Осень - время тепла

Кутайся в плед, пей чёрный чай с клюквой, корицей и мятой — будет зима. Холодный ноябрь продует дома…

Алекс устало вздохнул, потёр глаза и отодвинул от себя подальше папку с расчётами и схемами, захлопнул крышку рабочего ноутбука. Он и так с самого утра до вечера делал этот проект, и так почти неделю. И всякие формулы с разными маркетинговыми задачами так и висели у него перед глазами, когда он их закрывал. Он очень упорно старался завершить работу раньше срока, чтобы можно было взять небольшой выходной и не ходить в офис. Алекс очень рассчитывал попасть к Диме на его день рождения, а для этого нужно было доделать свою часть проекта и сдать все начальству. Чтобы исполнить эту задумку необходимо в таком же темпе проработать ещё полторы недели, но результат явно того стоил. Алекс уже давно хотел уволиться, привязанность к офису его утомляла. И мужчина хотел начать работать дистанционно, чтобы быть свободным и чаще видится с Димой, чтобы была возможность приезжать к нему. Поскольку Куплинову для работы нужно было куда больше, чем маленький ноутбук, то Лёша решил, что пока сам сможет ездить к Диме в свободное время. И он уже активно подыскивал другие варианты для смены деятельности. На часах было почти десять вечера, Жарков встал из-за стола и пошёл на кухню. Ужасно хотелось налить горячего чая, взять конфет и позвонить Диме по видео. Пока закипал чайник, Лёша оперся руками на подоконник и оглядел свою кухню. Вечером она была мрачная, на юге осенью темнело быстро, и Алексу здесь одному было неуютно. Хоть свет и горел, но все равно чувствовалось одиночество. Лёша был очень общительным человеком, ему было тяжело находиться в одиночестве, и он очень страдал, когда был вынужден остаться один. После отъезда друзей он чувствовал себя неуютно в своей большой квартире. Особенно на кухне. Кухня стала для него каким-то особенным местом, где случилось столько всего хорошего, где было невероятно приятно сидеть за чашкой чая вдвоём с Димой, где они целовались вечерами, когда уходил Колян. На кухне было так светло и хорошо, когда здесь находился Дима. Даже по вечерам лампа в углу у дивана и любимый человек рядом создавали странно спокойную и уютную атмосферу. Пусть это и было всего лишь несколько дней, но Алекс так привык, что даже спустя два месяца все ещё чувствовал себя некомфортно на кухне в одиночестве. Чайник вскипел, и Лёша небрежно закинул заварочный пакетик в кружку. Вообще он любил настоящий хороший чай, с большими чёрными листочками и добавками из ягод или цветов, но сейчас из-за наступившей меланхолии и душевной тоски ему было все равно, да и лень тратить силы на нормальный чай. Он отнёс кружку вместе с пакетом вафельных конфет за компьютерный стол и зашёл в скайп. Было непривычно снова возвращаться к старому варианту видео звонков, но дискорд последнее время лагал, а в скайпе было слишком хорошее шифрование звонков и улучшенная связь, чтобы отказываться от него. Алекс написал в чат Куплинову, а потом они созвонились спустя пару минут. — Привет, ну как дела? — сразу спросил Лёша, как только увидел на экране уставшего Диму. Алекс каждый раз ловил себя на мысли, что зависал, разглядывая Куплинова. То, как он выглядит, как улыбается, в данный момент это было самым любимым занятием мужчины. И сейчас Дима был утомлённый, вероятно, записью какой-то длинной и сложной игры. Он сидел, полностью облокотившись на спинку компьютерного стула, в своей идеально отглаженной футболке для записи, только чёлка была не зачёсана, а спадала на лоб. — Неплохо, — зевнул Куплинов, закрывая лицо руками. — Только прикинь отопление отключили сегодня, какая-то поломка. За окном снег, — мужчина махнул рукой в сторону, — а в квартирах сейчас все остынет, и пиздец. Лёша оперся подбородком на кулак и мечтательно протянул: — Снееег, ммм, давно такого не видел, — они общались каждый день, и каждый день Куплинов умудрялся капризно жаловаться на что-то: то на солнце, то на засохший цветок на подоконнике, то на снег. — Ну его нахуй, — ответил Дима, а потом выразил свое недовольство: — Когда на улицу в очках выходишь, этот белый пёс все залепляет, ничего не видно. Как лох ходишь, протираешь. Алекс рассмеялся, а Дима состроил из себя оскорбленного до самой глубины души и недовольно поджал губы. — А у тебя как? — спросил Куплинов, после того, как Лёша успокоился. — Да сижу, работаю, — Алексей пожал плечами, а после глотнул горячий чай и принялся разворачивать конфету, — обещал ведь доделать все и приехать к тебе. — Как погода? Жарков скосил глаза к тёмному окну, за которым дул ветер. Алекс, переезжая на полуостров, никак не думал, что осенью здесь будут настолько сумасшедшие ветра. Холодный ветер, как начал дуть с начала октября, так и продолжал до сих пор, не прекращая, он дул днем и ночью, каждый день и каждый час, выдувая все мозги. Сильные порывы ветра бились в окна, нагибали кусты, пригоняли отовсюду серые тучи, что висели над городом и закрывали солнце. Дождей пока не было, но это вопрос времени. С наступлением декабря к ветру добавятся вечная морось и несильные дожди. Погода зимой была почти как в Питере, но предвкушение солнечной и тёплой весны с летом помогали вытерпеть неприятные климатические условия. Поэтому Лёша все равно не бросил бы это место из-за нескончаемых ветров. А вот по снегу он очень соскучился и мечтал поскорее приехать к Диме, чтобы пребывание рядом с любимым дополняли ещё и прогулки по заснеженному городу. — Как погода говоришь? — с сарказмом переспросил Алекс, возвращая взгляд на монитор. — Всё так же. — Ветер, — скривился Дима и обхватил себя руками. — Ну, у вас хотя бы отопление есть. — Я бы приехал и согрел тебя, — улыбнулся Лёша. Идея оказаться сейчас рядом с Димой и согреть его была очень привлекательной. И Алекс был уверен, что нашёл бы невероятно много способов, как можно было бы согреть капризного друга. Куплинов хихикнул и спросил: — Опять хочешь устроить секс по телефону? Алекс уже как-то приставал к Диме с такой идеей, но он тогда сделал серьёзное лицо и пресёк попытки на корню, заявив, что он не извращенец какой-то. Хотя сам любил творить на веб-камеру неприличные вещи, только было это ещё до того, как они начали какие-никакие отношения. — Ну так, а в реальности-то не выходит! Что делать-то тогда, ты мне скажи? Сидишь там блин нахрен в своей хате за миллион километров от меня, и всё… — Неее, — протянул Дима, отодвигаясь подальше от монитора, — не знаю как ты, но я на дрочку по онлайн не подписывался. Лёша засмеялся и, чтобы понервировать Диму, со словами: «А я подписывался!» полез увлечённо расстегивать штаны. Паника Куплинова не заставила себя ждать: — Бляяя, нет, не надо, руки убери, Лёха, не совершай ошибок! — Алекс разумеется не послушал, тогда Дима схватил мышку: — Как, блять, это выключается, где крестик? Сука… Алексей рассмеялся ещё больше. Как мало нужно было, чтобы так всполошить Диму. Он все ещё пытался найти на столе компьютерную мышь, чтобы завершить звонок. Тогда Алекс все-таки снова положил обе руки на столешницу, показывая, что он прекратил паясничать. Не хотелось так рано и резко прерывать разговор с Куплиновым. — Хорошо, не буду здесь, но тогда скинешь мне свою фоточку, родной? М? — Лёша развратно улыбаясь, смотрел прямо в камеру. Он решил, что если не одним, так точно другим сегодня добьет друга. Это было что-то вроде маленькой мести за все те выходки Димы. — Нет, иди нахуй, — Дима скрестил руки на груди, но потом, подумав, продолжил: — Ну ладно, скину. Какую-нибудь страшную, — прибавил он, после секундного молчания. — Да мне любую, родной, похуй вообще. Я давно тебя не видел. Четыре блядских года, не считая фестиваля и ваш с Коляном приезд. Так что у меня все ещё паника на счёт того, что мы по какой-нибудь причине не увидимся в ближайшее время. — Увидимся, — серьёзно заверил Куплинов. — Только попробуй проебать мой день рождения! — он угрожающе помахал пальцем: — Не прощу! — Не волнуйся, я приложу все силы, чтобы приехать. А ты одевайся теплее, раз батареи отключили! А то сидишь, мерзнешь в одной футболке. Будто в подтверждении этих слов Дима содрогнулся от холода, а потом отошел от компьютера, чтобы найти кофту или плед. После выслушивал целую лекцию от Лёши о том, как не заболеть при низких температурах. А дальше разговор зашёл о плюсах жизни в жарких странах. Спор о том, что лучше: Италия или Турция совсем утомил и так уставшего Диму, так что он попрощался с Алексом и вышел из скайпа. И, вероятно, направился спать. После разговора с Куплиновым Лёша пошёл домывать посуду и все ждал, действительно ли тот скинет фоточку, как обещал. Такое уже было два раза. Один раз Дима прислал ему свою фотку в вк просто так, через пару недель после того, как уехал с Крыма. Это было просто какое-то селфи с Димой в главной роли, лежащим на кровати под одеялом и показывающим фак в камеру. Тогда это очень развеселило Алекса и он отправил ответное с таким же жестом, а потом ему пришлось передернуть, так как Дима прислал стикер с презервативом и подписью «Скучаю». Вторая фотка была со слезами и мольбами выпрошена Алексом у Куплинова после того, как они пол ночи проговорили о порно. Куплинов тогда долго не соглашался на фото, большей частью по причине того, что все это может случайно попасть в интернет. Но все же скинул в телеграмме свое фото по пояс голым. В ту ночь Леша так и не смог заснуть, все время включал телефон и смотрел на снимок, где настольная лампа выхватывала из ночного мрака очертания тонкой талии Димы и тёмную полоску волос идущих от пупка за край спортивных штанов. Тогда тоже пришлось подрочить пару раз, ну, собственно, с этой целью Алекс и просил фото, и для них обоих это не было секретом. И вот сейчас у Жаркова уже дрожали руки, настолько сильно он хотел увидеть новое фото и пойти в душ, чтобы передернуть, представляя вместо картинки Диму в своих руках. В эту секунду из комнаты громко пиликнул телефон, оповещая о приходе смс. Алекс сломя голову бросился в зал, уже на ходу думая, что он может там увидеть. Телефона как назло не было видно, и Лёша, судорожно откидывая в сторону покрывало и подушки с дивана, искал свой смартфон. Наконец, заметив мигание синего индикатора на полу у ножки кресла, мужчина схватил телефон и сразу зашёл в телеграмм. Да, это смс было от Куплинова со сразу двумя фотографиями. Алекс дрожащим пальцем открыл первую: фото было явно сделано на таймере, Дима стоял в ванне в одних боксерах, большой палец правой руки был за резинкой трусов и оттягивал ткань вниз; он смотрел из-под ресниц томным взглядом, а другая рука лежала на цилиндрической банке от шампуня. — Пиздец… — прошептал Лёша, медленным шагом пробираясь в ванну и собирая по пути все углы. Он пристально рассматривал картинку, стараясь запомнить все детали. В голове уже всплывали размытые фантазии о сексе в душе. Он перелистнул на второе фото и, рвано вздохнув, стянул с себя футболку. На втором черно-белом снимке тоже был Дима, но уже голый, мокрый под душем, он опирался руками на стену и смотрел вниз. Кадр был срезан чуть ниже бёдер, и стратегически важных мест видно не было, но Алекс всегда гордился своей хорошей фантазией. Он скинул с себя штаны и тоже забрался под горячую воду. Закрыв глаза, Жарков представил, что, если бы Дима был сейчас здесь. Прямо здесь прижатый к стене, мокрый и тёплый, тяжело дышащий, с тёмными волосами, прилипшими ко лбу, с каплями воды, стекающими по животу… Глухо простонав, Лёша сжал в кулаке уже наполовину возбужденный член. Он пытался вспомнить какие были губы Димы на вкус, каково это было прижимать его к себе и целовать. Боже, он так давно не прикасался к нему, уже два месяца… А так чертовски сильно хотелось стиснуть Диму в объятиях и никогда не выпускать из своих рук. И пусть он выпендривается сколько хочет, пусть ворчит, какая разница, если все равно рано или поздно окажется в кровати Алекса. «Скорее поздно», — усмехнулся про себя Жарков, вспоминая испуганные глаза Димы в тот вечер, когда они чуть не переспали. А потом вспомнились его стоны и как он отчаянно отвечал на поцелуи. Алекс выдохнул, разогнав вокруг себя пар, провел кулаком по своему стоящему члену, дальше думая о Диме. О своём любимом, который скорее всего до этого тоже ласкал себя в ванной, после того как сделал фото, и, наверное, думал о том, как Алекс позже будет дрочить на это. Возбуждало ли такое самого Диму? Скорее всего да. Лёша представил, как Куплинов сильнее обхватывает ладонью свой член, проводя по нему скользкими длинными пальцами, как опирается на кафельную стену, выгибая спину, может быть желая почувствовать сзади чью-то каменную эрекцию. Как тогда, когда Алекс прижимался бёдрами к его ягодицам, Диме определённо понравилось, хоть и было всего раз. Лёша быстрее стал водить кулаком по головке члена, жмуря глаза и закусив губу. Интересно, будет ли Дима стонать, если ему дрочить или сжимать его ягодицы, так под душем, когда горячие капли стекают по телу и плавят кожу, когда дышать совершенно нечем, и можно задохнуться только от того, что находишься рядом с самым родным человеком. Алекс мечтал вдыхать в этот момент запах любимого и вспоминал аромат мандарина. Возбуждение накатывало сильнее, хотелось сжимать в руках Куплинова, кусать его за шею и оставлять красные следы на его белой коже. Стискивать руки на его бёдрах, прижимать к стене, слышать его шумное дыхание, неторопливо, чувственно ласкать его и глубоко целовать, ловя губами его задушенные стоны. А после, одной рукой сжимая его загривок, дрочить быстро и сильно, пока Диму не согнет пополам от оргазма. Алекс чуть пошатнулся, хватаясь за стену, медленно убрал руку со своего члена и смыл под водой оставшиеся белые капли. Мыслей совсем не осталось, казалось, что в голове полностью пусто. Но это была какая-то приятная ошеломляющая пустота, которая успокаивала нервы и позволяла хоть чуть-чуть отвлечься от реальности. Лёша запрокинул голову, подставив лицо под горячий поток воды, и провел руками по волосам. Сильно хотелось спать и чтобы в комнате вдруг оказался Дима. Тогда можно было бы упасть на кровать, обнять его и вместе уснуть под тёплым одеялом. Алекс еле натянул на себя штаны, а потом лениво побрёл по коридору в сторону спальни. Больше работать сегодня он не собирался, он лёг на кровать, написал что-то в ответ Диме на его фото о том, какой он шикарный, а потом незаметно уснул, не успев в смске выразить и половины своего восхищения.