Aimer

— Что-то долго Тэрри нет, — полным беспокойства голосом говорила Корделия, судорожно бродя по гостиной Академии, — и трубку не берёт… Где она может быть? Я очень переживаю! — Не волнуйся, Корделия, я уверена, с Тэрри всё в порядке! — успокаивала её Мисти, — она скоро придёт! Хочешь, я ещё раз сама позвоню ей? Мисти прекрасно знала, где именно и с кем именно сейчас находится их с Корделией дочь, но изо всех сил делала вид, что она не в курсе. И это было для болотной ведьмы сродни пытке — врать своему самому любимому человеку во всей Вселенной. Но что поделать — ведь она дала словно Тэрри и не могла его нарушить… О, этот тяжкий крест лжи, что ей приходилось нести изо дня в день! *** Был уже довольно поздний вечер, когда двери Академии открылись, и в гостиную уверенным, тяжёлым шагом вошла тучная черноволосая женщина средних лет. Взгляд её выражал явное недовольство. — Корделия, эта дама говорит, что она хочет с тобой поговорить, — обратилась к Верховной появившаяся в гостиной Зои. — Поговорить со мной? — напрягшись, переспросила Корделия. — Всё верно, — отвечала женщина, — вы ведь — Корделия Гуд? — Всё верно, — произнесла Верховная, глядя ей в глаза. — Скажите вашей дочери, чтобы оставила в покое Майкла Лэнгдона! — голос той был полон раздражения, — я — Мириам Мид, и Майкл мне фактически — сын! Я передала ему все свои идет, и прежде всего — идею поклонения нашему Тёмному Отцу! А ваша дочь сбивает Майкла с пути истинного! Вы уж простите, но ваша Тэрри для него не годится! Внимательно выслушав каждое слово Мириам Мид, Корделия резко изменилась в лице. — Что ещё за бред? — стальным голосом произнесла она, — Майкл Лэнгдон и моя Тэрри? Если хотите знать, я строго-настрого запретила Тэрри приближаться к вашему Майклу, и она с ним в последнее время даже не видится! — Это вы так думаете? — Мириам Мид издевательски усмехнулась, — о, поверьте, ещё как видится! И как бы я ни была против, Майкл не слушает меня и каждый вечер имеет с этой вашей девчонкой тайное свидание на болотах! В какой-то ветхой хижине! Откуда они только откопали это место? Мисти ощутила, как бешено забилось её сердце. Корделия тотчас же пристально взглянула ей в глаза, отчего у болотной ведьмы всё замерло внутри. — Хижина на болотах, значит? — понизив тон, произнесла Верховная, не отводя взгляда от вкрай растерянной жены. — Да, Корделия, они встречаются в моей хижине, — тихо ответила ей Мисти, опустив глаза, — пожалуйста, пойми меня! Тэрри действительно любит Майкла, и я просто не могла ей отказать! — Я от тебя не ожидала, Мисти, — голос Корделии показался болотной ведьме непривычно отчуждённым, — от кого угодно, но только не от тебя! — О, как грустно! — с издёвкой произнесла наблюдавшая эту сцену Мириам Мид, — но мне как-то плевать на ваши драмы… Факт остаётся фактом — я не желаю, чтобы Майкл имел отношения с вашей проклятой девчонкой! А иначе у вас будут проблемы! У всего вашего Шабаша — поверьте, уж это я вам это устрою! Мисти ощутила, как в жилах её закипела кровь, а сердце заколотилось ещё сильнее, чем прежде. — Иди нахуй, шлюха Сатаны! — заорала она, вся буквально пылая от накатившего на неё гнева, — ты заявляешься в мой дом и ещё будешь обсуждать тут мою дочь?! ИДИ НАХУЙ!!! — Сколько огня! — усмехнулась Мириам Мид, — а жена Верховной — штучка с характером! Жаль только, что немного лживая сучка, но кто из нас без греха, верно? В общем, вы меня поняли! — сказала она, окинув взглядом обеих ведьм, после чего развернулась и направилась прочь. Оставшись в гостиной наедине с женой, Мисти несмело подняла голову, и по щекам её тотчас же сами собой покатились жгучие слёзы. — Корделия… — вполголоса промолвила Мисти и, приблизившись к жене, осторожно коснулась её руки, — мисс Корделия… — Не сейчас, Мисти, — глухим тоном отозвалась Верховная, отстранив свою руку, — дай мне побыть одной. Иди спать, Мисти. В голосе её звучало всё то же злосчастное отчуждение, от которого у Мисти буквально разрывалось сердце. После того, как Корделия ушла, Мисти в тот же миг бросилась на диван и зарыдала в голос. — Нет! — кричала она, стуча кулаками по лежащим на диване подушкам, — нет, нет!!! Неистовая боль переполняла её душу в этот момент. Сейчас Мисти было попросту страшно. Страшно и больно. То, что она испытывала в этот роковой момент, не пожелаешь и врагу.