Кровавый гиацинт

«Полевой цветок В лучах заката меня Пленил на миг.…» Мацуо Басё.

      Следующие несколько дней прошли безмятежно. Как раннее и условились, Мэй выполняла свою часть сделки. Требования которой было по-прежнему неизвестными. С таким успехом, кицуне могла вписаться в очень и очень опасную авантюру! Всякий раз, вспоминая об этом, Мэй корила себя за безрассудность. Но кто бы осмелился перечить в таком шатком положении? В любой момент девушку могли выставить за порог, а так называемый «контракт», позволил задержаться на подольше. В прочем, кажется, обитатели деревни синоби, уже давно смирились с гостьей. Однако были и несогласные… — Как ты смеешь! Спрячь свои животные повадки, хватит метить на чужих мужчин! — Разгоряченная Азуми ворвалась в дом лекаря, и уже готова была вступить в бой, как ее отрезвляюще прервали. — Ишь! С утра смуту нагоняют. Сядь и доложи, в чем дело. Тогда и разбираться будем. — Сетовал Дедушка Чонган. — Приношу свои извинения. — Скрипя зубами, она поступила так, как следовало. И начала излагать: — Эта…кхм.женщина снует по углам, рыщет, добычу покрупнее выискивает. Конечно, мужики и петляют подле нее. Но то дурачки. Мой Кадзу не такой. — Подытожила синоби, и злобно направила взгляд на неповинную кицуне. — Интересно получается. Азуми, ты ведь бегаешь за Кадзу, если память меня не подводит? — В хитром прищуре, Дедушка вопрошал странные, и довольно очевидные вещи. — Я не бегаю. — Недоверчиво отвечала синоби. — Так-так. Мэй, а чем ты занималась в последнее время? Не встречала ненароком сердитого паренька 6 футов ростом? — Нет. — Гейша отрицательно покачала головой. — Но как! О тебе столько слухов! Что мужей чужих уводишь. Распутница, и прочее. — Удивилась Азуми. — Таким не занимаюсь. — Обе девушки выглядили весьма озадаченно. Одна из-за того, что поверила в глупые сплетни, не имеющие под собой почвы. Другая — из-за ложного обвинения. — Ну вот и познакомились. — Хихикая, удалился дедушка, что-то напевая себе под нос. С минуту царило молчание. Каждый думал о своем. Кто-то постучал, обрывая тем возникшую тишину. Стучали в окно. Мэй открыла створки. — Первое правило синоби — выжди нужного момента…и. — Примолк Колдун, не желая продолжать фразу. — Я ухожу. — Поставила перед фактом Азуми. И не дожидаясь ответа, устремилась к выходу. — Будем знакомы. — На последок бросила она. и прошмыгнула в раскрытую дверь. — Строптивая. Ну и ладно. Нам тоже пора. — Кивнул Такао в ответ каким-то своим мыслям и обратился к кицуне. — Идем?

***

      «Какими красками описать погоду? Если бы я была художником, то использовала бы салатовый, янтарный, белоснежный. Зелень, небо, и вьюнки. Именно такой пейзаж открывается с моего излюбленного места. Укромный уголок, где можно расслабиться тайком улизнув от занятий, наедине. И было бы счастьем успокоить свое взволнованное сердце.» — Мэй перевернулась на бок, и сомкнула глаза. Снизошло умиротворение. Нахлынула дремота. Закатные сумерки спускались плавно, и лениво. День клонился к своему завершению. Повеяло ночным холодком. У-у-у-у! Обитатели шумного леса очнулись от дневного сна, готовясь к вечерней охоте. Девушка встрепенулась. Алые глаза неопознанного зверя светились сквозь очертания обычного кустарника. «Хищник!» — Успела подумать Мэй. Как злое рычание пронеслось мимо ушей. «Только не оборчивайся! Не смей!» — Голова предательски наклонилась в сторону. С опаской, она наблюдала перед собой белого тигра. Он недобро поглядывал, скаля зубы, и обнажая клыки, в любой момент готовый напасть. Девушка застыла. Не могла пошевелиться. Страх парализовал тело, овладевая и разумом. «Бежать? Поздно. А если съест? Читала в одной детской книжке, что тигры очень быстрые, и легко могут погнаться за жертвой,» — Но хищник неподвижно стоял, не проявляя никакого интереса к ней. Он сделал шаг вперед, заставляя враждующее животное отступить. Потом снова. И снова. Пока оно не струсило, и не вернулось в лес голодным. Стеклянные глаза не отводили взгляда от спасителя. «Оно разумное, никогда прежде не сталкивалась с таким! Однако... Печальный опыт.» — Пронислось где-то в мыслях. Белый, с черными полосами по бокам, и выразительными аквамариновыми глазами. Он был похож на животное, сошедшее со страниц сказки. Где говориться о рыцарской доблести, подвигах, и прекрасных принцессах. Мэй сомневалась. Она статично сидела, так и не сменив позу. Белый тигр на мгновение обернулся. Гримаса боли отразилась на морде. Кровоточащие раны покрывали лапы. С опозданием, девушка заметила кровавый след, тянущийся за ним и уходящий глубоко в заросли. Но спасителя уже не было. Он исчез.