«Это вирус, не более»

— Вот, все данные на отряд «бегунов». — сказала Сакура и положила на стол Пятой Хокаге новенькую папку с документами. — И это все? — Хокаге раскрыла ее, тоненькую, с парочкой листов и на первой странице обратила внимание на фотографию. Смазанную и не особо хорошего качества. — Да, Хокаге-сама, они очень скрытные. Наруто оправился после последнего покушения, но от болезни избавиться просто так не получится. Приступы до сих пор случаются и неважно рядом Саске или нет. Похоже, без хирургического вмешательства вряд-ли будет толк от Учихи. Признания от него никто не вытянет. — сообщила Харуно и позволила себе потереть переносицу. Цунаде предупредили в ту же ночь, когда Наруто был в отключке. Всю информацию доложила лично Сакура, потому что Совету доверять бесполезно. В течение этой недели, определенный круг лиц из отряда АНБУ, а именно те, кто не желает смерти Узумаки провели чистку внутри своего отряда и отряда шиноби, которых поставили работать учителями. Особых результатов это не дало, парочка человек высказывались о Наруто не в самом положительном ключе, но никто из них не подавал признаков жгучей ненависти. В то же время к носителю Девятихвостого поставили охрану; ими были Какаши, Ямато и Ирука. Работая посменно им было намного проще разделять основную работу и охрану Узумаки. Они практически не попадались на глаза самому Наруто и при этом умудрились предотвратить ещё одно покушение. На это раз был яд. Учиха же жил вместе с Узумаки в одной квартире, он совсем не привлекал к себе внимания, продолжая только одним взглядом показывать недовольство. Он так же, при всей своей силе, мог покинуть Коноху, но все знали, что этого Саске не сделает по одной причине — связь между ним и Наруто набрала обороты. Теперь стоит одному порезаться, как второй об этом узнает. — Их связь... Она нечто новое. Таких случаев в истории нашей деревни ещё не наблюдалось. Связь сильна и может быть опасной для них обоих. Что прикажете делать, Хокаге-сама? Для Цунаде Наруто был почти сыном. Напыщенный, громкий, до скрежета зубов упертый и никогда не предаст друзей — таким ребенком он и был. Сейчас Наруто девятнадцать, он совсем ещё юн и Пятая сделает все, что в ее силах, чтобы его жизнь не закончилась так рано. — Охрану не снимать. Продолжать работу отряда АНБУ. Нужно напомнить им о Корне, его тоже пусть проверят. Сай, он говорил что-нибудь? — Цунаде сложила руки на столе. — Только то, что в дела самого Корня его не посвящают. Скорее всего он не лжет. Ему незачем. — сказала Сакура и попрощавшись, покинула кабинет Хокаге. В то время Наруто не находил места, в своей же собственной квартире. Атмосфера царила напряжённая и жужжащая. Саске ходил мрачнее тучи или вовсе игнорировал Узумаки. Вся это холодная война так и развивалась на протяжении всей недели. Наруто под конец даже начал подстраиваться. Вместе они только ели и то Учиха успевал поесть тогда, когда Наруто рядом не было. Умудрялся спрятаться или занимал место в гостиной первым. Наруто же не мог выдержать молчания и гнетущей атмосферы рядом с Саске, поэтому сам же не шел на контакт. Однако разговаривать с самим собой Узумаки не радовало и когда становилось совсем невыносимо от тишины в комнате, он выходил на кухню делал себе чай и просто смотрел, как Учиха читает какую-то книгу. Неужели они оба выросли? Научились справляться с агрессией? Ну да, она была, но она была пассивной. За все это время проживания в одной квартире они ни разу не подрались. Наруто это одновременно радовало и настораживало. Сколько они ещё так протянут? Наверняка скоро наступит пик раздражения. И что делать Наруто потом? Узумаки уже оповестили, что смерти желают и ему и Учихе. Однако на всеобщее удивление, никто из них не рвался, сломя голову, узнать какой подлец посягнул на их жизнь. Сам Наруто просто не хотел во все это ввязываться сейчас. Ему наконец-то выпал шанс дышать спокойно. Ему нравилось присутствие Саске, хоть оно же и отталкивало. С самого начала было непривычно видеть ещё одного человека в своем доме, но со временем привыкаешь и Наруто тоже привык. Саске не мешал, не наводил шуму или беспорядок, которого и так хватало там, где спал сам Узумаки. Маленькое тепло пульсировало в груди, когда по вечерам всё-таки получалось посидеть молча, без тревог и раздражения. Вечером стеклянные двери отодвигались, чтобы немного проветрить помещение. Так Наруто сделал и сегодня, в один из вечеров спокойного сосуществования с Учихой. На улице хлестал дождь, а внутри дома было тепло и в кое-то веки уютно. Жёлтая лампочка тускло подсвечивала стол, за которому сидел и Наруто, и Учиха. Блондин пил чай и украткой посматривал за тем, какие эмоции выдает лицо Саске при чтении старой книжонки. То он хмурил брови, то одна из них взлетала, выражая скепсис. Прятаться за кружкой чая, чтобы Учиха не видел лица Наруто, стало уже почти традицией. Но сегодня что-то идёт не так, как привык Узумаки. Саске вдруг кладет книгу на стол и обращается непосредственно к нему: — Наруто, прекращай пялиться. Наруто шокирован, но виду не продал, а просто признает свою вину, чему уже удивляется Учиха. — Ну да. Я смотрел на тебя. Что с того? Саске смотрит в кружку Узумаки и понимает, что тот давно уже ее опустошил. — Наша связь тебя не пугает? — неожиданно спрашивает Учиха. Сначала Наруто тупит взгляд, а потом прислушивается к своим ощущениям. Он давно привык "любить" Саске, и когда тот оказался совсем рядом, ему пришлось просто перестроиться. Ничего не изменилось. Саске так и оставался для Наруто центром всего его существования. Или же просто очень важной частью жизни, без которой Наруто обречён на смерть. — Нет, — честно отвечает Узумаки, — А тебя? В моем доме ты постоянно напряжен. — Я напряжен не в твоём доме, а в деревне. Мне не нравится здесь находится. Особенно, учитывая тот факт, что нас здесь закрыли, как подопытных крыс. Мы изолированные, Наруто, нас держат под охраной, потому что здесь же нас пытаются убить. Одно Узумаки понял точно, что когда Саске зовёт его по имени сердце легонько сжимается. Обычно, когда Саске обращался к нему, то использовал такие слова, как «идиот», «придурок», «бестолочь». Вариаций было много и в том, что Саске звал Наруто по имени было что-то особенное. Ах, да... Кого-то там пытаются убить... — У тебя отросли волосы... — зачем-то говорит Наруто, будто это очень важное замечание сейчас. Саске замолчал. Выражение его лица сейчас было очень комичным. Вообще для Наруто было особым развлечением выводить Учиху на эмоции. — Что, прости? Узумаки, волосы? Ты серьезно!? — проговорил Саске и настолько ошеломлённый закрыл книгу, — Скажи честно, Наруто. Вот просто признай, что если бы не эта болезнь, ты бы никогда со мной не связался. Мы даже не были друзьями... — Это ты так считаешь. — перебил Наруто. — Это факт. Все это последствия вируса не более. Я уже говорил, что от тебя одни проблемы, — Саске встал, — В следующий раз, когда одиночество снова надоест и ты воспримишь меня, как игрушку, за которой можно наблюдать, хотя бы чай наливай на двоих. Затем Учиха забрал книгу и ушел к себе. Возмущению словам Саске не было предела, обида неприятно заколола под ребрами. Только Наруто знал, что отношение к Саске у него изменилось еще тогда, в деревне Тумана, когда Учиха бился с Хаку и в какой-то момент оказался тяжело ранен. Наруто помнит, как он тогда готов был убить за Саске. Эмоции били через край, настолько они были сильными, что чакра Курамы прорвалась и охватила все тело Наруто. Ему самому было больно от того, что больно Учихе. И это чувство никуда не делось. Даже будучи детьми они не просто так дрались и стремились задеть друг друга, доказать, кто же сильнее и лучше. Они были неравнодушны. И сейчас Наруто не может понять, почему вещи, которые важны для него, не важны Саске. Их дружба. Всегда будет для Учихи ничем. Уставший от размышлений Наруто пошел к себе. Сидеть на месте, где они снова не сошлись во взглядах было тяжело и глупо. А сон хорошее решение проблем. Во избежание реальности, так сказать. Дверь на улицу так и осталась открытой, пропуская ночной мокрый воздух в дом. По полу неприятно гулял прохладный ветерок, но босые ноги блондина к этому привыкли. Спал Наруто всегда неспокойно. Только если после тренировок, тогда он просто отрубался. Разбудить его в то время было невозможным. Однако сейчас Узумаки просыпался от любого шороха. Всё-таки мысль о том, что его могут убить, засела на подкорке мозга. Поэтому, когда началась гроза, первое от чего вскочил носитель Девятихвостого был оглушительно громкий раскат грома. Казалось, будто он пронесся именно над крышей их дома. Сон под такой аккомпанемент звуков стал для Наруто нереальным. Ничего не оставалось, кроме как пойти на кухню и сидеть там. Однако свет отключился. Видимо проблемы с электричеством из-за сильных потоков воздуха. Наруто только закрыл, как можно плотнее, дверь и уставился на бесконечный угаран на окном. И как теперь заснуть? Сидеть в темноте на кухне не хотелось совершенно. В голову пришла идея. Безусловно, она не гениальная, но есть вероятность того, что толк от нее всё-таки будет. Напроситься к Учихе. Вдвоем наверняка будет спокойнее. Если, конечно, Саске не психанет и не сломает Узумаки парочку шейных позвонков за нарушенное спокойствие. Но Наруто был бы не Наруто, если бы сдался, даже не попытавшись. Поэтому, ещё немного поколебавшись, идя к комнате Саске практически бесшумно, Наруто остановился у двери в комнату Учихи. Выдохнув, парень занёс руку для того, чтобы постучать, но прежде, чем он это сделал дверь распахнулась сама. Блондин опешил. Саске стоял в дверном разъёме. В темноте его лицо было не рассмотреть, но голос определенно выражал раздражение: — Заходи. Наруто отпустил, наконец, край футболки, который сжимал все это время от нервов. Саске пустил его! Что за ночь открытий? Узумаки зашёл, пока Учиха закрывал за ним дверь, словно хищник, запирающий дверцу клетки. Сначала блондин чувствовал себя максимально некомфортно. План действий не был рассчитан на то, что Саске его вообще пустит. Молния за окном на секунду осветила комнату, и уставшее лицо носителя Шарингана. Саске, выходит, тоже не спал. Затем брюнет направился обратно к своей постели и поспешил залезть под одеяло снова. За молний последовал устрашающий раскат грома, от чего Наруто вздрогнул. — Ложись, чего встал? Или ты не за этим пришел? Если нет, то закрой дверь с другой стороны. — сообщил Учиха, устраиваясь поудобнее. Ещё немного потоптавшись на теплом ковре, Наруто направился к кровати с другой стороны. Они же уже спали вместе почему же сейчас неудобно только Узумаки? — Шевелись быстрее, пока я не передумал... — сонно пробормотал Саске. Наруто закатил глаза манере общения Учихи и все таки залез под одеяло. Он улёгся на спине, где с одной от его головы стороны было окно, которое никто закрывать шторами не стал, а с другой стороны спящий Саске. Он лежал лицом к Наруто, одну руку держал под головой, пока вторая покоилась рядом с грудью. Места между ними было достаточно, блондин не стал придвигаться ближе, боясь нарушить покой носителя Шарингана, что и так уже по факту сделал. Под одеялом было тепло, а непогода за окном волновала уже не так сильно. Через какое-то время Наруто понимает, что засыпает. Впервые, в полной обстановке комфорта и защищённости. Даже не смотря на то, что рядом Учиха. Ночью Наруто обнаружит себя обнимающим Саске за спину и почему-то не найдет в этом совершенно ничего особенного. Он просто уткнется в шею брюнета, прячась от света и продолжит спать. Тепло и спокойно. И совсем не в болезни дело. Просто они оба давно неравнодушны.