Столкновение миров

Просто прилипнув ухом к двери, я пыталась разобрать хоть что-нибудь из происходящего за этой преградой. — Вот понастроили то, а, — прошипела я сквозь зубы, пытаясь найти что-то напоминающее щель. Но нет, ни щёлки, ни зацепки, ни — че-го. Сделано на совесть. — А тебя не учили, что подслушивать нехорошо? — раздалось за моей спиной, и я подпрыгнула от неожиданности. — Во-первых, не голоси как на параде. — На чё… — А во-вторых, — шептала я, обрывая Эовин, — тебя не обижает тот факт, что туда пригласили даже мелкорослых хоббитов, а мы, как видишь, сидим с тобой здесь. Или ты согласилась, наконец, с дядей и братом? Эовин перевела взгляд с меня на дверь. — Может, просто постучим и попросимся войти? Вдруг пустят? Ты как думаешь? — предложила я. — Есть мысль получше. Иди за мной. Только тихо. Поднявшись по лестнице, мы прошли через небольшую залу и протиснулись за портьеру, за которой скрывался узкий коридорчик. — Ни звука, — скомандовала Эовин. Я лишь пожала плечами. Пройдя, вернее, передвигаясь практически на корточках, метров около пяти, мы оказались в небольшом закутке, также закрытом портьерой. — Что мы… Роханка молниеносно закрыла мне рот и тут внизу, практически под нами, раздался голос Гэндальфа. Мы обратились в слух. — Глаза Пиппина не лгали. Он дуралей, но дуралей честный. Он не сказал Саурону ни слова о Фродо и кольце. Но есть то, что не нуждалось в словах. Элемаккил не соприкасался с палантиром напрямую, но когда он пытался оторвать Пиппина, Саурон увидел знак наследника Лориэна. Он пытал Пиппина о том, кто носит этот знак и где находится наследник. Я прикрыла глаза, вспоминая цепочку, что Майк по старой привычке носил, намотав на запястье, и мысленно чертыхнулась. — И что теперь? — послышался голос Арагорна. — Пиппин и здесь проявил выдержку и ничего не раскрыл Саурону, но тот не глуп. Теперь он знает, что наследник Лориэна находится в Рохане. Но всё же нам странным образом повезло. Пиппин увидел в палантире планы врага. Саурон готовится нанести удар по Минас Тириту. Поражение в Хельмовой Пади кое — что показало ему: он узнал, что бьётся с наследником Элендиля и что род людей не так уж и слаб. К дальнейшим словам я перестала прислушиваться, обдумывая сложившуюся ситуацию. Получив тычок в бок, я подняла голову. Эовин знаками показывала, что нам нужно ползти обратно. Так как сюда я шла последней, то теперь роли поменялись. Места для разворота не было совсем, пришлось отходить спиной назад. Выбравшись, наконец, на свободу, я с наслаждением размяла затёкшую спину. — И что ты об этом думаешь? — спросила Эовин, когда мы спешным шагом удалялись от места переговоров. — Я думаю, что нам необходимо сейчас спрятаться, мы были не очень-то тихими, выходя оттуда. Большие помещения с бесчисленным множеством коридоров, комнат и переходов просто изумительно хороши для нескончаемой игры в прятки. Эовин слиняла исполнять обязанности хозяйки дома, я же окольными путями была выведена на конюшню. Расчёсывая Счастливчику гриву, я обдумывала случившееся. За этим занятием меня и нашёл Линдир. — Что-то случилось? — А почему вы думаете, что что-то случилось? Я пожала плечами. — Отвечать вопросом на вопрос вообще-то невежливо. Ну да ладно. А что до моего вопроса, так ты так хмуро меня рассматривал, как будто хотел сказать что-то неприятное. Я и подумала, что что-то случилось. — Ничего не случилось, — улыбнулся Линдир и погладил Счастливчика по морде. — Просто хотел узнать, как Вы себя чувствуете. После вчерашнего празднества вас никто не видел. — Ну, я поздоровалась с Эовин с утра, заходила к Тьяре с Миримэ. Вот Счастливчик меня видит, а теперь ты. Кстати, я была очень удивлена, увидев тебя в Эдорасе. — Да, я заметил. И, пожалуй, неприятно удивлены. — Не обижайся, — я взяла щётку и начала начищать Счастливчику бока, — но с лихолесцами у меня ассоциируются не очень приятные воспоминания. — Вы будете ненавидеть нас за это всю жизнь? — Я вас не ненавижу. Ваш принц, как-то мне сказал, что эльфы вообще не способны на ненависть. — Вы приняли свою эльфийскую сущность? — Не думаю. Просто меня так долго убеждают, что мне её не избежать. Да и пример Тьяры, знаешь ли… — Ладно, Вы нас не ненавидите, но друзьями нам с Вами не стать. Я в этот момент перешла на другую сторону, и круп коня заслонял мне обзор. — Ты прав, друзьями нам не стать. — И почему же, в чём наша ошибка? В том, что владыка Трандуил переусердствовал с опекой и ограничил в свободе передвижений? — Ты, возможно, удивишься, но не в этом. — А в чём? — я вздрогнула, услышав этот голос, и моя нервозность передалась коню. Счастливчик заперебирал ногами и я отошла в сторону, давая ему успокоиться. — Очень, знаешь ли, хочется услышать ответ. Возвращая щётку на место, я прошла мимо Леголаса и посмотрела вслед удаляющемуся Линдиру. — Невежливо уходить вот так, прерывая диалог, — прокомментировала я действия Линдира. — Так я услышу ответ? — Мне очень не хочется это делать, но я всё же отвечу. Только ты потом ответишь на мой. Леголас усмехнулся, но кивнул. Подойдя к коню, я ласково провела по его шее, успокаивая, и успокаиваясь сама. — Твой отец, Гэндальф, Арагорн, ты, да даже Элронд с Арвен и ребятами-близнецами. Вы все знаете историю Средиземья, — я повернулась и посмотрела на прислонившегося к перилам загона лихолесца. — Ещё бы, вы здесь живёте. Это ваш мир и, постой, я знаю, знаю… Это и мой мир. Но Я его НЕ ЗНАЮ. И не хотела узнавать. Возможно, это нежелание уже моя ошибка. Но я о другом. Я о том, что я узнаю этот мир Пусть и помимо своей воли, но узнаю, понимаешь, Леголас? Только вот вы никогда не узнаете мой, тот, в котором я выросла, тот, который сделал меня такой, какая я есть. Арагорн всё время злился на меня, что я тесно общалась с Боромиром. А знаешь, почему? Не потому, что, как вы все думали или думаете, я испытывала к нему романтические симпатии. Нет. Потому что мне с ним просто, так же как с Тьярой или с Майком. Потому что он - единственный из всех вас видел и принимал меня такой, какая я есть. Вы все внушали мне, кто я и какой по-вашему представлению я должна быть. Но у меня за плечами не тысяча восемьсот восемнадцать лет, а всего лишь семнадцать … теперь уже с половиной. В чём ваша ошибка? — я посмотрела на внимательно рассматривающего меня Леголаса, — ваша ошибка в том, что вы пытаетесь меня изменить. Меня, Майка, Тьяру. А я не хочу быть чьим — то представлением или подобием. Я хочу быть самой собой. Леголас сделал шаг мне навстречу, но я его остановила. — Стой там, где стоишь. — Эй, я как раз пытаюсь это сделать, узнать тебя. — Уже несколько поздновато, ты не думаешь? К тому же, не вижу в этом смысла, да и Тауриэль явно будет против, похоже, она не верит в простую дружбу между мальчиком и девочкой. Леголас вздохнул. — Мне казалось, что о Тауриэль мы всё выяснили вчера. — Когда это? — опешила я. — Едва ли твой ор вчера во время танца можно назвать выяснением чего-либо. — Мой ор? Я молча кивнула. — Во время танца? — Леголас приблизился на пару шагов, а потом замер. — Постой… Ты не помнишь, что было потом? — А что было потом? — заволновалась я, припоминая мой странный сон. А может и не сон… Стоп. Сейчас речь о Леголасе. Между нами что-то было потом… Так, я проснулась одетая… практически, и в постели с Эовин. Этого красавца нигде не наблюдалось. — Не было у нас ничего серьёзного потом! — возмутилась я, на что принц датский лишь выгнул бровь в привычной эльфийской манере. Или было… теперь уже я вопросительно смотрела на лихолесца. — Мы не целовались, — сжалился надо мной он, — и даже без обниманий обошлось. По его взгляду с искорками, я засомневалась. — Точно? — Точно. Это были скорее поддерживающие объятья. Мы просто разговаривали, только вот ты не помнишь о чём, — вздохнул Леголас. Я кивнула, а он произнёс фразу на эльфийском. — О, Эру, неужели мой путь к ней должен быть настолько длинен? — Эй, причём тут ваши боги и дороги? И куда ты пошёл? Ты мне один ответ должен. Леголас, уже направившийся к выходу из конюшни, остановился и подождал меня. — Спрашивай. — Когда вы собираетесь увозить Тьяру из Эдораса? Мне Линдир вчера об этом сказал. — Линдир слишком много говорит. — А вы слишком много утаиваете, ты не находишь? — Ты будешь против её отъезда? — Нет, — я прямо посмотрела в глаза лихолесцу, — не буду. После Хельмовой Пади многое изменилось. Я просто хочу узнать, когда вы планируете её увезти. Если это не секретная информация и, конечно же, ради нашей безопасности. — Это сарказм? — Наверное, да. Так ты ответишь? — Не раньше, чем через неделю. Я боюсь, что пути будут перекрыты орками, но раньше это сделать из-за раны невозможно. Ты пойдёшь с ней? — В Лихолесье? Нет. — Лориэн? — Я не знаю. Ещё не решила. И … спасибо, что ответил. — Развернувшись, я пошла обратно к стойлу, но почти тут же обернулась. — Леголас! Лихолесец обернулся. — Я не знаю, до чего мы вчера договорились, но не хочу ничего менять. Линдир прав: мы не друзья. После ухода Леголаса я тихонько присела на копну сена, лежащую в углу. Я чего — то явно недопонимала. Сжимая виски, пыталась вспомнить события вчерашнего вечера, чтобы определить, когда моё сознание отключилось. Почему-то постоянно вспоминался отрывок из моего сна — инцидент с Тауриэль. В итоге я пришла к выводу, что виной всему эль и что некоторые из моих сегодняшних сновидений похоже напрямую имеют отношение к реальности. Ладно, что было то было, особенно если я этого не помню. Потерев ладонями лицо, я переключила свои мысли в другое русло. Если верить Гэндальфу, а сейчас я была склонна ему верить, Саурон в курсе, что, по крайней мере, один из наследников эльфийских родов находится в Эдорасе. И что же он предпримет? Тьяра с утра поделилась новостями о том, что Саруман повержен и Изенгард теперь под контролем энтов, как мне попроще объяснили, оживших деревьев. Я не представляла что это такое, но да ладно. Мне не давало покоя другое: Сарумана нет, но его орки не растворились. Скорее всего, они просто нашли себе нового хозяина. И не нужно долго гадать о том, кто это. В катакомбах Мордора можно без перерыва создавать бесчисленную армию. Не нужно воспитывать, не нужно ждать, когда вырастут. Оп-ля и готово бесчисленное воинство. И теперь у него появится ещё одна цель, а Тьяру нельзя будет отсюда увести ещё неделю. Что же делать? — Не хотите ли прогуляться? — я вздрогнула и подняла голову. — Прогуляемся? — повторил своё предложение Эомер. — Да, — я наконец отмерла, — только можно верхом? Мне кажется Счастливчику не помешает поразмяться. — Я буду только рад, — продолжал обаятельно улыбаться парень. — Вы так неожиданно исчезли вчера вечером. — Да уж, в неожиданных исчезновениях я просто мастер. Ой, а можно обойтись без дамского седла? — Мне кажется, что в этом наряде вам без него не обойтись. Посмотрев на своё платье я тихо чертыхнулась. — Тогда может мы просто пройдёмся? А Счастливчика я поведу за уздцы? Так мы и поступили. Медленно шагая по одной из улиц Эдораса, я слушала Эомера, автоматически ему улыбаясь. Он рассказывал милые смешные истории из своей жизни. И мне очень бы хотелось этим заинтересоваться и хоть капельку отвлечься, но никак не получалось. Совершив своеобразный круг, мы вернулись к месту изначального отправления, где на нас, вернее на меня, накинулся Халдир. — Вы понимаете, что нельзя вот так просто подвергать себя опасности, особенно сейчас! — Во-первых, со мной был Эомер и мы отошли от дворца не дальше, чем на одну улицу. Во-вторых, если ты проворонил меня и не знал, куда я делась, то это твои проблемы, а не мои! Перехватив уздечку, Халдир подошёл ко мне вплотную и прошептал. — Не забывайте о том, кто вы. — Я помню, Халдир, — ответила я и повернувшись к Эомеру, поблагодарила его за прогулку, а затем отобрав уздечку обратно, повела Счастливчика в конюшню. «Не забывайте о том, кто вы» — передразнила я Халдира, ведя коня за собой. Как будто я размахиваю медальоном над головой и кричу на всю округу: «Эге-гей, я, по ходу дела, наследница Ривенделла!» От внезапно поразившей моё сознание мысли, я споткнулась и слишком сильно дёрнула за узду. Счастливчик недовольно зафырчал. — Извини, родной. Но, похоже, я нашла выход из создавшегося положения. *** Эомер всё ещё смотрел вслед девушке, когда к нему подошли двое. — Спокойно, ребята. Я не знаю, какие мысли бродят в этой прекрасной головке, но они явно не обо мне. А я из тех, кто умеет признавать поражения. Оставив своих, так сказать собеседников, роханец, насвистывая весёлую мелодию, направился во дворец. — Я очень надеюсь, — сказал Арагорн, переводя взгляд с удаляющегося роханца на своего друга, — что эту «прекрасную головку» занимают мысли о тебе. — Ты так уверен, что у меня ещё не всё потеряно? — Нет, я просто надеюсь, что её мысли заняты тобой, хотя бы отчасти. И боюсь, что если она заняла их чем-то другим, то нам всем в скором времени не поздоровится. *** Заведя Счастливчика в стойло, я занялась поисками Эовин. Роханка обнаружилась в общей зале, где беседовала со своим дядей. Пришлось проходить процедуру представления, поддерживать великосветскую беседу. Король Теоден как раз задал самый «пикантный» вопрос о том, откуда я родом и как оказалась в этих краях, как вошли Гэндальф и Гимли. Сославшись на то, что мужчинам наверняка нужно поговорить о важных делах, я утащила Эовин за собой. — Ты можешь объяснить, что происходит? — возмутилась девушка, когда я затащила её в наши покои. — Ладно, признаю, у нас с тобой не слишком тёплые отношения, ввиду того, что ты пытаешься закадрить парня моей сестры. И давай не будем отрицать этот факт, — прервала я на корню все её возмущения. — Я в ответ немного построила глазки твоему брату. Это я тоже признаю. Но Эомер не тот, кто так легко поведётся. — Ты можешь выражаться яснее?! — Эовин стояла, уперев руки в бока. — Я говорю о том, что твой брат, похоже, понимает, что я не испытываю к нему романтических чувств. И он ко мне тоже. Так, скорее охотничий инстинкт. Так что давай оставим парней в покое и поговорим о другом. Мне нужна твоя помощь. — В чём? — Ты помнишь слова Гэндальфа, когда мы подслушивали? О чём он говорил? — О Сауроне и маленьком хоббите. Пиппине. — Да, а ещё? — О том, что Саурон хочет уничтожить Минас Тирит. Я вздохнула. Ну, вот что за избирательная память. Похоже, придётся помогать. — Он говорил о Элеммакиле, наследнике Лориэна. — Да, — роханка нахмурилась. — Да, верно. — Эовин, Элеммакил — это Майк. — Но… как… Я не понимаю. Лориэн — земли эльфов, так? Майк — человек. — Такой же, как и Тьяра. Роханка замерла, а потом опустилась на краешек кровати. — Эльф под человеческим обличьем. Я читала об этом, совсем давно, в детстве. Старые легенды о древней магии. Так значит, ты тоже? Я пожала плечами. — Похоже на то. Суть не в этом. — Я присела перед Эовин на корточки и коснулась её руки. — Саурон знает, что наследник Лориэна здесь, в Эдорасе. И я не думаю, что он оставит это без внимания. Тьяра ещё не оправилась от ранения и… здесь так много людей. — Эдорас не выдержит… — голос Эовин сорвался. — Я знаю. Именно поэтому и прошу у тебя помощи. — Но как? Что я могу сделать? — Я хочу донести до Саурона весть, что наследник Лориэна ушёл из Эдораса и вообще покинул земли Рохана. И ещё, надеюсь, что после поражения в Хельмовой Пади и Изенгарде он не станет распылять свои силы. Ты мне поможешь? — Говори, что нужно делать. Выглядывая из-за угла, я просматривала коридор. Вроде пуст. Тихонько, мелкими перебежками, я добралась до заветной двери. — Знаешь, когда я согласилась тебе помочь, я не знала, что придётся заниматься этим, — прошипела мне в плечо Эовин. — «Заниматься этим», — передразнила я, — звучит как-то двусмысленно. Называй вещи своими именами. Мы идём совершать воровство. — Не мы, а ты, — огрызнулась роханка. — Ладно, я. Но ты стоишь на шухере, так что пойдёшь как соучастница. — Это что, элементы эльфийского языка? Твои странные словечки? — Тш-ш-ш, — успокоила я Эовин, приоткрывая засов. — Ты точно уверена, что её там нет? — Была бы я здесь, с тобой, если бы она была там? — Да кто вас, роханок, знает, — я подмигнула девушке и скрылась за дверью. Оказавшись в комнате, первым делом осмотрелась и направилась к шкафу. Я не уверена, что Тауриэль возила с собой по Средиземью целый чемодан шмотья, но другого выбора у меня просто не было. Линдир и Леголас явно не прокатывали как вариант. Слишком разные комплекции. "Н-да, не густо", -сделала вывод я, заглянув в шкаф. Хотя не думаю, что платье и две рубахи, это все её вещи. Закрыв дверцы, я огорчённо прислонилась к шкафу спиной и уставилась как раз на кровать, посреди которой лежал походный мешок. В пару шагов преодолев расстояние, я развязала шнурок и скоро рассматривала искомое. А именно — камзол. Настоящий эльфийский камзол, производства швей Лихолесья. — Тауриэль! Я так рада, что дождалась вас! — раздалось за дверью. — Вот чёрт, — я стремглав понеслась к окну. Мне повезло. Эовин успела задержать эльфийку и за это время я вылезла в окно. Вторым везением было то, что парапет был достаточно широк. Прижимая камзол одной рукой и держась за стену другой, я тихонько продвигалась к соседнему окну, молясь о том, чтобы никому в это время не приспичило глазеть по окнам. Тихонько заглянув в окно соседней комнаты, я снова чертыхнулась, на этот раз мысленно. Это была комната Линдира, и он был на месте. Откинув голову к стене, я раздумывала над тем, как выйти из глупой ситуации. Спрыгнуть вниз? Ага, и переломать ноги-руки. Завалиться к Линдиру? И что сказать? Уж тогда лучше к Тауриэль. Хотя бы выясню, правда, что меня на неё вчера вырвало или всё-таки приснилось. Пока я стояла в раздумьях, в дверь к Линдиру постучали. Раздался голос Тауриэль, которая вызывала своего подопечного на совещание к Гэндальфу. Подождав пока Линдир экипируется и покинет комнату, я осторожно дёрнула ставню. На этом моё везение закончилось. Я засеменила было обратно к окну Тауриэль, как из него показалась взъерошенная Эовин. — Бог мой, — вскрикнула я при её появлении, — я от страха чуть вниз не спрыгнула. — Давай быстрее, они в любой момент могут вернуться. — И кажется мне, — сказала я, спрыгивая в комнату, — что никакого совещания Гэндальф не устраивает. — И что ещё нам нужно? — спросила Эовин часом позднее, заканчивая подгонять камзол по моей фигуре. — Экипировка для моего коня и немного провизии с собой. Остальное я устрою сама. — Хорошо. Эстэль? Ты уверена в том, что делаешь? — Конечно, Эовин, — я спрятала свой страх за улыбкой. Пока роханка отправилась исполнять свою часть плана, я направилась к Тьяре и как раз в дверях столкнулась с Тауриэль. Мне преградили дорогу. — Госпожа отдыхают. — Тауриэль, не думаю, что она представляет угрозу, — попытался осадить эльфийку Линдир. Девушка не сдвинулась с места. — Хорошо, если на посещение Тьяры нужно разрешение, — я пожала плечами, — пойду спрошу его у Леголаса. — Что здесь происходит? — выглянула Мира из-за открывшейся за спиной Тауриэль двери. — Меня к вам не пускают ваши доблестные стражи. — Как это? Немедленно впустите её, я пожалуюсь Халдиру. Что за глупость?! Сжав губы, эльфийка шагнула в сторону. — Всё воюешь? — Тьяра встретила меня задорной улыбкой. — А ты исполнила свою мечту? — усмехнулась я. — Мечту? — нахмурилась Тьяра. — Ну да. Стать звездой вселенского масштаба. Вселенная правда другая, но секьюрити налицо. И весьма сердитые. — Да забей ты на неё. Побесится, побесится и перестанет. — Тебе видней. Мир, а у тебя ничего успокоительного в бочонке с травами нету, а? Так кошмары замучили, а теперь ещё и это, — я кивнула на дверь. — Посмотрим, — Миримэ закопошилась в своей котомке и вскоре достала небольшой мешочек. — Вот. Добавишь немного в чай и будешь спать как младенец. — Спасибо! — я подкинула мешочек в руке. — А кстати, насчёт чаепития, может, посидим вечером все вместе, почаёвничаем? — Я посмотрела на Тьяру. — Мы так давно не собирались вместе. Кто знает, когда ещё выдастся такое затишье. — Хорошая мысль. — Кивнула Ти. — Осталось только найти Майка. Выполнить это вызвалась Мира. Она же попросила отправить в комнату к ним с Тьярой еды, а сама тактично удалилась, передав с Майком, что ей нужно поговорить с братом. И я ей была очень-очень за это благодарна. Без неё задача упростилась. Майк отпадал сразу, Тьяре мешала рана, разливание чая по кружкам осталось на мне. Подсыпать туда средства Миры мне удалось не сразу, но главное, что удалось. Щепотку Ти, чуть побольше Майку. Сестрёнка отрубилась почти мгновенно. Брат тоже начал клевать носом. Сняв с уснувшей Тьяры её цепочку, я аккуратно укрыла её одеялом. — Майк, — пнула я брата в бок. — М-м-м. — Майк! — А? — Пошли, Ти уснула. Поддерживая брата, который был словно пьяный, я вывела его в коридор. Линдира с Тауриэль на горизонте не наблюдалось. Еле дотащив практически совсем заснувшего брата до его комнаты, я свалила его на кровать. Майк делил комнату с Гимли, но сейчас время ужина, а гном никогда не пропускал ничего, что связано с едой. Ощупав запястья брата, я впала в небольшой шок — цепочки там не было. Я сглотнула и перевела взгляд на его шею. — Фу ты, так и помереть от испуга недолго, — проворчала я, снимая его цепочку. Уходя, я аккуратно прикрыла дверь. Дело осталось за малым — подождать рассвета. Я вернулась в комнату, где меня ждала Эовин. Переоделась, привела в готовность и спрятала под кровать оружие, туда же была спрятана походная сумка. Мои приготовления прервал стук в дверь. Мы с Эовин переглянулись и я быстро юркнула под одеяло, натянув его по самую шею. — Арагорн? — Эовин. Извини, мне нужно поговорить с Эстэль. — Эстэль спит, — Эовин приоткрыла дверь, открывая Арагорну обзор на кровать. — Её так измучили кошмары, бедняжку. Она эти ночи практически не спала, вот и попросила сегодня у Миримэ сонной травы. — Что ж, пускай отдыхает. И тебе спокойной ночи. — Арагорн. — Да? — Нет, ничего. Иди. Спокойной ночи. Я услышала звук закрываемой двери. Едва на востоке забрезжил рассвет, я перекинула через плечо лук и колчан со стрелами. Взяла в руки собранную Эовин сумку. — Ну как? Роханка посмотрела на висевшие на моей груди медальоны. Третий был надёжно закреплён на запястье. — Ты думаешь, получится? Может, стоит отказаться? Дядя и Арагорн что-нибудь придумают. — Нет, Эовин. Придумывать тут больше нечего. Я не хочу, чтобы из-за нас на землю Рохана упали семь казней египетских. Всё. Мне пора. Спасибо тебе за всё. Может, ещё увидимся. — Я на это надеюсь. Тихо и быстро я прошла по безлюдному дворцу и выскользнула в показанную Эовин мне накануне потайную дверь во внутренний двор. Ещё пара минут и я в конюшне. Счастливчик негромко заржал, услышав мои шаги. — Соскучился, малыш? Сейчас покатаемся. В свете восходящего солнца мы со Счастливчиком вырвались за стены Эдораса. Холодный воздух бил в лицо, но я лишь улыбалась в ответ. — Вперёд, Счастливчик, вперёд! — уговаривала я, прижимаясь к шее коня. Передо мной лежала бескрайняя равнина. Только я, мой конь и ветер. *** — Где она, Эовин?! Где Эстэль?! — Не кричи на неё, Арагорн! Криком делу не поможешь! — одёрнул Странника король Теоден и повернулся к племяннице. — Почему ты помогла ей уйти? И потом, её же здесь никто не удерживал. Если она так хотела уехать, пожалуйста. Мы бы дали ей сопровождение. Майк, обдумывая сложившуюся ситуацию, по привычке потянулся к цепочке на запястье, потом вспомнив, что после инцидента с палантиром перевесил её на шею, провёл по груди и замер. Для достоверности развязал тесьму. Так и есть, цепочки с медальоном не было. Откинув голову, он сложил в уме дважды два и рассмеялся. — Вполне ожидаемо, что она отправилась к последнему из порталов, но это… Смех Майка прервал рассуждения Арагорна. — Она не ушла тогда, в Хельмовой Пади, думаешь, решила сделать это сейчас? Ты её совсем не знаешь, Арагорн. При этих словах лихолеский наследник дёрнулся как от удара. — Эст можно обвинить в дурости, легкомыслии, истеричности, но своих она не сдаёт и не бросает. Никогда. Шум за стеной, вчера утром в зале. Линдир ещё ходил проверять. Это были вы? Эовин не сразу, но кивнула. — Она попросила у тебя снотворного, а потом предложила всем вместе попить чаю? — Майк посмотрел на Миру. — А когда ты пришла, Ти спокойно и безмятежно спала. Майк повернулся к остальным и отогнул ворот рубахи, показывая отсутствие медальона. — Думаю, не стоит даже и проверять то, что Тьяра недосчиталась своего. Что она тебе сказала, Эовин? Пожалуйста, ответь. От этого сейчас зависит её жизнь. Эовин вздохнула. — Она сказала, что не хочет, чтобы из-за неё, из-за вас на Рохан упали семь казней…., — роханка запнулась, видимо пытаясь вспомнить. — Египетских? — подсказал Майк. Эовин кивнула. — Что ж. Пока мы здесь комнату шагами мерили и головы чесали, моя сестрёнка нашла выход из ситуации в своей манере. — Она хочет отвести взор Саурона от Рохана. — Бинго, Гэндальф! Пять баллов за догадливость. Вот только как это поможет Эст, ума не приложу. — Если наши предположения верны и Эстэль стремится обезопасить Эдорас и тех, кто сейчас находится здесь, то у неё только один путь — Гондор. Эовин подтвердила слова Гэндальфа. — Да, она собиралась в Минас Тирит. — Напрямик? — обеспокоенно спросил Леголас. И Эовин снова кивнула. — Я отправлюсь за ней. Порыв лихолесца заставил Тауриэль раздражённо поджать губы, а Линдира и Эомера усмехнуться. — Нет, Леголас, ты останешься здесь, так же как и ты, Элеммакил. Здесь и сейчас вы нужнее. События развиваются так, что у нас нет права на ошибку. В Минас Тирит отправлюсь я. И отправлюсь не один.