Неидентичность

      Городской парк всегда был весьма оживлённым местом, привлекающим любителей прекрасного в свои владения, и пусть уже долгие месяцы Эдгар перестал быть тем, кто видит и ценит яркость природы, он всё равно осмеливался посещать его.       Уверенно, но плавно толкая инвалидное кресло с уныло расположившейся в нём девушкой, Валден двигался вперёд, то и дело озираясь по сторонам. Осень прекрасна, но вместо обилия чудесных цветов, уюта и спокойствия юный художник видел лишь отвратную тусклость мира.       В попытках найти телефон Эдгар по ошибке нащупал в заднем кармане джинсов маленький блокнот. На мгновение остановившись у неработающего фонтана, Валден вдруг дрогнул, вспоминая те давние надежды, с которыми он покупал эту полезную для творчества вещицу. Делать быстрые скетчи людей и природы во время прогулок по городу — именно этим он планировал заниматься после занятий в колледже… Тяжело выдохнув, он убрал руку от кармана, позволяя блокноту остаться на месте нетронутым, и с вновь вспыхнувшим отчаянием посмотрел на девушку.       Сколько раз они уже были в этом парке, а страницы блокнота так и остались пустыми.       На бледном и безжизненном лице Галатеи вдруг дрогнули мышцы, прежде чем она резко уронила голову, позволяя блондинистым волосам сползти вниз, подобно вуали, и закрыть её от всего этого мира. Эдгар вначале очень удивился подобному недовольству со стороны той, для которой фактически весь мир стал безразличен, но потом до него дошло, что именно породило такую реакцию. Небольшая статуя ребёнка, украшающая верхушку фонтана, — вот причина волнения Галатеи.       Застывшему, подобно ранее сделанным статуям, скульптору и правда тяжело смотреть на шедевры искусства.       Осознав свою ошибку, Эдгар ловко развернул инвалидное кресло в обратную сторону, дабы его ранимая Галатея не тревожилась лишний раз понапрасну. Обойдя кресло, парень покорно присел на корточки перед девушкой с наивной и очень фальшивой улыбкой, искренне желая скрыть крик своей души, заботливо поправил плед, чтобы её видимым, но неощутимым конечностям было тепло.       — Дурацкий фонтан, а эта статуя… Не бери в голову, — уныло бубнел Валден, разглаживая плед. — Её делал какой-то криворукий кретин, ты можешь лучше.       Жалкая попытка внушить лживые надежды на прежнюю жизнь. Галатея больше не может лучше, она больше никак не может.       Юноша затих, наблюдая за тем, как девушка выпрямилась. Она всё ещё была равнодушной, закопавшейся внутри себя, но то, с каким трепетом Галатея накрыла его руки своими, раскрывало состояние души гораздо ярче, чем безэмоциональное из-за разорванного нерва личико. Ей тяжело, и дело даже не в плачевном состоянии её тела, а больше в пошатнувшейся психике, и Эдгар прекрасно понимал это, посему любое, пусть даже самое короткое движение, отчаянная попытка контактировать с людьми и миром возносились им как нечто грандиозное.       Заботливо заправив выбившиеся локоны ей за ухо, парень с вымученной улыбкой посмотрел на Галатею, пребывающую всё в той же излюбленной отрешенности. Он тихо поднялся и, зайдя за спину, продолжил свой путь, углубляясь в парк, до более уединённого места, дабы эти едкие людские взгляды не доставляли Галатее дискомфорт.       Хотя, лично ему, уже давно всё равно на то, что говорят за их спинами.       — И зачем он с ней возится? Только талант просерает, сидя на заочке, пытаясь вернуть к искусству ту, что явно не хочет возвращаться, — бросив в урну окурок, надменно проговорил высокий парень.       Девушка в белом халате, вальяжно сидящая на лавке, недовольно цокнула, подняв голову на своего лишённого всякой тактичности друга.       — Чувство вины, Джек, глубокое сожаление и сгрызающая душу совесть — всё это превращает жизнь виноватого в ад, — спокойно, ответила девушка, разворачивая голову в ту сторону, где за тёмно-зелёными туями скрылись обсуждаемые персоны.       Молодой человек уже собирался возразить своей подруге, но та, словно предугадав его намерения, вновь повернула голову в его сторону.       — Знаю, эта двухгодовалая история мутная, есть множество разных версий того, что произошло между Эдгаром и Галатеей в тот злосчастный выставочный вечер. Была ли это случайность, или Валден действительно захотел избавиться от своей конкурентки? Правду знают лишь они, вот только какая разница от этой правды? Дело давно замяли.       — Занятно. Думаешь, у бедной девушки есть шансы на то, чтобы снова ходить?       Посмотрев на гордо поднявшуюся Дайер, Джек с совершенно не свойственным ранее волнением задал самый интригующий вопрос, что поставил студентку медицинского университета в тупик.       Эмили недовольно посмотрела на него, ведь от подобных каверзных вопросов её буквально начинало трясти. Однако собрав всю свою волю и терпение в кулак, девушка с каким-то мимолётным сожалением отрицательно покачала головой.       — Галатея упала со второго этажа на бетон, месяц в коме из-за перелома основания черепа, а двусторонний вывих Th11 позвонка привёл к параплегии нижних конечностей. Чудо, что она тогда вообще осталась жива.

***

      Оказавшись на небольшой смотровой площадке, с которой открывался поистине потрясающий вид на небольшую часть города, Эдгар, поставив на перила локти, всё же добравшись рукой до телефона, ловко включил камеру, пытаясь сфотографировать местность. Эта быстрая фотография в конечном итоге превратится в картину для закрытия сессии, но в ней, к великому сожалению, не будет никакой изюминки.       Унылая картина, под стать своему творцу.       Краем глаза Эдгар заметил, как Галатея тихо подъехала к бетонным перилам и протянула немного подрагивающую руку к холодной каменистой поверхности, аккуратно поглаживая её. Художник замер, опустив руки, продолжая уже в открытую наблюдать за девушкой, работающая часть лица которой смогла передать всё её возмущение.       Их взгляды пересеклись, после чего оба резко дёрнулись, пытаясь сделать вид, что ничего необычного не произошло. Галатея убрала руку, обхватив ею подлокотник инвалидного кресла, а Вальден уткнулся в экран смартфона, делая вид, что выбирает более удачную фотографию.       — Перила недостаточно гладкие, их плохо отполировали, — немного надрывисто, заикаясь, произнесла девушка, видя, как бешено парень пролистывал снимки.       Услышав её голос, Вальден моментально остановился, выключая телефон и забрасывая его обратно в карман, дабы ничто не испортило этот поистине долгожданный момент.       — Видимо, мастер совсем плох в своём деле, как и я в фотографии. Ни одного нормального снимка, — с искренней радостью произнёс Эдгар, усаживаясь на перила, заставляя девушку в страхе дёрнуться и сжать пальцы в слабый кулак.        «Слезь оттуда, немедленно!» читалось на, охваченном паникой, лице Галатеи, на что парень покорно опустился обратно.       Она в излюбленной манере отъехала назад, разворачивая кресло в другую сторону, дабы показать свою обиду. Взволнованный Эдгар, ранее счастливый от пусть и короткого, но всё же разговора с ней, вновь погрузился в пучину грусти. Медленно обойдя поникшую Галатею со спины, он, по обычаю, присел подле неё, кладя руки на колени.       Мельком посмотрев в блестящие от наворачивающихся слёз голубые глазёнки, Вальден крепко сжал парализованные конечности в районе бёдер, склоняя голову. Вот только тихий голос не позволил выпалить ему очередные извинения.       — Я не хочу, чтобы с тобой произошло то же самое, — поглаживая его по каштановым волосам, собранным в хвост, оправдала свое поведение девушка.       Эдгар скомкано улыбнулся, закрывая глаза, позволяя разуму рисовать отвратительные картины того злосчастного вечера.       Живопись — это чувства и теплота. Это истинное искусство! А кого Вы сможете согреть своими статуями, Галатея? Саму себя? Ах, мне так жаль Вас, ведь Вы не знаете, что такое искусство…