Столкновение миров

Еле переставляя ноги, я тащилась за Гэндальфом. Последние трое суток мы практически не спали и ещё эти чёрные всадники, похожие на тени. Кто они, Гэндальф как — то особо не распространялся, предпочитая хмуриться, говорить своими философскими загадками и пыхтеть в седую бороду. Поначалу Тьяра ещё пыталась его достать, но потом и у неё энтузиазм угас. А лично меня всё это просто бесило, и я то и дело порывалась сказать старику всё, что думаю, единственное, что останавливало — его почтенный возраст. Все втроём мы как то безмолвно договорились не обсуждать нашу дальнейшую судьбу, а просто хотя бы дойти, хоть куда — нибудь. После нескольких недель постоянных мытарств и скитаний хотелось тупо выспаться … и помыться. Последнее даже в первую очередь. Моя кожа приобрела черноватый оттенок, и я точно знала, что это не загар. Не могут быть одежда и загар одного оттенка, если изначально шмотки были зелёные. Чёрные тени преследовали нас буквально по пятам, и у них было реальное преимущество в скорости в виде опять же чёрных коней. Поэтому нам приходилась уходить от них оврагами, тесными лощинами, извилистыми лесными тропами, где, казалось, не проходила нога не только человека, но и самой мелкой твари. Сегодня ночью мы перебрались через неглубокую, но весьма бурную речушку. Этот факт весьма взбодрил Гэндальфа. Мы перестали прятаться и шли в открытую, не ныкаясь по оврагам. А наш провожатый и надсмотрщик в одном лице стал довольно резво переставлять свой посох, убыстрил шаг и даже напевал что-то себе под нос. К закату дня следующего дня мы дотащились до каменного моста, под сводами которого где-то вдалеке раздавался шум водного потока. Преодолев раскрытые каменные ворота, которые были полураспахнуты, мы в оцепенении уставились на изящные строения, разбросанные тут и там, но более всего привлекал огромный резной каменный замок. В лучах заходящего солнца он словно парил в облаках. — Ни фига себе, — присвистнул Майк. — Да, не хилый у тебя домишко, однако, — нашла в себе силы пошутить Ти, похлопав меня по плечу. Я лишь устало усмехнулась и продолжила путь по каменной дорожке вслед за Гэндальфом. Наконец, пройдя под каменной витиеватой аркой, увитой плющом мы оказались на широком внутреннем дворе перед уходящей вверх лестницей, по которой навстречу нам уже спешили … эльфы. А впрочем, кого ещё можно было ожидать?! — Гэндальф! — услышала я возглас. И по тому, какая радость и тревога в нём крылась, было понятно, что волшебника здесь ждали. Одной из встречающих оказалась девушка. Года на четыре старше меня, с распахнутыми голубыми глазами в которых скопились слёзы, готовые вот вот вырваться на свободу, но из границ нижнего века скользнула лишь одна. Проложила влажную дорожку через царапину на щеке, ямочку на подбородке, задержалась на миг и упала, растворившись на голубом платье уже знакомой мне стилистики. Проследив судьбу слезинки, я вновь вернулась к лицу девушки-эльфа. Длинные волосы чёрного цвета были убраны со лба и видимо крепились чем-то на затылке. Девушка судорожно что-то даже не сказала, выдохнула и, словно сама себе не веря, прикрыла рот дрожащей рукой. Я перевела взгляд вправо и увидела двух бравых парней, абсолютно одинаковых по физиономии. Широкоплечие, темноволосые, одетые в уже ставшее привычным моему взгляду эльфийское одеяние, только голубой расцветки. Парни удивительно синхронно поджимали губы, оглядывались по сторонам и то и дело брались за мечи, висевшие в ножнах на поясе. Я не думаю, что они видели в нас угрозу. Было ощущение, что они просто не знали, куда себя деть в этой ситуации. — Владыка Элронд, — произнёс Гэндальф и почтительно поклонился. Элронд? Теперь уже я тихо вздохнула и прикусила нижнюю губу. Чуть склонив голову набок, я рассматривала стоящего невдалеке от нас эльфа, бывшего мне согласно здешней легенде как бы отцом. Он не был похож на Трандуила. Простой камзол, отсутствие вычурных украшений, только два кольца на правой руке: один на указательном, другой на среднем. Мой взгляд передвинулся выше: тёмные волосы, не тронутые сединой, исчерченные морщинами лоб. Похоже, ему приходилось либо много думать, либо много переживать, а может и то и другое вместе. Наконец, я набралась смелости и посмотрела владыке в глаза. Что ж, меня не пронзила молния, земля не разверзлась. Я смотрела в эти голубые глаза и думала о том, чем для нас обернётся пребывание здесь. Запустив руку в волосы, я отвела их со лба и ещё раз окинула взглядом всех стоящих на ступеньках. — Вы… — они вздрогнули, как будто мой голос был раскатом грома в звенящей тишине. — Вы, наверное, ждёте какой-то реакции…да? Ну, — я вздохнула и развела руками, — извините, что с плачем не бросаюсь вам на шею. Как –то вот так… получается. — Я пожала плечами. — Добро пожаловать в Ривенделл, — отмер, наконец, владыка северных эльфов и спустился к нам. Он подошёл ко мне и, казалось, боясь дотронуться, осторожно положил руки на мои плечи. Голубые глаза внимательно всматривались в моё лицо. — Эстельуэлде, — начал он. — Эст, — поправила я, — меня зовут Эст. — Тебя здесь очень долго ждали, — продолжил Элронд и сжал меня в своих объятьях. Я стояла замерев и ждала когда официальная часть, наконец, подойдёт к концу. Честное слово. И как вот себя здесь вести?! Всё ещё полуобнимая меня одной рукой, другой владыка обвёл стоящих на лестнице эльфов. — Это мои сыновья, твои братья, Элладан и Элрохир. А это, — Элронд указал на девушку эльфа, — твоя сестра Арвен, моя старшая дочь. «Да, — подумала я, глядя на брюнетку, — ей с имечком явно не заморачивались. Сбоку раздалось покашливание, и я поняла намёк Тьяры. — А это моя семья, — сказала я, выскальзывая из-под руки Элронда и вставая между Майком и Ти. — Моя кузина Тьяра, мой брат Майк. — Вообще-то, он твой дядя, — высказался один из названных братцев. — Да, ну? — выгнула я бровь. — А мне, знаешь, как то пофиг кто как кому здесь приходится. «Братец» хмыкнул, Элронд явно опешил, а Гендальф лишь вздохнул и покачал головой. — Но мы очень… очень рады вашему гостеприимству, — поспешил сгладить мою резкость Майк и, пока я не успела открыть рот, ловко пихнул в бок, прошипев: «Будь любезна, послушай дядечку и заткнись». Я набрала в лёгкие воздуха и… заткнулась, ощутив весьма болезненный тычок со стороны Тьяры. Мой организм среагировал на это кашлем. Элронд наконец предложил: — Вы, конечно, устали, Арвен проводит вас в ваши покои. — А там решёток на окнах нет? — не сдержалась я. Гэндальф снова бросил скептический взгляд, Элронд сделал вид, что не услышал, а я получила ещё один тычок от «дяди». Мы последовали вслед за Арвен внутрь дворца. Встречавшиеся нам эльфы почтительно застывали в полупоклонах. — Жуть, — услышала я шёпот Тьяры, — чувствую себя динозавром, они здесь все черноволосые. Я лишь хмыкнула. Сейчас цвет волос Ти менее всего напоминал чистый блонд, но сказать ей об этом, значило подписать себе смертный приговор. Хотя более всего меня беспокоило запоминание дороги тормознутым от усталости мозгом. Нас порадовал факт, что разместили всех троих в комнате по соседству. Может у них, в отличие от Лихолесья, нет деления на женскую и мужскую половину или для нас сделали исключение. Зайдя в свою комнату, я бросила сумку у порога и, развернувшись закрыть дверь, налетела на Арвен, зашедшую в комнату вслед за мной. Мы ойкнули и отступили на шаг друг от друга. Проследив за её рукой, прижавшейся к груди, я заметила цепочку с подвеской. — У тебя другой, — отметила я, вынимая из-за пазухи свою. — Это мамин, — Арвен затеребила цепочку, а у тебя отца. — А где тв… — я запнулась, не зная, как выразить, но Арвен поняла. — Мама в Валиноре. Поняв, что я не поняла, она пояснила. — Это бессмертные земли эльфов за Западным морем. Она … отправилась туда после твоего рождения, не смогла… не смогла выносить зло, что распространяется по Средиземью. — И оставила своих детей? — поразилась я. — Я и братья были вполне самостоятельными, а ты слишком мала… Понимаешь, Валинор может принять не всех эльфов, кто туда прибывает. Первое условие то, что эльф должен сам принять такое решение. В то время ты ничего решить не могла… Понятно, вернее, нифига не понятно. Разве можно вот так оставить ребёнка или, может быть, я не чувствую тонкую эльфийскую душу?! Как там Малфоевский наследник выразился? «Эльфы не могут ненавидеть?» Интересно, а любить они могут? В этот момент Арвен внезапно подалась вперёд и крепко меня обняла, заставив всё же задуматься над последним своим вопросом. Неуверенно улыбнувшись, я осторожно обняла её в ответ. Она отпрянула и стала извиняться за свой порыв, при этом смешно сморщив нос, видимо, чтобы удержать слёзы, так как голос её дрожал. Я воспользовалась этим, чтобы разрядить ситуацию и перевести тему разговора на нейтрал. — От меня так воняет, да? Арвен удивлённо на меня посмотрела, а потом рассмеялась. — Не хотела тебя обидеть, но… да, как — то не очень. — Я сто лет не мылась, не считая вынужденного купания в речках. — В чём проблема? Пошли. — Да ладно, перетерплю ночь, не хочется никого тревожить. — Как можно терпеть такую грязь, — Арвен упёрла руки в бока, — когда есть возможность вымыться?! И никого ты не потревожишь. Говорю тебе, пошли. Арвен потянула меня за руку из комнаты. — А постираться там можно? — спросила я уже на пороге. — Ты извини, но то, что на тебе просто лучше выбросить. — У меня ещё вещи есть, — я взяла сумку, лежащую у порога. — Да оставь тут, к утру всё приведут в порядок. — Нет, — я крепко прижала сумку к себе. — Я сама. Арвен лишь пожала плечами. — Сама так сама. Пошли. По очереди заглянув в комнаты к Тьяре и Майку, я нашла их в полной отключке. Майк даже негромко подхрапывал. Будить ребят я не стала, сама бы тоже так же отрубилась, если бы дошла до постели. Мы спустились на первый этаж. По пути я отметила выгодность планировки дворца в Ривенделле. Он имел форму четырёхугольника. В каждом углу находилась лестница, итого их было четыре. На внешней стороне стены практически отсутствовали, были лишь несущие витиевато вырезанные каменные колонны. Как объяснила Арвен, окна комнат выходили во внутренний дворцовый сад. Эльфийка ещё что — то рассказывала об истории дворца, но я слушала не очень внимательно, борясь с усталостью. Через арочный проем, мы вошли в прямоугольное по форме помещение, метров пять в высоту. Под самым потолком по обеим сторонам шли небольшие также прямоугольные оконные проёмы, через которые поступал свет заходящего солнца. Так что здесь было не очень — то светло. Арвен подошла к стене. Я не знаю, что она сделала, но тут же по обеим сторонам зажёгся ряд факелов, освещая пространство. Я смогла осмотреться. По всей длине в полу промежутками через два метра располагались бассейны, над которыми поднимался пар. Я насчитала штук семь. Чем дальше я продвигалась, тем теплее и влажнее становился воздух. Одежда стала неприятно липнуть к вспотевшему телу. Около каждого бассейна стояло по две скамейки, одна из которых была полностью заставлена разнокалиберными баночками и флаконами. — Как вы столько воды нагреваете? — удивлённо выдохнула я, на что Арвен лишь рассмеялась. — Нам ничего и не приходится делать. На всей территории Ривенделла бьют горячие источники. Над одним из них находится эта купальня. Кстати, благодаря источникам, Ривенделл одно из немногих мест в Средиземье, где не бывает зимних холодов. — Всегда лето, круто, — пробормотала я. Вот бы в Англии такую штуку. Надо будет посмотреть, что находится на месте Ривенделла на карте Англии. — Ну, ты располагайся. Вот здесь, — Арвен указала на одну из заставленных скамеечек, — найдёшь, всё что нужно. Это — мыло, это — средство для волос, это — увлажняет кожу, — это — отшелушивает, — эльфийка начала молниеносно тыкать в баночки. — Стоп, стоп, стоп, — я подняла руки в пораженческом жесте, — Поверь, мне вполне достаточно первых двух. Арвен склонила голову набок и прищурилась. — Я уверена, — подтвердила я, — мне этого хватит. Эльфийка пожала плечами и ткнула в наиболее большую склянку. — Это поможет привести одежду в порядок. Я пока схожу тебе за полотенцами и одеждой. — Эм-м, — я посмотрела вслед девушке, — а можно я займу два бассейна? — Да хоть все. — Где здесь дверь? — крикнула я вдогонку той, что уже выходила через арочный проём. Арвен повернулась и улыбнувшись, ответила: — Это женская купальня. — Это конечно меня успокоило, — пробормотала я, отходя вглубь к самому последнему бассейну. Сняв сапоги, я с наслаждением ступила на каменный пол, который оказался очень тёплым, и тут же наморщилась. Да, воняло от меня просто сногсщибающе. Скинув камзол и рубашку, я открыла сумку и аккуратно положила карты и фломастер поверх кучки с одеждой. Затем просто вытряхнула оставшееся на пол. Основной ценностью здесь были пальто-плащ, подаренный Линиэль, а так же джинсы и кроссовки, которые я таскала с собой, всё ещё надеясь найти путь домой. Представляю, что будет, если оказаться, к примеру, посреди Лондона в час пик в эльфийском прикиде. Книги, что я брала с собой, сильно поистрепались, местами страницы размыло водой, а книга рецептов вообще почила с миром во время первой речной переправы, когда я утопила компас. Надеюсь, это не была любимая книжка Трандуила. За время путешествия я бралась за их изучение. Началось всё со Странника. Он хорошо знал этот язык. Научил паре выражений. С Гэндальфом как то не сложилось, он всё время норовил перейти на тему любви к Средиземью, поэтому, когда выпадала свободная минутка, я предпочитала учиться по книжке. Положив книги рядом с картами, я осмотрела пустую сумку. Вся в пятнах, дырках, прожжёнными искорками от костра, и … — я сморщила нос, весьма противно воняет. Ну что ж, начнём. Спустя время, я устало провела влажной рукой по лбу, смахивая пот, а затем отжала последнюю выстиранную вещь. Одежду, что была на мне, я по справедливому замечанию Арвен не стала реанимировать. Сняв с себя последние вещи, я с блаженным стоном скользнула в соседний бассейн. Девчачья сущность всё же взяла своё, и я с любопытством истинной барышни начала открывать и обнюхивать содержимое многочисленных пузырьков. Открыв пятый по счёту, я поднесла флакон к носу и замерла. Моя рука дрогнула. Этот запах… он был мне так знаком. Жасмин. Он рос под окном моей спальни в лондонском доме Лоренсов, и каждую весну его аромат сводил меня с ума. Или, может быть, я любила его потому, что так пахли духи моей приёмной матери? Сколько раз я утыкалась в её плечо, ощущая на голове поглаживание ласковой руки, и вдыхая такой родной и успокаивающий меня аромат. В сознании ожили картины далёкого детства: лужайка перед домом, качели, крепкие руки отца, что подхватывали меня на руки. Как же давно я их не видела! Я чувствовала, как слёзы катятся по щекам, ощущала на губах их солёный вкус. По шее что-то скользнуло, и это движение заставило меня открыть глаза. Мой медальон опускался под воду, испуская угасающее голубоватое сияние, а перед бассейном, внимательно на меня глядя, стояла Арвен. — Ты плачешь? — спросила она, переводя взгляд с практически погасшего медальона на моё лицо. — Нет, — ответила я, негромко шмыгнув носом, — так… вспомнила кое-что. Я быстро завершила помывочные процедуры и, взяв предложенное Арвен полотенце, вылезла из бассейна. Эльфийка оказалась предусмотрительной, кроме полотенца в её руках было платье, простые туфли без каблука и тазик. — Это для выстиранной одежды, — пояснила она, ставя тазик на пол. — А это для тебя. В моих руках оказалось светло розовое платье. — Не нравится? — спросила Арвен, заметив скептицизм на моём лице. — Нет, что ты, я сейчас костюм шута готова напялить, лишь бы чистый был, — пробормотала я, натягивая платье на голое тело прямо через голову. Платье оказалось великовато в плечах и лифе, а туфли наоборот маловаты. — Это всё моё, — пояснила Арвен, смеясь над моим внешним видом. — К утру подберём что-нибудь по твоему размеру.  — Оставь всё ненужное здесь, — сказала она, когда я стала собирать свои вещи. Собрав выстиранную одежду и прихватив карту с фломастером, я пошла следом за эльфийкой в обратный путь. Мы тепло распрощались у дверей моей комнаты. Дальше меня хватило лишь на то, чтобы кое-как развесить одежду на перилах маленького балкончика, не заботясь о том, не оскорблю ли я эстетические чувства эльфов, своими полоскающимися на ветру, вещичками, и спрятав карту под матрас, наконец то упала на кровать. Проснулась я от дуновения ветра и, сладко потянувшись, открыла глаза. Над моей головой по каменному потолку непривычного розового цвета бегали солнечные зайчики. Я ещё раз потянулась, и сев в постели посмотрела через открытую дверь на балкон. Улыбка спала с моего лица: одежды на перилах не было. Выбежав на балкон, я удостоверилась в увиденном. Вернувшись в комнату, я бросилась к матрасу. Карта оказалась на месте. Вскоре обнаружилась и одежда. Все вещи, приведённые в абсолютные порядок, висели в широком шкафу. Кроме моих шмоток там обнаружились и новые вещи, и, что особенно радовало, нижнее бельё. Простое, без всяких кружавчиков, светло-голубое. У них бзик на цвета что ли? Я чувствовала себя девочкой Элли, попавшую в сказочную страну. В каком королевстве там ходили все в голубом? А, однофигственно, всё равно не помню. Обнаружив среди новых вещей рубаху, штаны и камзол, я экипировалась в ставшую привычной за последние недели одёжку. На столике у стены напротив кровати заметила поднос накрытый белым полотенцем, под которым обнаружились нарезанные ломтями хлеб, сыр и ветчина и кувшин с чистой водой. Попросив взбунтовавшийся желудок на время заткнуться, я сначала закончила приводить себя в порядок. Однако только в моём животе приятно заурчало от факта поступившей туда еды, как этот продуктовый поток был прерван раздавшимся криком. Я замерла с бутербродом на полпути ко рту, а потом бросив всё обратно на поднос, вылетела из комнаты. В дверях комнаты Тьяры, откуда и шёл крик, я столкнулась с Майком. Мы никак не могли протолкнуться в проём вдвоём, но нас удачно пропихнул туда один из моих названных братцев, прибежавший следом с мечом наизготовку. Полчищ орков обнаружено не было, зато там была Тьяра, стоявшая перед зеркалом. — Вы только посмотрите, как я выгляжу, — визжала она, грозя перейти на ультразвук, и тыча пальцем в своё отражение в зеркале. — Пугало в огороде и то симпатичнее бывает. — Тьфу ты, — сплюнул эльф и, убрав меч в ножны, вышел из комнаты. Майк покачал головой и тоже отправился вслед за ним. — Успокойся, — сказала я Тьяре, — давай поешь, и я отведу тебя в купальню. — Нет, вы только посмотрите, она уже прихорошилась. А я?! — А ты дрыхла трупом, мне тебя на себе нужно было тащить? — Ну, я тебе припомню это, — пригрозила мне Ти, раскрывая дверцы шкафа, один в один похожего на мой. — Как ты думаешь, я могу взять эти шмотки? — поинтересовалась она, хватая с вешалок одежду и бросая на кровать. — Я тоже думаю, что да. Я усмехнулась. Кузина даже не дождалась моего ответа. Сказав, что не притронется к еде, пока не приведёт себя в порядок, Тьяра выпихнула меня из комнаты, приговаривая «Веди меня мыться, немедленно». Проводив кузину до купальни, я шла по коридору обратно, гадая, сколько же сейчас времени, когда в меня кто-то врезался и сшиб с ног. Наконец, клубок из рук и ног был распутан, и я отползла в сторону, улицезрев перед собой двух весьма странных созданий. Ростом не выше метра, с босыми, сильно волосатыми ногами, но на лицо вроде как люди. — Мэри, слышь, Мэри, она не эльф, — пробормотал один из них, пихая другого локтем в бок. — Ну, знаете ли, вы тоже на длинноухих не смахиваете. — Мы не эльфы, мы — хоббиты! — важно сказал второй. — Мы из Хоббитона, что в Шире. Я поднялась и, отряхиваясь, съязвила: — Знаешь, мне от этих слов так сильно полегчало, что даже ушибленная при падении спина болеть перестала. — Смотреть надо, куда идёшь. — Слушай, ты, недомерок, смотреть надо, куда бежишь. — Девчонка, а так ругается. — Ребёнок, а такой невежливый, — передразнила я. — Какие мы тебе дети, — запыхтел тот, кого звали Мэри. — Да, — подхватил второй, — мы вместе со Странником даже с королями — призраками дрались. Ой, — Мэри толкнул своего болтливого приятеля в бок и тот замолк. — Со Странником? Это такой высокий, небритый, с тёмными волосами до плеч? Мелкие переглянулись и, расплывшись в улыбках, активно закивали. — Я Мэри, — представился один из них. — А это Пиппин. Я тоже представилась. Вскоре мы уже болтали, забыв про нашу ссору. Мальчишки рассказали про свой народец и жизнь в Хоббитоне, но вот при вопросе, что заставило их пуститься в путь, замолкли и стали пихать друг друга локтями. Поняв, что ничего внятного мне от них не добиться, я перевела тему, спросив о Страннике. Вскоре ребята побежали навещать своего друга, который, как они сказали, приболел, а я пошла искать Странника, который, по словам Мэри и Пиппина, был где-то на первом этаже. Снова спустившись на первый этаж, я пошла в противоположную от купален сторону и вскоре, завернул за угол, увидела знакомую фигуру Странника. Тот стоял ко мне спиной и с кем-то разговаривал. — Странник! — окликнула я, ускоряя шаг. Мужчина обернулся на мой крик, и я увидела его собеседника. — Срань господня! — простонала я, резко затормозив. — Драко! Оба парня уставились на меня, и пока Странник расплывался в приветливой улыбке, лихолесский наследничек прищурил глаза. Шаг за шагом я стала отступать спиной назад. Леголас рванул ко мне, громко взвизгнув, я бросилась бежать. Завернув обратно за угол, я пробежала метров десять, когда меня обхватили за талию и резко дёрнули назад. В следующее мгновение я встретилась с серо -голубыми глазами, столько мучившими меня в снах. — Ай, — вскрикнула я, когда меня грубо впечатали спиной в стену. — Где моя сестра?! — прошипел лихолесец мне в лицо. — Н-не скажу, что рада тебя видеть, н-н-но, п-п-привет? — проблеяла я, смотря в мечущие молнии глаза. — Где моя сестра?! — его кулак впечатался в стену рядом с моей головой. — О-о-ой, — прошептала я, медленно съезжая по стенке, но меня дернули под мышки и снова поставили прямо. — Дура ты пустоголовая, — буйствовал между тем, Леголас, — ты вообще вот этим, — он приставил указательный палец мне ко лбу, — пользоваться умеешь?! Его руки чуть тряхнули меня за плечи. — Леголас! — услышала я голос Странника, но не могла отвести взгляда от глаз эльфа. — Ещё раз спрашиваю, ГДЕ МОЯ СЕСТРА! Я по-прежнему испуганно таращилась на него и молчала. Леголас резко сказал что-то впоголоса на эльфийском и в следующий момент я ощутила его губы на своих губах. Его рука легла мне на шею, не давая дёрнуться. Своим тормознутым сознанием я отметила, что его губы были тёплыми, мягкими и требовательными. Очень требовательными. Его язык вторгся мне в рот, и я вздрогнула. Меня никогда так не целовали: так уверенно, так…глубоко. После этого поцелуя Ника Брайта можно было списать со всех счетов. В моё сознание проник резкий гул, а Леголас простонал мне в рот и, оторвавшись от меня, съехал на пол. — Считай, что ты меня нашёл! — выдала Тьяра с тазиком в руках, откинув со лба мокрые волосы. — Я не слишком помешала? — спросила она меня, пока я осознавала, что прошло лишь несколько мгновений, а не вечность. Пока Странник приводил в чувство Леголаса, Тьяра осматривала вмятину на тазике. — Хорошая всё-таки вещь, — вздохнула она, любовно проводя по тазику рукой. — Что здесь происходит?! Я повернула голову и увидела стремительно приближающегося к нам Элронда вместе с сыновьями и Гэндальфом. — Мы здесь абсолютно не причём, — среагировала Тьяра, пряча тазик за спину. Странник поднял с пола, держащегося за затылок Леголаса. Мы с эльфом пересеклись взглядами, но я тут же отвернулась. — У меня нет времени разбираться, Сейчас все, кто приглашён на совет, отправляются к месту его проведения. — Элронд грозно зыркнул на Странника с принцем датским под мышкой. — А вы немедленно пройдёте в свои комнаты и будете находиться там до окончания совета. Мальчики, проследите, — кивнул он своим сыновьям. — Опять, — простонала Тьяра и тут же отдёрнула в сторону руку с тазиком, за которым потянулся один из братьев-близнецов. — Я бы не советовал, — сказал Странник моему как бы братцу, увидев данный манёвр, — двоих я на себе не дотащу. Нас отконвоировали в комнаты, возле каждой из которых была выставлена стража. Я вышла на балкон и прикинула расстояние до земли, затем отбросила эту идею. Чтобы бежать, нужно сначала определить, куда. Решив использовать данную передышку с пользой, я завалилась отсыпаться. Владыка Элронд беспокойно мерил шагами просторную залу. Сквозь арочные проёмы открывался прекрасный вид на сады его любимого Ривенделла, но владыке сейчас было не до красот. В дверь постучали, и он разрешил войти. — Пришло известие из Серой Гавани, корабли готовы к отправлению и ждут только вашего распоряжения. — Хорошо, Белеготар, можешь идти. — Мудро ли ты поступаешь, Элронд? — проговорил Гэндальф, пропуская в дверях гонца. Вслед за ним в комнату вошли Арвен, Странник и Леголас. — А у меня есть выбор? — Элронд жестом пригласил вошедших присесть за стол, стоящий посреди залы. — Тьма сгущается на востоке, Саурон накапливает силы, Саруман нас предал. А Фродо… — Элронд пристально посмотрел на мага, — Фродо всего лишь хоббит, пусть и с горячим сердцем. Они начнут на них охоту, они уже её начали, не зря назгулы охотились за вами по пути сюда. — И как ты собираешься отправить их в Валинор? — спросил Гэндальф. — Их? — тут же привстал Леголас. — Да сиди ты, — махнул рукой Элронд. — Речь идёт лишь об Эстельуэлде. — Ты меня прости, друг, но из этого ничего не выйдет, — Гэндальф устало опёрся на свой посох. — Валинор принимает лишь тех, кто самостоятельно хочет уйти в бессмертные земли, а твоя дочь упорно отторгает эльфийскую сущность. — Отец, он прав, — проговорила Арвен, вставая и подходя к владыке. Тот обнял её за плечи. — Ты как никто другой знаешь силу наших источников. Мы вчера были в купальне и… ничего. Я сама видела, как медальон угас. Гендальф вздохнул. — Они не принимают себя такими, как они есть. Вернее, они не видят себя такими. Они выросли совсем в другом мире. Я понимаю, — поднял руку, предупреждая слова Элронда, волшебник, — это не твоей вине, и ты, и Галандриэль, и Трандуил хотели их уберечь. Но к чему мы пришли сейчас? Волшебник осмотрел всех присутствующих. — В Средиземье грядёт война и Саурон во чтобы то ни стало будет стремиться вернуть кольцо и устранить все преграды на своём пути. Все преграды. Леголас посмотрел на Элронда и, осторожно потрогав затылок, спросил: — И что делать? — Есть один вариант, — Гэндальф отошёл к окну. — Я говорил тебе, что это не выход, — вспылил Элронд. — Для кольца — да, но для них… — Вы можете толком объяснить, о чём речь? — поинтересовался Арагорн. — Осталось ещё четыре портала, — тихо произнёс волшебник. — Два из них вполне доступны и как раз на пути Братства кольца. — Вы не можете один принять такое решение! — вскочил Леголас. — С Галандриэль я сумею связаться и выслушать её мнение, а что до вас… Ты сейчас здесь, пора учиться принимать решения, будущий таур. Леголас поджал губы и промолчал. — Я пойду с ними, — встрепенулась Арвен. — Нет! , — в два голоса откликнулись Арагорн и Элронд. Эльфийка притопнула ножкой и вышла из комнаты. С окриком «Арвен, постой» за ней бросился Арагорн, вслед за ними вышел и Элронд. Гэндальф подошёл к Леголасу так и стоявшему возле стола. — Путь до Рохана не близкий. — И опасный, — посмотрел на него Леголас. — И опасный, но ты то будешь рядом, и Арагорн, и я. За это время можно многое увидеть, узнать, понять. Кто знает, к чему это приведёт… И замурлыкав под нос какую — то ему одну известную мелодию, Гэндальф пошёл к выходу. Лихолесец внимательно посмотрел ему вслед. Чуткая эльфийская натура чувствовала, что волшебник преследует какие- то свои, одному ему известные интересы. (От лица Эстель) Раздавшийся стук в дверь вытянул меня из сна, недовольно промычав, я перевернулась на другой бок и натянула подушку на голову. — Эй, вставай давай, — услышала я голос Тьяры, — конвойные спешат доставить нас к месту отбывания наказания. — Тазик прихватила? — спросила я, сползая с кровати и подходя к зеркалу. Потерев лицо на местах отпечатков от подушки, я расчесала всклоченные волосы и пошла на выход. — А то, я теперь без него шагу не сделаю, — потрясла своим оружием сестрёнка. Нас провели в небольшую беседку в саду, где уже ждали Элронд и Гэндальф. — Мы здесь посовещались. На эти слова владыки я лишь хмыкнула. -… и я принял решение. Будет действительно более мудрым в столь опасной ситуации вернуть вас в мир, где вы росли. Мы удивлённо уставились на владыку, а Ти от неожиданности выронила свой тазик.