Пикантная вишня

       Сырое и холодное утро. На небе ни одного голубого кусочка. Догнивающая листва лежит на мокрой от росы, но тоже совсем не живой траве. Облезлые скамейки, куцые кусты и голые деревья, а под ногами лужи. Одним словом — самая осень. Старшая школа, занятия в которой начнутся только через пятьдесят минут, уже открыта. На посте охраны произошла смена. Учителя внутри готовятся к новому рабочему дню, однако учеников пока не видно. Некоторые родители подвозят своих детей до школы по дороге на работу, забрасывая в обитель зла задолго до начала занятий, но даже они приедут не раньше, чем через полчаса. На улице нет никого. Однако, один парень всё же прячется за трансформаторной будкой, боязливо осматриваясь по сторонам. Наушники в ушах, чтоб не заснуть; руки в карманах, чтоб не замерзнуть. Ранняя пташка ждёт чего-то. А, точнее, кого-то. Чимин не придумал ничего лучше, чем встречать и провожать Юнги после школы, не ставя в известность последнего. Это был так себе план, но какой у него есть выбор? Нельзя же подойти к человеку и просто спросить: «Эй, ты, случайно, не работаешь в стрип-клубе?» В любом случае тебе ответят «Нет». При лучшем раскладе тебя просто примут за сумасшедшего или извращенца, а при худшем могут даже поколотить. Чимин знал, что сталкерить — тупой план, но у него действительно не было другого выхода. Он должен был докопаться до правды, какой бы она не была. Парень уже сто раз пожалел, что был не в трезвом сознании в тот самый день. Тогда было бы всё ясно. Тогда ему не пришлось бы вставать на два часа раньше обычного, тогда не пришлось бы врать брату о том, для чего он это делает и всей этой слежки не было бы. Вот уже чуть больше двух месяцев Чимин следит за Юнги, но пока он далеко не продвинулся. За это время Пак успел узнать, что за трансформаторной будкой тебя видно не будет, но зато будет отлично виден вход школы; что с каждой неделей становится всё холодней и холодней, поэтому лучше выбирать плейлист, треки в котором заставят тебя двигаться. К тому же, подвижная музыка не даёт уснуть лучше, чем мелодичная (серьёзно, ещё немного, и Чимин разовьёт в себе навык неплохого танцора); что от постоянного недосыпа может ухудшиться память, да и мозговая активность в целом. Выпускник вчера весь вечер делал домашнюю работу по алгебре, которую можно было бы сделать за час. В своём расследовании удалось выяснить немного. У Пака и Мина только одна общая дисциплина — математика и начало математического анализа. Юнги приходил раньше всех и уходил раньше всех. Наверное, специально, чтобы ни с кем не пересекаться. Живёт он достаточно далеко от дома Чимина и каждого из его друзей. А по пятницам пулей вылетает из класса. В целом, обычный подросток. Каждый раз по пути домой Юнги как-то теряется из поля зрения, оставляя Чимина ни с чем. Каждый раз Чимин обещает себе, что уж завтра-то точно Мину не удастся улизнуть. Однако Мину удается. И сценарий повторяется вновь. Пак хотел бы просто пойти в клуб и спросить там про Юнги, но ни он сам, ни его друзья не запомнили названия. А чтобы объездить каждый бар и стриптиз клуб в большом городе, уйдёт, наверное год. Да и некоторые из них специально не указаны на GPS-картах. Те, которые нарушают закон каким-нибудь образом. Может, Юнги как раз в одном из таких? Чем он занимается, когда никто не видит? Куда ходит? Может, в жизни Юнги нет ничего компрометирующего? Может и зря Пак всё это затеял? Может и зря, но он ни за что не отступит, пока всё не разузнает. «Ну, наконец-то!» — думает почти окоченевший Чимин, когда видит, как объект его наблюдений заходит в здание. Значит, можно будет подождать десять минут, чтобы не вызывать подозрений, и тоже зайти в тепло. Однако, мерзнуть даже пять минут Пак не в состоянии. А придётся. Это всё ради правды. Зевнув в очередной раз, он перелистнул на более жизнеутверждающую музыкальную композицию и начал припрыгивать в такт.

***

«Ты опять этим занимался, да? — говорит Хосок, уплетая кимбап домашнего приготовления. «Эй, оставь хотя бы немного Мин-и, я сделал кимбап для него», — Тэхён отодвинул на дальний угол стола контейнер для еды, открытый чуть ранее. Чон шумно выдохнул. Друзья пришли к Чимину во время перерыва. Несколько других учеников тоже в классе, остальные — вышли. «Мин-и, кушай», — говорит общий макне, сменив возмущенный тон на заботливый. «И давай уже заканчивай, а? Ты практически не ешь, не спишь. Хочешь, чтобы Тэ тебе до конца жизни завтраки делал?» — Хосок скрестил руки на груди. Он был их хёном. Несмотря на всю свою взбалмошность и вечную готовность тусить, Хосок был их хёном. И в моменты серьёзные парень всегда показывал, что занял эту позицию не только из-за того, что родился раньше. «Я не могу всё бросить, Хо, я должен узнать правду» — оправдывается Пак, пережевывая еду. «А что, если тебе всё же показалось? Как тебе такая правда? Ты за столько времени ничего не добился. Может, пора принять, что Юнги — самый обычный школьник?» — после этих слов Пак посмотрел на друга. Кажется, он даже жевать перестал. Что, если Хосок прав? Что, если всё это было зря? Что, если правды, которую парень так отчаянно желает узнать, просто не существует? Что, если ему просто хотелось, чтобы эта правда была? «Нам пора, — отвернулся Чон, — а ты всё же подумай над тем, что у твоей белоснежки нет сюрпризов». Тэхён как-то странно посмотрел на Хосока после этой фразы, однако он был согласен с последним. «Мин-и, я готов делать тебе не только завтраки, но и обеды, и ужины, вот только Хосоки-хён прав. Так больше не может продолжаться. Ты вредишь самому себе, — смягчил Тэ, аккуратно погладив Чимина по спине. Чон с Кимом разошлись по своим кабинетам. Следующий урок у них не совместный. В словах ребят был смысл. Парень не сделал себе одолжение, начав вести такой образ жизни. Он стал рассеянным и забывчивым, это стали замечать даже преподаватели (особенно остро на это реагировал учитель математического анализа). Да и в целом, паренёк стал выглядеть хуже из-за постоянной усталости, а в его мешках под глазами можно было бы хранить награбленное добро. Следствие хронического недосыпа.

***

Чимин мысленно тысячу сказал «спасибо» Тэхёну за еду, которую он принёс, потому что на голодный желудок воспринимать алгебру просто невозможно. Когда Пак зашёл в нужный кабинет, Мин уже сидел там. Как обычно, в самом конце. Чимин знает о Юнги достаточно, чтобы уже начать здороваться. Но нет. Нельзя себя выдать. Надо продолжать игру. Чимин, как и обычно, сделав вид, что не отметил присутствие беловолосого, начал готовиться к занятию. Сегодня они пишут работу на оценку. Время потихонечку истекало. До конца осталось, наверное, минут восемь. Работу еще никто не спешит сдавать. Может, перепроверяют, а, может, ждут смельчака, который пойдёт первым. Чимин услышал возню сзади, когда находил общий вид первообразных для своей последней функции, но оборачиваться не стал. Он итак знал точно, от чего идёт звук. Вернее, от кого. Это Мин уже засобирался на выход. Проплыв к учительскому столу, он положил свой лист, собрал свои вещи и первым вышел из класса. На сегодня это было последнее занятие, так что Пак поспешил доделать своё задание, чтобы успеть проводить Мина. Вдруг сегодня тот самый день, когда Юнги вернётся в тот клуб? Вдруг сегодня его смена? Вдруг сегодня тот самый день, когда тайна наконец раскроется? И не придётся больше мучиться в догадках, не придётся больше вставать так рано, недоедать? Нельзя упускать Мина из виду, он в любой момент может себя выдать. Закончив работу вторым, парень начал суетливо собираться. «Ах, да, Пак Чимин, — обратился к нему учитель О, даже не посмотрев на своего ученика, — я также надеюсь увидеть вашу домашнюю работу». «М-мою домашнюю работу? — Пак не помнил, чтобы в его рюкзаке лежали ещё листы с домашним заданием. Все верно, их там и нет. Он остались дома на письменном столе в комнате Чимина, — могу я принести её завтра?» «Завтра будет поздно. Всё нужно выполнять в срок», — учитель непреклонен. «Она у меня выполнена, я просто забыл её дома, — начал оправдываться Чимин, теребя рукава своего черного пиджака. Несколько одноклассников подняли головы на разговор. Это был не первый раз, когда Чимин что-то забывал или не выполнял. Учитель перестал ему верить после второго. «Ну раз так, тогда чтобы через час она была у меня на столе», — поставил условие господин О. Он соизволил посмотреть на своего ученика, и было в этом взгляде что-то неприятное. Уголки губ были приподняты, однако это была не снисходительная или сочувственная улыбка, а, скорее, надменная и вызывающая. Чимин из вежливости ему поклонился, собрался и тихо проскочил в коридор. Как ему за час успеть прибежать домой, взять домашнюю работу и вернуться обратно? Если не мешкать, то можно успеть, но вот как быть с Юнги? Пак не может быть в двух местах одновременно. Придется либо принять «неуд.» по алгебре и проследовать за Мином, либо отпустить его, отдав предпочтение своей успеваемости. Вопрос сейчас только в правильной расстановке приоритетов. Что же выбрать? Быстро одевшись, Чимин выбежал на улицу, сделав выбор в пользу Юнги. Мина поблизости нет. Среди школьников, пока ещё находящихся на территории школы, но стремительно её покидающих, из знакомых лиц только Бэкхен. Выбежав на перекрёсток, Чимин ещё раз внимательно (насколько это в его состоянии возможно) осмотрелся. Белая макушка Мина на фоне других чёрных выделилась бы даже издалека. Но её просто нет. Юнги словно исчез. «Упустил!» — разочарованно всплеснул руками парень. «Чимин-а!» — машет кто-то проходя мимо ворот. Это был Намджун. «Что ты здесь делаешь?» — младший был сильно удивлен, но подошёл ближе. «Это вот так ты встречаешь любимого брата?» — по-доброму возмутился тот. «Нет, нет, — начал оправдываться Чимин, — я рад, конечно, просто это так неожиданно… разве у тебя не должны быть сейчас пары?» «Считай, у меня обеденный перерыв. Вот я и решил навестить любимого братца. И кое-что ему передать, — Намджун начал копошиться в сумке. Достав оттуда какие-то бумаги, он вручил их собеседнику, — держи». «Что это, — принял странный подарок младший, — это… алгебра? Моя алгебра?!» — парень посмотрел на Намджуна, как попавшая в беду принцесса на своего рыцаря-спасителя. «Ну, вроде бы не моя», — спокойно отшутился тот. «Боже, Намджун, спасибо!!! , — с широкими объятьями Чимин бросился на брата, — я сейчас», — и убежал обратно. Намджун смотрел ему вслед с улыбкой. На самом деле у Намджуна не было сейчас перерыва. Несмотря на то, как старший серьёзно относится к учёбе, он пропустил эту пару, чтобы передать забываке его домашнюю работу. Старший помнит, как брат корпел над наукой весь вечер, чтобы доказать своему учителю, что, пусть он и не показывает каких-то астрономических результатов, когда дело касается точных наук, ученик он все же не самый ужасный. Намджун не глупый, он видит, что творится с его тонсеном. Его беспокоят эти изменения, и он надеялся, что младший сможет с ним поделиться. Джун готов пойти на многое, чтобы вырастить из брата порядочного человека. Намджуну жаль, конечно, что пришлось пропустить занятие, потому, что учёба, конечно, важна, но что может быть важнее семьи? Семья — это самые близкие люди. Это и поддержка, и опора, и забота. Это люди, которые будут всегда на твоей стороне. Люди, которые безоговорочно тебя любят, невзирая на все твои недостатки. И им всё равно до твоих ошибок. Семья — это самое дорогое сокровище, которое только может быть у человека. Намджун и Чимин часто ссорились, когда были младше. И как это часто бывает у всех братьев и сестер — из-за ерунды. То шоколадку не поделили, то компьютер. Выйдя из детского возраста, брятья перестали ругаться как-то сами по себе. Просто повзрослели, наверное. После того, как уехали родители, стали вообще не разлей вода. Сейчас остались только они вдвоем. Мама с папой приезжают на Рождество или во время отпуска, но этого, конечно, не хватает. Ради более высокооплачиваемой должности им пришлось сменить город на Ильсан, оставив детей в Сеуле, но они продолжают заботиться о детях, как могут. Пока что только финансово — отец каждый месяц перечисляет Намджуну определенную сумму на оплату коммунальных услуг и на карманные расходы обоим детям.

***

Чимин рассказал Джуну, с каким перекосившимся шоком учитель О принял его задание, когда они, прогуливаясь, шли домой. Погода стояла типичная для этого времени года. Утренний туман уже прошел, роса давно высохла. Теперь просто влажно и прохладно. В сквере, что недалеко от их дома, тоже гуляют прохожие. Их немного — пожилые парочки и их внуки. В дневное время рабочего дня другой контингент и не встретишь. Кто-то идёт молча, задумавшись, наверняка, о чём-то высоком, кто-то тихо разговаривает со своей парой. Хён и тонсен шли и болтали, иногда прерываясь на хихиканье. И вот, после небольшой паузы, Намджун решил нарушить тишину. «Ты можешь рассказать мне что угодно, знаешь? Я бы никогда не стал тебя ни за что осуждать, и, если что, я всегда могу помочь», — начал он издалека. «Конечно, хён, ты тоже можешь поделиться со мной чем угодно», — согласился младший. Он пока не понял, к чему был затеян этот разговор. «Если ты попадёшь в трудную жизненную ситуацию, я хочу, чтобы ты доверял мне», — хён посмотрел на Чимина. «Аналогично… — тот взглянул в ответ, — к чему ты клонишь?» «Что с тобой происходит? — старший решил спросить в лоб, — Ты перестал завтракать, встаёшь ни свет ни заря, приходишь поздно… я волнуюсь, Чимин», — Намджун всегда говорил всё, как есть, не оставляя никаких недосказанностей. «Я… я просто… не знаю, как сказать» — парень почесал затылок. Как Чимин мог рассказать, что следит за одним человеком, после того, как ему показалось, что он видел того в непристойном месте? Как-то неловко признаваться в такой глупости человеку, которого ты уважаешь. «Если тебе трудно об этом говорить — можешь не говорить. Я просто хочу знать, что ты уверен в том, что делаешь», — Намджун не хотел давить на младшего, однако ему очень хотелось, чтобы тот всё рассказал. Дело не только в открытости друг перед другом. Старший был обеспокоен изменениями в поведении своего тонсена. Ему было интересно, что же могло послужить причиной их возникновения, потому что надумывать тревожащийся мозг начинает всякое. «Мне не трудно об этом говорить, — просто Чимин не был уверен в том, что делает, — есть один парень… и я хочу узнать его получше, но он… он очень неразговорчивый», — кое-как промямлил тонсен, скрыв все спорные моменты. Молодец, Чимин, так смягчать ещё нужно уметь. «Он тебе нравится?» — Намджун всегда был прямолинейным человеком. «Чего? Нет, — ещё больше смутился брат, — просто… вроде бы он работает, но я не уверен», — сощурившись, Чимин перевёл взгляд из-под ног на конец аллеи. Скоро нужно будет повернуть направо, чтобы уйти ближе к дому. «Многие ребята в твоём возрасте пытаются поскорее стать независимыми. Просто спроси его. Ты же не вздумал следить за ним, как какая-нибудь сасенка за айдолом?», — хён озвучил свои подозрения. «Нет, что ты! , — какая ирония, именно это Чимин и вздумал. Теперь план кажется ему ещё более глупым, — я не могу просто взять и спросить. Это не очень хорошая работа», — тонсен закусил губу, молясь о том, чтобы Джун не стал углубляться в подробности профессии и откуда его предположение взялось. Младший не рассказал о том, что в тот день он забрёл туда, куда не следовало бы. «Оу, — Намджун непроизвольно приподнял брови, — ну тогда он, вероятно, делает это не из лучшей жизни. Возможно, у него сейчас трудная ситуация. Насколько это плохая работа?» «Достаточно плохая для того, чтобы никому о ней не рассказывать» — братья свернули и перешли дорогу. «Тогда не допытывайся до него. Может, этот человек и сам её стыдится. И, если ты и правда хочешь с ним подружиться, прекращай шпионить!» — они уже почти пришли.

***

Лежа в кровати, Чимин обдумывал события не только прошедшего дня, но и последних трёх месяцев. Намджун прав. Друзья правы. Нужно узнать Юнги по-другому. Конечно, надо было давно прекращать эту слежку. Это не скажется хорошо на Юнги и уже не сказывается хорошо на Чимине. Если Пак ошибся, то все недоедания, недосыпы и их последствия окажутся напрасными. Всё будет зря. А если нет… Так, стоп. Погодите-ка… Если Пак видел Мина в тот день, получается, что и Мин мог его видеть? Это вообще всё меняет! Если они действительно виделись в тот день, то Юнги мог узнать его. И поэтому он мог избегать встреч. Ему стыдно перед Паком, а может он боится, что тот всем растреплет. Тогда нужно показать Юнги, что Чимин — надёжный человек и умеет держать язык за зубами. Тем более, нужно искать альтернативный подход. Так больше не может продолжаться. Всё. Хватит. Надо стать другом для Мина, а не сталкером. Нужно начать всё заново. Мин Юнги — просто парень из моего класса по математике. С этими мыслями Чимин и уснул.