(Обратно) к звёздам | Прекрасный старый мир

      Судя по выражению лица Дуэйна, тот действительно знал, когда они освободились. Однако им ничего не сказали по этому поводу, хотя, когда Дуэйн встал из-за стола при их появлении, Клайв подумал, что именно об этом сейчас речь и зайдёт.       – Встаньте, пожалуйста, к стене.       – Спиной или лицом? – мрачновато пошутил Уилл, всё ещё немного недовольный. Клайв толкнул того локтем, непроизвольно нахмурившись: буквально две минуты назад просил соблюдать приличия и субординацию.       – Лицом ко мне, пожалуйста.       Тон Дуэйна совершенно ничего не выражал, но явно ироничное в контексте ситуации слово «пожалуйста» обозначило всё, что тот сейчас думал. Клайв, восхитившись, взял на заметку. Вот чего Императору понадобился именно он, а не кто-то вроде Дуэйна, умевшего разговаривать языком дипломатии?       Они с Уиллом остановились возле стены, и Дуэйн достал передатчик.       – Так... – тот внимательно взглянул на Уилла и поднял перед собой передатчик, одновременно с этим приподнимаясь на цыпочки. – Готово.       Клайва догадался, что Уилла сфотографировали. И зачем?       Дальше, что легко можно было предсказать, Дуэйн остановился перед ним. Он расправил плечи чуть ли не до хруста и коротко зажмурился: он не любил фотографироваться. До такой степени, что порой начинал испытывать антипатию не только к крохотному глазку камеры, но и к человеку, находившемуся за ней.       – Пожалуйста, не хмурьтесь. Голову немного выше... Хорошо.       Передатчик опустился, перестав глазеть на него камерой, и он расслабился.       – Разрешите поинтересоваться? – тут же подал голос Уилл. Клайв, вообще-то, тоже хотел узнать, но собирался выдержать приличия ради хотя бы небольшую паузу.       – Пропуски, – рассеянно отмахнулся Дуэйн, целиком поглощённый экраном передатчика. То ли писал кому-то, то ли что-то искал; Клайва посетил вопрос о том, должен ли был вообще Дуэйн (бывший, на минуточку, офицером восьмого ранга) лично заниматься фотографиями для пропусков. – Я буду ждать вас на верхнем этаже в половине седьмого. У вас есть несколько часов, можете использовать их, как хотите.       – Есть, – синхронно отозвались они с Уиллом. – Разрешите идти?       – Идите.       Едва они вышли за двери, Уилл воровато оглянулся, проверяя, не слушал ли их кто-нибудь.       – Клайв? – интонация того не предвещала ничего хорошего. – Мне ещё не пришло время менять фото на пропуске.       Констатация факта. Нет, опять ругаться Уилл не планировал, это была попытка вызвать его на обмен мнениями; они оба так делали, когда не хватало мыслей или же пораскинуть мозгами и вовсе никак не получалось. Только Клайв, в отличие от того, спрашивал напрямую.       Однако замечание, что он вынужден был признать, было дельным. Ему и самому до положенного срока смены оставалось два с хвостиком года.       – Удивительно, что ты помнишь, – осторожно прокомментировал он. – Мне тоже. Может, меняют в связи со сменой ранга? Другая категория всё-таки.       Уилл, нахмурившись, раздражённо блеснул светло-серыми глазами; зрачки у того моментально сузились, по чему Клайв сообразил, что нечаянно наступил на больное место.       – Нет там такого, – бросил Уилл. – Только ранг на пропуске подправляют.       – Тогда идей нет. Давай пообедаем, – Клайв попытался увести тему. – Давно уже пора.       Достав из кармана передатчик, Уилл уткнулся в него и жестом показал следовать за ним. Клайв расценил это как согласие. Но вот то, что Уилл даже не соизволил ответить, ему не понравилось.       Он подтолкнул того под локоть, поторапливая, и они успели зайти в лифт, который иначе ждали бы слишком долго.       – Не могу выбрать, – раздражённо буркнул Уилл через пару минут, и столь же раздражённо спрятал передатчик в карман. – Давно нигде не был, теперь не знаю, что где как. Может, навестим какое-то из наших обычных мест?       – Чего? – переспросил Клайв, не слишком понимая, о чём шла речь. Уилл терпеливо вздохнул.       – Обед. Я имел в виду обед. Куда хочешь?       – Что значит «куда»? В столовую, куда ещё...       – А, да брось. Пойдём-ка пообедаем где-нибудь, – Уилл не договорил, чтобы их попутчики этого не слышали, но Клайв почти услышал обычно произносимый тем конец фразы «в приличном месте». Столовую Уилл приличным местом не считал, как и большинство забегаловок и баров. Однако после того как они подружились, часть последних тому пришлось включить в этот список, потому что Клайв сторонился дорогих кафе и ресторанов, считая, что переплачивать за шик, собственно, не имело смысла. Вообще, изначально он почти всех заведений сторонился, предпочитая домашнее времяпрепровождение и домашнюю же пищу, но в ходе поиска компромисса одному из них пришлось понизить стандарты, другому – повысить. Местечек под их общие запросы много найтись не могло, но Уилл всегда умудрялся подыскивать что-то. – Ну? Куда?       – Уилл...       Едва он открыл рот, чтобы возразить, Уилл, уже наверняка догадавшийся, что сейчас последует именно возражение, закинул руку ему на плечо, почти прижимая к себе, и замурлыкал, понизив тон:       – Брось, говорю. Оул сказал, что мы можем делать что угодно, разве нет? И об отчётах он даже не заикнулся, – Уилл прижался виском к его виску и легонько потёрся, опять прерывая уже открывшего рот Клайва; Клайв слегка свёл лопатки, пытаясь изгнать забегавших по нему мурашек, и задался вопросом о том, когда Уилл перестанет так делать неожиданно и в ситуациях, совершенно к этому не располагавших. – Так что это буквально значило что угодно.       Ощутив чей-то взгляд, Клайв осмотрел их попутчиков. Они с Уиллом стояли около задней стенки лифта, потому что ехали в самый низ, и остальные пассажиры в большинстве своём стояли к ним спинами, так что на них никто вроде бы не глазел... Он бросил взгляд в зеркало, и, увидев, что один из офицеров слегка недоумённо присматривался к ним в зеркало, почти не участвуя в разговоре стоявших около того коллег, коротко толкнул Уилла локтем. Тот тут же убрал руку с его плеч: Уилл знал, что когда он не упирался, а делал именно так, лучше отпустить, иначе будут последствия. И, проследив за направлением его взгляда, упёрся в зеркало взглядом сам. Офицер, даже не дрогнув, сделал вид, что смотрел куда-то мимо, и непонимающе приподнял бровь, после чего отвернулся; Клайв мысленно тому поаплодировал. И ещё раз ткнул Уилла локтем. На будущее. Уилл, покосившись на него, почти обиженно одёрнул пиджак.       Вниз они доехали в молчании. Клайв уже начал думать, что Уилл всё-таки решил обидеться (он ещё и про ранги напомнил случайно), но тот на первом этаже почти ненавязчиво завернул его по направлению к гардеробной.       – Ну, так как? Придумал что-нибудь?       Клайв удивлённо взглянул на того; потом вспомнил, что сегодня была пятница, а по пятницам Уилл с ним ссориться не любил. Вот же прохвост, подумал он, усмехнувшись.       – Я не слишком уверен, что нам действительно это нужно, – протянул он, внимательно глядя на Уилла. Интересно, с чего тот настаивал именно на том, чтобы выбраться из штаба. – Но место на примете есть.       – Вот и славненько, – промурлыкал Уилл. – Тогда поведёшь.       Ласкательно-уменьшительные словечки в ход пошли, отметил Клайв. Это было не странностью, но редкостью: Уилл за употреблением подобного мог быть замечен либо в приподнятом настроении, либо в скверном. Первое было маловероятно. Второе... учитывая, что Уилл хотел выбраться из штаба, возможно, того беспокоило распоряжение Дуэйна: последний велел явиться в половине седьмого, а рабочий день заканчивался в шесть. Это было немного подозрительно.       Через некоторое время после того, как они пообедали (Клайв на всякий случай выбрал как можно более тихое и укромное кафе, которое облюбовал в последние несколько лет; Уилл поворчал, но согласился), оживление Уилла сошло на нет, и он окончательно удостоверился в том, что тот просто немного нервничал. Он и сам пребывал в неприятно-взволнованном состоянии. Слава Творцу, хоть интуиция не беспокоила, что, впрочем, значило лишь то, что его не ждало ничего опасного; вот о, к примеру, неприятном ничего предположить было нельзя.       – Ну что, возвращаемся? – ещё раз проверив время, Клайв оглянулся на свою куртку на вешалке. Они уже рассчитались, так что уйти могли в любой момент.       Уилл вдруг накрыл ладонью его кисть.       – Нервничаешь?       – Нет, – солгал он. Уж кто бы спрашивал. Сам-то недавно был настолько на нервах, что попросту сбежал из штаба проветриться.       – Зря.       Клайв уставился на того.       – Да шучу же.       – Дошутишься ты когда-нибудь, – буркнул Клайв, поднимаясь из-за стола.       – Не нервничай. Не думаю, что нас ждёт что-то страшное.       – Уверен?       – Ну, во всяком случае, ничего страшнее того, что с нами уже было, – резонно заметил Уилл. Клайв вздохнул.       С одной стороны, конечно, тот был прав. С другой... если в своих предположениях прав был он сам, то, в перспективе, Уилл мог и ошибаться.       Но, как обычно, способ проверить был только один.       После шести в штабе горел немного приглушённый свет. Большинство из тех, кому нужен был яркий, к этому времени начинали расходиться по домам, а остальным было удобно и так. Клайв с Уиллом около главного входа появились в шесть пятнадцать, и Клайв начинал немного нервничать: обычно вперёд пропускали выходящих, а тех, кто выходил, сейчас было много.       – Нужно было раньше возвращаться, – процедил Уилл, чуть ранее произносивший (и настоявший-таки на этом) «давай ещё десять минуток посидим, успеется». Клайв только вздохнул, не став напоминать о том, что был прав.       Наконец, их пропустили. Какой-то офицер придержал коллег и приглашающе махнул им с Уиллом; они быстро шастнули внутрь, пока не подоспел выходить кто-нибудь ещё.       – Спасибо! – искренне отозвался Клайв, и поглядывавший на часы Уилл тут же взялся за его локоть, подталкивая к лифту. Клайв, хоть и машинально согнул локоть, позволяя взять себя под руку, даже не взглянул на того, зацепившись взглядом за офицера, помогшего им попасть внутрь. Они не размыкали зрительный контакт до тех пор, пока это было возможно.       – Ты чего застрял, Дуайт? – расслышал он сзади.       – Клайв? – полувопросительно произнёс Уилл около лифта, куда почти дотащил его; Клайв, пребывавший в какого-то рода смятении, даже не задумывался о том, куда шёл.       У офицера были жёлтые глаза. Можно было бы, конечно, предположить, что это были просто цветные линзы или последствия какой-либо модификации, но тогда бы тот не уставился на него точно так же в ответ.       – Клайв, – почти угрожающе проронил Уилл. Вздрогнув, Клайв вернулся к реальности и, увидев, что лифт уже открыт, торопливо шагнул внутрь. – Это что было?       – Ничего, – оторопело выговорил он, жалея о том, что в вестибюле вообще было освещение: при большем недостатке света можно было бы понять, светились ли радужки.       – Да ну?       Интонация Уилла, вдавившего кнопку так, словно последняя была в чём-то виновата, стала уже агрессивной, и Клайв решил, что лучше будет объясниться:       – У него жёлтые глаза.       – И что? – раздражённо бросил тот. – Ну, линзы. Что такого?       Клайв пристально уставился Уиллу в глаза, прикидывая, насколько быстро тот сообразит. Уилл соображать, кажется, не торопился.       – Привык, да? – подкинул он подсказку.       – К чему?.. А. Ну, знаешь, не факт. А даже если он тоже оттуда, то что такого? Мы ведь не одни такие.       Клайв вздохнул.       – Что?       – Ничего, Уилл.       – Тогда чего ты на него так уставился? – осведомился Уилл, упорно не желая поставить себя на место Клайва, пробывшего в будущем всего несколько месяцев. – Уж ты-то магов в Академии навидался.       – Уилл? Давай-ка мы с тобой договоримся, – Клайв нахмурился, вспомнив кое-что ещё. – Мы не говорим с тобой об этом вне дома.       Тот окинул взглядом потолок кабины лифта.       – Ну услышит нас кто-нибудь. Какие последствия? Будто тут кто-то знает.       – Мы не говорим об этом вне дома, – с нажимом повторил он. Лифт наконец доставил их на верхний этаж, и он вышел, не глядя на Уилла. Плохо, что тот не понимал, что это было больше не их личным делом, а уже чем-то большим, раз вокруг них по большей части соблюдалась секретность. Дуэйн, между прочим, тоже лишний раз не раскрывал рта при посторонних.       Вышеупомянутый, к слову, уже ждал их на верхнем этаже.       – Мы успели, – едва слышно сообщил Уилл, видимо, взглянувший на часы. Клайв этого жеста не видел: тот немного отстал, то ли соблюдая субординацию, то ли снова дуясь; ему хотелось бы думать, что первое.       – Офицер Кортс и офицер Фезер по...       Дуэйн перебил его, попросту подняв ладонь:       – Достаточно.       Клайву показалось это странным: обычно это слово звучало, когда подчинённый в чём-то провинился, но Дуэйн не произнёс его с соответствующей интонацией; более того, это было сказано мягко, что, собственно, ни во что не вписывалось.       – Пойдёмте.       И Дуэйн повёл их по приглушённо освещённым коридорам в сторону библиотечного крыла.       Перед самой дверью в библиотеку они остановились.       – Мне немного жаль, что это пройдёт без какой-либо официальной части, – произнёс Дуэйн. – Это, всё-таки, большое событие для вас. Впрочем, это было бы большим событием для кого угодно.       Тот сделал ещё несколько шагов и повернулся к ним, загораживая вход в библиотеку.       А затем Дуэйн неожиданно для них отдал честь. Даже пребывая в изумлении, Клайв незамедлительно вытянулся по струнке, повторяя жест и надеясь, что Уилл не станет тормозить и сообразит, что к чему. Судя по движению рядом, сообразил. Или, по крайней мере, решил положиться на него и просто повторить за ним.       Благодарно кивнув, Дуэйн отступил вбок и повёл ладонью в сторону двери.       – Прошу. Он ждёт.       Уилл слегка наклонил голову, заглядывая Клайву в глаза, но последний ничем не ответил, не зная, что, собственно, можно было тут ответить, и использовал несколько имевшихся у него секунд на размышления.       Легко было догадаться, что их ждали прямо за дверью, потому что в зал аудиенции без сопровождения Дуэйна попасть они не могли... пока что, подумал он, едва не вздрогнув – его интуиция снова вытворяла эти фокусы. И если их ждали прямо за дверью, то что же их ждало в целом? Ему ещё и первым заходить, как старшему по рангу; он с большим удовольствием просто последовал бы за кем-нибудь. Но, видимо, времена, когда мне так можно было, теперь позади, с той же пугающей его самого уверенностью отметил Клайв, и, ненадолго остановившись перед дверью, на которой теперь отсутствовала табличка с надписью «Библиотека», пережил ещё одно предчувствие: теперь многое вести придётся ему. Хорошо бы ещё, чтобы Уилл за ним следовал, а не чтобы приходилось того насильно тащить...       Стучать не было смысла, поэтому он просто вошёл, не вопрошая «разрешите?»: визуально не было у кого. Да и если уж Император выделил на них время прямо сейчас, тратить последнее так было глупо.       Уилл, видимо, уже целиком положившийся на него, тоже молчал. Дуэйн за ними не последовал.       В помещении, которое раньше целиком было заставлено серверными стойками, теперь было почти что пусто. Почти посередине стоял большой стол (круглый, в отличие от остальных в штабе), но стульев вокруг не было, к сожалению Клайва: можно было узнать, сколько человек было собрано в Совет. По столу можно было разве что прикинуть, что не больше пятнадцати, и не меньше пяти; давала эта прикидка немногое.       Выждав несколько минут, он негромко, осторожно произнёс:       – Сэр?       Несмотря на частые в последнее время беседы, он обращался к Императору очень осторожно и с долей почти суеверного благоговения. В этом не было ничего удивительного: он уважал и чтил человека, который держал Империю в железном кулаке уже более трёх веков (по официальным данным), даже при том, что только приблизительно представлял себе, насколько титаническая работа за этим стояла. И тот ведь не только держал, но и расширял. Интересно, насколько чудовищные амбиции нужно было иметь, чтобы не останавливаться на достигнутом... хотя, быть может, именно беспрерывное движение давало Империи возможность существовать.       Однако его в последнее время пугали масштабы. Империя и так была громадной, а Вселенная, насколько он знал, продолжала расширяться. Следовательно, даже если не брать в расчёт политически-территориальный контекст, в геометрическом смысле Империя с каждым годом становилась всё больше. Масштабы его действительно пугали, и он отдавал себе в этом отчёт. Они же восхищали.       Император отозвался даже менее чем за полминуты, что значило, что тот действительно их ждал.       – Да, я здесь.       Клайв окинул взглядом помещение, но так и не смог понять, откуда исходил звук.       – Подойдите ближе к столу.       Они с Уиллом молча повиновались. Последний, судя по виду, пребывал в некоторого рода оцепенении, наверняка пытаясь вспомнить, сколько знал офицеров, удостаивавшихся более чем одной аудиенции за свою жизнь; а Уилл-то был уже на третьей. Учитывая, что немалая часть аудиенций заканчивалась не слишком радужно, это, вероятно, были не самые приятные переживания для того.       – Это теперь ваше.       Засим Император замолчал, позволяя им самостоятельно разобраться, но не отвлёкся. Клайв чувствовал, что тот всё ещё был здесь и наблюдал.       На столе лежала невысокая стопка из двух прозрачных пакетов с униформой. Клайв разглядел вышивку на пиджаке, присущую униформе офицеров высшего ранга; вероятно, Уиллу возвращали униформу вместе с седьмым рангом того. Вот радости-то будет, подумал он. Уилл, конечно, напрямую выдавать этого не станет, но он знал, что тот будет довольным ещё довольно продолжительное время.       Около пакетов лежали четыре набора погон. Два на рабочие униформы, два на парадные. Полевой не прилагалось. Да и она, скорее всего, им уже была не нужна. Последнее Клайв отметил каким-то параллельным мыслительным процессом, потому что основной пытался справиться с изумлением.       На погонах на месте ранга красовались две перекрещённые чёрточки. Десять. Десять, ошалело повторил про себя он, присматриваясь: цифра выглядела необычно. Над ней была горизонтальная черта из того же металла, и он понятия не имел, что это значило. Зато он знал, что обозначала пятиконечная звездочка ещё выше: особое назначение. Помимо этого, на двух комплектах погон под цифрой ранга были две буквы «К», и Клайв, здраво рассудив, что это могли быть его инициалы, потянулся к этим.       – Нет, – остановили его. – Это не твои.       Он послушно убрал пальцы. Теперь к погонам протянул руку Уилл, и на это уже возражений не последовало.       – Разрешите вопрос, сэр?       Уилл поднял свои погоны, чтобы рассмотреть поближе, и под ними Клайв увидел белевший в мягком освещении краешек пропуска. Значит, Дуэйн делал им целиком новые пропуски.       – Разрешаю, – согласился Император. Клайв уловил в тоне того некоторое предвкушение.       – Что значат буквы?       – Это инициалы. Клайв верно предположил.       Уилл озадаченно нахмурился, очевидно, имея ещё вопрос, начинавшийся со слова «почему». Клайв же заметил, что черта над цифрой ранга у Уилла разделена на две части; он чуточку наклонил голову, присматриваясь, и на ней появился непрерывный отблеск: металлическая полоса была цельной и на самом деле была не разделена, а... может быть, закрашена, или что-то вроде того. Интересно, что это значило.       – Пожалуй, избавлю тебя от необходимости задавать вопрос, – опять зазвучал голос. На этот раз Клайву показалось, что он услышал что-то, очень похожее на удовлетворение. – Это значит, что ты подчиняешься ему. Полностью и исключительно. Мне, разумеется, тоже; я надеюсь, что о безусловности этого мне не нужно напоминать.       После того как голос Императора затих, воцарилась полнейшая тишина. Возможно, последний наслаждался произведённым эффектом.       Вот, значит, как, подумал Клайв, выдержав длинный, нечитаемый взгляд Уилла. Слово «полностью», несомненно, тому не понравилось, но вот «исключительно» всё ещё обдумывалось.       – Это поэтому черта разделена? – Уилл наглел прямо на глазах, ощутив, что действительно уже повысили. Даже не попросил разрешения задать вопрос. Клайв тоже не просил, конечно, но разница была в том, что ему это разрешили (иначе их беседы затягивались бы надолго).       – Нет. К должности это не относится. Поразмышляешь об этом на досуге, – удовлетворение прозвучало уже целиком явно. – И, кстати, вставка тёмная полностью, а не только верхний слой, так что не пытайся что-то с этим сделать.       На это Уилл промолчал, уже размышляя над последней фразой. Клайв же решил ознакомиться со своим новым пропуском, и, отодвинув в сторону погоны, взял белую пластиковую карту. Та слишком гладко скользнула по столу, и он догадался, что под ней ещё что-то было, ещё прежде чем увидел вторую карту. Он взял и её.       – Один пропуск – ваш рабочий, второй – настоящий, – сообщил Император. У Клайва создалось впечатление, что тот устроил себе перерыв, и сейчас не делал ничего, кроме того, что наблюдал за ними; воображение нарисовало ему человека, с интересом глядевшего в монитор и подпиравшего подбородок ладонью.       Сперва Клайв взглянул на пропуск, лежавший верхним. Он был таким, каким и следовало теперь ожидать: новая фотография, новая цифра ранга, в углу, отведённом для специальных отметок, звёздочка, свидетельствовавшая о том, что он офицер особого назначения...       – А что это за отметка? – полюбопытствовал Клайв по поводу значка, ещё не виденного им ранее. На белом поле пропуска красовался чёрный квадрат со срезанным уголком, на чёрном – два белых прямоугольника. Он где-то слышал, что так выглядели старые флеш-носители.       – Доступ к архивам.       Он бы изумлённо уставился собеседнику в глаза... если бы знал, куда смотреть.       – В любое время? – неверяще переспросил он.       – Точно, – довольно подтвердил Император.       – Не одноразовый? – снова переспросил Клайв, никак не в силах поверить в то, что выдавали ему в его пользование. И уж точно не зная, что сказать.       Они услышали вздох.       – Точно.       Клайв покосился на Уилла, уже ознакомившегося со своим пропуском, и встретился всё с тем же нечитаемым, чуточку угрюмым взглядом. На пропуске Уилла такой же отметки не было.       – Пользуйтесь рабочим пропуском. Настоящий – для исключительных случаев. Думаю, вы поймёте, когда нужно его использовать, – назидательно произнёс Император, и Клайв сообразил, что нужно бы взглянуть и на второй.       После цифры ранга была ещё одна чёрточка. Он провёл по ней пальцем, никак не желая поверить в то, что видел, и в глубине души надеясь, что она после этого исчезнет. Черта никуда не делась.       Одиннадцать.       – Это... – нерешительно начал он, уже чувствуя, что не мог сформулировать вопрос, не звучавший глупо; возможно, любой уточняющий вопрос звучал бы сейчас глупо.       – Да, – просто подтвердил Император. – С этого момента вы – офицеры одиннадцатого ранга. И не болтайте об этом лишний раз.       Клайв оскорблённо нахмурился, после чего сообразил, что ремарка предназначалась не ему.       – Теперь вы входите в Совет Бринии. На всякий случай напоминаю: ты – подчиняешься Клайву. Право голоса у тебя есть, но не право голосовать. Формально ты состоишь в Совете, но фактически ты – его помощник. Понятно?       – Так точно, – ровно отозвался Уилл. У Клайва возникло такое впечатление, что Император на том за что-то отыгрывался, причём довольно изощрённо и очень мстительно. Особенно учитывая, что он понятия не имел, на какой срок вся эта канитель с Советом затянется, и...       Он только что сообразил, что та тёмная вставка на черте над цифрой ранга на погонах у Уилла (черта, кстати, могла намекать на их настоящий ранг, хотя официально ей наверняка было приписано иное значение) могла указывать на то, что где-то тот поступил так, что запятнал офицерскую честь, даже не будучи на тот момент на должности. Хотя что-то могло случиться и ещё раньше, просто знать об этом могло быть некому. В общем и целом, то ли Уилл чем-то действительно провинился, но ещё нужен был Императору, то ли это был сугубо моральный вопрос, за который предъявить что-то было сложно, но неприязнь испытывать можно было вполне.       – Превосходно, – промолвил Император с уже понятным Клайву удовлетворением. – Думаю, вы управитесь со знаками различия самостоятельно. Старые потом сдадите Дуэйну... Ах, да, оставьте здесь старые пропуски. Они вам уже ни к чему.       Тот подождал, пока они выложат на стол старые пропуски и вложат в предназначенный для этого паз в передатчике новые.       – Жду вас в понедельник здесь. Теперь здесь, кстати, зал для совещаний. Советую хорошенько отдохнуть за выходные.       – Есть! – они с Уиллом вытянулись по струнке, почти синхронно отдавая честь. – Разрешите идти?       – Идите, – царственно отпустил их Император.       За дверью ожидавший их Дуэйн проделал точно такой же жест, внимательно глядя Клайву в глаза; последний вовремя вспомнил, что он теперь старше по рангу.       – Отставить, – слабо выговорил он, устало прислоняясь спиной к двери (к счастью, почти все двери в штабе по старой традиции были не на фотоэлементах). Через несколько мгновений он от неё отстранился, снова чувствуя в себе силы стоять на своих двоих. – Ну, до... понедельника?       Дуэйн просто кивнул, видя, что он чувствовал себя не в своей тарелке. Благодарно, несколько неловко и уже бессмысленно кивнув ему в ответ, Клайв направился к центральному лифту, по пути коротко потянув Уилла за полу пиджака.       Первый десяток этажей он пытался свыкнуться с мыслью о том, что его повысили. Затем он взглянул на Уилла, пытаясь понять, как тот воспринял эту новость, и ища какого-то понимания.       Уилл смотрел куда-то вниз, то ли в пол, то ли на пакеты с униформой в руках. Клайв легонько толкнул того локтем, но на него даже не подняли взгляда.       – Зря я тебя в кафе потащил, – произнёс Уилл через несколько долгих секунд.       – Почему?       – Потому что такое уже действительно нужно отмечать, причём в действительно приличном месте. А ты сейчас скажешь, что на сегодня уже достаточно походов по общественным местам, – Клайв, уже открывший рот, чтобы именно это и изречь, закрыл его. Такое действительно следовало бы отметить, но сейчас он просто хотел домой.       Однако Уиллу – кстати, всё ещё на него не смотревшему, – кажется, хотелось праздника.       – Может, тогда закажем что-нибудь домой? – решил он попробовать найти компромисс.       – Давай, – Уилл, подняв, наконец, на него взгляд, улыбнулся. – Бринийской кухни?       – Ага.       Перехватив одной рукой пакеты с униформой, Уилл достал передатчик:       – Что будешь?       – Что-нибудь на твой вкус, – отмахнулся он, не чувствуя настроения сейчас что-то выбирать: его начало беспокоить снова посетившее его чувство неправильности.       Они вышли из лифта, и он решил всё-таки обдумать по пути то, отчего у него сейчас появилось это самое чувство – тем более что происходило это не в первый раз, а мысли, если ничем их не занять, вскорости начнут вертеться вокруг повышения и понедельника, о чём он не хотел сейчас думать. Уилл... когда тот чего-то хотел, тот об этом говорил, и это в лучшем случае – в худшем просто ставил перед фактом (и хоть от этого Уилл почти отучился по отношению к нему, периодически ещё случалось). Сейчас же тот ничего не сказал, вынуждая его догадываться самому, чего он, между прочим, не слишком любил. Однако беспокоило его сейчас не это, а то, что Уилл сперва выглядел слегка подавленно, но после того как услышал то, что хотел услышать, настроение у того тут же чудесным образом поднялось – а если бы Уилла действительно огорчила беседа с Императором, то в скверном расположении духа тот пребывал бы ещё довольно долго. Следовательно, вердикт был понятен: банальная манипуляция. Вот это-то ему и показалось неправильным. Он-то согласился завести отношения с Уиллом только при условии, что тот так делать не будет. И вот, на тебе.       Конечно, можно было предположить, что Уилл это сделал бессознательно (если и вовсе не по привычке), но даже в этом случае огорчало его это не меньше.       Помимо прочего, ему могло и показаться, что Уилл был в дурном настроении... но почему же тогда он чувствовал, что что-то не так, ещё несколько раз до этого?       – Клайв?       Чёрт-те что, подумал он, сокрушённо покачав головой. Сегодня он, конечно, эту тему поднимать не будет – праздновать решили, нечего вечер портить всё-таки. Или и вовсе обождёт, понаблюдает ещё – может, больше и не повторится; да и высказывать что-то Уиллу было куда проще, поймав того на месте да, что называется, за руку, чтобы не мог отвертеться – иначе заявит, что ничего такого не говорил, не делал, и вообще, ему всё показалось.       – Кла-айв, приём.       – Да слышу, слышу, – отозвался он и, вернувшись к реальности, обнаружил, что из штаба они уже вышли. – Чего?       – Выпивку какую берём?       – Знаешь, давай лучше в магазине что-нибудь возьмём. Заказывать дороговато получается, – заметил он, по инерции (длившейся уже много лет) экономивший.       – Клайв, – протянул Уилл с какой-то непонятной интонацией; то ли покровительственной, то ли укоризненной. – Ну не нам с тобой о деньгах переживать. Да и вообще, на еду трачусь я, забыл?       – Мы не о еде, – резонно заметил Клайв. Уилл цыкнул.       – Ты понял, что я имею в виду. Ладно, идём тогда в магазин. И давай ещё в аптеку завернем, – вспомнил тот, завидев аптечную вывеску. – Я кое-что себе прикуплю. Ну, точнее, – Уилл многозначительно ухмыльнулся. – Нам.       – Так, подожди, – встрепенулся Клайв. – Либо пить, либо спать.       – Не понял.       Уилл аж притормозил. Судя по ответному взгляду, тот собирался максимально приятно провести вечер: потрапезничать, выпить, а потом завалить его в постель.       – Что? Я не буду этим заниматься по пьяни.       – Ну так не напивайся, – столь же резонно предложил Уилл. – Бахнем пару стопочек – и всё.       – Нет, – отрезал Клайв. Ему всегда очень мешал запах, иногда вплоть до отторжения, и он после пары попыток больше так не делал. – Либо – либо.       – Так что же, не пить? – уныло вопросил Уилл.       – Пей, почему нет. Остальное до завтра подождёт.       – Но почему?       – Запах, – коротко объяснил Клайв, раздумывая, как бы спровадить Уилла в аптеку одного. Он мог купить что-то сам, мог оставить покупки тому, но покупать что-то вместе он был морально не готов, особенно учитывая, что Уилл будет многозначительно ухмыляться, при чём он присутствовать не хотел. – Иди, я пока почту проверю. По-моему, мне что-то пришло, – солгал он. Не самый изящный вариант, но придумать получше он не успел.       – Дома бы уже проверил.       – А вдруг что-то срочное?       Уилл закатил глаза, по-видимому, кое-что всё-таки сообразив (кажется, можно было начинать ожидать ехидных ремарок, когда тот вернётся), и зашёл в аптеку; Клайв для очистки совести всё же достал передатчик, и увидел, что ему и впрямь пришло сообщение – однако не срочное. От Штаба. С указанием явиться на совещание в десять утра. Вряд ли Император забыл уточнить, скорее, ради экономии времени не стал проговаривать и просто потом разослал сообщение сразу всем членам Совета.       Итак, в понедельник их ждала работа. Теперь уже настоящая работа.