Незаконченные истории

Он проснулся и некоторое время лежал не открывая глаз. Где бы он ни оказался, здесь было тихо и спокойно, и белье было таким мягким и прохладным на ощупь, словно его только что принесли из стирки. Гарри осторожно ткнулся носом в краешек наволочки. Вроде бы никого рядом с ним не было, но все же... Вставать не хотелось. Он полежал еще немного, прислушиваясь. Интересно, где он. Это не спальня – слишком много воздуха вокруг. И кровать уже, хотя все равно удобная. Может быть, Нора?.. Сдаваясь, Гарри зевнул и приподнялся на локтях. Каменный потолок уходил высоко вверх, образуя свод, который поддерживали полуколонны. Ряд стрельчатых окон тянулся за его спиной и по стене напротив. Между ними, в пятнах бледного света, стояли койки: ни одна из них не была, как у Гарри, застелена. Прищурившись, он нашел на прикроватном столике очки. С вернувшимся зрением комната показалась еще более пустой. Кроме него в Больничном крыле никого не было. С легким любопытством он пошевелил ногами и руками. Мышцы не ныли. Ни как после тяжелой тренировки, ни как после Круциатуса. Голова не болела. Напротив, он хорошо отдохнул, выспался, и осталась только приятная сонливость. Он сел. На полу обнаружились мягкие тапочки, а на ближайшем стуле еще и тяжелый теплый халат. Огляделся в поисках палочки. Обычно ее оставляли рядом с очками, но больше на столике ничего не было. Гарри нахмурился. Пошарил в карманах, заглянул под подушку. Без палочки стало неуютно – будто босиком выскочил на улицу. Он вышел из Больничного крыла, помедлил перед лестницей. Монетки в карманах не нашлось, считалок он не помнил, кроме одной: «Раз, два, три, Поттера лови!»... Тянуло почему-то вниз. Ни на лестнице, ни в коридорах ему никто не попался. Из-за дверей классов не доносилось ни звука, и у Гарри мелькнула мысль, что здесь, сейчас – лето. Наступили каникулы, и все студенты разъехались… Но, сколько он ни пытался, невозможно было определить погоду на улице. За окнами клубилось что-то белесое, словно тонкие жидкие завитки. И почему же тогда так холодно? В коридорах пробирались вдоль стен сквозняки. Словно местные привидения. Настоящих привидений ему не встретилось. Он то ускорялся, то брел, едва переставляя ноги, но от этого ничего не менялось. Внутреннее ощущение времени исчезло – его заменила пустота. Молчание спустя он обнаружил себя рядом с кабинетом Трансфигурации. Тяжелая дверь стояла нараспашку. «Никого же нет», – напомнил себе Гарри – и ускорил шаг. Кресло профессора пустовало. Он неловко замер на пороге, борясь с неприятной горечью во рту и желанием пойти и… «Что? – спросил он сам себя. – Найти кого-то? Но кого?». Переступив через порог, он бесцельно прошелся между рядами. Голые парты. Ни учебников, ни забытых черновиков. Место Гермионы, место Рона... На его – такая же пустота, как и на других. Он присел. Прикрыл глаза. Вот сейчас справа завозится Рон... Пробормочет, что «заклинание слишком сложное»... Или Гермиона за спиной ткнет уголком книги. Тишина забивалась в уши. Сидеть было невмоготу. Распахнув глаза, он вскочил и, не задерживаясь, торопливо вышел из класса. Он сам не заметил, как оказался у главных дверей. Толкнул створку и вышел наружу. Его ждало белесое нечто. Оно влажно коснулось лица, лизнуло руки и забралось ему под футболку, оставляя мокрые следы ладоней на животе и груди... "Вот теперь можно и остаться", - подумал он слегка удивленно. Белый туман согласно обступил его, и Гарри почувствовал, как под невидимым давлением из него уходит что-то, - он бы не смог описать это одним или даже двумя словами. Это была тревога - и не была она. Страх - но и не он. Скорее, это было что-то, из-за чего он вообще тревожился и боялся, что-то лишнее в нем самом, что вызывало - позволяло испытывать эти чувства. И он чуть больше погрузился в белую пустоту, не совершая при этом никаких движений: так ныряльщик выпускает немного воздуха, чтобы спуститься ниже. Интересно, что там на дне? - спокойно подумал Гарри. Он не торопился и просто ждал, когда давление утянет его туда, куда и должно. Однако... Да, однако у него возникло ощущение, что за ним кто-то наблюдает. Даже не так: кто-то думает о нем, идет за ним, прокладывая себе путь сквозь туман, который тает на глазах от этого чужого внимания. Гарри протестующе замычал и сделал попытку нырнуть глубже, - и ему почти удалось, когда чья-то худая, но сильная рука крепко схватила его за шиворот и потащила назад. Туман растекался. Его не хватало даже, чтобы закрыть ему щиколотки, и Гарри задергался, пытаясь вырваться из чужих рук, которые тянули его прочь от... от... - он яростно рыкнул, понимая, что уже не помнит, что потерял - помнит только, что это было важно и нужно, и - это несправедливо отняли у него! - Соберитесь, Поттер! - произнес хриплый голос у него над ухом, и Гарри вздрогнул от странного ощущения - словно воздух колыхнулся, приподняв завесу памяти... Но его дернули вверх, - и ноги спешно пришлось переставлять по ступеням, - а затем дверь за его спиной закрылась с немой тяжестью, и он вдохнул холодный застывший воздух помещения. Он снова был в замке. Но на этот раз не один. Гарри обернулся. И встретился взглядом с Северусом Снейпом. ---- - Что происходит? - спросил он прежде, чем профессор успел произнести хоть слово. - Где мы? Что это за место? Почему?- Снейп молча разглядывал его, и Гарри захотелось что-нибудь швырнуть, лишь бы заставить того говорить. Холл окружал их плотным кольцом пустоты; портреты, как теперь заметил Гарри, не двигались, - это были обычные маггловские "рисунки", растерявшие всякий смысл. Двери в Большой зал были приоткрыты, но оттуда не доносилось ни звука, не мерцали на каменном полу отблески свечей. На его памяти Хогвартс никогда не был таким безликим. ---- Этот Снейп был выше (разве это возможно?), худее и бледнее прежнего. Правда, стоило Гарри задуматься, а когда он в последний раз видел Снейпа, и в голове наступил полный кавардак. Он встретился взглядом с профессором. - Итак, - сказал тот, - каково это? ---- Вокруг был Хогвартс – и в то же время чужое, странное место, правил которого ему никто не озвучил. Привет, – пробормотал Гарри про себя. – Ты ведь не против, что я тут? ---- Вообще-то да, – с вызовом бросил Гарри, – я бы хотел, чтобы был кто-то, кто пришел и решил все мои проблемы! Кто убил бы Волдеморта, и мне не пришлось с ним сражаться, поймал Петтигрю, и я бы смог жить с Сириусом! Я бы хотел, чтобы у меня был!.. – голос сорвался, и Гарри обхватил себя руками – плечи вздрагивали. ---- Гарри охнул, когда ему в подставленные руки приземлилась гора книг, «сброшенная» Гермионой. Гора пошатнулась, он наклонил ее на себя и придержал еще подбородком для верности. – Эй! А я-то тут при чем? – возмутился Рон, подхватывая свою порцию. Гермиона прищурилась. – Понял. Осознал. Я при чем. Куда нести-то? ---- Он взял лист дуба и написал на нем, торопливо: «Свой», – и протянул Снейпу. – Тут довольно... пусто, – пробормотал Снейп. – А чего вы ожидали? Оркестра? – буркнул Гарри. ---- – Это странное место. Здесь как будто всегда осень, – сказала Полумна, а Гарри ахнул. Здесь и правда была осень. Золотое, жаркое, огненно-багряное – под ногами, над головой. Повсюду. Тонкие березы, розово-белые. Хлопотливые осины. Пылающий клен, и дуб – солнечный. Он замер. – Пойдем, – позвала его... береза. Гарри моргнул – нет, это Полумна стоит, и ее волосы сливаются с деревом, а красные ботинки – с листвой у ее ног. – Ты ничего не испортишь. – И как ты всегда знаешь, что надо сказать?.. – Просто я много молчу, – легко отозвалась Полумна.