Не тот Люциус

Пятнадцать лет спустя... Люциус Маггловский мир был по-прежнему ярок и шумен. Я любил здесь находиться. Да и поход за магглорожденными с целью закупиться к Хогвартсу не представлял таких проблем, как раньше. Давно уже были созданы подготовительные курсы, которые заранее готовили детей. И помогали родителям справляться с магическими выбрыками их чад. Я курировал Джонатана Спенсера, позднего сына восьмого графа Спенсера (1), о котором не знала маггловская общественность. Ребенок выдал магический выброс и был тут же засекречен от посторонних. Для Джонатана планировалось домашнее обучение, и мне еле удалось уговорить родителей дать шанс Хогвартсу. Сошлись на обещании отпускать пацана домой на все выходные. Собственные (бесконечно обожаемые) дети у меня появились спустя девять месяцев после свадьбы, и считали себя уже взрослыми, ибо перешли на пятый курс. Однако Варвара не разделяла их убеждений, а потому мне по-прежнему придется сопровождать их к поезду. Хотя лично я тоже полагал, что Георг и Элизабет (Егор и Лиза) действительно достаточно серьезные и самостоятельные, но с супругой по этому поводу лучше было не спорить. На Джонатана Спенсера произвел благоприятное впечатление и шикарный «Роллс-ройс», и сам прекрасный я, одетый в высшей степени элегантно и стильно. Не испортил впечатления и ресторан «Королевская Петуния», где был выход в магический мир. Я оставил ребенка на пару минут восторженно осмотреться и раскланялся с миссис Дурсль, в очередной раз поражаясь, как причудливо судьба плетет свои нити. Несмотря на то, что я и ресторан полностью изменили судьбу Петуньи, она все равно нашла своего фаната дрелей и вышла за него замуж. Причем по очевидной и сильной любви. От судьбы не сбежишь. Вернон, кстати, пусть и не был красавцем, но и таким страшилищем, как его описали в каноне, тоже не был. Обычный крупный мужик, обожающий свою семью, упорно занимающийся бизнесом и придерживающийся консервативных ценностей. Однако остановился я не столько ради того, чтобы побеседовать со старыми знакомыми, сколько чтобы встретиться с одним милым мальчиком. Ага, вот и Гарри. Нет, ребенок в этой реальности не остался сиротой. Получилась намного более интересная история. Как только Гарри родился, через Кощея я связался с Госпожой, и она, к своему удовольствию, удостоверилась, что в мир действительно пришел новый Повелитель Смерти. Ну и взяла пацана под покровительство. Чем она с ним занималась — даже знать не хочу. Но Джеймс Поттер жаловался что пацан чаще говорит на парселтанге, чем на английском. Сам Джеймс пошел не в авроры, а в ликвидаторы проклятий. Ибо родовой дар артефакторов никуда не делся. Просто в Джеймсе он раскрылся необычно — умение взламывать, а не создавать. Ну а супруга его, в один непрекрасный день, то ли учуяла от мужа чужой запах, то ли убедила себя, что учуяла, но быстро закончила курсы лекарей при Мунго. И теперь сопровождает Джеймса в экспедициях в качестве медика. Так что Гарри, так и остающийся пока их единственным ребенком, путешествует по родственникам. Благо, бабушки-дедушки с обеих сторон живы. Да и Петунья не отказывается иногда присмотреть за племянником. А я этим пользуюсь. Поскольку помимо других интересных талантов, Гарри умеет видеть людей. И ощущать их потенциал. Чем я и пользуюсь. Согласитесь, гораздо лучше стимулировать ребенка изучать те дисциплины, где у него есть способности. Ну а дальше была прогулка по Парадной Аллее (торговая улица, с помощью моих вложений ставшая главной вместо Косого переулка и приносящая впечатляющий доход). Сначала банк, чтобы обменять фунты на галлеоны, затем сундук и школьная сумка, потом учебники, мантии, ингредиенты, пергаменты, перья и прочая мелочевка. Волшебная палочка, по традиции, осталась напоследок. Лавка Олливандера блестела, сияла, и радовала глаз магическими иллюзиями. С тех пор, как Регулус Блэк защитил звание Мастера и взял бизнес в свои руки, в изготовлении и продаже палочек изменилось буквально всё. Старый Олливандер ворчал, но выглядел слишком счастливым, чтобы кто-нибудь поверил в его недовольство. Я проводил Джонатана Спенсера домой, вручил родителям, объяснил, как пройти на платформу и вернулся на Парадную Аллею, где меня уже ждала Варвара. Нам предстояла немного нудная, но необходимая миссия — показаться на глаза скучающей публике и поддержать свой имидж дружной семьи. Грех жаловаться, кстати. Мы с Варварой жили действительно хорошо. Во взаимном уважении и соблюдении партнерских интересов. Я с удовольствием расцеловал прекрасные ручки моей супруги, и мы отправились на променад. - Как там твои родственники? - поинтересовался я, ибо с родом Юсуповых (в том числе с тещей) меня тоже связывали довольно теплые отношения. - Передают тебе очередной привет. С тех пор, как с нашего рода было снято проклятье, они полюбили тебя чуть ли не больше, чем меня. Хотя в процессе снятия мы участвовали оба. - Ну, мой отец тоже привечает тебя сердечнее, чем собственного сына. - Он внуков обожает, - рассмеялась Варвара. - Даже не ожидала, что такой холодный тип может так баловать детей. - Меня он не баловал, - пробурчал я, нисколько, впрочем, не обижаясь. Я попал в этот мир сформировавшейся личностью. И чужая любовь мне была по барабану. Я гораздо больше ценил то, что Абраксас меня уважал. И прислушивался к моим советам. Мы шли по Аллее, раскланивались со знакомыми, и я невольно отмечал все расхождения с каноном. Вот нам попалась Белла и Рабастан Лестрейнджи. У них уже было трое пацанов и, судя по округлившемуся животу леди, останавливаться они пока не собираются. Как они справляются со своими чудовищами, учитывая, что те унаследовали взрывной характер и бешеный темперамент Блеков и Лестрейнджей, я даже знать не хочу. Но заранее опасаюсь за Хогвартс. Северус Снейп, вместо положенного по этикету разговора о погоде, сразу начал рассказывать, чего не хватает его экспериментальной лаборатории. В свое время, мне пришлось немало попотеть, чтобы найти ритуал, который окончательно отсечет его от рода Медичи. Наивно было бы думать, что самый молодой Мастер зельеварения не будет кататься на различные международные мероприятия. А реакцию Медичи, если они вдруг что-то заподозрили бы, я даже представлять не хочу. К сожалению, полностью я Снейпа не заполучил. Да, имею долю в его лаборатории, приобретаю зелья со скидкой, могу обратиться с самым сложным заказом... но бесит же, что к Северусу примазался Блек! Я старался, раскручивал, планировал, а у него, видите ли, любовь. Да, артефакты упредили невольное драконье запечатление. Но подросший дракон все равно выбирает пару. Я и парой слов не успел перекинуться со Снейпом, как Блэк нарисовался рядом. Обхватил Северуса руками и недовольно зыркнул по сторонам, не посягает ли кто на его сокровище. И я бы может даже посочувствовал Снейпу, если бы не видел его драконьи глаза. Которые лучились покоем, счастьем и даже некоторым самодовольством. Дескать, еще большой вопрос, кто тут сокровище и кто кого захватил. Встретились нам и другие знакомые, среди которых было довольно много тех, кто считал меня своей феей-крестной. Я сделал постоянным конкурс работ для различных отделов министерств. И приличное количество магов получило путевку в жизнь, заняв должности, о которых и мечтать не могли. Питер Петтигрю, кстати, один из них. Вполне приличный человек из него получился. Дорос до должности заместителя главы Невыразимцев и удачно женился. С Августой Лонгботтом мы тоже довольно приятельски раскланялись. С тех пор, как ее сын Фрэнк занял пост директора Хогвартса, она уже не особо страдала по Альбусу. Исчезновение директора тихо замяли, как и историю с мошенничеством, но долгое время не могли найти достойного мага на его место. Фрэнк оказался отличным выбором. А Железная Августа всю свою неуемную энергию направила на помощь сыну, ибо тоже желала сделать Хогвартс достойным своего внука. При живых родителях Невилл рос довольно подвижным и активным ребенком, причем настолько, что вполне был способен со временем составить конкуренцию близнецам Уизли. Уизли, кстати, как многодетная семья, получали помощь на обучение детей. Адресную. То есть им не деньги выдавали (было у меня сомнение, что они их адекватно потратят), а учебники, мантии и школьные принадлежности. Впрочем, первые два сына у них удались, и получали именную стипендию с перспективой на выгодную работу. Стипендия была моей придумкой. Как и многое другое в Хогвартсе. Теперь не было никакого стравливания факультетов. Баллы начислялись лично ученику. Причем количество и причина начисления/отъема баллов были жестко прописаны. Ни отнять за «слишком громкое дыхание» ни прибавить за «выдающуюся логику» было нельзя. А помимо баллов существовала еще и система наград, которая также учитывалась в личном деле ученика. Но главное, чем я горжусь, Хогвартс, наконец, перестал поглощать деньги Попечительского Совета в неуемных количествах. Мне всегда казалось, что школа магов, как минимум, должна быть самоокупаемой. А в идеале — приносить прибыль. И мы этого добились! Задействовали теплицы, территории на окраине Запретного леса, навыки Хагрида как собирателя ценных ингредиентов, зелья, сваренные старшекурсниками на «Превосходно», и получили великолепный результат. Теперь Совет Попечителей вкладывается только в особо ценное оборудование или оплачивает поездки на международные магические студенческие олимпиады. Учитывая, что Сиро Акабори по-прежнему у нас преподает, по зельеварению Хогвартс постоянно занимает одно из призовых мест. Первое сентября настало, как всегда, неожиданно. Только вчера я разруливал проблемы в маггловской части своего бизнеса, а сегодня уже нужно провожать детей. Первой шла Элизабет, благосклонно улыбаясь многочисленным воздыхателям и гордо неся свою красивую белокурую головку. Она явно пошла в Юсуповых. Если мужчины в их роду рождались просто интересными, то женщины все, как одна — сногсшибательными красавицами. И я уже начал прикидывать — хватит ли мне волшебной палочки, чтобы отмахаться от претендентов на ее руку и сердце, или пора покупать дробовик. Георг шел следом и выглядел мрачным. Во-первых, после малого совершеннолетия, рядом с ним появилась корона магической Англии. И, как бы он ни пытался от нее избавиться, не отставала от моего сына. А это значило, что учебы только прибавилось, ибо воспитать достойного короля — дело непростое. Во-вторых, заботливая Варвара снова вручила ему охранника. И тут следует сделать небольшое отступление. Тот павлин, что соблазнял Леля и возглавил битву с Волдемортом, получил в награду собственное имя. Как бастарды, кусок фамилии Малфой. Как родоначальник, от которого я собирался вывести новую породу боевых павлинов, имена первых глав родов Малфоев и Юсуповых. То есть, именовался он Арманд Едигей (2) Фой Первый. Так вот. Нашего сына сопровождал его достойный потомок, Арманд Едигей Фой Второй (3). Лучшего охранника найти было трудно. Но личную жизнь Георга он тоже портил основательно. Ибо сказано — не протягивайте руки к наследнику, значит, не протягивайте. И павлин гордо вышагивал впереди. А золотая королевская корона красовалась на его шее. Типа, тоже под охраной, хотя украсть этот артефакт было невозможно. И избавиться от него тоже — Георг пробовал. Мы с Варварой завершали процессию, раскланиваясь со знакомыми и улыбаясь нужным людям. Причем делали это синхронно, почти не задумываясь. Мысли у нас были далеко отсюда. Варвара планировала вернуться к своему Костику, поскольку они собирались в гости вглубь Уральских гор. Там планировалось мероприятие с ритуалами в честь какого-то крупного праздника славянской нечисти. Меня же ждал Лель. Он и так с трудом выпустил меня с утра из постели, ибо эльфы тоже праздновали 1 сентября, но как Приход Осени. У них, правда, массовых собраний не устраивалось. Наоборот. Полагалось проводить этот день в постели с любимым человеком. И секс в данном случае, был как бы залогом весеннего плодородия. Чем больше, тем лучше. Однако благо Рода есть благо Рода. И магические английские традиции следовало соблюдать. Тем более, что мы с Варварой действительно любили своих детей и скучали, когда те уезжали в Хогвартс. Так что обнимашки при расставании были искренними. Пожелания и напутствия тоже. И даже проводив поезд, мы с Варварой удалились так же величаво, как и пришли. Расстались мы только у Малфой-менора. Сначала Варвара исчезла с аппарационной площадки, а затем я сжал подаренный Лелем порт-ключ. Огромная постель, полупрозрачные колышущиеся занавески, сильная рука, затащившая меня внутрь и жаркие поцелуи, говорящие лучше слов о том, как меня ждали. Я дома... я счастлив... все хорошо... (1) Отец леди Ди (2) Предок Юсуповых, Юсуф-мурза, считал своим предком Едигея. (3) Обычные павлины живут примерно 20 лет, магические, по логике, должны жить лет 60.