Месть мальчика-который-вернулся.

      «Маги». Ни кто ничего не понял. Всё случилось буквально за доли секунды. И тут зал заволокло тьмой, а после яркий свет резанул по глазам ошарашенных людей. Когда маги наконец-то смогли приоткрыть глаза, их взору открылась странная картина. И теперь, в который раз, люди прибывали в шоке от того, что происходит. Весь этот сумасшедший день выпил из них все нервы. И они уже устали ужасаться и удивляться. Но теперь открывшаяся им сцена окончательно добила растерянных тёмных. Луна сейчас стояла и так же ошарашенно хлопала глазами. А её к себе прижимала невероятной красоты женщина. От магии незнакомки на душе у людей просветлело. Тёплая и нежная, она как будто окутывала зал и притихших тёмных магов, словно мягкое одеяло. Вторая же женщина… От неё несло самой тьмой и смертью. Она лишь вздохнула, а чёрные жгуты, которые тянулись от её тела, спеленали Гарольда. Тот замер, не имея возможности пошевелить даже пальцем. Буря в глазах мальчика начала отступать, а жуткие потоки магии исчезли, как будто до ужаса испугавшись женщину. Магия этих двух девушек давила и буквально прибивала к полу всех людей, которые находились неподалёку. Не выдержав, они попадали на колени. Единственный, кто смог остаться на ногах, это лорд Волан-де-Морт. И то было видно, что ему это давалось с огромным усилием. И если бы не упрямство, то он так же как и все, встал на колени. Но вскоре давление ушло, как не бывало. Тёмные же начали приходить в себя и с шоком смотрели на разворачивающиеся перед их глазами действия. Но вмешаться не могли. Они даже двинуться и то были не способны. Только смотреть. Что же… То, что происходило сейчас, это всё было далеко за гранью их привычной жизни. — Хель, то, что мы делаем сейчас… Ты уверена в своём решении? — тихо спросила леди Жизнь. Но вот только в её словах не слышалось сильного раскаяния. Женщина лишь крепче прижала к себе её наследницу, которая пока ещё не пришла в себя. — Даже если они наши наследники, мы не имеем право… — Забудь, Жайя. Как-нибудь переживём. А вот такую потерю… Причём потерять мы могли и Гарольда и Луну. Это стоило того. Дети бы с таким сами не справились. Секунда промедления и всё. Это был бы конец всему. И ты знаешь об этом. Всё же Певереллы перестарались… — покачала головой Хель, вздохнув. Сама же женщина с волнением смотрела на своего наследника. Но, увидев, что тот приходит в себя, мягко улыбнулась.       «Гарри Поттер». Приходить в себя было тяжело. Даже можно сказать, больно. В глазах плыло, а дышать почти невозможно. Но когда я, наконец, справился со своим телом, то с ужасом распахнул глаза. И то, что я увидел, повергло в шок. Хель?! Жайя?! Но им же запрещено… Они не имеют права так вмешиваться! Ещё и появляться одновременно в одном месте. Это может очень сильно навредить девушкам! Да и… Их явно не погладят по головке за такое. Но сказать что-либо пока не мог. Да и понимал, что вечные спасли и меня, и Луну. Ну да… Воспоминания ворвались в голову безжалостным потоком, и я посерел, поняв, что чуть сам же и не убил свою сестру. — Тихо, Гарольд. Всё почти закончилось. С Луной же всё хорошо. Не бойся, малыш, — мягко сказала Хель и, подойдя, положила на мою щёку руку. Её же жгуты ледяной силы поставили меня на пол, но не отпустили. Я не стал дёргаться, полностью расслабившись. Ведь понимал, что толку от этого никакого нет. Да и зачем? Демон же, кажется, так же, как и я, прибывал в шоковом состоянии. — «Вот же приложило так приложило… Это что за хрень с нами приключилась?» — «Не малейшего понятия», — мысленно пробормотал я. — «Сам в шоке». Тут я посмотрел на Луну, которая так и находилась в объятиях Жизни. Странно… Похоже, Жайя сейчас восстанавливат тело девочки. Видно моя магия успела её немного зацепить. Но ожоги быстро сошли, а кровь перестала литься. — Вот и всё. Теперь с тобой всё хорошо, моё дитя. Так же твои силы теперь восстановлены, — стерев кровь появившейся в руке тканью, мягко шепнула Жизнь. После поцеловала девочку в лоб. — Прости меня, Жайя… Я оказалась слишком слаба. Даже не поняла суть предупреждения! А ты ведь пыталась… Я не смогла понять и так же не смогла помочь Гарольду. Это испытание я провалила, — шепнула Луна, зажмурившись, и только крепче прижалась к леди Жизни. — И теперь из-за нас вас накажут… — Пусть только попробуют, — беззаботно фыркнула Хель и, нахмурившись, добавила. — Мы не могли так всё оставить. Но, с другой стороны, надо было просто предупредить, а не намекать. Всё же это было бы лучше, чем то, что происходит сейчас. Так что мы тоже, можно сказать, неправильно поступили. Слишком недооценили проклятие. Гарольд бы никак с ним не справился. Наша халатность чуть не стала вашим концом. Не переживай, Луна. Мы найдём, как выкрутиться. Не в первой. — Хель права. Это не ваша вина. Наш просчёт. Но не стоит убиваться. И да, нам ещё нужно помочь наследнику Смерти. Но вот то, что ты хотела сделать… Милая моя, я тебе говорила, что пока ещё рано. Ты никак не смогла бы с таким справиться. Это просто убило бы тебя. Твоих сил ещё не достаточно. Но я не буду тебя ругать. Понимаю, что ты хотела помочь дорогому для тебя человеку. Ты умница. И Жайя, потрепав девчушку по голове, мягко отстранилась и подошла к Хель. — Что же, Гарольд. Раз уж всё так вышло… Терять нам нечего. И так уже был нарушен запрет о невмешательстве и спасении смертных. Так что хуже уже не станет, — и Жизнь, улыбнувшись, встала позади меня и положила свои руки мне на плечи. Я вздрогнул, почувствовав невероятное тепло. Тьма начала отступать. И тут Хель, резко подойдя, положила мне руку на грудную клетку и проникла в моё тело. Я же лишь растерянно на это уставился. Зрелище, скажу я вам, не для слабонервных. Но с другой стороны, страха не было. Ведь леди Смерти я безоговорочно доверял. — И да. В такой ситуации твоя магия не подходит, Луна. Она лишь навредила бы Гарольду. Этот способ… В нашем случае лучше, что бы у мага была не сила жизни, а сила смерти. Запомните это. Мало ли такое повторится. Хотя не думаю. Раз мы и так уже рискуем и вмешиваемся в ход событий, то стоит уничтожить эту опасную магию и в Певерелл-меноре. Что бы больше ни кто не попал под её влияние. Певереллы… Ох, и поговорю же я с ними… Даже я не смогла увидеть подвоха! И да, моё дитя. Тебе придётся потерпеть. Боль сейчас станет невыносимой даже для тебя. Но не переживай. Жайя поддерживает твоё тело и душу. Ты не умрёшь. Как и говорила, тебе ещё рано отправляться со мной за Грань Я хотел кивнуть, но не успел. Ощущение, что в моём теле всё заледенело. А после Хель как будто что-то схватила и резко выдернула руку из моей груди. Она была права. Боль была настолько ужасной, что я не смог этого выдержать и закричал, а из глаз полились слёзы. Демон же не стал ничего предпринимать, шепнув, что это только может нам навредить. Придётся терпеть. Вечные знают, что делают.       Прошло секунд десять, и я снова мог нормально мыслить, а боль начала отступать. Кажется, это всё… Но я действительно дурак… Сам виноват. Ещё и втянул во всё это Хель с Жайей. Не прощу себя за этот идиотизм… Никогда… — Тшш, дитя. Не стоит так убиваться, — улыбнулась Хель, и её жгуты испарились. Я упал в руки к дорогому существу. Жайя незаметно улыбнулась, но так и не убрала руку с моего плеча. — Не стоит так переживать. Что случилось, то случилось и этого не изменить. Но главное, что Луна и ты живы. Остальное не важно. Вам ещё рано уходить со мной и Жизнью за Грань. Немного очухавшись, наконец-то смог встать на ноги. И тут маги, не выдержав, подлетели к нам. Похоже, смогли-таки перебороть себя. — Гарольд! Ох, и зачем же так орать-то… Голова раскалывается… И да, смотря на пламенные взгляды моих партнёров, так же на тётю Беллу с мужем и Гермиону… Ох, живым я не на долго останусь. Моя же семейка самолично отправит меня на тот свет. За очередной фортель, так сказать. — Тихо. Всё хорошо. С мальчиком всё нормально. Жайя поддерживает жизнь в его теле. Из-за этого мои прикосновения сейчас не опасны для него. Да и с проклятием больше проблем не будет, — и та посмотрела на чёрный сгусток, который теперь находился в её руке. — Госпожа Смерть, это и есть…? — тихо спросил Северус, недовольно прожигая взглядом чёрный сгусток. — Да. Ты правильно всё понял. Теперь всё хорошо, — улыбнулась та и уже хотела уничтожить сгусток магии, как он вылетел из её рук. Хель слегка растерянно посмотрела на руку, а потом, нахмурившись, обернулась. Мы повторили за ней её действия. Ох, ну магам сегодня и повезло. Столько шока, что не передать словами. Ведь за нашими спинами на большом диване сидела ещё одна Вечная. Сама мать Магия! Мэй. Хм, а откуда там оказался диван? Но да ладно. Не важно. Да, я узнал её. Вернее ощутил огромную силу Мэй. Хоть мы с ней ещё и не знакомы лично, но понять было не трудно. Ни один смертный не выдержал бы такой мощи. Его бы тело просто напросто разорвало. Хотя Мэй явно оградила нас от своего давления. Иначе… Мало бы нам точно не показалось. Хм, маги приклонили колено? Даже Марволо на этот раз… Понятно. Что же… Переглянувшись с Луной, мы повторили их действия. Хель и Жайя же бросились к сестре, не обращая на нас никакого внимания. — Мэй, зачем ты здесь?! Та же сейчас с интересом рассматривала сгусток чёрного проклятия. При этом не отреагировав на возмущение сестёр. — Забавно. Певереллы явно переборщили со своими экспериментами. И да, когда вы, сёстры, отправились на выручку своим наследникам, я решила за вами последовать. Хоть и не сразу. В начале мне захотелось заглянуть в Певерелл-менор. Да и если вы решили так грубо нарушить все правила… Что же, я тоже немного пошалила и очистила этот замок от этого волшебства. Хотя убрала лишь только это проклятие, что бы оно не сводило с ума всех входящих на третий этаж. А вот видения во время сна… Что же это я не стала убирать. Но Гарольд, может сон на третьем этаже в чём-то и сможет вам помочь, но будь осмотрителен. С такими видениями главное сильно не заиграться. Но, думаю, ты и так уже всё сам осознал. Я вздрогнул и, встав, отступил от вечной на шажок. Да, я не так к ней близко стоял, но что-то мне было не по себе. Знаю я эти шалости Вечных… Даже у меня иногда волосы вставали дыбом, когда Хель так говорила. Хотя всё не совсем так. Хель вечно улыбалась, а в глазах прыгали чёртики веселья. А вот Мэй… Её голос мне совершенно не понравился. Уставший, в глазах же плавал лишь холод и какая-то обречённость. Было видно, что мать Магия очень устала. И ей было уже далеко не до веселья. По словам Хель, Мэй была самой озорной из сестёр. Вот только… Сейчас я видел совершенно другую картину. Смертельная усталость легла на прекрасное лицо вечной, превращая её в маску холода, отстранённости и бессилия. Она походила на прекрасную восковую фигуру, но не на вечно весёлую девушку. И это мне очень не понравилось. Да и я заметил, как Хель и Жайя были перепуганы. Они боялись за сестру. Луна была мрачна, как туча. Да и остальные маги были напряжены и взволнованны. Кажется, они её побаиваются. Даже Хель и Жайю люди воспринимали более спокойно, чем мать Магию. И это было ненормально. Но они сами не понимали, что их сердца, как и у всех присутствующих, тревожно сжались от этой картины. В зале воцарилась тяжёлая тишина. Казалось, даже воздух перестал двигаться. Никто не осмеливался нарушить это странное напряжённое спокойствие. Мэй медленно подняла взгляд. Её глаза были бездонными. В них клубилась древняя магия — настолько старая и мощная, что у меня перехватило дыхание. В этих глазах словно рождались и гасли целые миры. Сначала она посмотрела на Хель. Затем на Жайю. И только после этого её взгляд остановился на нас. — Сколько смертных… — тихо произнесла она, и в её голосе прозвучала лёгкая усталость. — Вы устроили здесь настоящий совет, сёстры. Я думала, что тут будут только Гарольд и Луна. Хотя и чувствовала чужое присутствие. Но да ладно. Ничего страшного от этого не случиться. — Нам пришлось вмешаться, — нахмурилась Хель. — Ситуация вышла из-под контроля. Ты сама должна это понимать. — Я знаю. И не виню вас, сестры. Да и… Я тоже вмешалась. Так что уж тут… Но всё же Певерелл-менор нужно было привести в должный вид. Не хотелось, что бы ещё кто-то вляпался в это проклятие. Оно слишком не простое. Всё же Певереллы были гениями и психами одновременно, как ни крути. Мэй слегка наклонила голову. Над её ладонью плавал чёрный сгусток проклятия, словно маленькая тёмная звезда. Внутри него медленно перекатывалась густая живая тьма. Вечная внимательно рассматривала его, и в её глазах на мгновение мелькнуло что-то, похожее на раздражение. — Но всё же отвратительная работа, — спокойно сказала она. — Люди всегда умели удивлять меня своим безрассудством. Её пальцы чуть сжались. Сгусток вздрогнул, будто живой. По залу прокатилась волна холодной магии. — Это не просто проклятие, — тихо продолжила Мэй. — Это нарушение. Хоть они и сами этого не поняли. — Впрочем, я тоже не сообразила. Иначе остановила бы их. Всё же род Певерелл находятся под моим покровительством. Хотя таких экспериментаторов ещё надо поискать. Я знала это, но… — и Хель вздохнула. — Нарушение? — осторожно переспросила Гермиона. Мэй перевела на неё взгляд. Несколько секунд она просто смотрела на девушку, словно оценивая её. А затем неожиданно мягко улыбнулась. — Да. Нарушение. Хотя и не на столько серьёзное. Они и сами не поняли, что создали. Халатность с их стороны. По другому и не скажешь. Но не будем об этом. Всё уже позади. И да, Хель. Забудь. Это не твоя вина. Но непоседами они были ещё теми. Глаз да глаз нужен. Видно, Гарольд пошёл именно в них. Она медленно поднялась с дивана. И стоило ей сделать шаг, как магия в зале словно откликнулась на её движение. Люди почти физически почувствовали, как сама реальность отзывается на её присутствие. Сгусток проклятия продолжал вращаться над её ладонью. — Когда маги создают заклинания, — спокойно начала Мэй, — они берут силу из моего тела. Она коснулась груди. — Когда они дают клятвы, заключают магические договоры, создают артефакты… всё это часть меня. В зале стало ещё тише. — Но когда маг нарушает законы магии… сила возвращается. Она слегка наклонила голову. — И это называется откат. Несколько человек заметно побледнели. Северус тихо выдохнул, а Волан-де-Морт лишь сильнее сжал пальцы. — Певереллы. Вернее, кое-кто из них, — продолжила Мэй, — попытались создать магию, способную подчинить саму смерть. Хель тихо фыркнула. Но мне кажется, она с иронией относилась к этому их эксперименту. — И у них почти получилось. Гении и психи, что тут скажешь. — Почти, — хмыкнув, повторила Мэй. Она медленно сжала руку, и сгусток проклятия исчез. Не взорвался. Не растворился. Он просто перестал существовать, словно его никогда и не было. По залу прошёл приглушённый шёпот. Но я смотрел только на Мэй. И чем дольше я наблюдал за ней, тем сильнее росло внутри тревожное ощущение. Что-то было не так. Слишком легко она уничтожила эту магию. Слишком… равнодушно. — Но дело не в этом, — тихо сказала она. Её взгляд скользнул по залу. — Да и не в Певереллах. Они совершили, конечно, глупость, но… Вот только это мелочи по сравнению с тем, что сейчас творят нынешние маги. Буду с вами честна. Люди начали слишком часто нарушать мои законы. Её голос стал тяжелее. — Они предают кровь. Ломают клятвы. Нарушают древние обеты. Пытаются подчинить силы, которые им не принадлежат. Но, что ещё хуже, предают своих же. Становятся предателями крови. Их грехов не счесть. Она на мгновение закрыла глаза. — И каждый раз откат возвращается ко мне… Луна рядом со мной тихо вздрогнула. — Мэй… — осторожно сказала Жайя. — Может, не стоит их пугать? И так ситуация не очень-то и радужная… Мы же не хотели… Но та лишь покачала головой. — Я думала над этим, и мы не раз с вами говорили на этот счёт, но… Они имеют право знать правду. Знать, что их ждёт в дальнейшем. И раз мы все тут собрались, то… — и она снова посмотрела на нас. И её слова прозвучали тихо, но отчётливо: — Магия умирает. Хоть вы и пытаетесь спасти мир, это может и не помочь вам. Даже если вы и победите. Скрывать это бессмысленно. Да и будет слишком несправедливо по отношению к вам. В зале воцарилась мёртвая тишина. Что же, я и Луна уже начали предполагать такое. Но верить в это не хотелось… Не хотелось даже думать, что все наши усилия напрасны. — Что вы… имеете в виду? — тихо спросил Северус. Мэй коснулась груди. — Я — магия. Моё тело — это ваша сила. Ваши заклинания. Ваши клятвы. Ваши артефакты, — и она медленно опустила руку. — И вы меня убиваете. Холод пробежал по позвоночнику. Я прикусил губу. Всё же мы с Луной оказались правы… Всё это действительно так! Мордред! И вот что нам теперь прикажете делать?! Как спасти этот мир, где столько идиотов? — Каждое нарушение закона магии оставляет рану, — продолжила она устало. — Каждый откат забирает часть моей силы. И если это продолжится… я исчезну. А если это произойдёт, вы сами знаете, что случится с миром. Кто-то тихо ахнул. — Если исчезну я… — её голос стал почти шёпотом. — Этот мир рухнет. Я почувствовал, как рядом со мной напряглись все. — Магия исчезнет. Заклинания перестанут работать. Реальность начнёт разрушаться. Она перевела взгляд на меня. — Потому что этот мир держится на магии. А магия держится на мне. В груди неприятно сжалось сердце. А Магия замолкла. Сёстры же, схватив сестру под руки, заставили её сесть. — Мэй, почему ты так ослаблена?! Помолчи немного! Хватит их пугать. Лучше объясни, почему ты так быстро теряешь силы?! — Ну, я же вам говорила, сёстры. Я буду вам помогать. Помогать до последнего вздоха. Даже если это и бессмысленно, — устало произнесла Мэй. — Неужели вы ещё не заметили? Вообще-то, я вас перенесла в небольшое пространство и оградила его от всего мироздания. Наказания никакого не будет за вмешательство. Ведь мы сейчас даже не в мире смертных. Но и не за Гранью. Я создала небольшую иллюзию пространства. Но смогу держать её не очень уж и долго. Так что стоит поспешить. — Мэй, какого демона ты это сделала?! — с ужасом воскликнули сестры. И я почувствовал от Хель дикий ужас. Так же Луна явно ощутила его от Жайи. Встрепенувшись, мы одновременно бросились к своим покровительницам. Остальные так и прибывали в шоковом состоянии. — Хель!!! — Жайя!!! — Что происходит?! — буквально хором воскликнули мы. Мне совершенно не нравится эта ситуация! Что происходит, соплохвост вас сожри! — Тихо, дети. Успокойтесь. Так же, как и вы, сёстры, — шикнула на нас Мэй. — Я бы не хотела, что бы вы привлекли взгляд верховных. Так что так будет лучше. Да и смертным это не навредит. Наоборот, возможно, в какой-то степени усилит и продлит жизнь. Это небольшой подарок от меня за то, что вы пытаетесь помочь миру. Большего, увы, дать я не могу. Но прибывание здесь поможет вам. Не знаю, есть ли вообще смысл, конечно, но… Раз вы готовы ещё побарахтаться, то я чутка подсоблю. — Вот только это ослабит тебя ещё сильнее, сестра! — рыкнула Жайя. — Хватит! Ты и так сильно помогла. Развей магию. Верни всех обратно! Это слишком сложно сейчас для тебя. А ведь мы даже этого и не заметили… — недовольно буркнула Хель. — Из-за своих подопечных вы даже дальше своего носа-то не увидели бы, — фыркнула та и устало улыбнулась, покачав головой. — Но я понимаю. Эти дети единственная надежда этого мира и не только его. Но так же они слишком ещё глупы и малы… Это тяжёлое бремя. На их плечи легла непосильная ноша и ответственность. Мне даже жаль вас, Гарольд, Луна… — Чем мы можем помочь тебе? Как вернуть тебе силы? — пробормотал я, сев рядом в Вечной на колено и аккуратно взял за руку хрупкое создание. Да, сейчас мать Магия выглядела как статуэтка из хрусталя. Одно неверное движение и она просто расколется… Нужно что-то делать. Я не могу всё так оставить. Не хочу, что бы Мэй… И не только из-за мира, но и из-за Хель с Жайей! Они просто не переживут такую потерю. Луна кивнула, хоть и не осмелилась так нагло вести себя с матерью Магией. Я же не видел в этом ничего такого. Слишком уж долго я общался с Хель. — Ты добрый ребёнок, Гарольд. Как и ты, Луна, — и та, устало улыбнувшись, погладила меня по голове. Сердце сдавило. Мне страшно за неё… Действительно страшно… — Но это не в ваших силах. Но возможно, если вы сможете спасти этот мир, победить в войне… Это сможет помочь и мне. Мы можем надеяться лишь на лучший исход. — Нет, этого не достаточно, — хмуро сказал Марволо, подходя к нам. Остальные тоже подтянулись, но не стали приближаться слишком близко. Всё же магия сестёр слишком на них давила. — Хватит всё взваливать на себя, Гарольд. Мать Магия, что мы все можем сделать для вас? Как можем помочь? Я понимаю, что тоже виноват перед вами. И готов понести наказание за это. Произошло многое, и я понимаю, что натворил много всего непоправимого. Как я могу искупить вину перед вами? И тот встал на колено. У меня же буквально заледенело сердце. И ведь правда… Но… Это же не по его вине, а из-за старого паука!!! Но вмешаться я не посмел. И тут я с шоком посмотрел на Гермиону. Она так же подошла к крёстному и тоже опустилась на колени. — Я тоже хочу попросить прощения… Не знаю, нарушила я что-нибудь или же нет… Но… Слишком многого я не знаю про ваши законы. Даже не представляю, могла ли я что-то нарушить. Понимаю, что незнание меня не оправдает, но… У Гермионы дрогнул голос. Она очень боялась, но упрямства ей не занимать. Мне стало страшно, но, увидев мягкие улыбки сестёр, я расслабился. Значит, всё хорошо. А вот Беллатриса буквально побелела. Но Северус и её муж не позволили ей броситься к дочери. Мэй же, встав, подошла к Марволо и Гермионе. — Марволо. Лорд Мракс-Слизерин. Да, тут не поспоришь. Ты натворил не мало бед и не раз получал от меня наказания. Но ты уже прощён. Тот ритуал, который ты провёл, полностью очистил тебя. Та боль — это твоё наказание за совершённые глупости. Ты уже выдержал то, что заслужил. Тебе помогло твоё же раскаяние. К сожалению, многое произошло по вине других, но я не могла не наказать. Да, законы суровы, и ты сам это прекрасно знаешь. Сейчас же на тебе больше нет вины. Впредь постарайся не нарушать правила, хорошо? Твоего обещания будет для меня достаточно. Я не держу зла на тебя. — Я клянусь, — и тот встав, поклонился. Нет, я над ним просто фигею… Как же можно так идеально прятать свои эмоции? Рожа кирпичом, по-другому и не скажешь. Мне бы так… Я же полностью успокоился. Да и… То, что он нарушил… Это действительно не его вина, а этого старого маразматика! — А теперь ты, Геранта. Не бойся, я знаю, что ты сейчас искренна. Да и не успела ещё в этой ветке времени натворить непоправимого. Успокойся, — и Мэй положила руку на голову девочки. Та вздрогнула, но заставила себя стоять на коленях и не сдвинулась с места. Секунда и её обволокла магия вечной. Но ничего не произошло. Я опять напрягся, но поняв, что обошлось, расслабился. Вот и хорошо. Хоть ей не придётся расплачиваться из-за этого мерзкого старика. — Всё хорошо, дитя. Ты чиста передо мной. И не нарушила моих законов. Но изучить тебе их надо. Попроси своих родителей. Они не откажут. — Хорошо. Спасибо, вечная, — пробормотала Гермиона. — Не переживайте, мать Магия. Мы займёмся этим сразу же, как вернёмся. Так же сами проведём нужный ритуал, чтобы искупить свои прошлые грехи, — поклонилась Беллатриса, незаметно выдохнув. — Успокойтесь, смертные. К вам у меня претензий почти нет. Может лишь к некоторым, но это не так уж и страшно. Непоправимых наказаний вы не несёте в себе. И да, ритуал очищения поможет. Как и вам, так и мне облегчит жизнь. Возможно, я вас напугала своим поведением. Но… Просто я уже отвыкла от общения с людьми. Это Хель с Жайей вечно крутятся в мире смертных. Мне же туда путь закрыт. По крайней мере, пока люди не одумаются. Ведь там лишь быстрее начну истончаться из-за невежества магов. Я очень от этого устала… И Мэй вновь села в кресло, при этом прикрыв глаза. — И всё же, что мы можем сделать, что бы вам помочь? — упрямо повторил я, снова подходя к Мэй. — Я всё равно не отстану от сестры Хель. Я не хочу, что бы и она, и её дорогие сёстры страдали. Я… Нет, мы все поможем тебе, чего бы нам этого не стоило! — Вот же упрямое дитя, — фыркнула та и посмотрела на меня с теплом. Что же, уже хорошо. Ведь взгляд Мэй почти оттаял. — Тебе и Луне и так трудно. Неужели ты сможешь и это бремя выдержать? Хель не хотела тебе многое рассказывать именно из-за этого. Из-за того, что бы ты не переживал. Что бы правда не добила тебя. — Хель, ты же меня знаешь. Да, мне действительно трудно. Слишком многое навалилось, но… Я никогда не сдамся! И раз мы хотим спасти мир, то нужно помочь и Мэй. Мы не можем остаться в стороне! Я не смогу! — Как и я, — кивнула Луна, улыбнувшись. — Мы сделаем всё, что бы вы не попросили! Северус, Марволо и остальные лишь устало улыбнулись. Они явно переживали, но понимали, что нас не остановить. Да и мы все уже по уши завязли в этом болоте. Так что все присутствующие тоже кивнули. — Я тоже помогу всем, чем смогу, — сказала Гермиона, хмурясь. — Мы сделаем всё, мать Магия. Как и сказал Гарольд и Луна. И девочка подошла к нам. Ей всё ещё было не по себе от давления силы, но она явно пыталась скрыть свои чувства. — Мэй, а может… — и Жайя лукаво посмотрела на сестру. Та лишь устало покачала головой. И вдруг внимательно посмотрела на Гермиону. Как бы оценивая её. От этого взгляда по коже девочки явно пробежали мурашки. Но она не отвела взгляд. Всё же её стойкости можно лишь позавидовать. Я и Луна уже привычные к общению с вечными, а вот этот ребёнок… Да, трудновато по началу, не спорю. — Подойди ко мне, Геранта, — через пол минут, мягко сказала Мэй. Девочка несмело двинулась к вечной и остановилась рядом с ней. И вдруг мать Магия аккуратно взяла её за запястье и заставила сесть рядом с собой. Та замерла, с шоком уставившись на Мэй. Я с недоумением смотрел на них, а вот Луна опять начала улыбаться. Остальные так же не понимали, что происходит. Ох, а Белла сильно нервничает… Ладно, мужчины не позволят ей натворить глупостей. Ну да, за дочь она готова даже с вечными сцепиться. Но я прекрасно знал, что Мэй ни за что не навредит девочке. — И всё же это будет слишком тяжёлая ноша для этого невинного ребёнка. Мне кажется, что это не стоит того, — тихо сказала Мэй, вздохнув и взяв за подбородок Герми, заставила её посмотреть в свои глаза. — А ты спроси у неё. Так же не забудь и про родителей этого дитя. Мне вот кажется, что они не будут против, — улыбнулась Жайя. — Да, быть нашими наследниками — это действительно тяжёлая ноша. Но всё же и не так уж и плохо, если задуматься. Да и раз выпал такой прекрасный шанс, почему бы и не попробовать? — Мы уже это обсуждали, Мэй. У нас с Жайей есть некоторые правила в выборе наследника. Ты же можешь выбрать любого, кто тебе приглянется. И Геранта Лестрейндж явно тебе по нраву, — заулыбалась Хель. — Тогда они действительно смогут тебе помочь. И Гарольду с Луной станет попроще. Да и их трио станет намного сильнее. Это лучший выход, раз дети всё равно узнали про твоё состояние. Ты же знаешь, какие они упрямые. Эти смертные точно не откажутся от затеи помочь и тебе. Да, остальные тоже не останутся в стороне, но именно на их плечи ложится вся ответственность за любые принятые решения. А втроём им будет попроще. Да и эта девчушка не по годам умна. — Я согласна! — придя в себя, выпалила Гермиона. — Я хочу помочь Гарольду и Луне! И хочу помочь вам, вечные! Так же… Не хочу, что бы наш мир пал… Остальные маги внимательно слушали нас, но не вмешивались. Хотя на их лицах я прочитал черным по белому, что теперь им придётся волноваться не только за меня и Луну. Ведь Гермиона тоже оказалась втянута во все это. Ну уж простите, что мы такие проблемные. Эхэхэх… — А ты уверена? — покачав головой, вздохнула вечная. — Но для начала тебе нужно выслушать меня. Так же это относится и к твоим родителям. Не только тебе одной стоит решать такие вопросы. Ты пока ещё слишком мала и не осознаёшь, какая ноша падёт на твои хрупкие детские плечики. Да, не спорю. Мне нужен наследник. Но я не могла решиться на это долгое время. Во-первых, потому что не могла найти достойного. Но ты мне действительно подходишь. Я уверена, что ты не подведёшь меня. Вижу твоё доброе сердце и душу. Но… Я не хотела портить тебе жизнь. Ладно, вернёмся к сути. Наследник. Ты и сама, думаю, понимаешь, что это не просто титул. У тебя появятся передо мной обязанности. А быть именно наследником Магии — достаточно трудная задача. Я одарю тебя дарами, но так же взамен сделаю тебя видящей. — Видящей… Что это значит…? — немного растерялась Гермиона. — Нет. Этот дар отличается от дара Луны. Он совершенно иной. Ты будешь видеть людей, — тихо сказала Мэй, положив руку на голову Геранте. — Тех, на ком лежит моё наказание. Любое. Слабое же оно или достаточно серьёзное. Она подняла руку и коснулась лба Гермионы. Девушка резко вдохнула. Магия вспыхнула золотым светом. Сила разлилась по залу мягкой, но невероятно мощной волной. — Ты будешь видеть тех, — тихо произнесла Мэй, — кто предал кровь. Кто нарушил клятвы. Кто получил откат. Гермиона задрожала. — Сейчас ты ощутила это, не правда ли? — Да, — пробормотала она, приходя в себя и взглянула на нас. Её глаза превратились в два бездонных озера тёмно-синего цвета. — Это лишь отголосок тех сил, которые ты получишь, если согласишься. — И что я должна делать? — спросила девушка, а Мэй перевела взгляд на меня. — Они будут решать, — я же невольно вздрогнул. А Мэй спокойно продолжила. — Если маг раскается — магия простит. Если же нет… Хель тихо усмехнулась. Что же, тут всё вполне ясно. Но теперь я понял про бремя, которая падёт на плечи Гермиона. Я стану палачом. Девочка же должна будет указывать пальцем на жертву. Да, для Гермионы это будет трудное испытание. Она ещё не на столько жестока, что бы так запросто вести людей к палачу. — Тогда мы просто очистим мир. Мир от грязи. Правильно? — прикрыла глаза Гермиона. — Да, так и есть. Но сможешь ли ты… — но Геранта не дала Мэй договорить. Встав, девушка медленно опустилась на одно колено перед Мэй. — Я принимаю, — тихо сказала она. — Я стану вашим проводником. Раз так нужно, я не испугаюсь. Тем более, если человек раскаялся, вы не станете его убивать. А те, кто не пойдёт на это… Что же… Это их выбор. Да, можно сказать, я испачкаю руки. Но в нашей ситуации другого выбора нет. Понимаю… Я не желаю миру уничтожения. Раз всё скатилось до такого… Нужно стать безжалостным человеком. Этот путь выбрал Гарольд. Так же, как и Луна. Я тоже не испугаюсь. И тут Мэй впервые по-настоящему улыбнулась. Я же вздрогнул. Мне не хотелось впутывать во всё это дерьмо этого ребёнка. Но Гермиона права. Раз мир катится к краху, нам всем стоит стать более жёсткими. Прости меня, Герми. Не смог я уберечь тебя от этой грязи. Тебе придётся вырасти намного быстрее, чем обычным детям. Спасибо… Ведь ты ради меня и Луны пошла на это. И я прекрасно это вижу. Спасибо… — Мы тоже не против решения Геранты и даём своё согласие. Это честь для моей дочери, — задумчиво протянула Беллатриса, поклонившись вечной. Кажется, она наконец-то успокоилась и поняла, что её дочери не навредят. А остальное Беллу, похоже, не сильно волновало. — Ей не помешает стать хладнокровней. Так же мне не помешает научить мою дочь жестокости. И раз ситуация настолько патовая, то тем более ей это пригодится. Да и у нас на носу война. Но я рада, что Геранта успела насладиться спокойствием. Вот только пора ей повзрослеть. Я, нервно хмыкнув, вздрогнул. Брр, всё же взгляд крёстной иногда вгоняет меня в животный ужас. Честно, мне уже жалко Герми. Зная эту женщину… Ох, тетя Белла, надеюсь, ты не переборщишь со своим воспитанием. Я то тебя знаю… Ты ещё та садистка со стажем. Да и отец не лучше. Вон, тоже кивнул и с задумчивостью смотрит на его дочь. Бедная Герми… Ей не позавидуешь, честно. Семейка у неё просто отпад. Тут ничего не скажешь. — Но ты должна знать. Очищение от моих наказаний очень болезненно. И если вина человека велика… Что же, для него это будут часы нескончаемых пыток. Такова плата за глупость. Да и если смертный не будет искренен… И сестры вздохнули. Что же, я и сам догадывался, что всё не так уж и просто с вымаливанием прощения. — Не важно. Хотя и жаль людей. Особенно тех, кто не был в курсе ваших правил. Это не преподаётся в школе. И те, кто жил у магглов, просто не могут знать правды. Её от нас банально скрывают, — тихо сказала Гермиона. — Я уже прочувствовала это на своей шкуре. Ещё бы чуть-чуть, и я стала пешкой Дамблдора. Если бы не Гарри и дементор, я бы… И та, сжав кулаки, зажмурилась. — Понимаю, — тяжело вздохнула Мэй, прикрыв глаза. — Но прости, таков уж мой закон. Я не могу дать хоть кому-то послабление. Знаю, не справедливо. Ведь это действительно не вина многих, но… Даже я не могу изменить этого. Хоть я и мать Магия, но на мне тоже лежат обязанности и запреты. Так же, как и на Хель с Жайей. И у нас их намного больше, чем у вас, смертных. Прости, дитя. Лишь изменив политику этого мира, можно предотвратить всё это. — А вот этим уже я сам займусь. Самолично. Этим детям не стоит в такое лезть. К играм с министром они ещё не готовы. И так эти трое взвалили себе на плечи непонятно что, — покачал головой Марволо. — Если попробуют сунуть нос в политику… Это добром точно не кончится. Мэй, улыбнувшись, кивнула. Я же фыркнул, но вполне был согласен со словами Марволо. — Да уж… Что-то для сегодняшнего дня слишком уж много событий произошло, — буркнул Северус, потерев виски. Остальные, хмыкнув, посмотрели на меня так, что по моему загривку пробежались мурашки. С поезд. А выживу ли я после всех моих чудачеств? Сестры же засмеялись, с иронией и жалостью покосившись на меня. — Ладно, нам стоит поспешить, — фыркнула Мэй. — Раз ты готова принять моё покровительство, Геранта, то стоит начать ритуал. Поднимись с колен, дитя. Магия вспыхнула снова. Когда свет исчез, Гермиона уже стояла. Но её глаза изменились. В них появилось мягкое золотое сияние. И тут же начало сменяться на тёмно-синие всполохи. Рука Мэй покоилась на её голове. И тут по телу девочки начали расползаться руны. Такого же цвета, как и её глаза. Гермиона, всхлипнув, прикусила губу. Ей явно было больно, но она стойко это вытерпела. — Вот и всё. Теперь ты стала моей наследницей, — и, взяв за руку девчушку, Мэй прижала ту к себе. Кажется, боль была настолько сильна, что Гермиона пока не могла прийти в себя. Но как только она оказалась в объятиях Мэй, её тело расслабилось. — Тихо. Всё позади. Больше боли не будет. Не бойся. Геранта кивнула. И тут она, оглядев зал, побледнела. — Я… вижу… — Что? — тихо спросил Северус. Она сглотнула. — На некоторых из вас… есть трещины. Но они слабые. Почти незаметные. Как будто застарелые. Мэй кивнула. — Это следы отката. Это самое слабое наказание от меня. Вот только если такое продолжится… То вам придётся встать передо мной на колени и просить прощение. Об этом уже заходила речь. Тёмные кивнули, а на их лица наползла тень. — Всё хорошо. Проведите ритуал. Думаю, чистокровных волшебников нам не нужно учить такому. Сами всё знаете, — улыбнулась Жайя. — Всё исправимо. Да и, как видите, Мэй не злится на вас. Значит, ничего страшного не произошло. Вот только впредь будьте осмотрительны. — Такого больше не повторится, — тихо сказал Северус, чуть поклонившись. Сёстры на это лишь улыбнувшись, кивнули. — Но почему… — шепнула Гермиона, явно не понимая, как чистокровные могли получить наказание от матери Магии. — Малышка, ты же помнишь, что произошло в прошлом? — хмыкнула Белла. — И куда мы в конце концов скатились. — Да. Мы далеко не ангелы, — чуть улыбнулся Родольфус. — И натворили не мало. Стыдно признавать, но даже мы, чистокровные, и то виновны перед матерью Магией. Что уж тут говорить про магглорожденных. Гермиона сглотнула. Она явно испугалась за родителей. Да и я тоже, если честно, напрягся. — И эта вина… — Успокойся. Всё в прошлом. Больше такого не повторится. Теперь тёмным вернули нашего лорда. И спасибо за это Гарольду. Так что ты знаешь, чего теперь мы добиваемся и куда стремимся, — улыбнулся Родольфус. — Да и мы знаем, что нужно делать и как искупить свои грехи перед матерью Магией. Да и вскоре проведём нужный ритуал. Большинство это уже сделало. Мы тоже тянуть с этим долго не будем. Она кивнула, а Мэй улыбнулась. — Вам повезло на этот раз. Очищение от старых трещин не будет таким уж суровым. Но больше постарайтесь не сбиваться с пути. Я не собиралась требовать, что бы вы проводили ритуал очищения в благодарность за помощь наследникам. Но раз вы сами готовы, то могу лишь выразить свою благодарность. Хоть и капля в море, но это даст мне немного сил. Маги низко поклонились, показывая этим, что всё сделают по правилам. Ну да, чистокровные же. Они не будут прятаться в кусты и понесут наказание без страха. Жаль, конечно, но так будет лучше. Тем более их грехи не так уж и страшны. — У тебя их нет, — наконец очнувшись, посмотрев на меня, тихо сказала Гермиона. Но её нервозность была видна как на ладони. Ох, Герми… Да, теперь станет только «веселее». — И, надеюсь, не появятся, — покачала головой Хель. — Вот только я волнуюсь. Твоё нестабильное состояние… У меня не получится больше вмешаться, если что… — Всё хорошо, Хель. Я постараюсь не совершать ошибок, — прикрыв глаза, вздохнул я. — Знаю, что дурак… Постараюсь больше так не вляпываться. — Хель, не волнуйся. Если всё пойдёт под откос, я смогу ещё пару раз создать это пространство, но не больше. Потом же я впаду в долгий сон, — тихо сказала Мэй. От её слов я побелел как мел. Да и Хель тоже вздрогнула. — Даже не думай, Мэй! Я сам расплачусь за свои ошибки, если что-то натворю. Но клянусь, я больше никогда не подниму руку на своих родных! Сдохну, но не совершу такого! — рыкнул я, смотря на вечную. Вот только из-за моих слов тёмные так на меня посмотрели, что мне стало дурно. А, плевать уже! Всё равно я не откажусь от сказанного! — Гарольд, это была и моя вина! Не взваливай всё на свои плечи. Мы оба сглупили. Ты не виноват, — покачала головой Луна и приобняла меня. — Мы несём это бремя вместе. И теперь к нам присоединилась Гермиона. Мы справимся и остановим, если что, друг друга от непоправимых действий. Больше такого не повторится. Госпожа Магия, госпожа Хель, Жайя… Простите… — Что же… В какой-то степени я тоже виноват. Больше мы не спустим глаз с этих детей. Только пусть попробуют ещё хоть куда-нибудь вляпаться! — прошипел Северус, от чего меня явственно передёрнуло. Да и взгляд остальных мне очень не понравился. — Успокойтесь, дети. Как и остальные. Что произошло, то произошло. Да и всё к лучшему. Но всё же на своих ошибках вам стоит учиться и не повторять их вновь, — улыбнулась Мэй. — И да… Так же вот мой дар тебе, милая Геранта. И, отстранившись от девочки, Мэй поцеловала её в лоб. Тело ребёнка резко дёрнулось, и по коже прошли магические импульсы. Что за… Секунда — и перед нами стояла уже не Гермиона. Вернее… Неужели… — «Не бойся, Гарольд. Хоть Мэй и пробудила её дар, но это великая удача. Вам действительно очень везёт, детишки», — фыркнул демон. — «Если бы мы это сделали сами, даже с моей поддержкой, последствия были бы аховые. Но вот если сама мать Магия…» — «Значит переживать не стоит?» — встревоженно спросил я. — «Ну… Единственное, ей понадобится кровь, но жертвы не пригодятся», — хмыкнул тот, а я успокоился. Ну вот и славно! — Твоё наследие право, — фыркнула Мэй, посмотрев на меня с иронией. Я же дико покраснел. Похоже, она слышит наши разговоры. — Ладно, о твоей глупости позже поговорим, дитя. Хотя это помогло тебе и не раз. Но поспеши. Иначе ваше разделение начнёт тебя убивать, так же, как и твой дар. Но да ладно. Время есть, а механизм запущен. Надеюсь, что ты не будешь действовать на эмоциях. Понимаю, что ты уже к нему привязался, но… Тебе придётся отпустить, и оно сольётся с тобой. Так и должно быть, Гарольд. Ты не сможешь ничего изменить. — Я понял, Мэй… Я приму это… — хоть и сердце резануло острой болью. — «Глупый малыш», — усмехнулся демон. Мэй же, покачав головой, грустно вздохнула. — Ладно. Нам стоит поскорее разобраться с наследием Геранты и её матери. Наше время заканчивается. Хель тихо выругалась. Жайя вздохнула. Ну да, мы потратили слишком много сил матери Магии… И это плохо. Ну вот, девочка начала приходить в себя. Ох, бедная Белла. Все нервы за сегодня себе вытрепала. Но пока держится, что радует. Хотя мне потом от крёстной явно достанется… — Так вот. Я пробудила наследие этого дитя. Это мой подарок. Без моего вмешательства это было бы почти невозможно сделать без серьёзных последствий. Что же, с этим даром я слегка переборщила, каюсь. Но да ладно. Смерти живых ей не понадобятся. Но вот кровь… Пойдёт родителей и крёстных. Так же, как и Гарольда с Луной. Они наследники вечных, так что это тоже поможет. И упростит жизнь Гермионе, когда она будет находиться в школе. — Сколько крови? — спросила Луна, с волнением смотря на Гермиону. Ведь та побелела, как полотно. — Полстакана, не больше. Раз в неделю вполне хватит. Возможно, даже две недели протянет. Но не опоздайте. Иначе это дитя нападёт на первого встречного. — Что-то мне это напоминает… — недовольно буркнул я, приложив ладонь к лицу. Вот вам и новые неприятности. Ну, Мэй, ну, удружила… — Да, Гарольд. Твоё наследие и наследие моей подопечной не просты. Но они очень сильны. Придётся немного помучиться, прежде чем вы привыкнете, — улыбнулась Мэй, видя мой не радужный настрой. — Но я уверена, что вы с ним справитесь и не потеряете себя. — Ох, Мэй… — пробормотал я, покачав головой. — А может, не стоило…? — пробормотала насмерть перепуганная девочка. Кажется, она почувствовала дискомфорт и жажду. И сейчас отчаянно с собой боролась. Первыми это заметили Марволо и Белла, которые за секунду оказались около Геранты. Хотя я тоже понял, что что-то не так. — Всё хорошо. По первости эти ощущения будут неприятны, но ты привыкнешь. Эта сила будет тебе полезна. Ты сможешь защитить себя, как и других, — мягко сказала Мэй, и я увидел вспышку упрямства в глазах Гермионы. Да, она боялась, но ради остальных… Что же, придётся Гермионе побыть в моей шкуре. Хотя это, наверное, будет похлеще, чем моя проблема. Что же… Веселье продолжается. — Герми, можешь выпить мою кровь. Не думаю, что ты сможешь сама остановиться. Но демон говорит, что сможет помочь тебе в этом, — и, подойдя к девочке, забрал её из рук Мэй и прижал к себе. Ну да, он был уверен, что получится. Вот только не объяснил почему-то, как собирается остановить юную вампиршу. Ладно, это мелочи. Вот только Гермиона начала вырываться. Кажется, она пока была к такому не готова. Мэй же, вздохнув, оставила упирающуюся девушку на меня, отправилась к Белле. Ну да, времени уже совсем не осталось… И да. Похоже, эта женщина так же являлась носителем дара высшего вампира. Что же, теперь мне стоит держаться от своей крёстной подальше… Точно когда-нибудь прихлопнет. Брр… Остальные с волнением посматривали на нас. Хотя вскоре и отвлеклись на мою крёстную. Ну и хорошо. И да, внешность Геранты сильно изменилась. Появилась гибкость и грация хищника. Кожа побелела. Глаза кровавого цвета, клыки. Даже волосы стали длиннее. Цвета вороного крыла. И небольшие коготочки вместо ногтей. Красавица, что уж тут скажешь. Она и до этого была красива, но теперь… Ох, Драко, будь с этой малышкой теперь поаккуратнее. И я не завидую тебе. Иметь в партнёрах двух настолько необычных девиц. Ещё и они наследники Жайи и Мэй. М-да, парень явно вляпался по крупному. Мысленно посмеиваясь, я шикнул на девушку. Та так и продолжала вырываться, при этом ругаясь. Но так как она сейчас боролась с наследием, на меня сил толком и не осталось. Мне повезло. О чём разговаривали Мэй с Беллой, я, к сожалению, прослушал. Да и остальные начали общаться с вечными. Даже с Хель и Жайей. Кажется, выспрашивали о нас. И как им защитить таких необычных детей, у которых ещё и шило в одном месте. Ну да, не простая задачка, соглашусь. Махнув на них рукой, недовольно зашипел на эту упрямицу и, схватив девчонку за волосы, заставил коснуться её губами до моей шеи. Демон посоветовал. Что же, придётся действовать так… Прости, Герми, но тебе придётся смириться. Так же, как и мне. Но наши наследия действительно могут помочь дорогим людям. Нужно это принять. Тут Гермиона расслабилась. Видно, проиграла. И клыки девочки впились мне в шею. Я, хмыкнув, прикрыл глаза. Что же, мне будет проще, чем остальным. Всё же я до сих пор плохо ощущаю боль. Так что… Прошла минута, как демон сказал, что хватит, и напустил на малышку какие-то чары. Та вздрогнула, отстранилась и посмотрела на меня ну очень странным взглядом. — «Так, ты что там нахимичил?!» — воскликнул я, когда Гермиона обняла меня за пояс и потянулась к моим губам. — «Ну так, слегка отвлёк», — захихикал тот. — «Не переживай. Это капля для высшего вампира. Ну вот, уже в себя приходит». И правда. Взгляд Гермионы отрезвел, и та, пискнув, шарахнулась от меня, причём дико краснея. И да, за нами в это время с недоумением наблюдали. Ну, кроме Беллы, которую придерживал её муж. Но, кажется, женщина пришла в себя. Быстро же она. Гермионе понадобилось больше времени. — Гарри, Мантикора тебя покусай! Что это было?! — оскалила Гермиона клыки, приходя в себя. — Я не виноват! Это идея демона. Он сказал, что это тебя отвлечёт на пару секунд. Да и эта магия на высших плохо действует, — начиная краснеть, буркнул я. — Он не предупредил, что собирается делать! Ещё и ухмыляется, зараза такая! Остальные, поняв, что произошло, лишь возвели глаза к потолку. А Белла, прищурившись, как-то странно на меня посмотрела. Ох, а в ипостаси высшего она выглядит невероятно сногсшибательно! Та-ак… Нужно будет ловить Марволо и Северуса за шкирку и тащить их в постель. Что-то из-за этих приключений меня явно начало тянуть на всех подряд. Не было печали… — «Пока ещё терпимо. Но да, сил ты потратил… Только будь осторожен. Не навреди своим же партнёрам в таком ослабленном состоянии». — «Вот же»… Тут ко мне подошла Мэй. Остальные так же подтянулись. Похоже, со всем разобрались. Видно, Белле помог её муж. Да и Гермиона из-за такой встряски пока не стала рефлексировать. Но, думаю, как отойдёт, придётся её успокаивать. Хотя, возможно, и обойдётся. — Твоё наследие ослаблено, — задумчиво протянула Мэй, сдавая меня с потрохами. Вот же… — Ничего страшного. Переживу, — буркнул я, поморщившись. — Сам виноват. Секунда, и меня схватили за руку стальным захватом. Не рыпнуться. Притянув меня к себе, Мэй коснулась моих губ. У меня же глаза превратились в два огромных квадратных блюдца. Чего?! Вот только потом стало, увы, не до этого. Что это за сила?! Моё тело запылало, в голове помутнело. Секунда и я схватил Мэй за плечо. Сам не знаю, что собирался сделать, но от силы матери Магии моё сердце готово было пробить грудную клетку. Пульс отбивал невероятные ритмы. Ощущение, что кожа наэлектризовалась. Я не мог понять, что творится, так же как и соображать. И это дико напугало. — «Угомонись! Всё нормально. Эта сила самой матери Магии. Изначальная магия. То, что тебя так повело — это нормально. Да и совершенно не удивительно. Даже лёгкого прикосновения достаточно для такого мощного эффекта. И да… Скажи ей потом спасибо. Чтобы так помогать смертному… Честно, я в шоке. Такого никогда не случалось. Ни в каких из миров. Даже тот демон меня не так шокировал, как всё то, что происходит сейчас. Мэй… Похоже, она решила поставить на вас всё. Видать положение ещё хуже, чем кажется. Вечные в отчаянии. Всё рушится, Гарольд. Всё мироздание, а не только ваш мир. И они готовы пойти на любые безумства, лишь бы сберечь вселенную. Даже сделать такое. Она продвинула наше развитие. И причём очень сильно. Ты ведь чувствуешь, как твоё тело наполняется безумной силой? Вообще, это могло и убить. Но мать Магия знает, что делает. Вот только… Теперь ты не отвертишься от тренировок тела. Иначе сила инкуба тебя самого же и убьёт. Ведь мошь твоего дара теперь намного превышает силу оболочки». — «Весело», — начиная приходить в себя, буркнул я. — «Но раз всё настолько плохо… Что же… Я разобьюсь в лепёшку, но сделаю всё, что в моих силах. Ради мира и сестёр. Мне нельзя ошибиться! Ни за что их не подведу!» Тот же кивнул, а я, наконец, смог открыть глаза. От моих губ уже отстранились, но меня так и прижимали мёртвым захватом к хрупкой фигуре. Ну у неё и силища… Я же так и пытался впиться когтями в плечи Мэй. Но они не достали до тела девушки, а врезались в невидимую стену. Ну да, кому-кому, а ей я точно не смогу навредить. Вот и хорошо. За нами наблюдали теперь уже все. Причём глаза у всех присутствующих были такие же квадратные, как и у меня в первые секунды. Ох, Мэй, ну ты и отожгла… — Мэй, а это не перебор? — пробормотали сёстры. Такого они от неё явно не ожидали. — Раз я поставила всё на этих детей… Что же… Я подтолкнула развитие дара этого мальчика. Ничего страшного. Эта капля в море для меня. Увы, больше я не могу ничем вам помочь. Весь мир… Нет, вся сеть миров в ваших руках, смертные дети. Вы наша последняя надежда. Надеюсь, что вы справитесь с этим бременем. Мы сделали всё, что могли. Больше вмешиваться мы не сможем. Это был последний раз. Всё зависит только от вас. Но жалеть мне не о чем. Вы достойны наших усилий. И тут объятия разжались. Я же смотрел на Мэй, и в моих глазах плавал страх. Страх за неё, за Хель и Жайю. Так же за дорогих людей. Все они… Всё зависит от меня, Луны и Гермионы. Это страшное бремя, но мы никогда не сдадимся! — Спасибо, Мэй. Спасибо за помощь… Я обещаю, что больше не буду действовать опрометчиво. Думаю, хватит топтаться на месте. Никто не погибнет. Луну я тоже не дам в обиду. План намечен. И благодаря подарку Хель я исправлю будущее, которое могло произойти. Она не умрёт. Так же, как и остальные. Чтобы всех спасти, нам нельзя потерять даже одного. — Правильно, Гарольд. И да, Луна… Я хвалю твою смелость, и что ты готова пожертвовать собой ради других. Но если ты выживешь, ты этим больше поможешь дорогим людям, — улыбнулась Мэй. Та немного растерялась, но кивнула. Что же… Теперь уже на неё уставились все присутствующие здесь. Ох, а можно ли… — Здесь, в пространстве Мэй, ты можешь говорить. Но тогда всем вам придётся молчать, когда вы вернётесь в мир смертных. Игра с видениями будущего опасна, но… Может и помочь в редких случаях, — улыбнулась Жайя и, подойдя к Луне, обняла девочку. — Я уже говорила, что всё можно переписать, дитя. Будущее пластично и его можно изменить в лучшую или же в худшую сторону. Только вам решать, какой дорогой идти. Ты смирилась, но правда ли это так? Та же покачала головой, показывая, что не знает правильного ответа. — Тогда я хотел бы рассказать всем, что произошло в Певерелл-меноре. Это жжёт меня изнутри. Не могу выкинуть из головы то страшное будущее… Мэй, можно? — и я прикрыл глаза. — Хорошо, Гарольд, только поспеши. У тебя всего пару минут, — кивнула та. Ну я и поведал о том, что увидел в первый и во второй раз. А потом ещё и это проклятие. В конечном итоге я сорвался… — Понятно, — хмуро буркнул Северус, недовольно опалив меня и Луну взглядом. — Может, вам просто не стоит соваться туда? Да и вообще, нам всем не стоит этого делать. — Не вариант, — покачала Хель головой. — Вы можете менять будущее, которое подсмотрели, но… Появиться там обязаны. Иначе… Это может сильно навредить. Не буду вдаваться в подробности, но с таким не шутят. И игра с будущим… Там тоже есть свои правила. И их невероятно много. — Тогда я закрою собой этот артефакт вместо Луны. И мы все скроемся до прихода Фаджа. Моё тело пусть заберёт кто-нибудь из тёмных. У нас будет немного времени. Лето, так уж точно. Этот дурак не верит, что ты воскрес и действовать не будет. И Дамблдору не позволит. Вот только… Моё исчезновение… Или же… Не стоит провоцировать старика и всё надо сделать, как и в моём прошлом. Тогда ничего такого не произойдёт. Правда, мне этот спектакль осточертел до чёртиков, — устало потёр я виски. — Ну и последний вариант. Я о нём уже думал. Показать, что Волан-де-Морт пал, а потом и меня уничтожит артефакт. А все остальные по тихому слиняют. Даже можно заранее. Не хочу, что бы кто-то остался. Нет, кому-то придётся, но всё же… Чем меньше народу, тем лучше. В общем, старик подумает, что он выиграл. И будет готовить атаку на тёмных. Мы же в это время все уберёмся в Певерелл-менор. А после лета устроим облаву на Хогвартс. Прямо в начале года. Нужно, что бы никто ничего не понял. Старик не должен собрать все свои силы. Должен расслабиться и подумать, что выиграл. И когда он полностью посчитает, что победил. И тёмные теперь и носа от страха не кажут… Нужно долбануть так, что бы мало ему не показалось. Нужно задавить всё на корню. Так же всю правду про Дамблдора отправить куда нужно. Чтобы все узнали о его ужасных деяниях. Ну как-то так… Хоть и вкратце. Этот план ещё нужно доработать. И я, вздохнув, прикрыл глаза. — Но, Гарольд… Даже если всё и получится… Ты хоть понимаешь, сколько пострадавших будет, если мы затеем сражение в Хогвартсе? — покачал головой Северус. — Они и так будут. Это война. Если мы позволим ей разойтись, то всё будет кончено. Слишком многие погибнут. А так мы обойдёмся минимальными жертвами. Да и убивать не обязательно. Просто нужно уничтожить зачинщика. Детей быстро скрутить, что бы не мешались. Профессора же… — сердце кольнуло. Не хочу их смерти! — Как получится. А ведь кентавры сказали, что Запретный лес будет гореть и что им нужно укрытие. Это указание сверху или же случайное совпадение? — Как и говорила, с будущим играться опасно. Они действительно неплохие провидцы, — покачала головой Жайя. — Вот только им нужно следить за словами. Хотя, если они сказали это тебе в прямую, то, возможно, это действительно была подсказка. Я же устало сел на пол и, потерев глаза, в наглую улёгся. На меня с недоумением посмотрели, но мне было как-то всё равно. И вот каким путём идти? — Хель, я должен решить исход… Ведь так? — тихо шепнул я, прикрыв глаза. — Да, Гарольд. Прости меня, малыш. Понимаю, что это сложно, но… — вздохнула та и, подойдя, присела рядом, погладив меня по голове. — Ты справишься. Жайя, встрепенувшись, быстро подошла к нам и так же сев, положила руку мне на плечо. И да, её взгляд на Хель был полон укора. — Не переживай, сестра. Гарольд уже привычен к такому. Да и я знаю, как касаться его при этом, не забрав моего наследника обратно за Грань. — Ну ладно. Но всё же стоило меня попросить о помощи, если хотела успокоить мальчика, — фыркнула та. — Мне, в принципе, твоя затея по душе, — задумчиво произнёс Марволо. — Но это будет очень не просто. Хотя шансы будут предотвратить всё на корню. Но как бы старик не заметил подвоха… Я кивнул, прикрыв глаза. И сам это понимаю, но… Что мы ещё можем? Не хочу допустить бойни с привлечением всех рас. Это расколет этот мир, и я многих потеряю. Нужно хотя бы попробовать. — Гарольд, не скажу, что твоя идея так уж плоха. Но проработайте её досконально. Все вместе. Не гарантирую, конечно, вам простую победу, но шансы небольшие есть. В других же случаях гарантия намного ниже, чем тут, — прикрыв глаза, улыбнулась Жизнь. — Жайя!!! — возмутились сёстры, уставившись на неё убийственным взглядом. — А вот это уже действительно перебор! — нахмурилась Мэй. — Просто сказала, что вижу. Но опять же, все зависит только от вас, смертные дети. Мои слова — это просто наводка. И Хель, Мэй, не вам меня отчитывать. Сами хороши и нарушили уже сотни правил. Да и в этом пространстве не действует ни один закон, так что… Это поможет Гарольду и остальным решиться. И они перестанут топтаться на месте, — и Жайя улыбнулась. Я же резко сев, обнял вечную. Та даже растерялась от такого. — Спасибо, спасибо, спасибо… Понимаю, что вам запрещено всё то, что вы делаете, но… Вы не представляете, как я благодарен! — зашептал я. Её слова дали хоть и хрупкую, но надежду. Если есть шансы, то мы будем двигаться в этом направлении и ни за что не провороним шанс, который дали нам вечные. — Но помни, Гарольд. Любая ошибка или же ваша халатность и всё, конец. Шаткий путь, но это лучший вариант. Не упустите его. Это последний раз, когда мы вот так вот вам помогаем. Больше этого не случится. Обдумайте всё, что получили и услышали от нас и действуйте. Не бойся, Гарольд. Хоть решение и за тобой, но друзья и любимые тебе помогут. Ты же помогай им. Если вы сплотитесь, станете одним целым, то победите. Вместе. Только вместе вы — сила. Никак иначе. Порознь же вас сразу уничтожат. — Эти слова… Луна часто мне их говорит, — улыбнувшись и отстранившись от Жайи, сказал я. — Впервые я услышала о них именно от Жизни. И они… В этих словах есть сила, — туманно сказала Луна, присев рядышком, и положила голову на плечо вечной. Кажется, она сильно устала за сегодня, как и все остальные. Та же начала поглаживать свою подопечную по голове. Что же, я тоже не упустил возможности прижаться к Хель. Покачав головой и фыркнув, она потрепала меня по голове. Мэй лишь улыбнулась. Гермиона пока, кажется, её побаивается, но всё же тепло чувствует. Ну да, оно появляется после ритуала принятия. Теперь Мэй станет для неё второй мамой. Вернее, третьей. Но пока девочке трудно всё это переварить в голове. Остальные же тихо переговаривались уже между собой. Похоже, даже не покинув это пространство, они уже начали строить планы. Что же… Змеи и этим всё сказано. Им выдержки не занимать. — Ну что же. Мы со всем разобрались. Теперь пора покинуть это место, — улыбнулась Мэй и, подойдя к Гермионе, что-то ей сказала и прижала к себе. Девочка смутилась, а её щёки с дикой силой вспыхнули. И чего это она? — «Похоже Мэй рассказала ей про партнерство», — захихикал демон. Я же, подавившись, кашлянул. М-да уж… Похоже, она немного ожила после общения с нами. Но я рад этому. Надеюсь, мы сможем ей помочь… Остальные, прервав разговор подошли к Мэй. Так же поклонились, поблагодарили вечных. Я, Луна и даже Гермиона, ещё немного побыв в объятиях сестёр, отстранились. — Берегите себя. Всё в ваших руках, — улыбнулась Мэй. — Я ещё не раз навещу тебя, Гарольд. Не печалься, — потрепала меня по голове Хель. Я же лишь с теплом улыбнулся. Спасибо вам за всё. — Луна, никогда не сдавайся. Не зацикливайся на видениях, моё дитя. Запомни это на всю жизнь, — улыбнулась Жайя. Девочка кивнула, явно о чём-то думая. — Геранта… Моё милое дитя. Будь сильной. Я уверена, ты справишься, — мягко сказала Мэй. — Как и все остальные. И спасибо. Та же только грустно вздохнула. Ей явно было жаль мать Магию. Ну да, из-за связи она может теперь чувствовать состояние вечной. И смотря на её печальные глаза… Что же, стоит начать чистку этого мира незамедлительно. И обещаю, что я буду безжалостен к тем, кто откажется вымолить прощение у вечной. Мэй посмотрела на нас в последний раз. — Спасите наш мир… Мы все верим в вас, — и её голос прозвучал неожиданно тихо. — Обязательно, Мэй. И тебе мы тоже поможем, — на грани слышимости ответил я. Свет вспыхнул. Магия взревела. И через мгновение Вечные исчезли, а мы оказались в зале Малфой-менора. Как будто то, что произошло, было всего лишь сном. Вот только на плечи легло тяжёлое понимание того, что теперь наша война стала гораздо больше, чем просто борьба с врагами. Теперь на кону стоял весь мир. И как я понял, не только он, но и жизнь Мэй. А так же, возможно и вся вселенная. Приплыли, называется…