Мой последний смертельный прыжок

«Не останавливайся! Ты оступишься и упадешь!» — эти дурные мысли роем вились в ее голове, не давая ей покоя. Казалось, еще чуть-чуть и она сорвется на нечеловеческий рев. Пробегая между сотнями зал, ее от чего-то постоянно тянуло назад. Будто там осталось что-то важное, что-то неотъемлемое. Есть ли смысл поворачивать? Ей казалось, что весь замок уже поднялся, от того насколько громким был ее бег. Паранойя. А сердце вновь стучит, словно пришитое к ушам. Стук, от которого невозможно избавиться, только если успокоиться. Сможет ли в короткий срок? Голова в таком состоянии не работает совсем, она уже и не знает куда и зачем бежит. Сейчас важно лишь не быть пойманной, важно, чтобы ее не застали врасплох. В таком состоянии и отговорку подходящую невозможно придумать. Все что остается — сказать правду, признать себя виноватой и нетерпеливой девочкой. Но за этим последует длинный выговор от отца, что совершенно не устраивало Василису. Ей больше нравилось, когда он улыбался ей, приобнимал за плечи, выслушивал. Когда он рассказывал ей о матери, немного о себе, пытался научить ее чему-то, что знал сам. Когда она чувствовала его настоящим отцом. С матерью ей тоже не хотелось начинать общение на острой ноте. Мало ли, что может проскочить у нее в голове. И так она не больно-то к своему ребенку рвется. Да, дурные мысли так и не оставили ее голову, осаждая вновь и вновь. В первую очередь она хотела убежать от них туда, где царит утопия. Сможет ли она вообще посмотреть им в глаза? Сможет ли она видеть их вместе? Василиса в миг осознала, что испытывает чувство крайне странной ревности — она ревнует родителей к любым возможным партнерам. С Нирой было легче — обязательным условием выбора было то, что девочка не сможет увидеть ее. Но, как только речь заходила о ней, Королева Времени сильно напрягалась, не желая слышать дальнейшие речи. Это было глупо, ведь тогда уже было ясно — мать не вернется. Отец ведь имеет право на личную жизнь, разве нет? Сколько бы Василиса не задавала себе этот вопрос, она не приходила к убедительному ответу, который бы удовлетворял как ее, так и отцовские желания. Как хорошо бы было, если бы у них был шанс, шанс стать самой обычной семьей. Он появился. И что дальше? Родители делают все с точностью да наоборот. Как же они не понимают, что их счастье — быть вместе? Девочка очередной раз поразилась эгоистичности своих мыслей, но сейчас уже не пыталась сама себя переубеждать. Неблагодарное это дело, да еще и чревато внутренними конфликтами. Не самые приятные штуки, через которые ей не раз уже приходилось пробиваться. Из-за неаккуратного бега девочки, длинная ковровая дорожка присобралась в складки. Она закрыла глаза, которые безбожно слезились, поддаваясь своим чувствам, и еще пуще рванула вперед. Выхода уже нет — надо возвращаться до того, как они обнаружат чужака в стенах Белого замка. До того момента, как созовут поисковой отряд, либо применят поисковой эфер. Даже если она попадет лишь в руки Диары, то ничего хорошего ей не светит — та точно и матери расскажет, и уж если не отцу, то Зодчему Кругу. Такая вот женщина с сильным характером. Но что вы хотели? Она могла подвергнуть угрозе безопасность обитателей замка тем, что создала дыру в защитном куполе. Они ведь так хорошо просматриваются недоброжелателями! Тут выговор был более чем уместен. На секунду остановившись, передыхая, Василиса почувствовала чье-то размеренное дыхание на своей шее. От страха она сделала несколько нелепых шагов в сторону. Но как? Она ведь точно не слышала шагов… Она ведь не встретила ни одного зеркала! За ней следили с самого начала, накрывшись крыльями? Но мог ли кто-то знать, что она сюда придет? Черт, Дейла. Или не она? В любом случае, в этом только предстоит разобраться. Сейчас или по прибытии в Расколотый замок — не имеет значения. Теплая рука легла на плечо девочки, не сжимая крепко. Наоборот, прикосновение было настолько мягким, что она не сразу смогла его ощутить. Почему-то она не могла заставить себя бежать дальше, хоть у нее для этого были все основания. Чувство ужаса усиленно сжимало виски, прекращая адекватный поток мыслей. В голову сразу пришло то, что было сейчас не так важно: празднование Листопада, выбор подарка Фэшу и новые платья. Василиса попыталась дотронуться до головы руками, но даже этого она не смогла сделать. Казалось, что кто-то получил полный контроль над ее сознанием, над ее мозгом. Ощущение было сравнимо с сонным параличом, который так же мучал своих жертв без какой-либо надежды на спасение. Все должно пройти само. Но девчонка же сейчас не спит. Что тогда? Плавным головокружительным движением окоченевшую Василису развернуло, да с такой силой, что риск упасть наотмашь был слишком высок. Подумаешь о демоне, да и вот он. Сквозь помутневшую воду слез она смогла разглядеть черты лица женщины, смотревшей на нее сейчас. Жемчужная Королева попыталась удержать девочку, но та неожиданно пришла в сознание и сама твердо встала на ноги. — Василиса, что же ты постоянно делаешь? — выдохнув, произнесла та. Черноключница ничего не ответила. Она понимала всю ту ответственность, что лежала на ней за этот нетерпеливый беспредел, что она совершила. Она ведь сейчас не только себе навредила, услышав этот гребаный диалог, она ведь проникла сюда незаконно. — Хорошо… Передаю тебя в руки твоей матери. Может из ее уст ты лучше воспримешь информацию, которую до тебя пытаются донести все учителя уже не один год! — разразилась она. — Вы же не расскажите отцу… ? — Он уже знает. Девочка попыталась сглотить комок, образовавшийся в горле. Да, интересное ее ждет времечко! Факт встречи с матерью безумно обрадовал девочку, но она знала, что ее дальше ждет. Мать у нее тоже не самая простая, она тоже может отчитать. Но не это сейчас страшило Василису больше всего. Больше всего ее страшило, что сейчас она узнает правду, насколько бы неприятной она для нее не являлась. Они долго шли по тем же самым коридорам назад и рыжая поняла, почему же ей всегда хотелось развернуться. Ее истерика была максимально глупой и эгоистичной. Главной ее целью являлось не подслушивание чужих разговоров, из которых она могла сделать неправильные выводы, а встреча с матерью, о которой она давно мечтала. Нужно отбросить все сомнения и принять это как испытание, которое нужно пройти на пути к счастью. Она очень надеялась на то, что они с матерью очень хорошо переговорят на личные темы, устранив все разногласия враз.

***

В материнских покоях было очень уютно, несмотря на то, что они были победнее главных и не сверкали золотом. За то здесь преобладало огромное количество приятных глазу зеленых оттенков: шторы, дерево кровати то ли бывшее окрашенным, то ли специального сорта и туалетный столик, некоторые детали которого были выполнены из серебра. Приятно пахло мятой, так свежо и ненавязчиво, что Василиса совсем расслабилась, полностью избавившись от дурных мыслей. Как же ей хотелось просто сейчас плюхнуться в эту вот кровать и уснуть, чтобы поскорее наступило утро! Лисса стояла к ней спиной, однако ее наряд хорошо просматривался и в этом случае. На ней было шелковое платье-ночнушка кремового цвета, а волосы были неаккуратно убраны в хвост. Услышав шаги, она повернулась к Василисе и по ее щекам полились слезы. Конечно, она хотела отчитать дочь в первую очередь, но никак не могла совладать со своими чувствами. Теперь они могут быть вместе навсегда, им нельзя упускать этот шанс. Теперь действительно все наладилось. Увидев маму в таком состоянии, девочка кинулась к ней на шею, крепко обнимая, но заплакать не смогла. Кажется, она на сегодня уже достаточно исчерпала свой слезный ресурс. Изначально объятия давались им с трудом, ведь это для них обеих было действительно непривычно, но спустя несколько минут все изменилось и они уже более смело касались друг друга. От Белки шло необъяснимое тепло, которое закутало черноключницу с первой секунды и никак не отпускало. Девочка же уткнулась ей носом в грудь, не в силах посмотреть в глаза. Казалось, что там — пропасть. Василиса настолько погрузилась в этот чудный момент, что не заметила как кто-то подошел из-за спины, положив ладонь на предплечье. От неожиданности она одернула руки, что слегка удивило Лиссу. Словно она не заметила или считала нормальным то, что кто-то попытался ее приобнять сзади. Обернувшись, взглядом она встретилась с удивленной парой отцовских серо-зеленых глаз. Тот переглянулся с Бывшей Королевой Фей, будто задавая вопрос одним взором. Белка только пожала плечами. — Папа? — вырвалось у Василисы, пока она рассматривала его черную ночную рубашку. Да, непривычно было видеть его в таком виде, не при параде и без пиджака. Однако, нельзя не отметить, что он все еще выглядел очень статно и могущественно. Как и обычно. Не успев толком и подумать о том, почему он в таком виде, дочь прекрасно все сама поняла. Но она одного не могла понять — что ей испытывать в данной ситуации? Плакать, смеяться? Какая-то она слишком нереальная, чтобы вот так взять и быть правдой. — Ты больше так не делай, ладно? — вдруг произнес отец, увлекая в свои объятия обеих. Да, понадобиться не мало времени, чтобы Василиса приняла правдивость этой ситуации. Так просто это просто было невозможно. Это слишком хорошо, чтоб быть правдой.

***

Спустя небольшое количество времени Лиссу все же приняли назад в Зодчий Круг, правда на некоторых важных условиях. Она не могла давать много занятий из-за своего положения, поэтому в основном она тратила свое время на общение с дочкой, лишь изредка проводя уроки для девочек. Нортон настоял на том, что пока проводить занятия с мальчишками рановато, тем более от них много стресса, который при беременности не положен. Поэтому он взял на себя эту дисциплину как самый настоящий мужчина. Норт и Дейла были удивлены появлением Белой Королевы, к которой относились с большим почтением. Изначально, им не рассказали о ситуации в подробностях, только в общих чертах. Но когда-то же они должны узнать правду?! Как насчет прямо сейчас? Дейла быстро раскусила то, что между отцом и Лиссой есть какая-то химия, но спросить боялась до чертиков. Мало ли что там может быть? Не сочтет ли она это за неуважение? Было бы легче в несколько раз, коль отец сам бы им обо всем поведал. Но, на каждый подобный вопрос дочери он пытался ускользнуть от темы. Что это с ним? Неужели и правда? Обычный субботний ужин, за которым собираются все участники событий. Отец опаздывает. Надо действовать. — Не сочтите за неуважение, но нам действительно важно знать, — замешкавшись начала Дейла, — у вас есть что-то с нашим отцом? Лисса попыталась сохранить невозмутимое выражение лица, но вдруг широко улыбнулась, просверливая дырку в Василисе своим взглядом. Норт и Дейла последовали ее примеру и уже во всю таращились на сестру. Они просто не понимали что происходит, поэтому не хотели пропустить ни одной детали. — Расскажите, ваше Высочество, — с барского плеча одобрила младшая Огнева, — нам правда важно знать. Близнецы были солидарны с Королевой времени, но совсем не замечали явного сарказма в ее словах, что делало ситуацию еще более запутанной и неприятной. Бывшей Королеве Фей оставалось лишь вдохнуть побольше воздуха, как перед казнью, и выложить все, что их сейчас волновало. Как странно, что они еще не догодались о ее родстве с Василисой. Да это же видно невооружённым глазом! Правда что в силы отца не поверили, вполне вероятно. — Да, — резко и кратко ответила Белка, не опуская взгляда с губ дочери. — Вот это да-а, — треснул себя по лбу Норт, поворачиваясь к Дейле, — мы были правы! Но рыжеволосая сестра была не готова заканчивать такую интересную игру. Нет уж, мать должна рассказать им все! Все же они тоже ей приходятся родственниками, на которых просто так глаза не закроешь. — А еще… — А еще, — подхватила фразу дочери Лисса, обтягивая платьем значительно округлившийся живот, который был не заметен с первого взгляда из-за объема одежды. Блондины резко переглянулись, находясь в полном смятении. Конечно, лучше было бы, если б Нортон-старший поведал им эту историю. Да что это за супер-тайна такая, что он не делился с ними? Раньше такого никогда не было. Если что-то действительно серьезное — они узнавали первыми. Признаться, Белая Королева им очень даже нравилась. Такая властная женщина, которая этого никогда не выпячивала. Все было понятно по ее поступкам, чем она была очень схожа с их бабушкой Нерейвой. Поэтому, узнав о таких новостях, близнецы были более чем горды своим отцом. Во отец дает, конечно! –… и Василиса тоже наша дочь, — закончила свою мысль Белка, опуская глаза. Ей почему-то стало не по себе от таких неловких разговоров на личные темы. Все же раньше это было только между ней и Нортоном, слегка касаясь дочери. Непривычно. Прикрыв рот руками от удивления, Норт с Дейлой переметнули свой взгляд сновп на рыжую сестру, которую когда-то так яро ненавидели. Действительно похожи. Как две капли воды. Только вот фигура и форма лица у нее была отцовская — острые выраженные скулы, длинные пальцы и ноги по отношению к телу, хоть она и была очень низкой. — Я думала об этом, но эти мысли не приживались долго в моей голове, казались абсолютным асбурдом, — отчеканила блондинка, — но я так рада! Она придвинулась к сестре и неловко, но очень чувственно, обняла. У Василисы снова чертовски защипало в носу. Вот не хватало еще и плакать начать. Но на такой теплой и душевной ноте это кажется вполне себе адекватной реакцией на необычные действия. Василиса боялась реакции близнецов, ожидая от них той же странной ревности, что происходила и с ней. Но Норт с Дейлой, привыкшие к мысли о множестве параллелей отца, отнеслись к этому более чем спокойно. Им было легче от того, что Нортон-старший сейчас счастлив, пусть совсем и не с их матерью. Они легко отнеслись и к Еве, теперь им абсолютно легко принять Белое Величество в семью.