"В глубине души ты хочешь, чтобы тебя убили"

***

— Кишка тонка говоришь? Вот кого, а вот сейчас Малфой его совершенно не ждал. Вновь на мгновенье у него помелькают куча мыслей: «Почему я его боюсь? Я чистокровный, а он… Видимо нет, раз ведёт себя так! Я не боялся Крэбба и Гойла, а здесь уже и подчиняюсь! Вот возьму и… Что и?» — и дерзость мыслей в другое мгновение сменяется страхом: «Что я могу сделать? Он выше, сильнее и наверняка быстрее меня будет, а на счёт магии, если узнают об её использовании в таком русле, то накажут», — через страх пропитывалась трусость или же наоборот. Он трусил делать что-либо против брюнета. И вот сейчас от неожиданности, аль от страха, спросил что-то нечленообразное, по типу: «Как? Что? Или, почему?» — Это я задал вопрос! — рявкнул Джек, хватая его за тонкое горло, прижимая к толстому и шершавому стволу, царапая хрупкую спину Малфоя. — Как ты… Нашёл…- выдавливал из себя слова блондин. — У меня есть доносчик, — и вот последнее слово послышалось эхом змеиным шипением. — Я из тебя ремень сделаю!..- прохрипел с видимой злобой змею. — Замолкни, — вновь рявкнул Моррисон. — Я сильнее тебя!.. Ты… Скоти… на…- уже задыхаясь произносил Драко. — Замолкни! — повторил брюнет, блондин взглянул на своего собеседника, если это можно назвать беседой, и его устрашила та картина, что открылась перед ним. Взъерошенные волосы Джека уже не выглядели так же изящно, как и всегда, а изумрудные глаза пылали огнём ярости. В один момент Драко показалось, что это не глаза его однокурсника, а глаза маньяка, наслаждающиеся болью жертвы. Муки жертвы прекратились в тот момент, когда в маньяка врезалось что-то похожее на… Снитч? Потенциальный спаситель, то бишь снитч, врезался в темя брюнета, а тот, не удержавший равновесие, упал вниз и, впоследствии, после падения послышался болезненный стон. Как только Драко освободили от железной хватки, юноша сразу же схватился за горло и начал восстанавливать дыхание. «Останутся покраснения или даже синяки…» — подумал он. Малфой свободной рукой опирался об толстую ветку, на которой он и сидел, и с которой следил за дальнейшим развитием событий. В то же мгновение, после того как Слизеринец перестал останавливать дыхание, снизу донеслись обеспокоенные вопли. Знакомые вопли. — Ты как? Ничего не сломал?! Гермиона… — Да! Ты как?! Рон… — Не волнуйся! Всё будет хорошо! Потерпи! Блять… Святой Гарри Поттер. — Рука… Нога! — шипел Джек. Трио подбежало к пострадавшему и, как всегда, начало помогать. Гермиона успокаивала и придерживала ушибленные, вывихнутые места. Гарри достал палочку и приготовился вправить кости заклинанием восстановления «Эпиксеем». Рон в это время метался и помогал то одному, то другому. После произношения заклинания послышался хруст, а за ним болезненный вскрик. — Не бойся не умрёшь, — усмехнулся Поттер, но после этого сверху сразу же последовала такая фраза: — Да лучше б он сдох! — спрыгивая с дерева, воскликнул Драко. — Малфой…- почти что брезгливо изрёк Рон. — Уизли…- передразнил его Малфой. Это передразнивание было настолько удачным, что лицо Рона скривилось в яростной мине. Драко произнёс его фамилию настолько брезгливо и презренно, что нельзя было проигнорировать, столь обидное передразнивание. — Нужно было его оставить таким, — изрёк Драко, закидывая портфель на своё правое плечо. Лицо блондина осталось невозмутимым после столь жёстких событий. Закидывая портфель на плечо, он закрыл появляющиеся синяки на шее поддёрнутым изумрудным галстуком. Таким он направился из сада в класс. — Что это за друг такой ужасный, — не убирая свою брезгливость, смешанную с яростью, произнёс Рон: — Что желает другу смерти? — Эм… Моррисон? Мы хотели извиниться…- начала Гермиона. — Это мой снитч, и он полетел так быстро, что улетел в непонятном направлении и вот что вышло. Ты прости, — перебивая подругу своим тараторинием, извинился Поттер. — Ничего. Вы же помогли, — глядя на направление, в котором ушёл Драко, вымолвил Джек. —… Не ну правда! Что это за друг такой! — не отрываясь от этой ненужной темы, сказал Рон. — Не помог! Смерти желает. Убил бы! Слегка посмеявшись, изумрудно-окий ответил: — Я его очень хорошо знаю. Он не в духе, такое бывает. Может говорить странные вещи и так далее. Это нормально. На минуту повисло молчание. — Хорошо знаешь? — разорвал манящее безмолвие Гарри: — С ним никто не общался, кроме друзей, а сейчас и подавно приближается не хочет. Но и даже его закадычные друзья с первого курса, сейчас половины о нём не знают…- заметив удивлённые взгляды закончил: —… Они так возмущались, когда я… Так скажем следил на за ними. Так откуда ты столько узнал о нём за такое столь короткое время? «Вот же ж умный сукин сын…» — возмутился Моррисон, но всё же ответил с лучезарнейшей улыбкой: — Мы оказались очень похожи и очень быстренько сдружились. — Очень мило, — слегка брезгливо заметил Рон, но замолк на ударе Гермионы локтем. — Я пойду. Ещё раз, благодарю, — закончил разговор Джек и отправился на следующий урок. Трио недолго глядело ему вслед, а после, ещё немного подождав, отправилось на тот же урок, что и Слизерин.

***

Урок «Зельеварения» проходил, пока что, спокойно. Новый учитель представился как Уотерс Уинфрид, он рассказывал о некоторых зельях восстановления или по-другому исцеляющих. — Так, — остановился он. — Основное и половину второстепенного я уже объяснил, но я должен ещё расспросить новеньких о том, какие у них были отметки по моему предмету. Кто расскажет первым? После короткой тишины раздался ответ: — Высший балл, профессор! — воскликнул Моррисон. — Мои родители были владельцами крупного магазина зелье и снадобий, и ещё крупной лаборатории, но, так как их не стало, магазином заправляет мой дядя. Уже после выпуска им управлять буду я. Зельеваренье — это наше семейное дело. — Прекрасно! — возгордился тот. — Тогда расскажи, какие ингредиенты используются для заживления… Ран, довольно глубоких в области предплечья? — Предплечья? Если рана настолько глубокая, нужно специальное зелье ОЗ-125, которое можно приобрести в специальном магазине, а уж если не настолько глубокая, то необходимо использовать самое обычное снадобье, какое на вид раны, ведь видов снадобий очень много и накапать им рану. — Вот тут я тебя и подловил, парень! — с улыбкой изрёк профессор. — Глубокие раны заживляются заклинанием «Epiksei» и «Vulnera sanentyr», или же Экстрактом Бадьяна. — Но зелье ОЗ-125 тоже работает! — возразил брюнет. — Зелье ОЗ-125, запомните! — его выражение лица сменилось на более серьёзное. —Расшифровывается как Опасное Зелье 125, его использовали на добровольном подопытном, после снадобья которого рука начала иссыхать с такой скоростью, что её приходилось бы ампутировать на месте. Такие зелья хранятся в одном виде, в защищаемой лаборатории, а список ингредиентов сжигается. А уж если кто-то захотел бы воссоздать точно такое же снадобье и продать его, того карают. А если уж ещё и экспериментируют. Карается более жестоко… Брезгливое фырканье Джека раздалось эхом по классу. —…Продолжим, разделяйтесь на группы, будем готовить снадобье исцеления. Это будет зелье, название которого «Летейский элексир доктора Лето». На ваших местах уже есть ингредиенты, состав которых орех болотного дуба, пять слёз русалки и корень колокольчика, но в этом снадобье главное дозировка, а иначе из исцеляющего зелья получится яд. Колокольчик, кстати, двуличный цветочек; если добавить на один лепесток или же веточку, часть корня, больше, то вы сможете убить человека, а если соблюдать пропорции, то вы его спасёте. Кхм… Приступаем! Хлопок профессора привёл работу двух факультетов в действие. Пару минут все распределялись в группы по два-три человека, а позже и началась работа. Перед всеми лежал список, начертанный синими чернилами на желтоватой бумаге, в котором была последовательность ингредиентов и их пропорции. Гул стоял во всём классе, в одном конце кабинета из одного котелка что-то взрывалось, в другом конце помещения скворчало и искрилось; лишь у четырёх-пяти групп работа шла спокойно. Но всего лишь две из пяти получат хорошие оценки, с которыми мы давно знакомы. У первой, Гриффиндорской группы работа шла гладко, Гермиона диктовала и направляла, Рон нарезал и подавал, а Поттер добавлял и замешивал. Но у второй группы, Слизеринской, было намного жёстче. Драко кричал на своего товарища Джека, что это даже не те ингредиенты и не та дозировка, тот в свою очередь грозился навлечь его любимое заклятие молчания и всячески затыкал отмазками как и сейчас: — Чешую дракона не нужно, болван! И не в таких количествах! Ты хоть сам корень колокольчика добавь! Не надо это, кретин! Перемешивай, тупица! Ты хоть понимае…— «Obeziaz!»: — Ааа… — Наконец-то. Так, послушай сюда. Я знаю намного больше, чем ты, и если ты будешь сейчас мне помогать как мышка, то может быть я тебя и расколдую, а пока дай мне этот самый корень колокольчика, — терпение Джека сейчас было очень хрупким, так что Драко всё же дал тому, что он хотел. И снова возмущению Малфоя нет предела, Моррисон превысил норму дозировки корня почти в два раза. Блондин стоял с возмущенным, яростным и удивлённым выражением лица. Такое же выражение лица появилось и у Гарри, когда тот встал напротив и на них же взглянул. У Поттера глаза чуть ли не вылетали из орбит, когда он перевёл взгляд от Джека к взгляду Драко, отчего тот ответил взором: «Чё уставился? Сам в шоке!» Поттер направил лопатку для перемешивания с блондина на его «товарища» мол: «Скажи ему!», а тот в ответ развёл руками на уровне горла тип: «Как? Не могу!» Их беседу прервал толчок в бок локтем о Драко Джеком: — Подними рукав. Малфой состроил непонимающее выражение лица, на которое сразу же получил ту же команду, но более грубо. — Подними рукав. Живо. Спокойно, но всё же непонимающе он задёрнул рукав левой руки до плеча, но в то же мгновение вернул ткань на место. Джек, наблюдав за этой ситуацией, усмехнулся: — Чего ты так испугался? Чёрной дряни у себя на руке? — Нет, я испугался твоей дряни, — на секунду блондин восхитился так, что снова смог говорить, но в следующую пожалел об этом. Брюнет схватил правую руку Малфоя, оголил её, приложив наконечник палочки прямо к вене, и провёл ею по молочной коже будто скальпелем. (В течении этих действий он что-то ворчал о плохом заклинании молчания «Обезьяна») У Малфоя вырвался крик боли, но тому поспешно закрыли рот. Рана получилась больше, чем предполагалось, и поэтому пришлось первой попавшейся тряпкой убирать, хоть и немного, крови. В то время, пока всё это происходило, Поттер продолжал данное ему дело, но любопытство от него не отставало, и он снова взглянул на пару Слизеринцев. Эта картина застала его в некий врасплох. Малфой с кровоточащей раной, которой вообще не было, и Моррисон убиравший исходившую кровь из той же раны и закрывавший рот своему товарищу. Чувствовавший посторонний взгляд Джек осмотрел всё помещение и встретился со взглядом Гриффиндорца. Заметив его ошарашенный взгляд, он тут же сказал ему: — Проверка, не беспокойтесь, он сегодня её получил, сидя на дереве, до сих пор болит, да? Блондин, который не хотел даже делать лишние телодвижения, активно закивал, но вскоре от него послышался болезненный стон, так как сваренное Моррисоном зелье оказалось на свежей ране и сильно щипало. — Терпи, дружище, — успокаивал тот Драко. — Оу! Вижу у вас получилось! Дайте-ка проверю рану, — попросил подходящий профессор. — Конечно у нас было другое на чём можно было проверить… Но кто сказал, что этим зельем не надо помогать своему товарищу? Голубоокий протянул тому руку с быстро затягивающейся раной. — Великолепно, высший бал. Можете собираться, но, Моррисон, останься со мной после урока, — сказал учитель и отошёл. — Конечно, учитель. — Когда ты успел получить столь большую рану? — неожиданно поинтересовался Гарри. — Тебя не касается, Поттер, — огрызнулся Малфой и вылетел пулей из класса.

***

В свою комнату Малфой ворвался с огромной скоростью, с запиранием двери начал истошно кричать, проклинать и раскидывать вещи в сторону, заранее зная, что его сосед наколдовал шумоизоляцию. Крик был настолько сильным, что у него охрипло горло; этот крик выражал всю ярость за последние дни. После войны Драко стал плохо сдерживать всякие эмоции и их резкую переменчивость, но, слава богу, у него хватало сил их прятать при людях, а если его оставить одного, то все они могли выплеснуться наружу. Опрокидывая тумбочку, он взглянул сначала на кровать соседа, а после опустил взгляд и наткнулся на какой-то чемодан, больно знакомый. По какой-то причине его гнев куда-то испарился, и вместо него появилось некое детское любопытство. Присев у основания кровати, он осторожно вытащил чёрный чемодан, на которым ярко-изумрудными буквами было написано: «Джека Сэмюеля Моррисона». Вот только нахлынувшее предвкушение сбилось пролётом чёрной совы с белым лобиком. «Мама», — пронеслось в голове у блондина. Подскочив и подбежав к сове, он взял письмо с маленькой посылочкой и начал сразу же прочитывать получившее: « Здравствуй, сынок. Я передаю тебе эти повязки для скрытия метки, зная, как ты её ненавидишь. В этом письме хочу пожелать успехов и спокойствия в этом учебном году. До следующего письма, Драко. Твоя мама, Нарцисса Малфой.» Дочитав, он взял посылку и поспешно начал её открывать. Открыв, он увидел две ткани: белую и чёрную с зелёными узорами. Размерами точно подходящие и закрывающие метку Малфою. Решив примерить её, Драко распаковал белую и надел её на левую руку с меткой. Повязка отлично облегала первую фалангу большого пальца и половину ладони, выше ткань доходила до локтя, которая не стесняла движения и была очень удобной. После небольшого подарка ярость и остальное как рукой сняло. Блондин оглянулся. Достав и взмахнув палочкой вещи, которые уже лежали и стояли на своих местах. Но то же детское любопытство не отпускало его, и, снова присев у чемодана, он сначала начал его осматривать. Чемодан был покрыт кожей, настоящей, а его ручка была сделана из дубовой ветви, покрытой особым лаком. Зелёные слова были написаны не обычной краской, они были написаны живой краской, так называли краску сделанную, естественно, без химии. Тщательно осмотрев наружность этого предмета, голубоокий наконец подтвердил свои догадки, это был магический чемодан, он его помнил по историям Ньютона. Но, открыв заветный чемодан, он отпрыгнул от него. — Нахрена этому чёрту, это?! — вырвалось у него. В чемодане лежало чуть ли ни 20-30 штук шприцов разных размеров, скальпели с которыми почти такая же история, как и со шприцами, но это только один уголок. Дальше там лежало штук 50-70 колбочек и баночек со всякими странными жидкостями. Далее идут перчатки и… — Мать твою…- выругался Малфой. Из чемодана он взял что-то похожее на ремень или же кляп, но что он не понял, рядом с этим лежали такие же кожаные наручники, как и кляп. Далее идут всякие орудия пыток — шокер, замораживатель… И так далее, но и даже просунув руку глубже блондин обнаружил биту, даже две. Одна простая, другая с иглами на наконечнике. Жуть. Дальше было ещё что-то, но Драко захлопнул чемодан. — Что, чёрт возьми он хочет дела…?! — хотел провопить он, как вспомнил слова Джека на уроке: «— Мои родители были владельцами крупного магазина зельев и снадобий, и ещё крупной лаборатории…» — О нет…- и сейчас он наконец понял значение тех слов, сказанные брюнетом: «— Я вчера, в честь нашей встречи, пощадил тебя, так будь благодарен. — За то, что не сделал то, что собираюсь делать сегодня вечером.» — Н-надо… «Что?!», — Драко задал вопрос в голове самому себе. Подбежав к окну, блондин взглянул в дальние окна коридора, которые находился в 7-10 минут от его спальни. В самом начале коридора шёл этот маньяк. —… Бежать, — ответил сам себе он. — Вместе с этим. Схватив чемодан, Малфой выбежал сначала из комнаты, а потом из гостиной Слизерина. Бежал минут десять по коридорам. Его лицо приняло болезненный оттенок, глаза были наполнены страхом, а сам он дрожал. Найдя приличное, хоть и маленькое укрытие, которым было скопление чугунных сундуков у гостиной Гриффендора, он начал переводить дыхание среди них. Но этого ему не удалось, так как около его убежища, послышались шаги и голубоокий затаил дыхание. Неизвестный остановился. Блондин неконтролируемо издал, наполненный страхом и безнадёжия, сдавленный и жалобный стон. И прямиком над ним раздался бархатистый и жутко знакомый голос. — Нашёл, — игриво пропел Джек.