Любовь яндере

      Юмэко хмурилась и тяжело дышала, на лбу выступила испарина. Перед глазами предстал образ Мидории, но теперь это был не ее добрый, милый друг, который всегда заботился о ней, а жестокий убийца с кровью на руках и обезумевшим взглядом. Она догадывалась, что Изуку убил Мину, но, не видя это собственными глазами, оставалась нейтральной к нему. Но стоило лицезреть на яву его вопиющую жестокость, как ее представление о нем исказилось. Это больше не ее друг.       Ей было безумно жаль, что из-за ее наивности пострадали люди, пусть и неживые, просто написанные системой, но все же люди. Даже в некоторых моментах человечнее настоящих, с которыми девушка жила бок о бок каждый день.       Сузуми заставляет себя разлепить глаза, чтобы больше не видеть всего этого ужаса, что привиделся ей во время сна. Она напугалась, когда увидела перед собой лицо Тодороки, что находилось лишь в нескольких сантиметрах, так непозволительно близко. Оглядевшись, девушка поняла, что они лежат на одной кровати. — Тебе приснился кошмар? Не волнуйся, я буду рядом, так что можешь спокойно спать дальше, — ласково проговорил парень и забрал за ухо прядку волос, что упала ей на лицо во время сна, а после расположил свою ладонь на ее щеке, мягко поглаживая. От его заявления Юмэко занервничала еще больше. Появилось желание оттолкнуть человека перед собой, но руками было невозможно пошевелить — они были туго связаны веревкой. Ноги тоже были зафиксированы. — Ты связал меня? — возмущенно спрашивает девушка и хмурится. — Прости, это вынужденная мера, — Шото виновато опускает взгляд и кладет руку на ее запястье. — Зная тебя, ты бы захотела мне врезать. Не хочу, чтобы тот, кого я до безумия люблю, причинил мне вред. — А значит тому, кого ты до безумия любишь, можно причинять вред? — она одаривает его злым взглядом и, показывая свое недовольство, отворачивается, перекатываясь на другой бок. Двигаться было тяжело, действие препарата еще не прошло, поэтому приходилось бороться с сонливостью и тяжестью во всем теле. Также мешали веревки, Тодороки завязал их на славу, явно вкладывая в это действие всю свою силу и любовь. Она чувствовала, как они неприятно натирали кожу. — Прости, что поступаю так плохо с тобой, — Юмэко почувствовала, как его руки обхватили ее талию и притянули к себе. — Но я готов пойти на любые методы, чтобы удержать тебя рядом с собой, — она почувствовала, как ее кости захрустели от давления, которое оказывали на них его крепкие объятия. Казалось, что она вот-вот задохнется. — Знаешь, я так счастлив сейчас. Только одно осознание того, что ты теперь всегда будешь рядом со мной, сводит с ума. Теперь ты полностью принадлежишь мне, а я тебе. Разве не прекрасно? — Тодороки счастливо улыбается и зарывается носом в ее волосы, вдыхая приятный, сладкий аромат. Теперь он может спокойно прикасаться к ней, играться с волосами, заплетать, обнимать, целовать. В этой комнате теперь нет границ для его желаний, здесь теперь возможно все. Эти мысли, наверное, делают его самым счастливым человеком на Земле. — Я люблю тебя, — на радостях произносит парень и целует ее в макушку.       Девушка ничего не отвечает на эти три слова, которые жаждет услышать почти каждый человек. Эта любовь ненастоящая, фальшивая, поэтому она ничего не почувствовала. Не было той радости или неловкости — ничего. «Почему это произошло именно со мной?» — задается вопросом Юмэко и с силой закусывает нижнюю губу, чтобы сдержать накатившие слезы. Она тяжело вздыхает и пытается мысленно подбодрить себя. Сейчас не время причитать и ныть, нужно что-то придумать, чтобы сбежать от Тодороки. В голове всплывало много идей, моментами ее пугали собственные мысли, но когда человека загоняют в угол, он непроизвольно начинает цепляться за любую возможность до последнего. Главное — покинуть этот дом, а остальное не имеет значения, ведь так?

***

— Что за дерзость? Как ты смеешь говорить что-то такое своему отцу? — голос мужчины практически охрип от крика. Он был явно недоволен тем, что его собственный сын говорит такие ужасные вещи и идет против его воли. Раньше такого не было, Тодороки был покладистым мальчиком, который смиренно принимал все, особо не возникал и не рыпался, понимая свое безвыходное положение. Но сейчас он стал показывать зубы все чаще и чаще: огрызаться, не слушаться, угрожать. Это вызывало диссонанс в разуме Энджи. — С этого момента ты мне больше не отец. Больше не лезь ко мне, а иначе мне придется прибегнуть к радикальным мерам, — Шото смотрит на человека перед собой с презрением и всем свои видом показывает свою ненависть к нему. — А, я понял. Это все из-за той девки. Юмэко, кажется. Она наверняка поставила тебя перед фактом и тебе не осталось выбора, кроме как отказаться от меня, — приходит к такому выводу мужчина, не пытаясь даже найти другие причины в ином поведении своего чада. — Не произноси ее имя своим грязным ртом, — зло цедит Шото и хмурится, испепеляя отца взглядом. — Какие мы грозные, — с издевкой произносит он и ухмыляется. — Раз ты так серьезно настроен, то я с удовольствием посмотрю, какие радикальные меры ты предпримешь.       Юмэко чувствовала себя странно, по воле случая оказавшись свидетелем семейной ссоры. Она была до сих пор связана и лежала на кровати, тем временем пока отец и сын громко выясняли отношения в прихожей. Настолько громко, что даже ее крики не были услышаны. Либо отец Шото был глухим, либо ее голос слишком тихим. Девушка так отчаялась, что была готова попросить помощи у такого неприятного, эгоцентричного и явно не здорового психически человека, который всем сердцем ненавидит ее. Неважно кого, только бы освободиться.       Вскоре разговоры затихли и входная дверь с шумом закрылось, что говорило о том, что Энджи покинул квартиру. Это наводило на нее панику, ведь теперь они с Тодороки остались вдвоем в таком тесном пространстве. Она слышала приближающиеся шаги, и ее сердце замерло от накатившего волнения. Именно в этот момент в комнату заходит Шото, явно морально вымотанный и расстроенный. Он закрыл за собой дверь на ключ и спрятал его в кармане штанов, после прошелся до кровати, вяло перебирая ногами, и плюхнулся рядом с Юмэко. — Можешь, пожалуйста, поцеловать меня? — просит парень с мольбой. Юмэко смотрит на него с удивлением, а после мотает головой в знак протеста. Шото огорчает отказ, но он не собирается сдаваться так просто, поэтому просит еще раз. — Ну пожалуйста. Всего один. — Если развяжешь меня, то я сделаю это, — выставляет требование Сузуми и пристально смотрит ему в глаза. Парень радуется и сразу же соглашается, с энтузиазмом приподнимаясь с кровати. Он принимает удобное положение и принимается торопливо развязывать веревку. Его руки дрожали от нетерпения, а сердце билось быстро-быстро. Сначала были освобождены от плена ноги, на которых остались красные следы от веревки. Было невероятно приятно иметь возможность двигать затекшими конечностями. Затем Тодороки принялся развязывать руки, уже сгорая от нетерпения.       Когда девушка ощутила вкус свободы, то подумала начать действовать: толкнуть Тодороки, забрать ключ и бежать сломя голову. Но эта мысль покинула ее так же быстро, как и пришла. Так поступать очень опрометчиво. Шото априори сильнее ее, будучи такой слабой в данный момент она заведомо проиграет. Да и если получится обезвредить его, не факт, что сможет выбраться из квартиры так легко. Поэтому пока что самый хороший вариант: усыпить бдительность, разведать обстановку и убедиться в безопасности побега.       Тодороки замер в ожидании, от накатившего волнения и смущения его ладони вспотели, а щеки покрылись румянцем. Но Юмэко не торопилась выполнять условие их договора, что-то ей мешало спокойно взять и поцеловать человека перед собой. — Что такое? Не собираешься целовать меня? — интересуется парень и наклоняется, сокращая между ними дистанцию. — Неужели ты обманула меня? Как подло с твоей стороны, — его лицо было непозволительно близко, рефлекторно девушка начала отстраняться и, не рассчитав, упала на спину. Шото по-хозяйски оседлал ее и навис сверху, Сузуми уперлась руками в его грудь, пытаясь отстранить его от себя. Он берет ее руки и фиксирует по бокам, не давая ей возможности сопротивляться. — Но не волнуйся, я не злюсь слишком сильно, — шепчет парень ей в губы, а после аккуратно, невесомо целует. В этот момент его накрывает целая волна эмоций, которая заставила чувствовать себя безгранично счастливым.        Юмэко пыталась скинуть с себя лишний груз в лице Тодороки, но, как и ожидалось, это было невозможно чисто физически. Поэтому она сдалась, оставив эту энергозатратную затею и позволяя прикасаться к себе. В этот момент она проклинала себя за свою беспомощность, но пообещала себе не сдаваться, какие бы сложности не ждали ее впереди.