Мой последний смертельный прыжок

Нервный стук напора воды о кафельные стены пробуждал в голове все самые теплые воспоминания, которые только умещались в этом невидимом пространстве. Пробуждал своим рамеренным звуком бегущих струй, казалось, они подражали по быстроте своей подачи скорости света. Еще бы чуть-чуть и они точно выиграют в этой безумной гонке за первенство. Холодные капли усеяли стену, словно прозрачный жемчуг. Веяло приятной прохладой, от чего еще долго не хотелось выходить из душа, чтобы длительнее чувствовать всю свежесть, чтобы легче дышать. Рыжеволосая девушка стояла под душем полностью ногая, намыливая шампунем непослушные рыжие пряди-шелк, опрятности и виду которых могла позавидовать даже Рапунцель. Ее грудь вбирала в себя воздух в максимальном объеме, что было редкостью для летних дней, полных знойных порывов. Холодная вода бодрила горячее тело. Обычно, Ева мылась в очень горячей воде, чуть ли не варилась в кипятке. Она находила больше положительных моментов в принятии такого душа. Например, после него тело еще долго сохраняет тепло, даже когда ты выходишь из воды, но в сегодняшнюю погоду это был явно не лучший вариант. Девушка подставила вспененную макушку под струю морозящей воды, промывая кожу головы массажными движениями. Подчас раздался тихий, но очень проницательный скрип двери. Черт! Как она могла забыть ее закрыть? От неожиданности и смущения девушка прижалась всем телом к стеклу душа. Конечно, это зашел Нортон. Он, пораженный прекрасным видом Евы, прижатой грудью к прозрачной перегородке, остолбенел, не мог ничего и сказать. Да и зачем? — Ты же знаешь, что я моюсь?! — возмутилась невеста. — Знаю. Слишком долго! — прокомментировал Огнев, не спуская взгляда с открывшихся его взору обнаженных бедер любимой. Ева показала мужчине язык, совсем как дети в детском саду, когда решают какую-то важную задачу в отношениях друг с другом. — Сегодня ответственный день, я должна подготовиться лучше обычного. — Это я тоже знаю, но я когда мыться буду теперь?! Оценив возбужденное состояние мужчины, которое можно было распознать по крайней мере по боксерам, вдруг ставшим мужчине жутко тесными, девушка решила принять игру. Прищурив глаза, она улыбнулась своему жениху. Вот ж лиса! — А что тебе мешает помыться прямо сейчас? Блондин одарил девушку вопросительным взглядом. Ну уж нет, ему уже хватило одного раза за утро! Им пора заниматься свадебными приготовлениями, а не нежиться в ванной. Потом успеется. — А что тебя смущает? — Только помыться, — строго произнес Нортон под насмешливый взгляд Евы, стягивая с себя трусы, — не больше! Рыжеволосая, наблюдая эту картину, прикусила губу. Подтянутое тело мужчины будоражило ее воображение, она ничего не могла с собой поделать. Но он прав. У них нет времени на телячьи нежности и секс, сегодня важный день, от которого зависит их дальнейшая совместная жизнь. Мужчина залез в душ. Первым делом он взял шланг в свои руки, на которых отчетливым узором разбрелись вены, помогая девушке промыть оставшуюся на голове пену. Неожиданно для себя он крепко обнял ее сзади, прижимаясь к влажному телу, полыхавшему подобно огню в камине. На сердце будто что-то отлегло, он вновь почувствовал себя в неком утопическом комфорте в этот момент. Тесный контакт кожи вызывал у него самые приятные чувства. Она — такая нежная, теплая и родная. Как же он ждет того момента, как сможет впервые назвать ее своей женой не в шутку. Пусть это и должно случиться всего через несколько часов, но для Нортона эти часы в ожидании были самыми длительными за всю жизнь. А если это отмечает часовщик, значит дело действительно худо. Надо же было так полюбить человека, с которым они так недолго вместе. В этих отношениях он смог раскрыться с иной стороны, стал больше похож на ребенка, за которым ухаживают и следят, чем на взрослого и самостоятельного мужчину. Возможно, конкретно этого он и ждал от всех. Ждал того, что ему кто-то наконец позволит также проявить слабину, высказать все, что накопилось. Не быть вечным психологом для своих дам, пусть и самых прекрасных, а стоить отношения на взаимной поддержке, на взаимном доверии. Ева резко развернулась к Огневу лицом, настойчиво поцеловав опешевшего от такого нахальства мужчину. Тот не сразу ответил на поцелуй, наслаждаясь сладостным моментом уединения без прелюбодеяния, такого чистого и непорочного, словно молодой лесок, разросшийся у старого зловещего родственника. Не отрываясь от глубокого поцелуя, невеста мыльными руками натирала спину любимому, задышавшему с еще большей тяжестью от приятного произвольного массажа, производимого острыми ноготками Евы. Он сложил руки, которые до этого вихлялись без цели, на прекрасную талию огневолосой, легким жестом прижимая ее к себе. Иногда парам не хватает именно этого. Чего-то нежного, нетронутого и светлого в отношениях. Почему люди привыкли все опошлять, во всем искать некий скрытый смысл или подтекст? Особенно это касается мужчин, которым палец в рот не клади, а дай-ка что-то объективизировать. Ева в иной раз поняла, что она выбрала себе правильного мужчину, пусть и некоторыми принципами ей пришлось поступиться ради таких отношений. Он мог спокойно быть и страстным, пошлым, а с другой стороны чувственным и деликатным. Именно он мог жить между двумя этими мирами, спокойно находиться меж двух огней. Такой себе чудесный маргинал. Подумав об этом, девушка ласково улыбнулась, плавно отстраняясь от лица Духа.

***

— Дорогой, как же быть? Я ведь совсем не выбирала платья… Девушка с мокрыми волосами сидела на кровати, оперевшись на спинку. Ее искрящийся шелк, с которого вода прямо стекала, давно уже замочил все вокруг. На ней был белоснежно-чистый белый халат, завязанный всего лишь на один слабенький узел, который совсем не скрывал прелести ее фигуры. — Ты забыла, что мы не простые люди?! — Нет. Мы — обеспеченные люди. — И то верно, но я сейчас о другом, — изумился блондин, устраиваясь рядом с девушкой на уже мокрой подушке. На нем был идентичный халат, только большего размера и длиннее, — ты забыла о том, что ты сделала недавно? Тела, нагретые жгучей кожу водой, казалось, испускали пар, соприкасаясь с прохладным воздухом комнаты. Они стали безумно легкими, что паре хотелось взлететь, ну или просто-напросто оторваться. А с другой стороны, клонило в сон, что ни могло не огорчить молодых. Еще ведь целый день впереди, причем такой бурный. Не надо нам тут спать! — Как о таком забудешь, — весело рассмеялась Ева. Но на ее душе от подобных мыслей было совсем не весело. Ничего не сходилось в ее «крохотном» мозге. Каким образом так могло произойти? Нортон рассказал пару занятных деталей, которые не давали девушке покоя. Во-первых, он рассказал, что такой дар наследственный, следовательно его можно получить только если ты являешься ребенком таких же непростых родителей. Во-вторых, очень редки случаи, как навыки, неразвитые в течение долгих лет могли не утратить свою силу, да и еще проявиться с выбросом эмоций. Ева, конечно, запомнила эти моменты, но она все еще их недопонимала. Весь этот иной мир, которого она совсем не знала, представлялся ей скорее миром кошмаров, ведь Огнев отзывался о нем какими-то загадками. Практически никакой сказки о прекрасной принцессе и красавчике принце, а ведь именно такое ей очень нравилось. Хотя, с другой стороны, она могла себе это все внушить, чтобы лишний раз загнаться по пустяку. Да, это она творила часто, иногда даже стыдно становилось перед родными и близкими людьми, которым приходится терпеть все это, приходится успокаивать ее глупую, сделавшую слона из примитивной мухи. — Есть у меня тут одна вещица… Но, ты будь с нею аккуратна, она ранее принадлежала очень важному мне человеку, поэтому, потерять ее мне будет очень неприятно. — Так точно, капитан, — солдатским тоном отчеканила Ева. Огнев встал, направляясь к низкой тумбочке, располагавшейся подле кровати. Аккуратно открыв нижний ящичек, мужчина нащупал руками маленькую коробочку, почти ничем не примечательную. Ева застыла от предвкушения раскрытия еще одного маленького фамильного секретика рода Огневых. — Похоже на коробочку для кольца. Но ты уже делал мне предложение! Нортон аккуратно раскрыл крышку, отложив ее на шелковое покрывало кровати. Взору девушки предстала игольница из красного бархата, содержавшая только одну, достаточно массивную иглу с золотой нитью. — Ты смеешься?! Как это может помочь? — Это древняя реликвия фей, я бы так над этим не смеялся. Она способна на то, что и представить себе взрослый, умный и здравомыслящий человек не сможет. Пораженная ответом, в котором хранилось еще одно неизведанное и необъяснимое для нее — существование фей, девушка заботливо прикоснулась к ушку иголки. Мужчина внимательно рассматривал перемены в ее лице в этот час. — А сразу и не скажешь, — усмехнулась та. — Стоит только сделать стежок, представив нужный тебе наряд. И да, обязательно это сделать на себе! — У нас говорят, что на себе не шьют — память зашьешь. — А у нас нет таких глупых поговорок, мешающих использованию часодейных вещиц по назначению. Нортон подарил будущей супруге испытывающий взгляд. — Хорошо-хорошо, молчу, — смутилась рыжеволосая, обнимая уже почти высохшую подушку. — Так вот, сделав стежок нужно как можно более четко представить себе нужный костюм, чтобы он быстрее мог материализоваться, — заверил тот, — и тогда одежда, пребывавшая на тебе, мгновенно преобразится, тотчас же становясь точь-в-точь похожей на ту, что ты представила. Вот такая вот магия.