Сам по себе

      Сора открыла глаза, опасливо оглядываясь. Сейчас она слышала лишь тишину — ни шепота мужчины, ни сдерживаемого ладонью визга Лили. Почему затихла последняя, было понятно, девушке не нужно было поворачивать головы, чтобы знать, что ребенок уже без сознания. Но что с мужчиной? Почему он не подходит к ней? Нет, Пятый не слишком разговорчив и не тактилен от слова совсем, она помнила, но, все же, должен же он хоть как-то обозначить, что дело сделано?.. Сглотнув, Сора повернулась к Лили и увидела лежащую на полу девочку, но Пятого рядом не было. Никого живого в комнате больше не было. Только она. Она наедине с трупом маленькой, испуганной Лили, с ее заплаканными глазами, покрасневшими от холода пальцами и румяными, теперь уже бледно-алыми, щеками.        «Только что здесь был Пятый. Был! Или не было?! Померещилось? Бред? Горячка?»       Сора судорожно прижалась тыльную сторону собственной ладони ко лбу. Лихорадило. Или, может, казалось, что лихорадило. Температуры не было, но ощущение бреда было. Она этого не могла однозначно определить, только подорвалась на месте, садясь и тут же теряясь в пространстве. В глазах потемнело резко, но девушка пальцами, испачканными в собственной крови, сильно нажала себе на переносицу, глаза жмуря. Нельзя сейчас… Сейчас нельзя. Девушка посмотрела на тело, поджимая губы. Что же она наделала?! Как допустила такое?! Куратор будет в бешенстве! А Пятый… Ох, если все это бред и его тут не было, то мужчина тоже будет крайне зол. Он и без того ее ненавидит, а теперь у него будет дополнительная причина в виде проваленной миссии.       — Нет, нет, нет, нет… — со стоном девушка подорвалась, чтобы встать с дивана, но только шумно упала с него, тут же шипя от внезапной (для кого?) боли в бедре. Пуля все еще на месте. Протяжно простонав, она продвинулась вперед, на локтях, оказалась рядом с Лили — вторым человеком в ее жизни, кто родился первого числа, кого она пообещала себе охранять и кто в итоге не получил ее помощи и погиб. Она не просто так показалась ей похожей на Джессику. Сейчас сходств было куда больше: они обе доверились и погибли. Сора слишком слаба, чтобы суметь защитить, теперь она это однозначно понимает.       Девушка коснулась ее шеи и синяков на ней, ее запястий, по которым уже не посчитаешь пульса…       «Только не опять… Нет, прошу… Ей нельзя уходить, она же еще совсем ребенок…»       Сора плакала. Потому что больно, обидно, жалко, страшно… Миссия провалена. У нее на руках мертвая из-за нее же девочка. Потому что не спасла. Как Лили умерла? Это Сора ее задушила? Почему в бреду это кажется возможным вариантом? Полное несоответствие воспоминаний создало странные мысли, и девушка просто не могла отличить собственные мимолетные догадки от реальных событий, успокоиться не могла тоже. Сора плакала в полный голос, протяжно ныла, бережно придерживая рядом с собой тело Лили.       Девушка плакала настолько самозабвенно, что не заметила, в какой момент рядом появился Пятый. Только войдя в комнату, он сразу же подбежал к ней, присел на одно колено. Мужчина был так близко… но у Соры не включился обычный режим «напарника». Он грубо тряс ее за плечи, а она не могла очнуться, только тряпичной куклой моталась из стороны в сторону, так и вцепившись в тело девочки. Она не слышала его голоса, хотя он буквально кричал ей в лицо.       «Что произошло? Что ты наделала?! Как ты допустила это?! Ты, черт тебя побери, что натворила?! Какого черта?! Сейчас же объяснись!»       Он не добился ответа. В очередной раз сильно дернув чужие плечи на себя, окончательно бросил эту затею — понял, что Сора не сопротивлялась, все было бесполезно. Сознание окончательно покинуло девушку, и ее тело обмякло, свалившись на пол.       — Потрясающе, блять, — в сердцах произнес, отталкивая от себя труп и спешно вставая с места. Дворецкий на пороге учтиво предложил задержаться на чашечку чая, но Пятый отмахнулся. Он не пьет чая. Дворецкий предложил и кофе. И джентльмен, презрительно глянув на два тела, лежавшие слишком близко друг к другу, кивнул. Да, кофе сейчас было бы кстати. Но если эта откинется от потери крови, Куратор будет недовольна. Все же не просто так она просила защищать обеих. Первооктябрьских она ценила… Интересно, кого больше? Пятого или эту?.. Пятого. Точно Пятого. В этой не было ни благородства, ни смелости, ни ума, достаточного для быстрого реагирования на ситуацию… Опыта тоже никакого. Поэтому джентльмен явно победил в этом состязании. Но все равно вновь подошел к Соре, теперь уже с брифкейсом. Как бы ему не хотелось, чтобы эта дрянь осталась тут, он должен был показать себя очень хорошо на этой миссии, ведь уже решил для себя, что будет просить за эту ему ненужную и неинтересную работу.       Дворецкий в дверном проеме появился сразу после того, как послышались уверенные шаги мужчины.       — Уже возвращаетесь, сэр? — учтиво спросил, не ожидая, что ему ответят. Его работа — лишь содержать дом для того, чтобы им можно было воспользоваться в любых целях. Комиссия за это здорово платила, так что почти готовый кофе и силы на него затраченные было совсем не жалко.       — Уберёшь труп девчонки, — ответ последовал скоро. Пятый не поднял глаз, только кивнул в сторону отброшенного к дивану (чтобы не мешало и не раздражало одним своим присутствием) тела Лили. Сам все так же стоял возле Соры, недовольно сверля ее взглядом и носком ботинка ей на живот чуть наступая. Его бы воля — весь вес тела бы перенес на эту ногу, а не легонько трогал подошвой…       Дворецкий кивнул, нисколько не чувствуя себя задетым, даже не обратив вслух внимания на то, что, вероятно, ему бы не понравилось, веди себя кто угодно с ним так, как Пятый вел себя по отношению к Соре. Это его работа. Ему за это платят. И хотя чаще агенты вели себя чуть повежливее, таких, как Пятый, тоже хватало. А еще хватало мозгов не бесить людей, у которых точно есть с собой оружие и которым твоя смерть как сломанная тростинка, лишь капля в море.       –Вот чертовка… — Мужчина установил дату и место на брифкейсе и присел на корточки, обмякшую руку Соры кладя и прижимая своей к ручке портфеля.       — До свидания, сэр.       Пятый тихо усмехнулся, кивая. Нет, никаких дальнейших свиданий тут не предусматривается. Чтоб ему еще раз пересечься со всем этим дерьмом…

***

       В Комиссии как всегда спокойно и размеренно текла работа. Редкие люди переходили из помещения в помещение, был слышен мерный стук клавиш печатных машин. Обычно, сюда не прыгали с миссий, и ничто не нарушало спокойствия этого места, но сегодня не обычно. Сегодня — день первой миссии Соры, надо сказать, закончившейся полнейшим провалом.         Пятый появился и спокойствие вокруг себя разрушил на раз. Вернее не он, а тело Соры. Тут же позвали штатного медика и его команду, он припал на колени рядом с девушкой. Пятый выпрямился, удерживаясь от желания пнуть напарницу напоследок, указал пальцем на нее.       — Пуля в бедро. — Бросил, как будто требовал не вытащить, а пустить еще одну.       Все свои мысленные прибавления («и мой кофе», «заслуженно», «сама подставилась») джентельмен оставил при себе, отвернувшись и чуть скривившись. Ему нужен был Куратор. Остальное было не так важно. Главное, что этот опыт должен стать первым и последним. Хоть бы девчонку не успели спасти…       Он уже шел по коридору в сторону кабинета, как ему навстречу из-за поворота вышла Куратор. Она улыбалась и покуривала.       — Отличная работа, дорогой. Настоящий профессионализм.       Пятый не понимал, о чем она. Насколько ему было известно, в миссии не было пункта об убийстве девчули. Но видимо, пунктик был. Вздохнув и базовую улыбочку на лицо нацепив, он собирался сразу в лоб выставить свои условия. Но его опередили, обворожительно улыбнувшись.       — Я…       — Хочешь работать один. Знаю. И я даю добро. Отныне ты в команде с брифкейсом. Задания я буду давать лично. Твоя манера вести игру мне более, чем подходит. Кофе?       — Черный, — чуть растерянно произнес джентльмен, но затем приподнял голову и принял вид человека очень важного.