Напевы флейты над водой

      Что принято говорить, возвращаясь? Обычное приветствие не подходит — оно годится для первой встречи и тех, что случаются вскоре после неё.       Приветствия Вэй Усяню удавались хорошо, как и прощания. Быстрые, яркие, с лёгким сердцем и без лишних слов.       Возвращение — это приветствие после прощания. Какие слова использовать в такой ситуации, Вэй Усянь не знал. Красноречие редко его подводило, и это был тот самый редкий случай. Стоя на вершине утёса, где море простиралось у его ног и до русалочьей бухты было рукой подать, Вэй Усянь чувствовал тугой ком в горле. Прежде, когда он представлял лицо Ванцзи, его голова наполнялась глупыми и лёгкими, словно пузырьки под водой, мыслями. Казалось, у него наготове тысяча слов, созвучных этим мыслям. Сейчас же в голове образовалась пустота, в горле ком, а слова не шли с языка. Если бы в тот момент они вдруг встретились лицом к лицу, Вэй Усянь наверняка опозорился бы.       Он потёр лоб, обиженный на свою внезапную робость. Это так на него не похоже. Вэй Усянь в сердцах пнул мыском сапога камень, отправляя его в полёт с обрыва. Он что, проделал весь этот путь, чтобы полдня топтаться в шаге от желаемого?       В тот момент порыв ветра донёс до его ушей тихий напев флейты, звучащий из бухты. Мелодия была незнакомой, но её исполнение и характерное звучание инструмента… Вэй Усянь сразу узнал свою старую флейту, как узнал и того, кто на ней играл. Он выхватил из-за пояса флейту, которую когда-то купил на здешнем рынке, и поднёс к губам. С его дыханием воздух наполнился другой, куда менее изящной мелодией. То был простой легкомысленный мотив, которому Вэй Усянь однажды научил Ванцзи. Он не был уверен, что мелодия долетит до того, кому она адресована. Оставалось лишь надеяться на ветер и тонкий слух русалок.       Мелодия в бухте резко оборвалась. Её последняя нота казалась жалобным вскриком крошечной морской птицы. Руки Вэй Усяня дрогнули, дрожь охватила и его сердце. Ком в горле как будто разбух, отчего в его носу странно щипало. Дышать стало трудно, но Вэй Усянь крепче сжал флейту и продолжил играть. Таким было его приветствие после прощания.       В бухте флейта вновь ожила. Зазвучала та же мелодия, что играл Вэй Усянь. Поначалу она была запоздалым эхо, но вскоре превратилась в зеркальное отражение мелодии Вэй Усяня. Такт в такт, нота в ноту, даже дыхание двух исполнителей стало синхронным.       «Неужели теперь он играет лучше меня?» — восхищался и возмущался про себя Вэй Усянь.       Две мелодии слились в одну, сплелись нотами, как сомкнувшиеся в объятиях руки. Немало терпения стоило Вэй Усяню доиграть мелодию до конца, но он чувствовал, что не должен разрушать их дуэт. Только когда последние звуки растаяли в воздухе, он сморгнул выступившую на глазах влагу, улыбнулся и поспешил на пристань. Там его уже ждала лодка — новая, ладно сбитая из светлых досок, купленная им сразу по прибытии в городок.       Вэй Усянь не проплыл и треть расстояния между пристанью и бухтой, когда заметил тень под водой. У него не возникло сомнений насчёт того, кому она принадлежала. Ванцзи приплыл к нему навстречу? Или незримо сопровождал его от самого причала? Оба варианта были небезопасны. Вэй Усянь сильнее налёг на вёсла, торопясь прочь от пристани. Только когда лодка отплыла достаточно далеко, он перестал грести и перегнулся через левый борт.       — Тебе по-прежнему нравится тайно наблюдать за мной? — тихо засмеялся он, окунув в воду пальцы.       Навстречу ему из воды показалась рука, переплетая свои белоснежные пальцы с его загорелыми. Ванцзи появился на поверхности, привычно невозмутимый и безмолвный. Но то, как крепко он сжал руку Вэй Усяня — словно с намерением больше никогда не отпускать, — выдало переполнявшие его эмоции.       Вэй Усянь зачарованно смотрел ему в глаза, не замечая, как всё сильнее сжимает чужую руку. После молчания, которое им обоим потребовалось, чтобы прийти в себя, он откашлялся и показал смущённую улыбку:       — Хм… я вернулся. Ты ждал меня?       Его вытащили из лодки с такой силой, что та едва не перевернулась. Заключенный в крепкие объятия, Вэй Усянь зажмурился и задержал дыхание — отчасти из-за погружения под воду, отчасти из-за самих объятий. Он почувствовал, как его уха коснулись мягкие губы Ванцзи.       — Я ждал.       Этот голос по-прежнему был любимой мелодией Вэй Усяня.

***

      — Я видел твоё море на карте, — Вэй Усянь лежал на песчаном берегу бухты. Он чувствовал себя так, словно каждая кость его тела стала мягкой. Даже по прошествии нескольких месяцев он не привык к убийственной силе любви мермана. Платой за божественное удовольствие была усталость, оправляться от которой приходилось не один час. Впрочем, последние пару раз он вроде бы перенёс лучше. Это обнадёживало.       Вэй Усянь пальцем провёл несколько линий на песке, изобразив примерную копию морской карты. Ванцзи, расположившийся наполовину в воде, наполовину на суше, склонился над рисунком. Его влажные волосы касались песка, и Вэй Усянь непроизвольно потянулся откинуть их за спину Ванцзи, подальше от липких песчинок. На это действие ушли остатки его сил. С жалким стоном Вэй Усянь распластался на песке, метнув укоризненный взгляд на своего неудержимого любовника.       Ванцзи то ли был слишком увлечен рисунком, то ли просто делал вид. Он стёр часть карты и перерисовал это место немного по-другому.       Рядом появились несколько слов объяснений:       «Два года назад этот залив размыло. Очертания моря изменились».       Вэй Усянь в очередной раз восхитился Ванцзи.       — Ты так хорошо знаешь море. Должно быть, ты побывал во многих его частях.       Ванцзи покачал головой.       «Я видел не так уж много. Я помогаю брату в делах клана, поэтому никогда надолго не отлучался из дома».       Теперь Вэй Усянь знал всё о подводной жизни Ванцзи и мог понять, почему тот не отправился в долгое путешествие по морским широтам. Но неужели у него не возникало желания ненадолго сбежать от обязанностей и осмотреться?       — А хотел бы увидеть? — прямо спросил Вэй Усянь.       Ванцзи без раздумий написал:       «Прежде — нет».       — Мм? — Вэй Усянь заинтересованно приподнялся на локте. — Прежде нет, а сейчас?       Ванцзи мимолётно улыбнулся.       Не получив ответа, Вэй Усянь снова опустил голову на тёплый песок. Он рассеянно посмотрел вдаль.       — Море велико, и всё же оно окружено сушей, — едва слышно проговорил он. — Существует немало мест, до которых можно добраться как вплавь, так и по земле. Если заранее верно рассчитать путь, это не займёт много времени…       Краем глаза он уловил движение — Ванцзи выводил на песке новые иероглифы.       «Осталось выбрать, куда мы отправимся».       Прочитав, Вэй Усянь сразу очнулся от задумчивости. Он смотрел на Ванцзи с недоверием и с надеждой.       — Мы? Это и правда возможно? — выпалил он.       «Брат справится с делами без меня», — написал Ванцзи.       Вэй Усянь просиял. Казалось, силы вернулись к нему.       — Ты сам пришёл к этому выводу или старший брат сказал, что больше не нуждается в твоей помощи? — радостный, он не мог не поддразнить Ванцзи.       Судя по едва заметным изменениям в лице Ванцзи, второй вариант был ближе к истине. Над его раздосадованно-смущённым выражением Вэй Усянь хохотал до слёз.       Вдоволь навеселившись, он подтащил своё ленивое тело поближе к Ванцзи и положил голову на его плечо.       — Мы вернёмся, — торжественно начал он. — Вернёмся передохнуть, а затем отправимся в другое место. И снова вернёмся. Иначе прелестный дом на берегу, который я недавно купил, отсыреет и сгниёт. Ох, это будет пустая трата денег, — под конец практичность торговца взяла своё.       Почувствовав, как плечо Ванцзи трясется от беззвучного смеха, Вэй Усянь тоже засмеялся. Омывая крошечный пляж для двоих, море шептало о скрытых в нём сокровищах. Вэй Усянь по-прежнему хотел увидеть их, но не сейчас — чуть позже. Самое ценное сокровище он уже отыскал.