Рыжий пес

Я ехал в своем грузовичке по темной дороге, освещаемой лишь тусклым и невеселым светом фар машины. Уже было далеко за полночь. Ночь затянула окрестность в черную шаль, поэтому увидеть, насколько красив пейзаж окружающей меня местности, ,было почти невозможным. В салоне играла бодрая и заводная песня "Evie Part One", которая не позволяла заснуть. Я жутко устал, и мне нужно было где-то остановиться, чтобы хорошенько отдохнуть: дорога предстояла долгая. К счастью, вдалеке виднелась придорожная гостиница, подмигивающая проезжающим машинам огоньками вывески. Рядом с ней располагалось другое здание, очевидно, бар. Припарковавшись у "Мотеля Руссо", я поплелся ко входу в заведение. Оно выглядело не слишком уютным: фасад здания покрывал некогда белый, но ныне посеревший от дождей и пыли сайдинг, а стекла небольших окон отчаянно требовали тряпки, воды и мыла. Подойдя к двери мотеля, я увидел табличку с надписью "Если не открывают - идите в бар". Какая предусмотрительность. За мотелем стоял бар "Русалка". Дорожку к нему слабо освещали уличные фонари и тусклый желтоватый свет, льющийся сквозь мутное стекло окон. Я поднял взгляд вверх и поймал игривый взор красавицы-русалочки, поднявшей изящную ручку в приветственном жесте. Ее когда-то светлая матовая кожа потемнела от времени, волосы поблекли, как и глаза, потерявшие былой ярко-зеленый цвет. Я отвел от нее взгляд и зашел в бар. Обстановка там меня порадовала больше: не слишком просторное помещение, отделанное панелями под дуб, хранило в себе тепло и какой-то домашний уют; на некоторых столиках цвета темного ореха лежали небрежно брошенные тканевые салфетки в красно-белую мелкую клетку. Видимо, кому-то бар дорог, кто-то хорошо о нем заботится. Погрузившись в созерцание интерьера, я не замечал ничего вокруг. Единственное, что вырвало меня из оцепенения, - громкое восклицание, доносившееся из-за двери слева от меня. В двери было прорублено окошко, сквозь которое виднелось несколько смутных силуэтов. - Заноси его, давай, заноси! - нервно крикнул обладатель первого силуэта. - Я пытаюсь! Погоди! - раздраженно пробурчала вторая фигура. - Застрели его! Давай! - вновь произнес первый голос. - Держи голову, держи голову! - выкрикнул еще один парень и достал что-то, похожее на ружье. Увидев это, я решительно распахнул дверь и ворвался в комнату. - Эй, стойте! Что вы делаете!? - в комнате находилось пять человек и один пес. Четверо уже взрослых мужчин держали рыжего, взъерошенного пса, а пятый, одетый в полицейскую форму, держал ружье, направленное в голову бедной собаки. Пес жалобно скулил, а усатый человек, один из тех, что держали пса, старался успокоить животное, гладя по темно-кирпичной шерстке. - Простите... Должно быть, я ошибся, - слегка сконфуженно сказал я, поняв, что ничего серьезного не произошло. Я попятился к барной стойке, чтобы обдумать увиденное. Из комнаты все еще доносились голоса. - Что ему надо? - Неважно. Я не могу, я не могу застрелить его, - сказал мужчина, держащий ружье. Из помещения по очереди начинали выходить эти люди. Сначала, по-видимому, вышел бармен, утерев пот с лица рукавом своей серой рубашки, и зашел на положенное ему место. - Налить чего-нибудь? - доброжелательно спросил бармен, быстро протер барную стойку и оперся на нее, ожидая моего ответа. - Да, да... пиво, пожалуй, - все еще не понимая, что здесь происходит, сказал я. Дружелюбный мужчина налил мне добрую кружку прохладного напитка. Я еще раз взглянул в сторону комнаты, где только что чуть не состоялось убийство, и спросил: - Что с псом? - Эх, ему кто-то скормил яд, - тяжело вздохнув, произнес удрученно бармен и принялся скрупулезно протирать пивные кружки. Затем он тоже налил себе пива. - Зачем кому-то травить пса? - недоумевая, спросил я. - Не знаю. Может, оставили яд для кенгуру или динго. Или кто-то просто не любит собак. Знаешь ли, есть такие, больные люди, - сказал он, вперив взгляд в столешницу, а затем медленно поднял голову. - Мне очень жаль, - проговорил я, поднеся кружку к губам и сделав глоток. - Вы его хозяин? - Нет, у него нет хозяина. Пока, - поспешно ответил мне бармен и продолжил. - Это ведь не простой пес. - Нет? - О нет, это очень известный пес. Возможно, самый известный во всей Австралии. Рыжий пес, - сказал бармен торжественным тоном. Очевидно, это характеризовало пса ярче всего, поэтому я вслух начал перебирать, чем же он мог прославиться. - Тот, что предупредил людей о пожаре? - предположил я. - Нет, - сказал бармен и покачал головой. - Спас ребенка? - Нет, это не он. Это другой, - заявил мой собеседник. - Тогда может... - попытался вновь предположить я, но меня прервали. - Нет, нет, нет, тебя повело не в ту сторону. Дело не в том, что он сделал, а в том, кем он был и кем является, - эта фраза вызвала у меня улыбку на лице. В этот момент в бар вбежала очень симпатичная девушка в ярком лимонно-желтом платье. Не успев отдышаться, она воскликнула: - Ветеринар скоро будет. Где он? Бармен указал рукой на комнату, где находился Рыжий пес, и девушка поспешно скрылась. Он задумчиво проводил ее взглядом, а когда опомнился, протянул мне руку и сказал: - Извини, приятель, забыл представиться. Джек Коллинз, держу это место. Я пожал ему руку и в ответ назвал свое имя: - Томас Брикер, дальнобойщик. На некоторое время в воздухе повисло, казалось, физически ощутимое молчание. Его нарушил Джек. - Это я привез в Дампьер Рыжего. Я и Марин. Это было почти 10 лет назад. Старые добрые времена, когда люди были людьми, а собаки собаками. Когда все было сильнее, злее, ярче и, - он лукаво улыбнулся, - рыжее. Мы ехали с женой в Дампьер, чтобы убежать от старой жизни и начать новую. Дорога была пустынная, машины попадались очень редко. Наша машина поднимала над землей клубы пыли, которая проникала в салон сквозь открытые окна и заставляла Марин зайтись кашлем. Жарко пылало яркое солнце. Тишину прерывали лишь довольное урчание мотора да постоянные расспросы Марин и ее редкие приступы кашля. - Зачем кому-то строить там город? И кто там вообще будет жить? - недовольно спрашивала она. - Все, кого привлекает железо... И деньги. - Это я знаю, - сказала Марин, прикрыла глаза и откинулась на спинку сидения. Воцарилась тишина, но она была недолгой. Жена увидела чью-то фигуру сквозь пыльную завесу на дороге. - Кто это? - удивленно спросила она. Я сразу же остановил машину. - Это собака. - Это я вижу. Что она тут делает? - я пару раз посигналил, но наглое животное не желало уходить. Нам с женой ничего не оставалась, кроме как выйти из кабины грузовика. - Привет, приятель, - неожиданно дружелюбно произнесла Марин, присев на корточки и протянув руку к собаке. Убедившись, что челюсти пса не сомкнутся на ее тонком запястье, она осторожно погладила его шерстку. - Какой ты хороший! - воскликнула она. Пес, вид которого был слегка недоумевающим, оставался спокоен и сидел на месте. - Потерялся? Пить хочешь? - мы оставили открытыми двери, и пес, не обращая внимания на наши расспросы, своевольно запрыгнул в кабину грузовика так, словно это было для него привычным делом. - Вот нахал, - только это и смог сказать я. Дальше мы ехали в компании этой вонючей собаки. Серьезно, она правда пахла далеко не фиалками. Буквально через полчаса я почувствовал, что кто-то отравляет воздух, и воскликнул: - Фу! Это пес?! - Уж точно не я! - сказала Марин, зажимая нос рукой и морщась. - Господи, что же ты такое съел! - Останови машину, дышать не возможно, - застонала жена. Когда я остановил машину, Марин выпрыгнула из нее, сильно кашляя и глотая ртом свежий воздух. Рыжий сидел в кабине машины и спокойно наблюдал за нами. Мы с женой пришли к решению, что пес не поедет с нами в кабине. Я посадил его в кузов вместе со всеми нашими вещами, - Джек договорил, покачал головой и глотнул из своей кружки. В этот момент в баре появился еще один посетитель, - Привет, Рик, - кивнул Джек вошедшему и махнул рукой в сторону комнаты, где едва не состоялось убийство Рыжего пса. - Он там, в подсобке. Видя мой непонимающий взгляд бармен коротко пояснил: - Это Рик, местный ветеринар.