Огонь и песок

Наруто уже начинало мутить от одного и того же вопроса, звучащего раз за разом. - Как? - Вопрос звучал гневно, тяжело, словно брошенный в спину камень. - Как ты можешь любить убийцу? Как ты мог предать нас? Как Гаара вообще смог полюбить кого-то кроме себя? Когда ему впервые задали этот вопрос, он... стал тем, что он ненавидел. Он помнит свое рычание, раскаленную ярость, захватывающую все его существо, волнами растекающуюся по телу откуда-то изнутри, где бесновался Кьюби - огонь и разрушение во плоти. Он помнит как его собственные пальцы с черными загнутыми когтями впились в горло того, кто осмелился задать этот вопрос. Помнил, как сложно ему было удержаться, чтобы не порвать в клочья мягкую податливую плоть и выпустить реки крови. А потом из ниоткуда появился вихрь песка, из которого вышел Гаара и мягко коснулся его руки. Взглянув на дрожащего от страха мужчину, Гаара лишь произнес медленно и грустно: - Не надо. Он того не стоит. Наруто зажмурился и изо всех сил постарался загнать обратно жгучую ярость, унять бешеное пламя, сжигающее все на своем пути. И, наконец, ему удалось разжать словно окаменевшие пальцы и выпрямиться во весь рост. Мужчина мешком свалился на пыльную дорогу, кашляя и потирая горло. Наруто задрожал, когда отвращение к самому себе захлестнуло его с головой. Ко всему этому примешивались шок и ужас от того, что он только что чуть не натворил. Его чуть наизнанку не вывернуло. Словно сквозь туман он видел, как Гаара извиняется перед дрожащим мужчиной, слышал слова своего любимого, острые и резкие, как лезвие куная. Он слышал каждую угрожающую нотку в голосе Гаары. Мужчина обмочился от страха. Гаара выпрямился, усмехнулся, повернулся к Наруто. Гаара медленно подошел к Наруто, запустил пальцы в его волосы и надавил на его макушку, вынуждая блондина опустится перед ним на колени. Наруто не без удовольствия повиновался такому властному сейчас возлюбленному и плавно опустился на колени. Его руки скользили по стройным бедрам Гаары, слегка царапали их и сжимали. Разведя в стороны полы бардового плаща Гаары и приподняв черную сетчатую рубашку под ним, Узумаки принялся выцеловывать узоры на обнажившемся животе любимого. Гаара нехотя отстранился от Наруто спустя две минуты и, тяжело дыша, оглянулся на призрачно-бледного мужчину. Наруто насмешливо взглянул на него же. - Вот так, - с ухмылкой произнес он.