Увидеть свет

      Когда Адель отвела меня в организацию, был уже поздний вечер. Гроссо тут же выделила мне комнату, приказав отдыхать. Однако я всю ночь не мог сомкнуть глаз...       Браун вовсе не боялся своей участи. Он понимал, что останется в восьмом доме до своей смерти, но также понимал, что это условие в дальнейшем позволит ему отомстить своим мучителям за смерть сестры. Наставница Арчи тоже не спала — мальчик различал вдалеке стук ее невысоких каблуков, разносящийся по подземным катакомбам. В те времена организации принадлежала лишь частично разрушенная больница, нижние этажи которой Адель отремонтировала изнутри, приведя в пригодное для жилья состояние. Мэрию и церковь лишь предстояло отвоевать у девятого дома, их главного, на тот момент, соперника. И как раз сделкой по поводу церкви Гроссо занималась в последнее время. Во-первых, потому, что вражеская организация расположением своих штабов загоняла их в угол с двух сторон, не давая пути к отступлению, а, во-вторых, потому, что давно нужно было начать расширяться. И, по видимому, сделка прошла успешно, так как Адель уже направлялась к комнате ученика, чтобы объявить тому об условиях. — Арчи, — спокойно начала наставница, приоткрывая дверь в комнату мальчика, — Только что я совершила сделку с "девятками". Вот какие условия они выдвинули: во-первых, несколько месяцев мы будем поставлять им оружие и припасы. Для этого нужны деньги. Много денег. И нам придется участвовать в незаконной деятельности. Но я знаю, что ты останешься с организацией в трудный момент хотя бы потому, что обязан остаться. — Я недавно заключил с вами договор и помню его дословно. Поэтому давайте все же перейдем ко второму условию девяток, — спокойно ответил Браун, оперевшись на стену и шумно выдохнув. Ученик нервничал. — Вторым условием было сопровождение их отряда к шестеркам. Они тоже хотят заключить договор, — пояснила Адель, наблюдая за новым и, к слову, своим первым учеником — Ты же знаешь, сейчас территории разрушенных городов делятся между организации. Местной инфраструктуре потребуется много времени, чтобы восстановиться. И к тому моменту сильно разрушенные здания уже окажутся поделенными между "домами". — И это все условия? — уточнил Арчи, вопросительно вскинув бровь. Браун и до этого знал о существовании преступных организаций, конечно не догадываясь об их количестве и расположении, но все же... Ему не было интересно и цель его была другой. — Судя по их поведению, это здание не является для них приоритетным, но они не могут отдать его просто так. Это сильно подорвет их наработанный авторитет. Где вы собираетесь раздобыть деньги? — Самым простым способом, — ответила наставница, принявшись ходить по комнате из стороны в сторону — Грабить. Не волнуйся, я не собираюсь обкрадывать бедных граждан. Есть идея получше. До начала войны одна крупная ювелирная компания основала офис неподалеку. Сейчас они восстанавливают здание после налетов диверсантов на город. Они ослаблены и это наш шанс. Хранилище уцелело. Это единственное, что нужно знать. — Наверное я как-то буду в этом участвовать? Иначе какая польза от моего нахождения здесь? — задал очередной вопрос Браун, внимательно следя за движениями наставницы, будто в них был скрыт особый смысл. — Нет, — тут же отрезала Гроссо, на носках повернувшись к ученику — Пока ты слишком юн и мало обучен. Польза от тебя будет позже. Когда пройдет время, ты сам ответишь на вопрос: "зачем вы взяли меня в организацию". — Если же я мало обучен, тогда как мне это исправить? — выцепив часть предложения, уточнил Арчи — Разве я могу сам получить необходимые знания? — Нет же, Арчи, — усмехнулась Гроссо, взглянув на мальчика — Для начала у меня есть такое предложение... Дети из лагерей не обучаются ничему полезном, поэтому я могу передать тебе изученный мной материал. Базовое обучение, которое многие считают бесполезным, важно для развития личности. Вкупе с этим могу поделиться знанием французского языка, — шутя, добавила она. — Вы родом из Франции? — удивленно спросил Браун — Хотя, учитывая ваше имя, это неудивительно. От такого предложения отказываться глупо. — Тогда я начну подготовку. Сперва расслабься и убери мысленный блок, иначе я не смогу пробраться в твою голову, — ответила наставница, подходя к ученику, уже успевшему присесть на кровать и закрыть глаза — Пусть внешне ты и выглядишь расслабленным, твой разум напряжен. Подумай о чем-то...хорошем. — Хорошо, — пробормотал Браун, тряхнув головой, — Было бы еще в моей жизни что-то хорошее...       Гроссо одновременно коснулась своего сенсора и затылка ученика, нахмурив брови. Арчи сразу скривился от неприятного ощущения, наполнившего его голову. Будто в черепной коробке совсем не осталось свободного пространства, и она была готова разлететься на кусочки. — Но... Ничего не изменилось, — удивился Браун, вставая с кровати, — Будто передалось лишь частично. Я почувствовал сильный импульс, но не смог полностью спроецировать его. — Погоди. Так не должно быть. Все происходит автоматически, — проговорила Гроссо, обойдя ученика и опустив чужую голову — Очень странно. — Что-то не так, верно? — обернулся Арчи, встретившись взглядами с наставницей — Почему вы молчите? — Нет... Нет, все нормально. Просто у меня не было нужного оборудования. Как я поняла, большая часть информации передалась, — на секунду нахмурившись, ответила Адель. — Merci de votre aide...* — вставая с кровати, произнес Браун — Не знаю где мне пригодиться школьная информация и французский язык, но я должен вас отблагодарить. Уверен, вы знаете, что делаете. (*Франц. "Спасибо вам за все") — А теперь уже уверена в успешном поступлении информации, — приподняла уголки губ Гроссо — А теперь перейдем к делу. В твоей жизни в последнее время происходило множество стрессовых ситуаций. И, скорее всего, я буду права, если скажу, что ты не сможешь заснуть сегодня. Предлагаю провести время с пользой. Арчи Браун, я приглашаю тебя на первую тренировку в здание церкви. — В любом случае у меня нет возможности отказа, — слегка нервно улыбнулся в ответ ученик, покидая комнату вслед за наставницей, — но я заинтересован в сотрудничестве с вами.       Оставшуюся часть дороги они провели в тишине. Арчи никогда не был разговорчив, даже когда находился дома в окружении семьи. Младший Браун находил общие темы для разговора лишь с младшей сестрой. Казалось, он чувствовал вину за то, что не может защитить ее от отца и откровенно жестокого мира вокруг. В то время, когда Эрл находился в детском лагере, слова, сказанные им, можно было пересчитать на пальцах. А во времена, проведенные на холодных улицах, Браун вовсе не проронил ни слова, тогда мальчик общался лишь жестами. — Мы на месте, — объявила Адель, обернувшись и открыв дверь для ученика — Умеешь обращаться с оружием? — У Ноа видел. Но предпочту научиться у вас, — кивнул Арчи, проследовав в центр комнаты — Это здание почти целое. — Но и его придется отремонтировать, — тоскливо проговорила Гроссо — Давай начнем с чего-то попроще. Как насчет физических навыков? — Не жалуюсь, — пожал плечами Браун — Я часто бегал с Сильвией. Иногда дурачась, иногда от Ноа. Большинство моих навыков так или иначе связаны с ним... Не люблю вспоминать. — Не думай о прошлом, — еле заметно кивнула Адель — Полагайся на настоящее.       Арчи принял оружие из чужих рук и тут же вынул магазин. — Пустой, — проговорил ученик, мимолетно взглянув на наставницу. — Верно, — ответила она, доставая из набедренной сумки полный магазин для пистолета и кидая подчиненному, — Лови.       Браун ловко схватил пролетевший рядом с ладонью предмет и перезарядил оружие. — Стреляй, — приказала Адель, указав на мелкие круги на дальней стене.       Три выстрела, три попадания. Сложно было поверить, что Арчи первый раз держал в руках оружие. Потому что это было ложью. — Очень...неплохо, — призналась Адель, сощурившись. Браун что-то скрывал. Можно было попробовать выдавить из него слова, но стоило ли? Доверие ученика стоило больше, чем его открытость. Лишние вопросы его не напугают. Всего-то вернут к не самым приятным воспоминаниям, заставляя проигрывать мерзкие картины у себя в голове снова и снова. Гроссо отлично понимала каково это, поэтому подобную идею тут же отбросила в дальний ящик. — Я многим вещам научился благодаря своему отцу, — первым нарушил тишину Браун. — Вещам, о которых не рассказывают, о которых пытаются забыть. Но чаще всего это тщетно, верно? Когда вы хотите о чем-то спросить — спрашивайте. Нельзя разбить то, что уже разбито. Но и вернуть в изначальное состояние тоже нельзя.       После сказанных учеником слов в воздухе ненадолго повисло неловкое молчание и душное напряжение. Гроссо ничего не ответила. Она не знала, что сказать, Брауну не нужны были слова поддержки. В целом он был удивительным ребенком. Умным не по годам, находчивым, оригинальным, недоверчивым и морально и физически сломанным. — Вы о чем то задумались? — тихо сказал Арчи, подойдя сзади. В ответ наставница вздрогнула и облегченно выдохнула, мысленно отметив, что ее ученик приуспел в скрытности. — Нет, я вовсе не... — Пытаясь собраться с мыслями, ответила Адель. У Гроссо было много планов на эту тренировку, но, когда она подобрала ученика, все мысли вылетели из головы.       Браун умел быть по-настоящему разным. У него была одна манера поведения и настроение, а через минуту уже абсолютно другая. Дети запоминают многое из того, что видят и слышат вокруг. Отец и мать Арчи часто давали кров серьезным преступникам и мелким воришкам, зарабатывая так на жизнь, помимо того общались не с самыми лучшими людьми. Браун все это видел, да и впрочем не мог не видеть, как бы не старался. Он сидел, часами наблюдая и анализируя личности приходивших людей, сам иногда не замечая, как перенимает их привычки и манеру общения, формируя собирательный образ. Учитывая изначальный характер ученика, получалась весьма странная личность: добрый и вежливый, хорошо воспитанный, но скрытный и жестокий к себе и окружающим. В детском, естественно, проявлении. Какое-то время назад мальчик даже забавлялся причинению вреда сверстникам. Он хотел почувствовать, что не один оказался в такой ситуации. Что не ему одному может быть больно — Я лишь думала о лучшей концепции для тренировки, — попытавшись выкрутиться из своих мыслей, ответила Гроссо — Я вижу, что ты хорошо стреляешь по неподвижным целям, но что насчет движущихся. Вот что я тебе предлагаю: я подготовлю для тебя проекцию и ты попробуешь в нее попасть, договорились? — Конечно.       Стоит ли спрашивать что-то у человека, который не в праве от этого отказаться? Об этом Браун думал и по сей день. Продолжая тащить на себе груз верности организации, лидер не раз подумывал о самоубийстве. Но, тем не менее, понимал, что не может этого сделать. Даже когда его хотели убить на заданиях, он всегда спасался, пусть и не хотел этого. Выпутывался из каждой передряги, в которую попадал. Лишь потому, что его миссия не окончена. До сих пор.