Потерянный интерес

Узуй Тенген очень встревожен. С того дня, как он и его союзники сразились с Шестой Высшей Луной, в его мыслях поселился светловолосый мальчик, и это сильно отвлекает. Он никогда не планировал позволить себе полюбить громкого, параноидального, назойливого и плаксивого мальчишку. Но даже спустя два месяца после того, как они расстались, мягкая улыбка Зеницу все еще свежа в его памяти. Тенген чувствует себя невероятно глупо, это так нелепо — хотеть увидеть того, кто постоянно его раздражал и выводил из себя. Он даже и представить себе не мог, что именно в Зеницу найдет человека, которого ему хотелось бы защищать и оберегать. Когда они впервые встретились, Узуй едва мог выносить обладателя дыхания грома, они вечно ссорились и часто бросали друг на друга убийственные взгляды. Особенно в этом преуспел Зеницу, который невзлюбил Столпа Звука, как только его увидел. Для начала мальчишка закатил сцену после того, как узнал о трех женах Узуя, затем он вопил, отказываясь от женского кимоно и яркого макияжа. Постепенно ситуация усугубилась тем, что Тенген не сразу смог пристроить Зеницу в дом ойран в Квартале красных фонарей и он был уверен, что этот молокосос обречет всю их миссию на провал. Даже когда Зеницу перестал выходить на связь, это не сильно беспокоило Тенгена. Честно говоря, сейчас он думает, что впервые заметил настоящего Зеницу парящим в воздухе в сражении против Даки, где блондин и его друг в маске кабана показали удивительную храбрость, взаимовыручку и способность анализировать ситуацию даже во время боя. Быстрые, точные и полные уверенности движения шестнадцатилетнего мечника полностью уничтожили первоначальное мнение Тенгена об этом маленьком параноике. Его искренне впечатлили навыки, которые Зеницу скрывал глубоко внутри, предпочитая выдавать себя за испуганного нытика. Размышления мужчины прерывает тихий раскат грома, доносящийся с востока, и он слышит, как по черепичной крыше стучат легкие капли дождя. С недовольным стоном он вытряхивает пепел из курительной трубки в контейнер для золы. После того, как ранения, полученные в бою, вынудили его уйти в отставку, Узуй и его жены поселились в домике на вершине горы. Он надеется до конца дней жить вместе со своими женщинами, тихо, спокойно, без сражений и ран, как они когда-то и обещали друг другу. Но как бы он не дорожил своей мирной семейной жизнью, сейчас ему чего-то не хватает. Он так и не перестал думать о Зеницу. Образ мальчишки часто возникает у него в голове вот уже два месяца. Ровно столько времени прошло с той непростой битвы, после которой они все попали в Поместье бабочек на лечение, тогда же Тенген видел Зеницу последний раз. К сожалению, несмотря на победу над общим врагом, их общение нельзя было назвать дружеским. Узуй чувствует укол гнева, просто вспоминая об этом.

***

Даже когда Тенген решил похвалить Зеницу за его вклад в сражение, этот паршивец постоянно пытался перебивать, отрицая свои заслуги. А затем парень заметил отсутствие части левой руки Узуя и туго стянутую повязку, закрывающую пустую глазницу, и это заставило его вскрикнуть в ужасе. «Рука! У тебя руки нет! Тебе еще и глаз ранили?!» — проявил чудеса наблюдательности Зеницу. «Заметил наконец-то? — весело сказал Тенген и указал на бинты, которыми была перевязана половина его лица, — К сожалению, глаза у меня теперь нет совсем. Шинобу дала мне обезболивающее, но оно не очень то помогает, горит, как в аду». Зеницу побледнел настолько, что Тенген был сбит с толку. Неужели этого парня может ввести в ступор всего лишь вид недостающей конечности? «Эй, приди в себя, Зеницу, ты охотник на демонов или нет? Ты же видел уже сотни отрубленных голов, а тут всего лишь рука!» — попытался вернуть в реальность мальчика Тенген. После чего он набрался наконец решимости выложить то, ради чего, собственно, и пришел навестить больного. «Твои друзья еще без сознания, поэтому скажу тебе: я благодарен вам за вашу самоотверженность. Если бы не вы, я скорее всего умер бы той ночью. Вы, ребята, действительно были на высоте, хотя, честно говоря, никогда бы не подумал, что из вас троих выйдет хоть какой-то толк», — Тенгену стало легче, когда он наконец-то смог пересилить себя и признать заслуги своих юных соратников, и он искренне улыбнулся Зеницу. «А ты удивил меня, сопляк, доказал, что я ошибся, считая тебя балластом в нашей миссии. Ты сильнее, чем кажешься, спасибо за помощь». Лежащий в постели блондин ничего не ответил, и неловкое молчание повисло в воздухе. Тенген не ожидал этого, он был готов к тому, что Зеницу посмеется над тем, как он изливает ему душу, или скажет, что потеря руки — это достойная цена за то, что он заставил его носить женское платье, а может быть, наоборот, захочет обсудить свои скрытые боевые таланты. Но вот молчания от этого шумного мальчишки он не ждал, это точно. Зеницу неожиданно положил ладонь на перевязанную руку Тенгена и сжал ее. Узуй поймал себя на мысли, что любуется тем, какими тонкими и хрупкими выглядят пальцы юноши на сероватой ткани бинтов. Мальчик еще слаб после полученных ранений, однако его хватка твердая и жесткая. Этот внезапный жест поразил Тенгена, и он не мог отвести взгляд от маленького худенького тела, лежащего среди белых простыней. Он удивился, когда почувствовал, что кончики его ушей начинают гореть от этого зрелища, и это совсем сбило его с толку. «Узуй-сан, не надо хвалить меня. Если бы я действительно был таким способным, как Вы говорите, Ваша рука и глаз были бы сейчас на месте. Пусть мы и победили Шестую Высшую, я сделал так мало, я никому не смог помочь, я просто безнадежен», — раздался слабый голос Зеницу. Мужчина был в полном шоке, он не знал, как реагировать на эти полные боли и раскаяния слова. «Да какого черта? Что за бред он несет? Лежит тут еле живой, а жалеет меня? Этот парень… кто он такой?» — подумал Тенген. «Танджиро в коме, и его травмы очень серьезны. Яд все еще циркулирует в организме Иноске, он едва держится, а я всего лишь сломал обе ноги, — продолжил Зеницу так тихо, что его было почти не слышно, — Я не смог помочь ни Вам, ни им — никому». Светловолосый мальчик попытался улыбнуться собеседнику, но не смог сдержать слез. Когда Тенген увидел, как соленые капли текут по щекам Зеницу и впитываются в повязки, скрывающие тяжелые ушибы, он почувствовал, что хочет утешить парня. Он уже было протянул здоровую руку, чтобы успокаивающе погладить золотистые волосы, но остановил себя. «Да что ты, черт возьми, мелешь? Ты сам добровольно сломал себе ноги, выполняя сложнейший прием, чтобы спасти своих друзей. Это не означает, что ты слаб, ты наоборот очень силен, раз тебе удаются такие атаки и ты не боишься причинить себе боль. Ты и твои друзья сделали все, на что были способны, и я теперь навсегда ваш должник». Вот то, что Тенген хотел бы сказать, но предпочел не говорить. Раз этот сопляк настолько глуп, что отказывается признавать свои заслуги, его слова вызовут только очередную волну споров и отрицаний. Поэтому вместо утешающего поглаживания Тенген решил отвесить плачущему мальчишке отрезвляющий подзатыльник. Этот удар немедленно разбудил демона, спящего внутри Зеницу, и он тут же начал верещать и обзывать Узуя тупицей, пытаясь дотянуться и хотя бы поцарапать обидчика, пока тот называл его придурком и призывал успокоиться. В итоге они устроили настоящий скандал, который прервался только с появлением Аой Канзаки. Со свирепым выражением лица она выставила бывшего Столпа Звука за дверь. Конечно, перед уходом Тенген еще успел выкрикнуть пару не очень приятных слов о том, что думает о мелком паршивце, который в свою очередь не остался в долгу, показав своему сопернику крайне неприличный жест за спиной у разгневанной Аой, после чего откинулся на подушки с видом умирающего ангела.

***

«Какой же он идиот», — бормочет Тенген. С того дня теплое чувство поселилось в его груди, и он знал, что причиной был Зеницу. «Вас что-то беспокоит, Тенген-сама?» — прерывает тишину нежный голос. Он поворачивается и видит одну из своих жен, Хинацуру. Она стоит, заложив руки за спину, ее темные волосы мягко колышутся в порывах ветра. Узуй думает, что никогда не сможет привыкнуть к красоте ее лица. Хинацуру с любовью улыбается мужу, отчего становится еще прекраснее. Он протягивает руку, чтобы подвести женщину к себе. Она немного колеблется, ей не хочется выходить из теплого дома под начинающийся дождь, но желание быть рядом с мужем пересиливает. Хинацуру присаживается на ступеньку, Тенген притягивает ее к себе, уткнувшись носом в изгиб тонкой шеи. От нее пахнет смесью лаванды и рисовыми шариками (они только недавно закончили ужин), и пока он ощущает рядом ее теплое тело, даже улыбка Зеницу уходит куда-то далеко, в глубины подсознания. Они наслаждаются, лаская друг друга, пока мужчина не нарушает тишину. «Где Макио и Сума?» «Они уже уснули. Сегодня у нас был плотный ужин, поэтому я не удивлена, что их сморило», — с улыбкой отвечает Хинацуру. Еще несколько минут они проводят в уютной тишине, слушая слабый стук капель дождя и порывы ветра, грозящие перейти в настоящий шторм. Тенген чувствует, что жена хочет что-то спросить, но не может подобрать слова. Он не просто так носил раньше звание Столпа Звука — его натренированный слух с легкостью улавливает исходящие от нее ноты беспокойства. «Тенген-сама… Вы знаете, я не буду возражать, если в зоне Вашего интереса появится кто-то еще. Я знаю, что Вы все еще дорожите нами, но чувствую, что какая-то новая привязанность поселилась в Вашем сердце. Если Вы влюблены — примите эти чувства, не мучайте себя». Ему требуется время, чтобы понять, что именно пытается донести до него Хинацуру. Когда же наконец его сознание улавливает смысл ее слов, Тенген не может удержаться от смеха. Это какая-то шутка, о любви и речи быть не может. Это невозможно, Узуй абсолютно уверен, что никаких романтических чувств к этому мелкому засранцу он не испытывает. Это определенно невозможно. «Что за ерунда? — отвечает он, перестав смеяться, — Могу тебе гарантировать, что мне достаточно и трех жен». Что еще он мог сказать? Он никогда до этого момента не пытался подумать, проанализировать свои чувства. Что он хочет от этого мальчика? Любви ли? Нет, он просто хотел бы стать другом для Зеницу. А зачем? Для того, чтобы защищать его, чаще быть рядом, не бояться утешить, коснувшись золотых волос. Он бы мог обнимать расстроенного блондина и вытирать слезы с его пушистых светлых ресниц… Что происходит? Откуда эти мысли? Он действительно сходит с ума. «Это тот парень, который использует дыхание грома?» Тенген поворачивается к Хинацуру с виноватой улыбкой: «Как ты поняла?» «Это было не сложно. К Вам каждый день прилетал ворон из Поместья бабочек. Шинобу сообщала о его состоянии, верно?» Узуй снова пытается извиниться, но жена успевает быстро прижать тонкий палец к его губам, не требуя ответа. Внезапно легкая морось превращается в настоящий ливень — крупные тяжелые капли дождя бьют о землю, в воздухе витает запах сырости. На улице влажно и душно, юката Тенгена прилипает к телу, лишний раз напоминая ему, как сильно он ненавидит летние вечера. «Не извиняйтесь, Вы имеете право на свои тайны. Мы чувствуем, что Вы любите нас как прежде, поэтому мы и не планировали начинать этот разговор, но я волнуюсь за Вас», — говорит Хинацуру, легко поглаживая щеку мужа. Тенген чуть не поперхнулся от удивления: «Макио и Сума тоже знают?» Она кивает: «Было сложно не заметить, что Вы переживаете об этом мальчике. Но прошло два месяца с тех пор, так что многое могло измениться в юноше, к лучшему ли или к худшему. Он ведь полностью оправился от травм, не так ли? И, должно быть, уже на задании». Тенген издает еще один легкий смешок и прижимается щекой к ее волосам. «Ты очень мудрая женщина, Хинацуру. Я рад, что между нами больше нет недомолвок, но уверяю тебя, это просто жалкое… наваждение. Оно скоро пройдет, — отвечает Тенген и он искренне верит в эти слова, — Нам не суждено быть даже просто друзьями. В Квартале красных фонарей я провел с этим мальчишкой меньше недели, и все время он жутко раздражал. Впрочем меня он тоже ненавидел». Внезапно яркий зигзаг молнии прорезает небо, и глубокий рокот грома катится по горе. Ливень все набирает силу, капли дождя стучат по крыше, как тысячи маленьких барабанщиков. В этот раз гром слышится ближе, должно быть, буря приближается. «Шторм действительно идет сюда, — с тревогой замечает Хинацуру, — пойдемте в дом. На улице становится небезопасно». Тенген не отвечает, потому что его внимание привлекает что-то крохотное, мельтешащее между деревьями в их саду. Он прищуривается, чтобы лучше видеть, но сначала его чуткий слух улавливает трепыхание птичьих крыльев. Внезапно маленькое тельце прорывается сквозь листву, порхая в воздухе, словно ища кого-то. «Это птица?» — удивленным голосом произносит Хинацуру. Тенген поднимается со ступенек, чтобы рассмотреть неожиданного гостя. Пичужка видит его движение и, изо всех сил пытаясь взмахнуть крыльями против ветра и дождя, устремляется навстречу. Узуй понимает, что это воробей. Птичка приблизилась к стоящей на пороге паре и начала кругами носиться над их головами, отчаянно чирикая. Тенген протягивает руку, и мокрый воробей устраивается у него на предплечье. Он не умолкает и не сидит на месте, а только поднимает и опускает крылья, взволнованно подпрыгивает и непрестанно кричит, пытаясь привлечь внимание людей. «Что случилось, малыш? Испугался бури?» — Узуй гладит воробья пальцем. Им овладевает странное беспокойство, но он не понимает, с чем оно может быть связано. «Может, эта птица принесла послание? — размышляет Хинацуру — Хотя нет, это же обычно вороны…» Тенген согласно кивает и сосредоточенно смотрит на воробья. Он определенно видел эту птицу раньше, да и она явно узнала мужчину. Очевидно, это как-то связано с охотниками на демонов, он смутно помнит, что слышал про воробья-посыльного, но кто же был его хозяином? Внезапно все внутри Тенгена оборвалось и похолодело. Перед ним возникает залитое слезами лицо Зеницу, человека, с мыслями о котором он жил днем ​​и ночью, человека, которого он недавно назвал лишь жалким наваждением. Шок от этого открытия заставляет Тенгена замолчать, воробей тоже прерывает свою панику в ожидании ответа. Молчание затягивается, и храбрая пташка бросается к лицу Узуя, больно щипая его щеку. «Перестань, хорошо, хорошо! Я пойду за тобой», — Тенген вскидывает руки в попытках защититься от разъярённой птицы. «Кто-то в опасности? Чей это воробей?» — обеспокоенно спрашивает Хинацуру. «Ты удивишься, но я предполагаю, что это как-то связано с Зеницу Агацумой», — отвечает Тенген, не веря, что все происходит на самом деле. Когда очередная вспышка молнии пронзает небо, его охватывает еще больший ужас, он четко видит образ Зеницу, лежащего в лесу без сознания, раненого и одинокого. Как он мог тут оказаться? Узуй все эти два месяца тайно надеялся, что парня не будут отправлять на задания, и он останется в безопасности в Поместье бабочек, хотя бы до тех пор, пока его ноги не окрепнут. Тенген немедленно начинает действовать — он поспешно сходит с энгавы и с лихорадочной спешкой шнурует сандалии. «Веди меня», — просит он воробья. Птица, похоже, не смущена тем, что ей командует посторонний человек, ее маленькие бусинки-глазки блестят от радости, и она летит в сторону тропы, ведущей к ручью у подножия горы. Мужчина двигается за ней, хотя дождь явно становится все сильнее и сильнее. «Тенген-сама, Вы пойдете под дождем? Это может быть опасно!» — перекрикивая ветер, зовет мужа Хинацуру. «Он должно быть рядом, но с ним что-то случилось. Я скоро вернусь!» «Но шторм надвигается!» «Я буду в порядке, уходи в дом, не жди меня на улице!» Он слышит, как жена кричит ему вслед, но не разбирает слов. Сейчас он находится уже в гуще леса, и единственные звуки, которые его сопровождают — это пугающие завывания бури. Воробей над ним носится кругами: то улетает вперед, показывая дорогу, то возвращается назад, убедиться, что его спутник не отстал. Они проделали уже половину пути до подножия, и Тенген не может не нервничать. Он понимает, что прошло больше времени, чем он рассчитывал, но он так и не нашел следов Зеницу. Мужчина вытирает с лица капли дождя, застилающие глаза, прежде чем делает еще одну попытку позвать мальчика. «Что этот идиот вообще здесь забыл?» — Тенген Узуй не верит в судьбу, но какое невероятное совпадение, что Зеницу, о котором он непрестанно думает последние недели, внезапно появляется около его дома сегодня, практически сразу после откровенного разговора с Хинацуру! Он гневно рычит, думая: «Ну какие были шансы?» Мужчина и его пернатый проводник уже недалеко от ручья, который, судя по оглушающему звуку бегущей воды, вышел из берегов. Тенген напрягает слух, надеясь уловить отдаленное сердцебиение, но ливень заглушает все звуки вокруг него. Как бы он не старался, он слышит только стучание бесконечных капель дождя и грохот несущейся под ним водной массы. Он наконец-то спускается с горы и останавливается на краю обрыва, под которым может видеть протекающий ручей. В любой другой день течение в нем было слабым и безопасным, но сейчас из-за шторма он превратился в настоящую реку, по которой с безумной скоростью несутся ветки, а порой даже стволы поваленных бурей деревьев. Как только Тенген отрывает взгляд от этого устрашающего зрелища разгула стихии, яркая белая вспышка освещает все вокруг, обжигая единственный зрачок. Ошеломляющий раскат грома заставляет его непроизвольно пошатнуться, и, пытаясь обрести равновесие, Тенген делает шаг вперед. Неверное движение. Нога Узуя останавливается на краю оврага, но из-за скользкой грязи под сандалиями он чувствует, что постепенно проваливается в пустоту, а затем он и вовсе перестает ощущать хоть какую-нибудь опору. Его тело катится вниз по обрывистому склону навстречу бурлящему черному потоку. Инстинкты бывшего Шиноби берут верх, Тенген с криком вытягивает здоровую руку над головой в попытке зацепиться, поймать что-нибудь, что остановит его падение. Чудесным образом его ладонь находит и с силой сжимает толстую ветку кустарника, растущего на холме. Он позволяет себе повисеть несколько секунд, держась за ветку и переводя дыхание. Этого времени достаточно, чтобы понять, что только что произошло: если бы его рука не смогла нащупать спасительный куст, через несколько мгновений он бы упал в овраг и, скорее всего, сломал бы несколько костей или утонул в безумном ручье. Тенген крепко сжимает губы, собираясь с силами. «Пожалуйста, не ломайся», — умоляет он ветку и начинает подниматься по склону, упираясь пальцами ног в залежи грязи, а левым локтем пытаясь приподнять свое тело. Он даже не представляет, как сможет забраться на крутой склон только с одной здоровой рукой, но Тенген запрещает себе думать об этом. Для него это плевое дело, он же был чертовым Столпом! Внезапно периферийным зрением он замечает воробья, который вьется рядом с его головой, лихорадочно хлопая крыльями. «Не отвлекайте меня, мистер Воробей. Я пытаюсь не умереть…» — с напряжением произносит Узуй. Но птица упорно продолжает отлетать и возвращаться обратно, как будто пытаясь обратить внимание Тенгена на что-то позади него. Но воробью не обязательно было так усердствовать, потому что в ту секунду бывший Столп Звука уже и сам смог услышать слабое сердцебиение, исходящее со дна оврага. Затаив дыхание, он неохотно оглядывается через плечо, опасаясь худшего. Между деревьями он может различить фигуру в знакомом желтом хаори, неподвижно лежащую в опасной близости от ручья. «Зеницу!» — Узуй пытается перекричать рев воды, но охотник на демонов не реагирует на его голос. Он не видит каких-либо повреждений у мальчишки, но понимает, что если тот сорвался с обрыва, то наверняка ранен. Отказавшись от идеи подняться наверх, Тенген, не теряя времени, осторожными шагами принимается спускаться по склону оврага. Проливной дождь постепенно превращается в легкий туман, словно боги наконец смилостивились над усталым мужчиной, и уже издалека слышится последний мягкий раскат грома. Буря затихает. Тенгену хочется кричать от радости, но он понимает, что они все еще в опасности. Впрочем, без дождя ему будет легче отнести паренька домой. Узуй достигает дна и кидается к Зеницу, едва не подскользнувшись вновь. Тело мальчика наполовину лежит в воде, и это чудо, что его не унес стремительно бегущий ручей. Тенген поспешно, но осторожно правой рукой берет Зеницу под мышку, а локтем левой руки цепляет его, чтобы вытащить из потока. Хотя левая рука изувечена, это не означает, что он стал слабее с тех пор, как потерял ее. Он все равно оставался воином, пусть и одноруким. Когда он оттащил мальчика на приличное расстояние от воды, Тенген позволяет себе отдохнуть. Он садится на землю, разместив бесчувственного Зеницу между ног и прижав его спину к своему животу, затем с трепетом убирает влажные золотистые волосы со лба спасенного, чтобы рассмотреть его лицо. Брови блондина плотно нахмурены, он издает легкие стоны боли. Вдоль его скул ссадины, которые немного кровоточат. Но Тенген не видит каких-либо серьезных травм, он ясно слышит ровное и глубокое дыхание юного мечника. Волна облегчения накрывает измученного мужчину, и он в изнеможении падает на спину. «Все обошлось, — думает он, — Пусть у мальчишки есть царапины и синяки, но в целом он выглядит хорошо». Тенген протягивает руку и гладит Зеницу по волосам, чувствуя необъяснимое блаженство. «Если ты когда-нибудь снова выкинешь что-то подобное, я не приду спасать твою задницу», — бормочет Узуй, приподнимаясь на локтях. Он слегка стучит тыльной стороной ладони по неповрежденной щеке спасенного парня: «Пора вставать!» Длинные ресницы Зеницу дергаются, и он медленно открывает глаза. Мальчик в замешательстве моргает и, не издав ни звука, откидывает голову назад, чтобы встретиться взглядом с тем, кого он меньше всего ожидает увидеть. Тенген чешет ухо, пытаясь скрыть неловкость, и машет рукой: «Привет». Зеницу становится белым, как мел, резко подается вперед и испускает дикий крик, а Узуй только сейчас понимает, что стоило бы сначала выпустить парня из своих объятий, а уже потом будить его. «Узуй-сан?! Что ты здесь делаешь? ОТКУДА ТЫ ВЗЯЛСЯ?» Тенген вздрагивает от этого громкого звука. Он уверен, что его уши сейчас начнут кровоточить. «Спасаю тебя, маленький идиот», — раздраженно отвечает Узуй. Он чувствует, как на него накатывает головная боль. «Я живу тут, на вершине горы». Но Зеницу уже не слушает: «Где я?! Почему все болит?! Почему я весь мокрый?! И почему я у тебя между ног?!» Парень отчаянно крутит головой, испуганно оглядывая окрестности. «Что произошло? Ты меня похитил? Ты опять хочешь вовлечь меня в какие-то аморальные дела?» Блаженство, которое недавно испытывал Узуй, внезапно сменяется кипящим гневом и разочарованием. «Ты можешь заткнуться?» Тенген приготовился было отвесить мальчику подзатыльник, но Зеницу внезапно поднимается в резком порывистом движении, пытаясь убежать. Но его попытка оказывается неудачной — как только он переносит вес на левую ногу, она подворачивается, и Зеницу падает в грязь, испустив болезненный крик. «Что, черт возьми, с тобой не так?» — спрашивает Тенген, подходя к скулящему от боли чумазому психопату. Он помогает Зеницу подняться, придерживая его за талию. «Ты хотя бы иногда бываешь адекватным?» Узуй бросает быстрый взгляд на лицо раненого — чёрная густая грязь полностью облепила каждый сантиметр его физиономии. Он ни за что бы не узнал в этом дьяволенке обладателя дыхания грома. К счастью, рассмотреть выражение его лица он тоже не может, наверняка мальца перекосило от ярости. Весь гнев и напряжение, которые скопились в Тенгене за последние полчаса, тут же растворяются в его громком смехе. Зеницу вскидывает голову и кричит, чтобы он перестал смеяться, но Узуй не может остановиться. «Прекрати, или я сейчас заплачу», — настаивает мальчик, но его голос начинает дрожать, пока, в конце концов, его тоже не накрывает волной смеха. «Ты выглядишь так нелепо», — говорит Тенген и аккуратно пытается большим пальцем стереть грязь с глаз юноши. «Не мог бы ты объяснить мне, что происходит?» — спрашивает Зеницу с улыбкой. Тенген помогает ему сесть и осторожно выпрямить ноги перед собой. Парень вздрагивает и хватается за темное хаори своего спасителя, крепко сжав челюсти. Тенген присаживается перед ним, чтобы рассмотреть травмированную лодыжку, после чего отвечает на заданный вопрос: «Ты правда не помнишь? Все, что я знаю — это то, что твоя птица искала помощи и, к сожалению, нашла меня. Больно, если я касаюсь тут?» Он нежно кладет ладонь на раненую ногу, Зеницу шипит сквозь зубы. «Ай… Последнее, что я помню, я искал убежище от дождя, а потом разразилась буря…» Он лжет, Тенген это четко слышит. На несколько секунд дыхание мальчишки стало прерывистым, словно он задерживал воздух, боясь сказать что-то лишнее. Но мужчина решает не настаивать на правдивом ответе. «…я упал?» Тенген кивает, склонив голову в сторону скользкого от грязи склона. «Наверняка. Но давай обсудим это потом. Надо выбираться отсюда и позаботиться о твоей лодыжке — она ​​вывихнута». На лице Зеницу появляется выражение ужаса. «Что? Этого не может быть! Мои сломанные ноги срослись только неделю назад, а я опять повредил их! Шинобу убьет меня!» — слезы появляются в уголках карих глаз. «Сам виноват, чего тебе дома не сиделось во время шторма?» — подливает масло в огонь Тенген. Над плачущим Зеницу появляется крохотный воробей, пташка едва не врезается в массивного Тенгена, пытаясь добраться до хозяина. «Чунтаро! — Зеницу складывает руки и протягивает птице, чтобы она могла сесть на них, — Ну почему ты привел Узуй-сана, а не симпатичную девушку?» Тенген приподнимает бровь: «Что за имя такое — Чунтаро? Больно надо симпатичной девушке рисковать своей жизнью, чтобы спасти твою задницу во время шторма. Ты все-таки маленький неблагодарный засранец! В следующий раз, когда тебе будет грозить опасность, не жди, что я приду, пусть даже я буду в трех метрах от тебя». «Вот и отлично! Да я лучше умру, чем позволю тебе дважды спасти меня», — разозлился Зеницу. Тенген игнорирует его слова, он слишком измучен, а спор с этим молокососом может затянуться до бесконечности. Он решает, что пора выдвигаться в сторону дома: «Ты можешь идти? Я хочу убраться отсюда». Зеницу стирает остатки грязи с лица рукавом хаори и в нерешительности смотрит на свою лодыжку, после чего заявляет холодным тоном: «Наверное я бы не упал в эту мерзкую слякоть, если бы мог ходить, тупица». В ответ Тенген болезненно тянет его за ухо. «Ты совсем обнаглел, щенок? Еще одна подобная фраза, и я оставлю тебя здесь». Зеницу зажмуривается и злобно кивает в ответ. «Так то лучше. Мы скоро доберемся до моего дома, так что потерпи еще немного», — просит Тенген. Он встает и подходит к Зеницу, не обращая внимания на то, как парень непроизвольно отпрянул в противоположную сторону. «Ты сможешь забраться мне на спину?» «Ты собираешься нести меня?» «Как еще мы выберемся отсюда? Или волнуешься, что у бывшего Столпа не хватит сил донести такого дохляка?» — Узуй подставляет спину и оглядывается через плечо, чтобы увидеть реакцию блондина. Зеницу краснеет, прежде чем усмехнуться: «О тебе то я точно не волнуюсь». «Хорошо, тогда поторапливайся». Тенген мечтает только о том, как быстрее вернуться домой к своим красивым, нежным, любимым девушкам. Он ненавидит заставлять их переживать за него. Зеницу колеблется, но в конце концов подчиняется. Он аккуратно встает, стараясь не опираться на травмированную ногу. Парень осторожно обнимает Тенгена за шею, а мужчина заводит руки назад, чтобы подцепить колени Зеницу. Блондин не в силах сдержать стон боли, хотя Тенген выпрямляет спину, избегая всякого прикосновения к раненой лодыжке. «Черт, будет сложно нести его с одной рукой», — думает Тенген. Он пытается продвинуть изувеченную левую руку дальше под ногу мальчика, но чувствует, как Зеницу крепче сжимает его шею и шипит от дискомфорта. «Я сделал тебе больно?» — спрашивает мужчина слегка обеспокоенно. Зеницу не отвечает. Узуй напрягает слух, ожидая услышать тихий плач, но, к удивлению, юноша не плачет. Ни капли слез. Он только улавливает звук частого сердцебиения, как у маленького загнанного зверька. Тенгену нужно придумать, как вернуться на тропу, но он никак не может сконцентрироваться, внезапно осознав, как близко к нему находится объект его желаний. Он делает глубокий вдох, чтобы сосредоточиться, не обращая внимания на собственное бьющееся сердце. Если он расслабится, Зеницу может случайно соскользнуть с его спины. Эта мысль позабавила его, но пожалуй не стоит усугублять страдания светловолосого паренька. Узуй движется вверх по течению, осторожно обходя выступающие корни деревьев. Он тщательно осматривает каждый участок, на который ставит ногу, боясь вновь поскользнуться на влажной, чавкающей под подошвами сандалий почве. Через некоторое время Зеницу прерывает установившуюся тишину: «Так ты живешь на вершине этой горы?» Значит он все-таки слушал. «Да. Мы всегда мечтали жить спокойно, не думая о том, что каждая минута друг с другом может оказаться последней. Теперь я в отставке и наконец-то мы живем для себя. Поэтому и купили тут дом, не так далеко от Штаба Истребителей». «Мы?» «Я и мои жены». «Разве тебе здесь не одиноко?» — спрашивает Зеницу слегка раздраженным от зависти голосом. Похоже, он так и не смирился с количеством жен Узуя. Тенген чувствует его теплое дыхание на своей шее, по спине пробегают мурашки. «Игнорируй это!» — приказывает он сам себе. «Как может быть одиноко в компании трех прекрасных женщин», — отвечает самодовольный многоженец. Зеницу тихонько рычит: «О, я тебя ненавижу». «Это взаимно». Когда они наконец достигают вершины холма, наступает ночь. Зеницу не произнес больше ни слова, и Тенген ловит себя на мысли, что ему не хватает их привычных перебранок. «У тебя там все нормально? Когда ты такой тихий, ты меня пугаешь», — пытается начать разговор Узуй. «Все хорошо, — бормочет Зеницу, — А почему я тебя пугаю? Это ты жуткий!» «Как так?» «А вот так. Я никогда не могу понять, что у тебя на уме, ты огромный мускулистый монстр с вечно паршивым настроением, и, честно говоря, иногда я боюсь тебя больше, чем демонов!» Тенген останавливается на полпути. «Вот значит как? — сердито отвечает он, — Продолжай, продолжай, я как раз искал повод бросить твою жалкую задницу посреди леса». Он начинает ослаблять хватку под ногами Зеницу. «Нет, нет, нет! Хорошо, я молчу!» — восклицает парень, крепко обхватив руками шею своего мучителя. Тенген закатывает глаза. Конечно он не из тех, кто может бросить беспомощное существо на произвол судьбы, но ему доставляет удовольствие злить Зеницу. «Я боюсь тебя, но не считаю плохим. В тебе есть то, что меня восхищает», — неожиданно продолжает Зеницу. Тенген не видит его, но чувствует, что мальчик в смущении уткнулся лицом в его спину. «Да? И что именно?» — Ему крайне любопытно услышать, что же скажет молодой охотник на демонов. «Когда я думаю о битве в Квартале красных фонарей, я вспоминаю, насколько сильным и бесстрашным ты был, когда сражался». Тенген не может поверить в то, что он только что услышал. Зеницу сказал ему что-то доброе? Может он все-таки подобрал на берегу ручья не того мальчишку? «Я имею в виду, что не знаю ни одного человека, способного остановить сердцебиение посреди битвы, кроме тебя. И меня восхитило то, как ты мог хладнокровно ждать подходящего момента, чтобы вернуться в бой. Я не говорил этого раньше, но именно с той битвы я начал уважать тебя». «Теперь ты действительно пугаешь меня. Надо осмотреть твою голову, мне кажется ты повредил ее при падении… эй, маленький мерзавец! То есть до этого ты меня не уважал? Я был Столпом, черт бы тебя побрал!» Блондин издает хриплый смешок, и Тенген чувствует, как он кивает, когда волосы Зеницу щекочут ему затылок. «Да, и мне жаль. Я еще хочу сказать, мне повезло, что Чунтаро привел именно тебя и ты спас меня. Я никогда не смогу это забыть. Спасибо». Тенген не знает, что сказать в ответ. Зеницу никогда не разговаривал с ним так искренне, и его слова приводят мужчину в замешательство, смешанное с легким чувством раздражения. «Прекрати это уже, ладно? А то звучит так, словно это твои последние слова на земле». «Хм… извини…» Тенген хочет еще что-нибудь спросить у разговорившегося мальчика, но затем он замечает вдали долгожданное нежное сияние свечи и понимает, что они добрались до дома. «Наконец-то дошли. Мы оба насквозь мокрые, поэтому не удивлюсь, если мы в конце концов простудимся. Но не волнуйся, мои жены… Зеницу?» Мальчик-молния не отвечает, но Тенген уже знает, что он уснул, так как крепкая хватка блондина на его шее ослабла, а учащенное сердцебиение, эхом отдававшееся в чутких ушах, постепенно замедлилось. Раньше оно звучало так громко, что Тенген успокаивался, зная, что Зеницу жив и что он с ним. Но теперь он едва мог услышать осторожное биение этого странного и непонятного ему сердца. Узуй улыбается и шепчет: «Знаешь, а ведь это и правда пугает — не слышать ни слова от тебя». Тенген все еще не может поверить, что прямо здесь и сейчас у него на спине Зеницу, тот самый человек, который волновал и интриговал его. Но как же теперь выполнить данное самому себе обещание и пережить это «жалкое наваждение»?