Глава 1. Разжигая пламя.
26 июля 2021 г., 00:05
Зимой весь Ремнант с тревогой наблюдал за обстановкой в королевстве Вакуо, что на западе континента Санус. Политическая обстановка там складывалась крайне неприятно — произошёл государственный переворот, во время которого правящий монарх Леонард I Лайонхард был убит. Его место занял другой — некий Артур Уоттс, человек, ничего не смыслящий ни в политике, ни в военном деле, и имеющий весьма сомнительные цели и идеалы.
Главный государственный пост в Атласе в это время занимал Джеймс Айронвуд. Про него можно сказать пару слов — кадровый офицер, в свое время он участвовал в Великой войне, когда войска Вакуо и Вэйла нанесли сокрушительное поражение Атласу и Мистралу. Его женой являлась Винтер, старшая дочь крупнейшего промышленника страны графа Жака Шни, который приобрел свой титул, удачно женившись.
У Джеймса и Винтер было двое сыновей — восьми и четырех лет. Айронвуд дослужился до генерала армии, затем, когда правящая династия прошла в упадок и затем потерпела крах, взял власть в свои руки. Ситуация получилась весьма необычной. Айронвуд занимал должность регента при короле, которого не существовало. Старый король умер уже давно, его сын-наследник трагчески погиб в горах, а единственная оставшаяся представительница династии официально не имела никакого права на власть, да и, вдобавок, являлась несовершеннолетней. За это Айронвуда в шутку называли «регентом армии».
Насмотря на подобную ситуацию, правитель из него вышел очень неплохой — Айронвуд смог назначить на ответственные посты вполне компетентных людей, что позволило вытащить государство из послевоенного кризиса, и занялся армией — по его приказу была разработана новая система подготовки солдат, наращивалось производство техники и различного оружия. На Айронвуда весьма неслабо подействовало поражение в войне, однако союзников он не сменил — Мистрал по-прежнему находился в тесных отношениях с Атласом, да и в Аргусе по-прежнему находилась атлезианская военная база.
В королевстве Мистрал, что на севере континента Анима, на данный момент пост премьер-министра занимала Робин Хилл, в Вэйле, что в центральной части континента Санус — Оскар Пайн. Эти страны имели строй конституционных монархий.
В демократической республике Менаджери, что южнее Мистрала, недавно прошли выборы, и президентом умудрился оказаться некий Адам Таурус — абсолютно непонятный человек. Поговаривали, что все голоса он купил.
Весной между всеми государствами начались споры из-за континента, названного Драконом за внешнее сходство с этим мистическим животным. Кроме местного населения, там было пять небольших колоний.
Уоттс сразу заявил о своих правах на весь континент. Таурус не остался в стороне. Политическое давление этим не закончилось — на Дракон был отправлен сводный экспедиционный корпус численностью в десять тысяч человек. Королевство Вэйл мгновенно свернуло там все свои дела и перевезло поселенцев и ученых на остров Вайтл, являвшийся их территорией. Атлас начал делать тоже самое — никто не хотел войны, слишком свежа была память о прошлой. Несмотря на то, что последние десять лет Атлас называли «милитаристской диктатурой», Айронвуд тоже не хотел, чтобы гибли его подданные.
Напряжение достигло пика, когда сводный экспедиционный корпус подошёл близко к колонии Атласа. Наконец, пятого марта, в газетах Вакуо и Менаджери написали откровенную ложь о гибели шестерых человек из корпуса. Никто и знать не мог, что никаких боестолкновений на Драконе не было, небольшой отряд солдат Атласа — всего тысяча человек — старался не идти на крайние меры. Да, при желании, конечно, они могли бы дать неплохой отпор врагу, но атлезианцы были в меньшинстве. Никто из солдат не собирался стрелять раньше времени. Между двумя сторонами даже велись локальные переговоры. Здесь военные смогли договориться лучше политиканов.
Когда назвали имена и гражданство якобы убитых — двое из Менаджери и четверо из Вакуо — народы двух государств пришли в бешенство. Уоттс и Таурус только подливали масла в огонь.
Шестого марта экспедиционный корпус был отозван. В это же время колония Атласа погружалась на корабли. Казалось, напряжение начинало понемногу стихать…
Седьмого марта началось то, чего не хотел почти никто — Вакуо объявило войну Атласу. На другой день это же сделала республика Менаджери. Королевство Мистрал, исполняя союзнический долг перед Атласом, объявило войну этим двум государствам. И только Вэйл остался в стороне, сохраняя вооружённый нейтралитет.
Восьмого марта сводный корпус, ещё не успевший уплыть далеко от Дракона, получил приказ идти наперерез эскадре кораблей Атласа, которая якобы угрожает берегам Вакуо. На самом деле никакой эскадры не было. Задача была другая — догнать корабли, на которых эвакуировались люди и солдаты из колонии, и уничтожить их. Это были восемь транспортных судов и два эсминца прикрытия. Сводная вражеская эскадра насчитывала крейсер, пять эсминцев, три охотника за подводными лодками, четыре грузовых и пять десантных кораблей с солдатами.
Мирные суда были вероломно атакованы, три из восьми транспортников были потоплены. Капитаны обоих атлезианских эсминцев прикрытия приняли тяжелое, но единственно верное решение — дать отпор врагу, имеющему превосходство по численности и вооружению, чтобы сохранить как можно больше жизней своих сограждан. Они приняли бой, пустив на дно два вражеских эсминца и десантный катер, но были уничтожены. Однако, благодаря их самопожертвованию, оставшиеся пять судов с мирными людьми успели доплыть до берегов Атласа. Эсминцы «Рыцарь» и «Паладин» и их экипаж стали героями.
Однако сводная эскадра не повернула назад. Командование просто изменило приказ — высадиться в Атласе и начать движение на столицу. Тут Уоттсу и Таурусу не повезло — у Атласа была сильная береговая артиллерия. Генерал Айронвуд хорошо усвоил уроки предыдущей войны.
За три часа боя враг потерял оставшиеся три эсминца, все охотники за подводными лодками и десантные катера. Две атласские подводные лодки торпедировали крейсер, но без потерь не обошлось — одна из них оказалась под ударом глубинных бомб и затонула вместе со всем экипажем.
Четыре грузовых транспорта Вакуо попытались уйти из зоны огня, но несколько бомбардировщиков под прикрытием истребителей настигли их и потопили.
После первого провала Уоттс и Таурус начали понимать, насколько обширна военная мощь Атласа. Поэтому они и генералитет обеих армий приняли решение надавить на Атлас через его верного союзника, королевство Мистрал, которое значительно хуже было готово к боевым действиям.
Десятого марта Вэйл предъявил ультиматум — либо корабли Менаджери и Вакуо покидают территориальные воды Вэйла, либо — объявление войны. У Уоттса и Тауруса хватило мозгов убрать эскадру и даже принести официальные извинения.
Мистрал же, в свою очередь, принял на себя тяжёлый удар. Сводная вражеская группа армий общей численностью в пятьсот тысяч человек высадились на южной части материка двадцатого марта. Для сравнения — армия Мистрала насчитывала всего триста тысяч человек, армия Атласа — шестьсот пятьдесят тысяч, Вэйла — четыреста тысяч, Вакуо — семьсот пятьдесят, Менаджери — триста пятьдесят.
За два месяца упорных боев армия Вакуо, нанеся мистральцам ряд поражений, продвинулась далеко вперед, были захвачены такие крупные города, как Хиганбана, Кучинаши, Шион, Куруюри. Только под Ониюри продвижение противника удалось остановить ценой огромных потерь. Довоенная армия Мистрала практически перестала существовать. Премьер-министр Хилл официально запросила помощи у Атласа. Почти сразу же пятьдесят тысяч солдат и офицеров атласских ВС погрузили на корабли, стали даже формироваться добровольческие экспедиционные отряды из гражданских.
Одновременно в Атласе, как и в остальных государствах, началась всеобщая мобилизация, плюс огромное количество людей стало записываться добровольцами. Количество активного персонала атлезианских войск в кратчайшие сроки увеличилось почти вдвое — с шестисот пятидесяти тысяч до миллиона.
***
Первого лейтенанта Дункана Норфолка вызвали к капитану. Норфолк знал, что что ничего хорошего это ему не сулит. Впрочем, он знал об этом уже тогда, когда Вакуо, а затем и Менаджери передали Атласу ноты об объявлении войны. Первый лейтенант Норфолк был вполне обычным младшим офицером профессиональной армии Атласа. Он окончил военную академию год назад и все это время находился на штабной работе, которая его не слишком устраивала. Он шел в войска именно для того, чтобы командовать людьми. Зайдя в кабинет, Норфолк увидел перед собой незнакомого ему офицера в звании капитана, одетого в стандартный для атлезианских ВС камуфляж с оскольчатого вида пятнами разных оттенков зеленого. На правом рукаве кителя красовалась наплечная нашивка цвета хаки с оливковой окантовкой, имеющая форму щита, с эмблемой в виде оранжевого цветка шафрана. Отдав воинское приветствие и доложив о себе, лейтенант приготовился слушать, что ему скажут. — Я — капитан Вайн Зики, — в свою очередь представился офицер. — Не знаю, поздравлять вас или нет, лейтенант, но из штаба вас переводят ко мне. Будете занимать должность командира взвода. Приказ уже подписан. — Вы правы, господин капитан. Я и сам не знаю, что делать, смеяться или плакать, — несмотря на субординацию, с ухмылкой ответил Дункан. — Но есть и положительные стороны — на фронт нас отправят месяцев через пять. — Это весьма любопытно, господин капитан. — Дело в том, что нам придется командовать вчерашним гражданскими и резервистами. Так что четыре месяца на подготовку командование все-таки выделило. Это мало, но лучше, чем ничего. — Вас понял. Когда можно будет приступать? — осведомился Норфолк. Он знал, что почти вся кадровая армия находится на пути между Атласом и Мистралом. — Немедленно, — последовал ответ капитана Зики. Сержант вас проводит. Кивнув, Норфолк вышел из кабинета. В некоторой степени лейтенант чувствовал себя уязвленным. Его, выпускника Королевской военной академии в Атласе, кадрового офицера, сначала отправили прислуживать в штаб, а потом назначили командиром взвода, укомплектованного гражданскими добровольцами. Однако приказ отменить не получится, и поэтому свою обиду пришлось проглотить. Ожидавший в коридоре сержант, высокий синеглазый молодой человек лет двадцати трех или четырех, с небрежно наслаивающимися короткими золотистыми волосами. «Резервист, скорее всего», — подумал Норфолк, отметив некую неопрятность во внешнем виде сержанта. — Господин лейтенант, — молодой человек отдал честь. — Сержант Жан Арк. Меня назначили вашим помощником. — Какова обстановка во взводе? — спросил Норфолк, когда он и Арк пошли по коридору к выходу. — Взвод практически наполовину состоит из недавних гражданских. Другая часть — резервисты, господин лейтенант. «Значит, капитан сказал правду, — подумал Норфолк. — Впрочем, ему незачем было врать». — Ты из резерва, сержант? — уточнил Норфолк. — Так точно, господин лейтенант, — отозвался Жан. — И еще я радист. — Это хорошо, — несколько отвлеченно пробормотал Дункан, всматриваясь в рассеивающийся туман на горизонте. Когда они дошли до жилого блока из серого кирпича, в котором обитал рядовой состав, и вошли внутрь, все солдаты, хотя назвать их так у лейтенанта не повернулся бы язык, выстроились в ряд. Видя перед собой три десятка человек в стандартной униформе, Норфолк медленно прошел мимо них, вглядываясь каждому в лицо. В какой-то момент Дункан едва сдержался, чтобы не обругать вслух высшее командование и рекрутеров. Последнее, что он ожидал увидеть здесь — Пирру Никос. Ту самую Пирру Никос, которая приходилась ему сводной сестрой. Лейтенант не мог поверить собственным глазам, однако это была она. Знакомое лицо, ярко-рыжие, почти красные, волосы и глаза цвета изумруда. Не подавая виду, Дункан прошел дальше. Всего Норфолк насчитал двадцать семь парней и шесть девушек в возрасте примерно от двадцати до тридцати лет и неудовлетворенно вздохнул. Несмотря на то, что уже достаточно давно главнокомандующий Айронвуд позволил женщинам служить в армии на боевых должностях, Дункан никак не мог с этим смириться. Особенно с учетом того, что Пирра Никос находилась прямо здесь. Несмотря на то, что их не связывали кровные узы, они относились друг к другу, как родные брат и сестра. Норфолка очень сильно пугала мысль о том, что Пирра отправится на смерть. Вдобавок, под его собственным командованием. — И с какой целью вы… пожаловали? — словно издеваясь, спросил наконец Дункан, пристально глядя на каждого своими карими глазами. Все молчали, наверно, набираясь смелости. — Ладно… — продолжил Дункан. — Будем говорить откровенно. Вам жить надело? Вы сейчас совершаете ошибку, но есть шанс её исправить. Просто вернитесь домой, пока можете. Отступить не позорно. Позорно сбегать. Кто передумал, просто скажите. Контракт пока что можно расторгнуть. Все молчали, никто не говорил ни слова. Прошло минут пять. — Вы знали, что армия — это не очень хорошее дело? Вы знаете, что вы будете стирать ноги в кровь и таскать по тридцать килограмм на своих плечах? Это действительно так. Вы не подумали, что будет тяжело? Наконец кто-то из новобранцев подал голос: — Мы знаем. Сразу же закивали все. — Вы абсолютно уверены? — Да, — ответили уже все. — Что ж, с этим прояснили. Далее — вы отдаете себе отчет в том, вас могут убить? Вы сейчас совершаете большую ошибку. Настолько большую, что она может кончиться вашей смертью, в лучшем случае. Вы хорошо подумали? — Да, — ответили все дружно, хором. — Ладно. Но я вас предупреждал. С этого момента обратной дороги нет. Всем на выход в полной экипировке! Отдав этот приказ, Дункан наблюдал, как его подчиненные лихорадочно стали надевать каски, бронежилеты с взаимозаменяемыми быстросъёмными подсумками для индивидуального стрелкового оружия, ручных гранат, рации и других элементов экипировки, нагружать вещи в рейдовые рюкзаки, проверять ПНВ и противогазы, застегивать наколенники и налокотники и заряжать оружие. Затем новобранцы покинули казарму и выстроились в две шеренги. — Налево! Бегом-марш! — скомандовал Норфолк и первым ринулся вперед, вспоминая свои дни в военной академии, где им умудрялись преподавать материал и одновременно гонять так, что на ногах оставались кровавые мозоли.***
Все эти четыре месяца Норфолк натаскивал и тренировал своих подчиненных с помощью нескольких инструкторов-сержантов. Новобранцев также обучали чтению карт, наземной навигации и умению пользоваться компасом. Вспоминая свою учебу в академии, он читал солдатам лекции, а также проводил практические занятия, марш-броски, стрельбы, занимался боевым слаживанием и заодно узнавал своих подчиненных. Выяснилось, что двое из них, Янг Шао Лонг и Блейк Беладонна, ранее работали в полиции, Вайсс Шни с отличием окончила факультет медицины, а Руби Роуз — студентка этого же факультета, второй курс. Жан Арк, Ли Рен, Нора Валькирия, Сейдж Аяна и Скарлет Дэвид в прошлом были студентами различных факультетов, уже закончившими обучение. Среди резервистов вообще было немало выпускников высших учебных заведений. Кардин Винчестер, Рассел Траш, Дов Бронзвинг и Скай Ларк представляли собой не самую положительную часть взвода, держались обособленно и часто вступили в стычки с другими новобранцами. Вторым по неожиданности «подарком», после Пирры, была уже упрмянутая выше Вайсс Шни, дочка бизнесмена Жака Шни и представительница высшей аристократии. Она носила титул графини. Вдобавок, её старшая сестра, Винтер Шни, являлись никем иным, как женой самого главнкомандующего Айронвуда. Ходили слухи, что их старший сын должен быть в будещем провозглашен королем Атласа, однако пока такого не происходило. По мнению Норфолка, Вайсс Шни точно делать здесь было нечего. Лейтенант не имел ни малейшего представления, кто и как позволил ей попасть в действующие войска. Дункан несколько раз пытался её уговорить отправиться домой, однако в ответ слышал лишь слова про честь рода и семьи. «Ладно, — размышлял Норфолк, — как только на фронт отправят и по нам там стрелять начнут, ты сразу домой попросишься. И я с удовольствием тебя обратно отошлю». Лейтенант не слишком жаловал аристократов, считая их изнеженными. Однако однажды, когда рядовой Винчестер позволил себе наглость отпускать сальные шуточки в адрес девушек, в том числе Вайсс, прямо при присутствии Норфолка, лейтенант прилюдно дал ему в зубы и сказал, что подобное поведение порочит честь военнослужащего армии Атласа. С тех пор Кардин и его приятели стали вести себя тише, однако не сильно. Оставалось только утомлять их всех тренировками, чтобы не оставалось времени ни на что другое.
