к паху и обратно. Он закрыл глаза. Перед глазами как назло представилась пикантная картинка: Саске Учиха, стоящий перед ним на коленях, вбирающий его большой и горячий ху... Наруто глубоко вздохнул и распахнул глаза. Жар вновь распространился по всему лицу. Он проморгался несколько раз, чтобы окончательно развеять постыдное ведение отсасывающего ему лучшего друга. Стыд накрыл с головой. Наруто громко свалился на барную стойку. — Я так понимаю, одной бутылки нам будет мало... С тихой радостью сообщил начальник, вытаскивая из-под стойки второй стакан. - Мадара, как самый настоящий кореш, подкинул его до кампуса. Наруто почти валился с ног; голова у него ужасно кружилась и казалось, что в любой момент он может отключиться, упав рожей прямо в снег. На задворках сознания он прекрасно осознавал свое положение: Мадара уже свинтил домой, сам Наруто в полное дерьмо, а его сосед по комнате ждет его внутри с явным желанием устроить ему мастер-класс по оральным искусствам. Все это безумно угнетало. Он со всей своей осторожность проскочил мимо храпящей комендантши и практически прополз три этажа по лестнице, прежде чем добраться до своей комнаты. Перед дверью от его былой усталости ничего не осталось; все тело шумно напряглось в немом страхе оказаться сейчас изнасилованным своим собственным лучшим другом... Но воспаленное пьяное сознание кричало о том, что теплый и влажный рот Саске сейчас просто необходим на его члене, а распухшие до боли яйца подтверждали резонность этих мыслей. Наруто тяжело сглотнул и коснулся ручки двери. Он осторожно толкнул ее внутрь и чуть ли не закричал, когда увидел перед собой чужое бледное лицо. Саске стоял напротив двери в домашнем халате, скрестив руки на груди. Сейчас он был похож на мамашку... — Че ты тут делаешь? Саске хмыкнул. — Тебя, ебалая, жду, не видно? — Он затащил Наруто внутрь и замкнул за ним дверь, принимаясь снимать с него куртку. Узумаки еле стоял на ногах – его пришлось усадить на маленькое кресло при обувнице, чтобы он не свалился окончательно и не сломал себе зубы или нос об пол — И где ты так нажрался? Наруто с подозрением покосился на друга. Он что, следит за ним? — Как ты узнал, что я приду? Не говори мне, что ты ждал меня все это время... Саске громко прыснул, прикрывая улыбку рукой. Да уж, бухой Наруто – это что-то с чем-то. Казалось бы, куда еще ниже? Но со дна постучали. В кого он такой туговатый? — Ты сам мне написал. Учиха достал телефон и открыл переписку с Наруто, выставляя ее перед парнем. Узумаки сощурился и активно пытался рассмотреть плывущие перед глазами буквы.

от: не отвечать я едк дрмлй

И еще чуть пониже:

оьсосншь мнк?

Если бы под Наруто не было твердой опоры в виде кресла, он бы точно провалился сквозь землю. Он прикрыл глаза руками; по телу одновременно прокатились волны возбуждения и смущения. Он что, действительно это написал? Боже, что за абсурд... Наруто готов был разрыдаться в любой момент. Нет, он просто не готов был принять факт того, что он самостоятельно предложил своему лучшему другу ему отсосать. Это было... Невозможно! Уму непостижимо! Член болезненно заныл, упираясь головкой в резинку трусов. Наруто практически заскулил от неконтролируемого возбуждения, но тут же прикрыл рот рукой. Саске медленно присел перед ним на колени и потянулся к чужим ботинкам, чтобы их снять. Наруто сейчас выглядел как большой ребенок – ничего не понимал, почти плакал и выглядел даже немного мило, когда не мог осознать реальность происходящего. Серьезно, где и почему он так напился? Саске схватился за желтый шнурок, когда чужая рука мягко легла ему на затылок. Он замер. — Ты... правда собираешься мне...? Наруто почти задыхался. Его лицо было слишком красное, дыхание тяжелое и прерывистое, а глаза стали мутными, как и в тот раз, когда они целовались. Саске с любопытством скользнул взглядом ниже, останавливаясь на чужой объемной ширинке. Внутри все отлегло. Наруто был очень возбужден – это было видно невооруженным глазом. Проследить за ширинкой было всего лишь маленьким дополнением, чтобы ограничить все сомнения, что могли возникнуть. Саске потерял равновесие и чуть не свалился вниз, вовремя хватаясь за чужие колени. Вы только подумайте... Наруто хочет, чтобы он ему отсосал. — Если ты хорошо попросишь, Нару... Хватка на затылке усилилась, Саске резко притянули за волосы к ширинке, буквально тыча в нее носом. У Наруто сорвало все последние тормоза, которых, кажется, вообще у него и не было. Он завёлся с полуоборота. Только от одной мысли о том, что Саске сейчас сделает... Он больше не мог думать о чем-то еще. — Соси. Властный, приказной тон. По телу Саске прошлись мурашки. Каким же сексуальным Наруто был в такие моменты... Он определенно захотел бы себя, если бы однажды увидел со стороны. Брюнет, пытаясь совладать с дрожью в руках, расстегнул чужую ширинку и осторожно коснулся полувылезшего из-за кромки трусов крепкого жирного члена. Сверху послышался приглушенный вздох-всхлип. Ему нравится то, что собирается сейчас сделать Саске с его членом. Это ужасно заводило, хотя Учихе показалось, что он уже достиг своего предела... Он сжал член в своих мягких ладонях и приспустил чужие боксеры, полностью выпуская его наружу. Саске провел пару раз по сухой горячей коже на пробу – Наруто вновь тихо вздохнул, пытаясь сдержать рвущиеся из глотки стоны. Придвинувшись ближе к колом стоящему члену, Саске посмотрел на кроваво-красную головку, которая вот-вот готова была взорваться, и неконтролируемо облизнулся. Наруто больно сжал черные волосы на чужом затылке, явно подгоняя к более решительным действиям. Глубоко вдохнув побольше воздуха, Саске обхватил губами пульсирующую головку, мягко проводя по ней шершавым языком, и медленно стал опускаться вниз. Щеки мучительно медленно с глухим звуком растягивались вдоль ствола, скопившаяся слюна неприятно стекала вниз, пачкая живот Наруто. Хватка на затылке исчезла, позволяя Саске облегченно выдохнуть через нос, но всего на секунду; чужие грубые пальцы вновь больно схватили его за затылок, резко насаживая глубокой глоткой на член. Наруто громко и блаженно простонал, продолжая вдавливать Саске носом в жесткие лобковые волосы. До упора. Всей гребаной узкой глоткой. Мышцы Саске вокруг чужого члена быстро сокращались, видимо, от неожиданности: Наруто готов был кончить уже сейчас. Он приоткрыл глаза и посмотрел вниз. — Бля-я-ять, — Почти взвыл он, оттягивая Саске за волосы обратно. Его лицо... Он был насажен до упора, его слюни смешались с лобковыми волосами, глотка узко сжималась вокруг чужого члена, из глаз шли слезы, но его взгляд... Саске смотрел на него с животным желанием вперемешку с удовлетворением. Этому конченному идиоту нравится. Наруто ускорил темп, быстро и жестко трахая чужой рот. Саске издавал развратные хлюпающие звуки и тихо мычал, пока Наруто видел упирающуюся головку в эластичные стенки чужой глотки. Потрясающе — Какая же ты сучка, Саске. Наруто грубо толкнулся бедрами вперед, вгоняя свой член еще дальше в чужое горло. Саске широко раскрыл глаза и громко вскрикнул. Горячие слезы полились по чужим щекам, скапливаясь в уголках его рта. Наруто возбуждался еще сильнее, видя зареванное лицо своего лучшего друга на своем члене. Он ускорился, практически тараня чужое горло. Саске громко стонал, впиваясь ногтями в его бедра. — Нравится, когда я трахаю тебя вот так, да? Су-у-ука, — Наруто крепче и крепче сжимал волосы на чужом затылке, его движения становились все более и более грубыми. Саске закатывал глаза от удовольствия и подчинялся его движениям, не пытаясь сопротивляться — Отвечай, Саске. Нравится? Сосать мой член? Учиха был на грани реальности. Он слышал слова Наруто сквозь толщу воды, продолжая усердно вбирать в себя чужой член. Его слюна выделялась в ненормальном количестве – он чувствовал себя текущей сучкой во время вязки, которой жизненно необходимо было получить чужой член. Член Наруто. Это было безумием. Он громко промычал и закивал головой в такт ускоряющимся толчкам. Перед глазами стояла белая пелена, а член предательски дрожал. Саске скоро кончит. Наруто тоже. Когда чужие пальцы оттянули его волосы с такой силой, что они затрещали, Саске с громким стоном кончил, судорожно сжимая глотку вокруг члена Наруто. Тот толкнулся в него еще пару раз, прежде чем грубо натянуть за волосы к самому основанию и кончить внутрь. Саске проглотил, в последний раз ощущая внутри чужую горячую плоть. Узумаки, тяжело отдышавшись после оргазма, посмотрел вниз на Учиху. Растрепанные волосы, красные заплаканные глаза, растраханные опухшие губы, мутный расфокусированный взгляд... Наруто поднес к нему свою руку и осторожно погладил его по щеке. Красивый, — единственное, что проскочило в его мыслях перед тем, как он отключился. Саске пришел в себя, когда тепло чужой мозолистой руки покинуло его щеку. Он посмотрел на уже бывшего лучшего друга с сожалением, обтер себя, а потом его, раздел и уложил в кровать. В голове со скоростью света пронеслась сегодняшняя ночь. Саске обиженно поджал губы. Ладно Наруто, но он... Он же был абсолютно трезвый. Потом лег в свою постель. Ему бы тоже хотелось заснуть так быстро, как этот ебаный латентный пидорас, не сказавший даже элементарное «Спасибо за отсос, теме!». Да уж, это определенно в стиле Узумаки. Саске заснул, проглатывая слабую улыбку. Сегодня он понял, что у них плохо получается имитировать дружбу. - Наруто проснулся с ватной головой и телом, что тупо болит. Он поднялся на кровати, но понял, что идея просто отстой, после того, как его резко затошнило. Пришлось лечь обратно. Должно быть, вчера в салоне он немного переборщил с выпивкой – остатки вчерашнего вечера он совершенно не помнил. Не помнил, как выходил из салона, как добирался домой, как разделся и дошел до кровати... В голове была совершенная алкоголическая пустота. Он потянулся к телефону, что вероятнее всего, лежал в кармане его джинс – так оно и оказалось. Разблокировав его в надежде написать Мадаре и спросить у того, что же вчера с ним все-так произошло, он встретился лицом к лицу с диалогом Учихи. Быстро пробежавшись по нему взгляду, Наруто вновь подскочил на кровати и испуганно заорал. кому: ублюдок я едк дрмлй оьсосншь мнк? Сначала ему показалось, что он написал «обоссышь меня?», но углубившись в их переписку, Наруто со страхом вдруг осознал: нет, там написаны вещи гораздо страшнее, чем просьба помочиться на него... Он схватился за голову так, будто бы она собиралась сейчас отвалиться. С кухни прибежал взволнованный Саске в кухонном фартуке с лопаткой в руках. С соседней комнаты потянулся сладкий запах котлет, но Наруто совершенно ничего не чувствовал из-за шока. — Хули ты орешь? — С раздражением поинтересовался Учиха, заметивший, что Наруто в полном порядке сидит в своей кровати и занимается какой-то хуйней — Белку словил, алкашня? Узумаки скорчил свое лицо в жалкой гримасе ужаса с зарождающейся злостью. Похоже, еще не до конца пришел в себя. — Ты! Ты!... — Нагнетающе начал он, зажигаясь на глазах. Этот Саске... Явно что-то задумал! Захотел поиздеваться! Гребаный гомосек! — Что это такое? Наруто швырнул в него своим телефоном, почти попадая в нос. Саске невозмутимо взял его в руки как надо и принялся читать переписку. А потом последовала громкая ухмылка. — Я спрашиваю у тебя, еблан, че это еще за хуйня? Саске швырнул телефон обратно владельцу. — Понятия не имею, что это такое. Я вчера с тобой не пил, — Безразлично сообщил Учиха, собираясь покинуть комнату. Наруто раздраженно выдохнул, пытаясь вспомнить события ночи, но ничего не выходило. Будто все его воспоминания пришли и стерли ночью, как в том фильме с Джимом Кэрри... Чертовщина какая-то. Неужели, он так сильно напился? В голову не пришло ничего лучше, чем дождаться встречи с Мадарой в понедельник и все у него узнать. Если этот старый козел что-то натворил, нужно будет действовать быстро и в лоб – по переписке он сможет его обмануть, но в реальной жизни его сраное идеальное личико обязательно его выдаст. С потрохами! С кухни послышался приглушенный голос. — Поспи лучше. Ты не блевал сегодня, так что, думаю, из тебя ничего не вышло, — О, да, из Наруто определенно ничего не вышло, кроме не умеющего пить алкоголика. Какой позор... И еще этот Учиха как всегда хвостом вьется. Придурок, чертова нянька — Пока приготовлю тебе бульон. Станет полегче... Наруто недовольно скривился. Вот же неугомонный дрыщ! Готовит на семерых, а все равно такой же дохляк... — Беспокоишься за меня, дорогой? Он не видел чужого лица, но был уверен: безразличие на лице Учихи покачнулось, уступая дорогу... Агрессии. Он прямо чувствовал, как дрожат его губы и как сдвигаются к переносице его темные брови. — Боюсь, что ты заблюешь новый ковер. Безразлично ответил Саске, с головой уходя в готовку. Наруто вяло улыбнулся и вернулся обратно под одеяло. Да, ему обязательно нужно поспать еще немного. Правда вчерашнего грозилась устроить ему встречу с ободком унитаза тет-а-тет. Саске не умеет заботиться. И врать. - Саске бесцеремонно разбудил его через два часа, бесстыдно стаскивая с кровати за пятки. Наруто изо всех сил схватился за деревянные бортики кровати, которы опасно затрещали. А потом стал пинаться и брыкаться, в попытках победить Учиху неожиданностью. Но ничего не вышло, брюнет лишь предупреждающе недовольно зарычал и потянул его с новой силой. Даже кровать подвинулась следом за ним, оставляя на линолеуме рваные полоски. — Да ты заебал уже! Вставай, целый день спишь, лентяй, — Он все-таки отпустил чужие настрадавшиеся пятки и стал в дверном проеме, чуть облокотившись на него. Наруто слегка улыбнулся; Саске был похож на какую-нибудь заядлую домохозяйку; весь растрёпанный, усталый, в тупом кухонном фартуке, да еще и ворчащий, как старая бабка. Этот образ ему очень шел, к слову — Я для кого готовил эту ебучую похлебку от похмелья? Наруто поднялся с кровати, под пристальным узурпаторским взглядом Учихи застилая кровать флисовым красным пледом. В теле не было почти никаких сил – последствия прошлой ночи и слишком долгого дневного сна. Как же он это ненавидел. — Никто тебя не просил, — Застенчиво буркнул он себе под нос, не желая благодарить слишком много берущего на себя Саске. Все же, если он взял на себя роль его няньки – пусть выполняет ее на безвозмездных условиях. Узумаки, поглаживая урчащий вовсю живот, прошаркал на кухню голыми пятками, присаживаясь за стол. От супа исходил густой пахучий пар, выглядел он так же приятно, как и пах. Кулинарные способности Саске были на высоте, как и всегда. Это даже было приятно. То, что Саске позаботился о нем сейчас. — Не сильно напугал ночью? Учиха уселся напротив, скучающе подпирая лицо рукой. — Ужасно. Я... Даже все стены обосрал от страха. Не заметил разве? Наруто нахмурился и агрессивно проскрипел ложкой по дну тарелки, зачерпывая новую порцию супа и отправляя ее в рот. Вкусно. Желудок стал согреваться и медленно успокаивался, больше не издавая странных громких звуков. — Я серьезно, бля, — Саске скрестил руки на груди, откидываясь на спинку стула — Я был бухой. Мало ли что... Учиха усмехнулся, хитро сверкая своими узкими змеиными глазами. Наруто всегда коробило от подобного его взгляда... В такие моменты он выглядел действительно жутко. — Единственное, что ты сделал, это разбудил меня посреди ночи, заставил тащить твою пьяную морду в постель и раздевать, потому что сам ты был в такое ебаное говно, что едва и слог связать мог, — Учиха говорил быстро и четко, но в его голове не было слышно ничего, кроме насмешки. Ну, как говорится, с опытом приходит и безразличие к часто повторяющимся ситуациям — А так ничего. Ты был очень тихим, на удивление. — Мхм, — Наруто усердно принялся доедать суп от похмелья. Или это самовнушение, или эта шутка реально работает – ему стало гораздо лучше, головная боль была глухой и почти не ощущалась, а хаос внутри сменился идиллией. В общем и целом, его больше ничего не беспокоило, а настроение медленно поднималось все выше и выше. Пустая тарелка опустилась на стол с громким стуком алюминиевой ложки о керамические бежевые стенки. Наруто довольно облизнулся и тоже откинулся на стуле. После еды нужно обязательно отдохнуть и покурить. А потом постирать рабочие вещи и перегладить их... — Как тебе суп? — Саске с интересом наблюдал за ним с другого конца стола. Наруто устало прикрыл глаза. Ну вот, снова началось. Он буквально слышал мысли внутри черепной коробки Учихи, когда он произносил этот тупой вопрос. Неужели, он не понимает, насколько очевидно выглядят его наводящие вопросы? — Жалею, что не надел его тебе на голову. У меня все в порядке, Саске, не нужно меня опекать, — Наруто встал из-за стола и направился к раковине, чтобы помыть за собой. Он включил кран на всю, пытаясь сосредоточиться на шуме воды, лишь бы не вступать в тупой диалог с Учихой вновь. Нет, ему, конечно, было очень приятно, что о нем кто-то заботится. Это всегда хорошо, ему, должно быть, очень повезло иметь рядом с собой такого человека, но... Эта забота со стороны Саске выглядела как... Что-то навязчивое и неправильное. То есть, он мог бы вполне прожить и без ежедневных уколов в бок с таким отвратительным вопросом “Что случилось?“. И без попыток разговорить его их отношениях и вечера складывались бы гораздо лучше. Может это и было слишком эгоистично, но Наруто не хотелось заводить в свое болото еще кого-то, кроме себя самого. Саске был явно лишним. Там, внутри. — Можем позвать Шикамару и погонять в монополию, — Наруто домыл тарелку и поставил ее в сушилку. Саске по-прежнему вальяжно сидел на стуле, посматривая на Наруто из-под темной челки — Бля, тебя нужно срочно постричь. Саске нахмурился, сдувая челку с глаз. Почему он не следит за своим внешним видом? — Мне лень, отъебись. Я эмо. Узумаки, не долго думая, схватил его за руку и потащил в ванную, прихватывая кухонные ножницы. Что ж, если ему лень, Наруто займется этим сам. Отплатит за доброту, проявленную к нему ранее. Брюнет был заботливо усажен на заплесневелую поверхность стиральной машинки. Он что-то бормотал себе под нос, пока Наруто прикидывал, как лучше будет отрезать ему эту сраную челку: в лево или в право, прямо или наискосок, сделать ли ее тонкой или же... Он попытался воспроизвести лицо Саске в их первый день знакомства, но картинка была очень размытой; на его голове всегда творился настоящий беспорядок. Будто бы он сам делал себе стрижку в кромешной темноте... — Чем тебе не угодила моя челка? По-моему, я выгляжу как панк, — Брюнет, вытянув шею, заглянул за плечи Наруто, чтобы посмотреть в зеркало. Тот усадил его обратно, больно надавливая на плечи, чтобы не сутулился лишний раз и не дергался, как вошь на гребешке. Мысли сбиваются, картинка тускнеет... — По-моему, ты скоро ослепнешь и станешь совершенно бесполезным. Наруто задумчиво почесал подбородок. Саске бы, наверное, пошла небрежная челка. Можно оставить даже такую длину, что есть у него сейчас, только слегка изменить форму, чтобы не лезла в глаза... — Почему? Блондин потянулся к чужим волосам, что спутывались с длинными черными ресницами и, должно быть, неприятно кололи глаза. Он осторожно отодвинул их в бок, заодно и разглядывая лицо своего соседа. Как всегда красивое. Наруто взял в руки ножницы и пощелкал ими на пробу – вроде не ржавые. — Потому что... Блять, ну, потому что слепой художник не может рисовать. Он же ничего не видит. Хуже него только художник без рук, и если ты сейчас не заткнешься, я тебе устрою акцию два в одном, — Угрожающе предупредил Узумаки, вновь приближаясь к чужому лицу. Саске задержал дыхание и замер в трепетном ожидании. Чуда, наверное. Наруто чувствовал себя нейрохирургом, когда склонялся над чужим лицом и осторожно разделял пряди, чтобы не прихватить ничего лишнего. Сейчас он должен проделать невозможную работу: ему предстояло сделать из убогого гнезда на голове Саске менее убогое гнездо, которое бы больше походило на приличный шалаш. Все же, прилизанным Саске бы точно не пошло, а Наруто не хотел остаться лысым. Вся его молодость и сексуальность заключалась в золотистой шевелюре... Густые волосы Учихи были гладкими и мягкими. Они буквально скользили по ладони, приятно щекоча кожу. Наруто даже немного увлекся, трогая их – где-то забывал подрезать, где-то упускал пряди... Кажется, сейчас он игрался с чужими волосами. И ему это нравилось. — У моей матери были охуительные длинные рыжие волосы, но она запрещала мне их трогать, — Между делом решил поделиться Наруто вдруг нахлынувшими воспоминаниями. Саске приоткрыл один глаз, но тут же его закрыл и чертыхнулся – отрезанные волосы попали в глаза. Наруто слегка подул на чужое лицо и стряхнул ненужные остатки — Вот вообще. А мне, блять, хотелось сделать ей прическу, там, покопаться в них... Реально классные были. Ну она не давала. Поэтому я как-то обиделся на нее и мне в голову пришла замечательная идея; когда она заснула за телевизором днем, я стащил с кухни ножницы и отхерачил ей сантиметров десять от передней пряди... Как она тогда бесилась! Прям как ты, когда я прячу твои трусы по утрам. — На месте твоей матери, я бы тебя утопил. Наруто улыбнулся, делая завершающий штрих в своей работе. — Как котенка, — Он отодвинулся от Саске и сощурил глаза в оценке. Выглядело отлично; челка была косая, резкая, на уровне глаз, но в них не лезла. Саске так шло больше. Наруто был доволен своей работой — Ну, все. Можешь немного полобызаться с зеркалом, принцесса, а я пока звякну Шикамару. Наруто кокетливо подмигнул соседу и скрылся за дверью, оставляя Учиху наедине с собой и своей новой прической. Которая, к слову, вышла неплохой. Саске отошел от отражения и вновь уселся на машинку. «Станешь бесполезным», – эхом раздалось где-то на подкорке его сознания, оседая неприятной дрожью в руках. Насколько это было достоверно? Потеряв руки или глаза, он потеряет свой талант, который был дан ему наряду с другими инструментами? Но руки и глаза только помогают его таланту развиться в большей степени. Зависимы ли они в прямой пропорции? И взаимоуничтожают ли эти понятия друг друга? Слепые художники... Существуют ли они вообще? И что они рисуют, если все-таки есть? Больше походило на абсурд. Значит, они действительно бесполезны. Саске, в последний раз взглянул на себя в зеркало, вышел из ванной, выключая свет. И вместе с ним потухло и воспоминание о своем отражении. Бесполезный без глаз, без рук. Талант иссякаем. И почему-то этот вывод немного его придушил. - — Три к шести, — Игровые кости с глухим стуком свалились на мягкий ворсистый ковер. Они сидели вокруг большого картонного игрового поля, в треугольнике, друг напротив друга. Игра длилась уже добрые двадцать минут; за это время они с Наруто чуть не поцапались, а Шикамару уже в сотый раз вздыхал и закатывал глаза, жалея, что он вообще сюда приперся. Другими словами: игра протекала хорошо. Атмосфера была привычной. — Бля-я, — Наруто отчаянно схватился за волосы и закрыл глаза. Фишка Саске попала на последнюю ячейку с фудкортом. Самое прибыльное место – он явно не упустит шанс поднасрать. Узумаки даже захотелось встать на колени и попросить не делать этого — Мудила! Но Саске оставался собой ни смотря ни на что. Он с гордым видом выкладывает на стол игрушечные баксы и соглашается на предложение банкира-Шикамару выкупить «KFC». Наруто в который раз вскипает. — Конченный! Саске ухмыляется и бросает фишки еще раз. Один к четырем. Попадает на свое же поле. — Просто признай, что ты не умеешь играть. Наруто злится, выхватывает кубики с игрового поля, агрессивно размахивает ими и вновь выбрасывает на поле. Шесть к двум. Попадает на свободную ячейку отелей, которые принадлежат Учихе. Наруто хитро потирает ладони и скалится, в то время как зрачки Саске расширяются, а взгляд становится испуганным. Шикамару закатывает глаза и думает, что они вообще-то оба не умеют играть. — Наруто, Ваш ход. Приобретаете выпавшую ячейку? — Да! Узумаки протягивает игровую купюру стыдящему напротив Наре, но его руку вдруг резко перехватывают. Блондин следил взглядом за чужой худощавой рукой и сталкивается взглядом с почти обезумевшим Учихой. В комнате напрягаются все. Даже игральные кости. — Стой! У меня есть предложение, — Наруто вопросительно вскидывает бровь, пока брюнет внезапно подрывается куда-то в прихожую, а после притаскивает с собой три тысячи йен. Настоящих — Я предлагаю тебе сделку. Я отдаю тебе эти деньги, а ты... Внезапно в диалог включается до этого выполняющий роль фонового режима Шикамару. Смелости в нем было ровно столько же, сколько ее было и в Шэгги из Скуби-Ду. — Вообще-то, это противоречит правилам и... — Да мне похуй! Отъебись, — Убийственным взглядом и резким отказом останавливает его Саске, возвращаясь обратно к деловому разговору с Наруто. Нара устало покачал головой, схватился за переносицу и отсел подальше — Ну так что? Наруто задумчиво трет подбородок и обводит взглядом уже приевшийся серый потолок. Лукавит, еще как. — Не, пошел нахуй. Я покупаю, Шикамару! Он бережно передает игровую валюту временному "банку", пока Саске поджимает губы и прячет три тысячи йен обратно в кошелек. Что ж, он ему обязательно припомнит... — Не забывайте, что проигравший должен выполнить желание, которое придумает победитель вместе с банкиром. Все поля были куплены, а для поддержания духа конкуренции, Нара решил напомнить для чего они вообще все это затеяли. Узумаки, имевший при себе скромную телефонную сеть в правом коридоре и левый коридор социальных сетей таинственно улыбнулся, бросая взгляд не менее таинственному Учихе, у которого находились авиалинии и напитки. Шикамару, не выдерживая уже осязаемого напряжения между этими двумя горе-монополистами, перебрался на кровать, подальше, чтобы не влетело, если те вдруг решат подраться. С таким положением дел игра обещала быть долгой и жаркой. - — Проебался... Наруто устало распластался по ковру, лицом зарываясь в его длинные белые ворсинки. Саске довольно ухмылялся где-то сверху, обсуждая с надменно обсуждая с Шикамару их общее задание. — Бля... Надо было было все же соглашаться и забирать деньги... — Ну, да, они бы тебе сейчас понадобились, — Наконец заговорил сосед, отсаживаясь на крутящееся кресло за рабочим столом. Шикамару по-прежнему сидел на кровати Наруто и скучающе оглядывал взглядом комнату, чаще обычного пробегаясь взглядом по светлой макушке, лежащей на полу. Наруто ненавидел проигрывать — Твое задание сгонять в круглосутку и притащить нам ящик пива. Узумаки тут же подскочил с пола и злобно уставился на друзей; больше всего его гнев был направлен на Шикамару – такой подставы он точно от него не ожидал. — Ящик? Да вы ебнулись! — Он вновь обессилено свалился на пол и схватился за волосы. Нара начал всерьез задумывать о том, что так тот когда-нибудь оторвет их совсем. Интересно, есть ли психическое расстройство с подобными симптомами? — Это же половина, блять, моей зарплаты! Саске пнул его по заднице и бросил в него куртку, подгоняя к сборам. — Не преувеличивай и вали уже, заебал ныть. Пива хочу, — Наруто что-то неразборчиво прокряхтел, одарил Учиху обиженным взглядом и устало направился к выходу, накидывая пуховик — И сырок не забудь. Наруто остановился в дверях, осторожно разворачиваясь в проеме. — Какой еще сырок? Саске невозмутимо ответил, поворачиваясь в кресле. — Глазированный, конечно. — Да пошел ты! Узумаки агрессивно зашнуровал шнурки на черных ботинках и вылетел из квартиры, громко хлопая дверью. Саске проследил за каждым его движением, достал из ящика пачку сигарет и кивнул Шикамару. — Пойдем, покурим. Он надолго. Балкон встретил привычной прохладой и легким запахом табаком. Это место Саске более отчетливо ощущал своей комнатой, когда здесь находился Шикамару. Может, потому что он всегда был здесь лишним, а может быть потому что он просто сюда не вписывался. Никто, если честно. Кроме Саске, конечно. Он прошел внутрь, сел в свое любимое кресло, завернулся в плед и стал смотреть на пустой холст. Вообще-то, у него была одна идея, которая не казалась ему достаточно бредовой для ее исполнения, но все же... Она казалась ему немного безнадежной, а вот этого условия уже хватало хотя бы для того, чтобы задуматься о ее исполнении. Шикамару, возможно, был неплохим советчиком. По крайней мере, Саске казалось, что разговаривать – это единственное, что тот может делать. — Похоже, все пришло в норму, — Он отвернулся и закурил, смотря куда-то в окна общаги напротив. Интересно, ему самому не надоело строить из себя... Настолько конченного придурка? Как будто бы Саске вообще было какое-то дело до того, какой он человек есть. Он не Наруто. Они с ним не друзья. И вряд-ли у них что-то вообще получится... — Слушай, вот как ты думаешь: если птице оторвать крылья, она полетит? Или одних желания и задумки не достаточно? Нара повернулся в его сторону, продолжая медленно курить. Ну, да: сейчас в его голове завертятся шестеренки, Учиха обязательно их услышит, и в этом не будет совершенно никакого толка, потому что вопрос был несерьезный. А Шикамару... Воспринимает его как что-то абстрактное. Поэтому каждый их разговор для него – непосильный умственный труд. Поэтому он и дружил с Наруто. Все это очень просто... — Чисто теоретически – да, сможет. Ей могут пришить новые крылья, либо подселить ее организм к другой птице, или же... Саске тихо рассмеялся, поджигая сигарету. Да уж, кто-то действительно всерьез будет задумываться о таких абсурдных вещах... Какой же он придурок. — Да ладно тебе. Я же пошутил. Шикамару, не изменившись во взгляде, отвернулся обратно, продолжая курить. Как же захотелось столкнуть его сейчас туда, вниз, и смотреть, как он будет лететь вниз с совершенно безразличным взглядом, как не вздрогнет и не зажмурится ни на на секунду, когда его череп расколется на несколько частей и размажется по асфальту. Все потому что он ожидает. И, может быть, даже ждет. Саске не переставал улыбаться и вновь перевел свой взгляд на пустой холст. — Ты не очень-то похож на меня. Знаешь, в чем твоя проблема? Ответа не последовало. Предсказуемо... Этот парень никогда его не удивлял. Нет, он даже не пытался. Он, кажется, наоборот действует так, чтобы Саске понимал и просчитывал его ходы заранее. Может, по этой причине у них никогда не получится подружиться. — Твоя проблема в безразличии. У меня его нет, — Он встал с кресла и осторожно пошлепал до Нары, облокотившегося на перила. Легко обнял со спины, но никакого тепла не почувствовал. Это было и не удивительно. Они оба не были заряжены – Наруто был источником тепла и энергии для них обоих. И еще для половины людей на планете — Когда ты избавишься от него, ты с легкостью сможешь занять мое место. Чужое тело было почти неосязаемым, будто бесформенным. В руках Саске чувствовал только легкую прохладу и острые кости, которые Шикамару даже и не пытался прятать под тонким серым свитером. Они стояли молча слишком долго, но не настолько, чтобы устать от общества друг друга или же просто устать, стоя в одном положении. Саске держал руки практически под чужим сердцем – интимно, конечно. Но никакой отдачи не было. Было даже похоже на то, что Шикамару остановил свое сердце, лишь бы Учихе не досталось ничего лишнего. Какой же посредственный и скучный человек. Звук хлопающей двери заставил Шикамару выбросить бычок и закончить курение, отходя от перил. Рук не убрал – какой покладистый. Саске хмыкнул. — Принесешь мне две бутылки и можешь быть свободен, — Брюнет осторожно разомкнул руки вокруг чужой грудной клетки и сложил их на своих плечах, вновь кутаясь в одеяло. Тепло не становилось, скорее, это было просто привычкой. Которая всегда и всеми воспринималась жестом. И это бесило. Шикамару молча кивнул и наконец-то вышел. Ну, ему здесь явно не были рады... Учиха вновь вернулся к холсту, хватая кисть в руки. Он задумчиво уставился в белую пустоту напротив. Губы вновь сомкнулись в лукавой улыбке. — Чисто теоретически, говоришь? - Темно, но не страшно. В детстве было иначе – темнота была чем-то колючим и ледяным, настолько ощущаемым, что можно было поцарапаться о ее острые козырьки. Хотя сейчас темнота была не абсолютной – маленькие пузырьки послесвечения периодически мелькали в сознании – но ощущений тревоги и страха не вселяла. Наоборот, Саске впервые за долгое время почувствовал себя в безопасности. Все давалось привычно: дыхание, движения, даже чертежи и мазки; это было так мягко и точно, будто бы он был рожден ради этой рандомной прихоти. Он думал, что теперь был лишен всякого навязанного и постороннего, лишь субъективное и личное теперь руководило его действиями. И ему нравилось. Он пытался вспомнить лицо Наруто, а потом намеренно разрушить его в своем сознании, чтобы собрать его образ заново – из чувств, который он вызывал, из ощущений, которые он передавал, из эмоций, которыми делился, из его тембра голоса и интонации, из движений, походки, морганий, глотков и дыхания. Саске пытался собрать его субъективный образ из всего, что запомнил о нем и пропустил через свою призму ощущений. Это был его небольшой эксперимент, чтобы проверить, насколько Наруто может придавать значения своим словам. Дверь с тихим скрипом открылась. Саске не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что вошел Наруто – и это не потому, что тот весил слишком много, от чего пластиковые порожки жутко скрипели, а потому что от него разило их общим шоколадным гелем для душа за версту. Саске в самом деле стал ненавидеть этот вонючий гель. Из-за Наруто. — Настолько устал от своих картин, что видеть их не хочешь, даже когда рисуешь? Съязвил Узумаки, удобно располагаясь на перилах. Послышался чирк зажигалки, а после потянулся сигаретный дым. Учиха ничего не ответил, лишь продолжил усердно что-то вырисовывать. С закрытыми глазами. Современное искусство – такое вот оно... — Мадара вот курить попросил бросить. Говорит, лень ему деньги тратить на починку пожарной системы раз в полгода, проще табличку, говорит, купить. Раз – и все, навсегда. Повесил: не курить! Стоит доллар, если не меньше. А мне теперь не курить, представляешь? Я его послал, конечно. Будто он сам готов бросить. Да от его перегара скорее все сгорит, чем от моей сигареты! Бодро. Живо. Уверенно. Из Наруто буквально сочилась жизнь и ее можно было потрогать, пропустить через себя, почувствовать все то же самое, что и он, представить его выражения лица, мимику, расположение тела в момент его повествования – у Саске по-прежнему были закрыты глаза, но он готов был поклясться, что все это время видел Наруто. Отчетливо. Даже лучше, чем обычно: он ведь немного близорук. Учиха был воодушевлен. Незначительно, но это заставило его усерднее завозить кистью по холсту, а потом и вовсе с тихой грацией уложить ее обратно в чехол. А там уже и Узумаки подтянулся – конечно, если он не узнает, чем это таким Саске снова занимает ночью в своей комнате во время очередной попойки с друзьями – сдохнет от любопытства. Самому, конечно, тоже было нетерпеливо. — Ну, может покажешь уже, над чем ты так усердно трудился? Саске улыбнулся, не открывая глаз. Конечно, это волнительно. Ему немного еще хочется побыть уверенным в себе и своей работе, еще немного не разрушать построенные иллюзии собственного превосходства... — А что, так хочется посмотреть? Наруто, судя по всему, сейчас нахмурился и кинул в него раздраженный взгляд. — Ну, я только ради этого сюда и пришел. Стало интересно, с кем ты мне здесь изменяешь... Учиха слегка рассмеялся, осторожно коснулся повязки на своих глаз и спустил ее, открывая глаза. Улыбка на его лице стала более натуральной, а тело наконец-то расслабилось, расплываясь по креслу. Результат получился настолько вкусным, что Саске хотелось замурчать. Наруто нетерпеливо подскочил к мольберту и потянул его на себя, разворачивая картину. Его лицо будто бы некачественно залагало; эмоции не успевали задерживаться и на пару секунд, кружась в бесконечной карусели, как те самые старые игрушки хеллоу китти с механизмом. И Саске было достаточно этой бури. Вполне. Она, во всяком случае, описывала гораздо точнее и яснее, чем какие-то там слова. Тем более от Наруто. — Талант не исчезает пропорционально его инструментам. Феномен слепого художника не такой уж и феномен, на самом деле. Учиха снисходительно улыбнулся, подобрал плед, удобнее в нем заворачиваясь, встал на холодную плитку и зашагал к выходу, мимо все еще слишком теплого Наруто, который сегодня казался совсем огненным. Утро скреблось в домофон, а Наруто так и не смог закрыть глаза. Если он сделает это, увидит ли его так же отчетливо? - Утро выдалось не самым лучшим. А если быть честным, то просто кошмарным: во-первых, Наруто впервые проспал будильник, во-вторых Наруто впервые опоздал на работу, в-третьих, ему пришлось добираться пешком несколько остановок, потому что одну из станций на пути ремонтируют, в-четвертых Саске торжественно вручил ему огромный прямоугольный холст с его портретом и свинтил на учебу. А Наруто его, конечно же, привез в салон... — Будет висеть здесь. Придурок не любит смотреть на свои работы, пришлось забрать. Черт бы побрал этих художников... И все бы ничего, но присутствовал и пятый, пожалуй, самый раздражающий пункт... — Твой па.. Твой друг отлично рисует, малой. Пригласи его как-нибудь к нам в гости, нарисует мне пару эскизов. Мадаре понравился Саске. Этому чертовому козерогу-интроверту, любящему только выпивку и не признающему ничего на свете, кроме своего эго, кто-то понравился. Немыслимо. Шок. Настоящий ужас. Наруто это заставило усомниться в реальности происходящего: может, он вчера все же впал в алкогольную кому и сейчас это продукт его воспаленного сознания? Но грубые щепки за руку ничему не помогли. Сомнений не было: все происходящее абсолютно реально. — Ты не заболел? — Узумаки приблизился к чужому лбу и положил на него ладонь. Лоб был теплым – значит, вариант с температурой отпадает. Блондин нахмурился и почесал затылок — Старческий маразм наступает после пятидесяти. Сколько тебе там? Мадара лениво отмахнулся и закурил. — Да брось, нам нужны работники. Один я уже не справляюсь, а от тебя вреда больше, чем пользы. Ты рисовать не умеешь, — Пожалуй, это осадило блондина. Мадара действительно не успевает принимать заказы, и если так продолжится, в скором времени ему придется свернуть лавочку. Не то чтобы Наруто это как-то навредило: он-то работу найдет в любом случае, но здесь... С Мадарой расставаться не хотелось. Здесь было здорово: хорошо платят, делать нужно не много, рабочий график гибкий, достаточно выходных... — Хаширама больше не вернется в Японию, а я закрываться пока не хочу: бизнес только в гору пошел. Поэтому подумай. У него все-таки талант. Так точно изобразил... Он пристально уставился на картину, висящую возле бара. Наруто не был уверен, смотрит ли он на нее или же на бутылку виски пониже, но точно знал, что если он узнает как именно ее нарисовал Саске, он понравится ему еще больше. Поэтому решил промолчать: он не выдержит, если эти двое споются. - — Ну, это снова началось... — Наруто с трудом открывает балконную дверь с заржавевшей ручкой и чувствует на себе убийственный взгляд Саске. Он снова рисует. Судя по растрепанным не расчесанным волосам и пижаме, Саске сидит здесь с самого утра. Интересно, ему самому не надоедает? — У тебя депрессия? — Завались и сделай так, чтобы я тебя не видел здесь в ближай... шую вечность, — Брюнет сосредоточенно что-то выводил на картине, даже не смотря в сторону Наруто. И ведь не покажет, гад, над чем так усердно кряхтит вот уже... Сколько они там живут вместе? Он еще ни разу не видел хотя бы часть этой картины. Может, он рисует порно? Как манга, допустим... Или что-то более страшное? Например, Наруто со вспоротым брюхом. Мерзость — Ты мне мешаешь. — Я и не сомневался, но вообще-то я по делу, Ваше Величество, — Наруто подошел немного ближе и сел на подоконник. Саске наконец бросил на него слегка заинтересованный взгляд сквозь длинную челку — Хочешь заработать? Не сказал бы, что платят много, но... На продукты хватит. И на сигареты. Брюнет, наконец, отложил кисть в сторону и задумчиво уставился на картину. Ну вот. Видимо, он согласится. А если он согласится... Его спокойная жизнь хотя бы на работе закончится. — Ну и что ты молчишь? Учиха вновь принялся рисовать. Наруто устало вздохнул и выбросил бычок куда-то вниз. Что ж, он не меняется. Все такой же упертый козел. — Мне нужно подумать, — Лениво протянул он, кинув на Узумаки недовольный взгляд — А теперь свали. Побыстрее. Наруто удивленно посмотрел на вновь полностью погруженного в работу брюнета и вошел обратно в теплую комнату, про себя молясь, чтобы этому заносчивому социопату никогда не пришло в голову принять его сомнительное предложение. Но деньги все же были деньгами... Балконная дверь тихо закрылась, оставляя Саске в одиночестве. Зато с картиной. - Видеть, что рисует Саске было странно. Конечно, за работой он всегда выглядел безупречно – как бы Наруто не хотелось это признавать – но теперь он удивлял своим идеализмом вдвойне - то, что он рисовал, было таким же безупречным, как и его работа. Мадара сидел напротив и с интересом наблюдал за ловкими, почти невесомыми движениями Саске по бумаге. Наруто устало вздохнул. — Ну и как мы оказались здесь? Пиздец, — Он небрежно присел на край рабочего стола, слегка покачивая его. Две пары недовольных глаз уставились на него с явной угрозой — Вот! Я говорил! Вы уже начинаете меня выживать с моей собственной работы... Саске закатил глаза и продолжил выводить свои плавные линии, стараясь полностью игнорировать кричащее присутствие Наруто в комнате. Это было еще тяжелее чем, наверное, делать вид, что тебе не холодно, когда только выходишь из душа. Тем не менее, это было необходимо. Иначе эскиз получится слишком... Отстраненным. — Ты много возмущаешься, малой. Отдохнул бы что-ли... Можешь валить домой. Я даю тебе выходной, — Лениво протянул Мадара, перекручивая автоматический карандаш между пальцами. Как же хотелось вырвать этот сраный карандаш и воткнуть Саске его прямо в... Куда-нибудь. — И ты туда же! Я брошу тебя. Плохую рекламу сделаю, понял? Скажу, что насилуешь клиенток. Никто больше не придет к тебе, очковая морщина! Мужчина тихо рассмеялся, но ничего не ответил, продолжая следить за чужой работой. Саске уже нарисовал несколько эскизов до этого – они были неплохими; Мадара, возможно, даже возьмет их в оборот, если Саске, конечно, будет не против. У него была хорошая фантазия на всякие мрачные вещи, допустим, как церберы-близнецы со сросшимися головами или искривленные челюсти козлиных черепов... Это вписывалось в атмосферу его салона. То, что Саске будет работать здесь – было очевидно. Он был неплохой заменой Хаширамы. По крайней мере, на первое время, а там уже будет видно. Все-таки, он талантливый. Может даже лучше, чем его прошлый художник. — Долго еще? Наруто выглядел недовольным, но лишь на первый взгляд. Все ближе и ближе он подбирался к ничего не подозревающему Саске и пытался рассмотреть то, что он так старательно рисовал. Смотря на этих двоих, Мадара невольно находил общие черты; в том, что Саске такой же придурок, как и Наруто, он не сомневался. Они были такими частями паззла, которые обычно путаешь и пристегиваешь не туда – вроде очень похожи, но достаточно разные, чтобы идти одним и тем же путем. Может, поэтому Саске хочется показывать, а Наруто отчаянно наблюдать. А начало у них все равно одинаковое. Саске сложил карандаш в сторону и устало потер виски. Рисунок был готов, Наруто сразу понял это, но почему-то его не спешили показывать. Значит, он все-таки был прав в своих расчетах – Саске просто конченная зазноба и долго выдерживать паузу предвкушения – для него было фетишем. — Я закончил. Ты можешь посмотреть, — Безынтересно пробубнил он и протянул лист Мадаре. Что ж, другого от него и не следовало ожидать. Мадара внимательно уставился на листок. Будто бы он действительно что-то в этом понимал... Наруто думал, что они сейчас все здесь выглядят очень тупыми, делая вид, что они занимаются какими-то важными делами. Но глаза Саске в этот момент сверкали как-то иначе, будто бы он был слегка встревожен... И именно поэтому Наруто пришлось сдержаться и не выпалить что-то очередное язвительное. Возможно, для его соседа этот момент что-то значил. — Выглядит круто, — Мадара вернул эскиз обратно, разминая затекшую шею. Снова для вида. Ну и старый придурок — Хочешь работать у меня? Наруто недовольно хмыкнул, развернувшись на стуле в сторону выхода. Он уловил на себе пару заинтересованных взглядов, когда медленно, но очень важно приближался к вешалке возле выхода. — И это все? — Он накинул на себя пальто и наспех замотался шарфом, от чего волосы на затылке слегка приподнялись — Ты разглядывал ебучий листок бумаги пятнадцать минут и теперь все, что ты можешь сказать это «Выглядить клютя, хотись ляботять ся мней»? Ну ты и позер, Мадара. — Что тебе снова не понравилось? — Устало, в прочем, как и обычно, спросил Мадара, откидываясь на стуле. Саске молча наблюдал за происходящим из-под своей криво постриженной челки. Что ж, блеска в его глазах чуть поубавилось. Щеночек расстроился из-за того что его не похвалили как следует? — Учитывая все это время, которое ты потратил на молчаливое созерцание нарисованной письки, ты, по крайней мере, должен был выдать поэму комплиментов для Саске. Не меньше. Мадара тихо усмехнулся, поднимаясь и уходя за барную стойку. Алкашня, — ругался Наруто про себя, поглядывая на неожиданно притихшего Саске. Какая собака его укусила? Обычно, в таких ситуациях его не заткнешь, а тут... Кого он из себя строит? Придурок. Слишком много придурков на таком маленьком периметре. — Я уже не в том возрасте, чтоб соблазнять кого-то бесполезными словечками, Наруто, — Очередная пробка покинула тугое горлышко бутылки коньяка. Мадара кокетливо подмигнул уже слегка запарившемуся Наруто и плеснул немного себе в стакан — Все, что я хотел сказать, я уже сказал. Саске сам решит, как это интерпретировать, верно? Ну, конечно, — про себя подумал Наруто, закатывая глаза. Видимо, быть занозами в жопе у Учих фамильное. — Я жду тебя на улице, — Предупредил он Саске, прежде чем скрыться за запотевшей дверью салона. То, что осталось за закрытыми дверями – его больше не интересовало. В конце концов, Саске уже маленький, чай сам разберется. — Я согласен, что нужно подписать? — Невозмутимо отозвался Саске, после того, как дверь за Узумаки захлопнулась. Мадару это немного позабавило. — Я передал Наруто документы еще в понедельник. Должно быть, он надеется на то, что ты откажешься, поэтому готовься к тому, что он попытается тебя переубедить... Губы брюнета дрогнули в слабой улыбке. Конечно, это же Наруто – от него следует ожидать чего-то подобного. — Думаю, если бы он надеялся на это, меня бы здесь не было. До встречи, Мадара-сан. Саске подобрал портфолио со стола и сложил все в потрепанную сумку, попутно накидывая на себя пальто и перчатки. Еще пара секунд – и его присутствие перестало ощущаться, оставляя за собой только слабый соленый запах моря и глухой треск ветряных колокольчиков. — Действительно... Задумчиво протянул Мадара, уставившись на залитое дно стакана. Коньяк сегодня имел очень странный вкус. Будто бы он попробовал его впервые. - — Что ты знаешь о жизни на Аляске? Они сидели на кухне без света, в окружении пахнущего воска вот уже... Кажется, никто из них не подумал последить за временем. Впрочем, это не так уж и важно; в общаге отключили свет еще днем, ссылаясь на какую-то аварию, но Наруто был точно уверен в том, что их заведующий вновь не успел вовремя оплатить счета. Поэтому их корпус обесточили. Это уже не впервые... И они, вроде как, научились с этим справляться. — Почти ничего. Меня это не интересует. Наруто легко улыбнулся. — Да-да, Саске, тебя интересуют только твои картины, я помню. И это ужасно! Ведь Аляска поистине интересна. Тебе бы там обязательно понравилось. Учиха закатил глаза и сел в закрытую позу. В такие моменты сама жизнь располагала к одиночеству, но Узумаки этого, видимо, не понимал. А ведь Саске всего-то хотел побыть один... — Я слышу это каждый раз и каждый раз твои безумные предположения вызывают у меня тошноту. Что на этот раз? Скажешь, что я бы мог выебать моржа или белого медведя? — Что ты... Нет, там просто холодно, тихо и одиноко. Прямо как ты и любишь, — Наруто мечтательно прикрыл припухшие веки и его лицо стало каким-то блаженным. Саске, наоборот, нахмурился – старательно думал над чем-то — Что может быть тоскливее моря? Действительно... Ну, например, когда в общаге вырубают свет и вы сидите с догорающими свечами вот уже несколько часов подряд, пока за окном льет как из ведра. Или когда в детстве ты смотришь по телевизору совершенно не интересные мультики в ожидании своего любимого. Или... В общем, Саске остановился на том, что этих «или», вообще-то, было очень много. Он наблюдал за по-прежнему блаженным лицом Наруто. Оно было ужасно красивым – острый нос, смуглая гладкая кожа, обильная россыпь веснушек, длинные пышные ресницы... Столько раз он представлял его лицо внутри своей головы, столько раз он собирал и разбирал его по частям... Наруто прекрасен и это очевидный факт. — Только вечная мерзлота, Саске. — Ты считаешь меня тоскливым? Покой Наруто слегка пошатнулся. Он приоткрыл глаза и в них не было никакого удовольствия. Притворялся? — Я много думаю о тебе, — Саске хотелось бы смутиться, но, наверное, он был не совсем в том положении, чтобы это сделать. Блондин неохотно продолжил — И тоскливость тебе не подходит – у вас ничего общего нет. В тебе больше от тревожности. Ты нервный и озабоченный, постоянно все прячешь и ждешь чего-то. У моря погоды. — Говоришь так, будто бы знаешь все обо мне, но на самом деле... — Отчего-то ему стало злостно. Может быть, это была больная тема, а может, Узумаки снова начал применять свои идиотские психологические уловки и таким образом... Хотя, что он несет? — Я думаю, что нам лучше оставить этот разговор. Неловкость между ними разорвал хриплый смешок Узумаки. — Ну вот. Ты снова убегаешь от ситуации, вместо того, чтобы решить ее... А потом ты будешь загоняться из-за этого, верно? Думать, что ты сделал что-то не так... Дыхание сперло. Саске схватил его за ворот помятой футболки и ткань под пальцами опасно затрещала. Лицо Наруто вдруг стало раздраженным. Он схватил его за руки и с силой оттолкнул от себя. Футболка разорвалась и ее треск в этот момент показался Саске чересчур громким. — Доигрался? — Блондин смотрел на него как на ребенка. Будто сердитый отец или недовольная мать. Это раздражало еще больше. Хотелось ему вмазать... Кулак перехватили в считаные секунды, Наруто ощутимо сжал его кисть — Прекращай. Контролируй себя, ты же не животное. Запястье перестало жечь, тепла рядом больше не чувствовалось, в ванной зашуршала вода. Саске вдруг понял, что на кухне он остался один. Взгляд зацепился за лежащую в углу папку с эскизами. Определенно – эта работа сведет его в могилу. Над головой загудели лампочки и тусклый свет медленно расплылся по комнате. И ведь он, черт побери, действительно думал. Всегда.