Мой последний смертельный прыжок

Обычно собрания «за круглым столом» проходят достаточно оживленно, насыщенные разными вольными высказываниями и мнениями. Они были действительной важной частью в жизни Эфлары, которую не так давно могла разрушить другая планета, но благодаря храбрости одной рыжеволосой девочки и ее друзей… Но что же говорить про девочку? Без Зодчего Круга эта победа бы вряд ли состоялась, ибо они играли в ней не последнюю роль. А может и нет? На этот счет могут возникать разные суждения, и это нормально. Ведь мы разные люди, прошедшие разный жизненный путь, от чего и воспринимаем информацию по-разному. Вот и многие члены РадоСвета были слишком разных взглядов на будущее юного Времени, которое так и стремится сбежать подальше от всех взрослых, стать самостоятельными и независимыми от них. Вырасти. Но стоит ли торопить время, которое и так уже набрало немалые обороты в вечной гонке за скоростью света, которую, как кажется, время все же проиграет. Хотя, с такими юными правителями нужно еще потягаться в их ловкости и желании жить, видеть свет во всем и дарить добро. Только вот на сегодняшнем собрании было максимально скучно — разбирали вопросы учебной программы для ребят, которая бы развивала в них потенциал, открыла новые «чакры», как выразилась Диара, для свершения новых побед, а так же разрешения извечных проблем, которые не оставляют этот мир ни на секунду. Возможен ли когда-либо отпуск от них? Нельзя сказать однозначно. Впрочем, эта тема мало интересовала Нортона Огнева. Те практики, которые он проводил с Василисой и Фэшем — конкретно его ума дело, ведь этим детям нужен абсолютно разный подход, чего дорогие попечители не учитывали, более того, отказывались принимать возражения Духа на этот счет. Поэтому, он не следовал никакой программе, а четко делал то, что он считал нужным знать каждому из них. В этом плане у него была какая-то определенная тактика. Например, он знал, что Драгоций прекрасно осведомлен в темном часодействе, а порой даже в самом запретном. Но это не удивительно, ведь он ученик самого Астрагора. Поэтому Нортон решил, что мальчишке нужно давать такие задания, чтобы он мог найти их решение без применения грубой силы, основываясь на логике или на эмоциях. В последнем Фэш явно хромал, ибо не мог сохранять полный контроль над своими чувствами и часто срывался на отца Василисы, о чем потом долго жалел. Дочери же, наоборот, Огнев пытался преподнести опасные эферы, боевые приемы. Вся суть состояла в том, чтобы заполнить пропуски в знаниях, заниматься с их слабыми сторонами, поставить их на один уровень. Возможно, без методики Нортона они бы не смогли работать на равных и выполнять упражнения у других преподавателей, которые не заостряли на этом внимания. А также, он дополнительно занимался с Василисой, чтобы прекратить наконец все насмешки со стороны Фэша по поводу того, что та чего-то не знает. Нет, отец конечно понимал, что это все подростковое и между ними парит любовь, но с другой стороны он видел, как это отражается на дочери. В не совсем хорошем ключе, если можно так сказать. Тем более, что их встречи так редки и если они будут состоять только из выяснений отношений, обид — они никогда не смогут стать одной командой, одним целым. Теми, каких ожидают увидеть другие. Но сейчас мысли часовщика были совсем не в этой Зале. Его мысли были где-то то ли в темном лесу — его личном уголке, о котором добавилось еще одно приятное воспоминание, то ли в Королевстве фей, где сейчас пребывала его возлюбленная. Конечно, все мысли Огнева в этот момент были только о ней, вновь ставшей центральной фигурой в его жизни, сравнимой только с детьми. Он безумно ждал встреч, но соваться в фейские земли — себе дороже. Поэтому приходилось лишь ждать, переписываясь в тайне от всех через Часолист. Нортон постоянно крутил в голове их последний разговор, произошедший после приятного действа в лесу, которое несло некоторый БДСМ-характер. Они все же нашли ту самую беседку, с которой было связано немало приятных моментов в их жизни. Моментов, когда они сбегали в Драголис из Змиулана, чтобы побыть вместе, наедине. Лисса вполне адекватно разговаривала с ним, будто они вернулись далеко назад в прошлое, когда все было хорошо. В то время, когда не существовало никаких границ, никаких преград в виде переходов из одной параллели в другую. В то время, когда все было понятно без слов, когда существовал единственный ответ — любовь. Да, они возобновили отношения. Не поспоришь, что сделали они это на очень странной ноте, при таких интересных обстоятельствах, что услышишь — ни за что не поверишь. Зато какая романтика! Осталось лишь как-то рассказать это дочери, что является самым сложным моментом. Конечно, радости ее не будет предела, но ведь она совсем ничего не знает о том, какого это иметь мать и отца, которые даже состоят в отношениях. Слишком много было уже потрясений у нее за последнее время, поэтому все это позже. А сейчас им действительно стоит разобраться в их обидах. Как вы понимаете, за один вечер не расхлебать то, что набедокурили за тринадцать лет с гаком. Нанять бы им семейного психолога! Только боюсь, что он сам бы разрыдался от такой слезоточивой истории… Витая в облаках, мужчина начал нервно стучать пальцами по столу, что, конечно, привлекло внимание окружающих. Заметив настроение внука, дед решил обратиться к нему, будто в укор его наглому поведению на важном заседании РадоСвета: — Нортон, тебе есть что добавить? Конечно же, блондин абсолютно не был осведомлен в вопросах, которые они разбирали, но он отлично умел лить воду в уши слушателей, да настолько высокопарно, что он никогда не готовился к устным экзаменам в Темночасе. Просто приходил и сдавал, ничего личного. Но в этот раз он настолько был поглощен в себя, в свои несколько бредовые идеи, что смог лишь кивнуть, поворачивая голову в сторону собеседника. И вот, всем представилась прекрасная, не кажущаяся реальной, картина: сам Нортон огнев, до этого такой равнодушный и самодовольный, сидел как ребенок, не выучивший домашку, опустив голову. В его глазах пылал даже не обычный огонь, а самый настоящий страх. Будто он смирился со своей ужасной участью, которая обязательно его настигнет. А с чего он вообще взял, что что-то или кто-то накажет его за такое поведение? Он ведь уже совсем не Но-орт, который сидел у дедушки на коленках, в то время как он вновь придумывал что-то сумасшедшее, порой рассказывая внуку о секретном часодействе. Мысли Нортона переакцентировались с его прекрасной возлюбленной на Родиона Хардиуса. Причем, вышло это случайно. Он задумался о том, как интересно получилось, что он смог найти свою любимую даже в другой параллели. Узнал ее в толпе. Жизнь прожита не зря, теперь есть что рассказать внукам, когда они будут подавать стакан воды старикам. Огнев был в глубокой обиде на деда за то, что он предоставил все на волю случая — авось будет, авось нет. Но ведь от этого зависит не только их благополучие с Бывшей Королевой Фей, но еще и нервы маленького существа, которому и так на голову взвалились тяжелейшие обязанности, посильные не каждому взрослому человеку. Просто безрассудно поступать так со своей внучкой, подвергать ее такому риску срыва! Но ведь Дух тоже в этом горазд. Он — главнейшая проблема в жизни Василисы. Пожалуй только наравне с Лиссой. А сейчас он пытается переложить груз ответственности на прадеда, который по-хорошему не обязан заботиться о девочке так трепетно, как того требует ее отец. — Нет, Господин Астариус! Мне, пожалуй, нечего добавить, — наконец сказал Огнев, прерывая перешептывания со стороны членов РадоСвета, — вы прекрасно все рассчитали! — Чудно… Родион был очень удивлен такой выходкой часовщика, который обычно вел себя иначе. Не то чтобы он на каждом собрании сидел, развесив уши. Нет! Но он всегда максимально держал свои чувства в узде, что помогало ему лишний раз контролировать всю ситуацию, лишний раз убеждаться, что все под контролем. Стареет твой внук, совсем растерял свое самообладание! Или же на него таким чудодейственным образом влияет его пассия? Не может быть! Он что, влюбился?

***

Смеркалось. С улицы веяло холодком, который в это время года был особенно приятен и ценен, ведь за окном лето. Пора, когда в Чародоле невозможно спокойно вздохнуть, ведь без осадков здесь пропадает всяческая влажность воздуха. Конечно, эти условия совместимы для жизни фей, а конкретно тех фей, что с самого младенчества безвылазно сидят в своем Королевстве, пытаясь совать свои маленькие носы только в Царство вечных врагов — лютов. Для духов, мастеров и часовщиков же, как и для фей, проведших свои лучшие годы в другом климате, дышать здесь было просто опасно для жизни. Но главы фей все-таки нашли выход из ситуации, наставляя своих главных приближенных менять погоду с помощью часодейства на дождливую. В мастерском народе бытует мнение, что феи — ярые противники любого вида осадков. Но это лишь заблуждение. Ведь, у них даже есть праздник, посвященный дождю. Натуральный дождь здесь бывает настолько редко, что когда его дожидаются, то празднуют самый сумасшедший праздник, посвященный природному дождю, который феи считали чище, чем наэференный. Лишь бог знает, из какого времени она сюда попала — кто там плавал, а кто плевался. Местные погодные феи как раз обещали сегодня такой праздник, но день был жарче, чем обычно. И вот, лишь под вечер значительно похолодало, от чего большинство фиров-мерзляков сразу же укутались в свои пледики, не решаясь даже выходить на улицу. И только самые смелые решили гулять в потемках. А Диаре не спалось, пусть она и не очень-то любила такую погоду. Ей по душе был зной, оснащенный сухим ветром. В такие, казалось бы, опасные для здоровья дни, в которые УФ-индекс был особенно высок, Жемчужная Королева предпочитала загорать на ближайшем пляже, а реже — на отдаленных, принадлежащих лютам и находившихся во власти Черной Королевы. Она спокойно сидела на кровати, листая журнал, параллельно она пила кофе, ахая после каждого глотка. Журнал мало интересовал ее, ведь в сумерках трудно было разглядеть что-то интересное. Особенно в новой коллекции одежды от известного чародольского бренда, которая шилась преимущественно в землях часовщиков. Почему-то она видела в них лишь что-то, что было и в предыдущих его выпусках. Когда краем глаза Дэлш увидела фигуру в окне, она не на шутку испугалась. И уже даже приготовилась обороняться, пока окно не вскрылось само по себе. Из узенькой щели показалась знакомая блондинистая голова. — О, герой-любовник! Только вот ты кое-что перепутал, чем не на шутку меня напугал! В этот момент девушка обрадовалась тому, что она так и не додумалась переодеться в ночнушку, а до сих пор сидела в домашней одежде, которая закрывала почти все тело. Было бы как-то неудобно, тем более перед любимым мужчиной ее лучшей подруги. Диара попыталась собраться, как вдруг увидела в зубах у мужчины красную розу и чуть не упала от смеха. Нортон тем временем попытался здраво оценить свое положение! Надо же было так лохануться, чертов идиот! Конечно же главные покои замка теперь принадлежат не Лиссе — Бывшей Королеве Фиров, а Дэлш, то есть настоящей. Но почему-то в его достаточно непростом мозгу эта информация не уложилась, и он начал смущенно разглядывать комнату, в которой был не раз. Но все разы — тайно. — Что смешного? — вынимая розу из зубов проинес Огнев. — Да ты смешной! Лисса же в других покоях теперь живет, Король романтики! — Извиняюсь. Мужчина расстерянно поплелся к выходу, сжимая стебель розы в одной руке, а в другой — бутылочку прекрасного красного вина, которое он планировал распить сегодня с любимой. Но вот незадача, он совсем не знал куда ему идти! За дверьми его быстро повяжет охрана и депортирует обратно в Черновод. Поэтому, он не придумал ничего лучше, чем развернуться на полпути к Диаре, выгибая одну бровь. — А, да тыж ничего не знаешь! Лисса сейчас не в своих покоях, но тоже одна. А перейти туда ты можешь через это зеркало! — темноволосая указала на огромное зеркало в пол, отделанное золотой лепниной. — С-спасибо! — Не стоит благодарности, — усменулась девушка, потирая висок. Все в той же жуткой растерянности от неожиданной, но вполне нормальной встречи, Огнев смело шагнул в зеркало, оказываясь в совершенно другом помещении Белого Замка. Здесь он ни разу не был раньше. Комната была выполнена из кафеля изумрудного цвета, устлавшего все стены и полы. На противоположной стороне комнаты располагались окна-обманки. Почему же их так называют? Да потому, что вид за ними взят из другого времени. Обычно, такие эферы на окна ставят в официальных организациях, чтобы не дай бог за ними не могли следить или подсматривать. А вообще комната была чудная! Она была двухуровневой. При входе ты оказывался на верхнем — маленьком островке, занимающем меньшую часть этой комнаты, а к нижнему вела крутая лестница. За то просматриваемость здесь была отличная, будто все помещение на ладони! Видимо, это была королевская ванная комната, ведь на нижнем ярусе можно было невооружённым взглядом разглядеть большую ванну, в которую поместились бы несколько человек, причем стояла она по новой моде — около огромных окон, от чего открывался прекрасный, пусть и искусственный вид. Безопасность все же превыше всего! Но зачем Диара его сюда вдруг привела? Ответ не заставил долго себя ждать. Выходя их зеркала, мужчина столкнулся с Лиссой. Она была роскошно одета, а ее черное атласное платье ее невероятно стройнило, будто бы она была еще меньше, чем казалась. Девушка почти не удивилась их внезапной встрече, а жестом приказала молчать и поманила пальчиком к себе. Нортон еще долго разглядывал возлюбленную в новом наряде, что безумно ей польстило, и она даже покрутилась, предоставляя Огневу полный обзор. Полюбовавшись вдоволь, блондин все-таки подошел к своей Королеве, запуская свои руки в прекрасную копну волос красавицы. Они выглядели буквально как шелк — чисты и безупречны, отражали от себя блики окружающих объектов. Губы мужчины припали к шее девушки, которая уже вряд ли смогла бы сдержать стоны. Горячие поцелуи составляли упорядоченную дорожку, которая опускалась все ниже и ниже, к груди Лиссы. В какой-то момент ей стало безумно трудно дышать от всего того, что на нее надето, настолько много тепла и жара исходило от мужчины, а особенно от его действий. Он будто понял немой сигнал любимой, машинально разворачивая ее спиной к себе. О боги, как он ненавидел шнуровку корсетов! Но здесь, на первый взгляд все выглядело довольно легко — все веревки былт приспущены и свободны. Видимо, девушка сама хотела раздеваться то ли перед приемом ванны, толи ожидая прихода Нортона. Она ведь обладала прекрасным чутьем на вероятности! Дух потянул за одну из интригующих веревок, которыми закреплялся сий корсет, когда-то бывшей для него непосильной задачей, а платье само поползло с плеч, оставляя его обладательницу в привлекательном белье, отделанным кружевом и рюшами. В руках мужчина все еще находилась бутылка вина, а вот розу он благополучно кинул у ногам рыжей бестии. Поддаваясь инстинктам, часовщик поцеловал женщину в затылок, а руки по хозяйски сложил на живот любимой. Но вместо обычной втянутости, чудесной упругости он почувствовал небольшую округлость, от чего неосторожно выронил бутылку из рук, а она в свою очередь не пережила встречи с кафелем и разбилась вдребезги, чем очень напугала как Нортона, так и Лиссу. Оценив ситуацию, мужчина щелчком пальцев убрал остатки происшествия, чтобы никто не повредил свои ноги о острые осколки бутылки. Огнев был не маленьким мальчиком, как уже мы обсуждали ранее, поэтому прекрасно понимал, что это все означает. Но, никак не мог в это поверить, лишь смотрел в глаза Лиссы, не в силах произнести хоть слово. Это уже слишком… Это что-то с чем-то! Почему же он задумывается о чьих-то нервах, но никто и не пытается думать о его? Несправедливо. Рыжеволосая тоже не могла ничего толком ответить, она все ожидала реакции от любимого, но ее не последовало. Он лишь настойчиво смотрел в ее глаза, требуя ответ. А может, он стремился его найти сам? Мы никогда не узнаем. — Нортон, дорогой… Я. Ну, беременна. Дух не мог сдержать свои пылающие чувства, поэтому выразил их в новом страстном поцелуе в губы. Таком, каких у пары давно не было. Его движения были настолько быстрыми, покусывания настолько нежными, что от давления Белка едва могла сохранить равновесие. Ну нет! Не хватает еще падать наотмашь на кафель! Поэтому Лисса нежно ответила на резвый поцелуй любимого. Сейчас ей было так плевать, что происходит за стенами этой комнаты. Есть только она, только он и тот, кого она носит под сердцем.