Мой последний смертельный прыжок

Сию минуту в двери ворвался запыхавшийся мужчина, чьи пшеничные волосы были непривычно растрепаны, а щеки зарделись, став цвета наливных яблок. Завидев рыжеволосую в окружении детей, Дух напрягся, от чего стал еще более красным. Это не могло скрыться от ее ответного пытливого взора, и она захлопала своими длинными ресницами, находясь в недоумении. О чем это они разговаривали? Разве он не велел ей избегать таких разговоров? Хотя бы до родов… А все потому, что прекрасно знал, на какие конфронтации способна его прекрасная супруга, пусть и в ущерб собственному здоровью. Нужен контроль над этой свободной птичкой, иначе подожжет крылышки, измажет их в копоти. А вина падет на его плечи, ведь он знает с чем имеет дело. — Не помешал? — приближаясь к креслам, спросил Нортон. — Нет, Господин Огнев! Вы не могли помешать, — не без сарказма отозвалась Белая Королева, глаза которой вмиг зажглись сотней огней. Игнорируя явные выпады со стороны любимой, часовщик наградил каждого из детей коротким поцелуем в лоб, а позже проследовал к Лиссе. Надо было видеть ее лицо, которое в минуту из саркастической ухмылки переменилось в растерянное. Не взирая на присутствие «малышни», они встали как вкопанные, не в силах оторвать взгляда друг от друга. Непонятно что мелкало сейчас между ними. Они хотели проявлять любовь при приветствии, но что-то всегда их ограничивало, кто-то всегда пытался их ограничить. Как же им надоела вся эта игра в секретные отношения, которая приносит только боль. Всю жизнь они скрывались от чужих глаз, насмешек и непринятия. Надоело. Все ведь теперь знают об их отношениях, почему бы сейчас не перестать прятаться? Нортону действительно хотелось выйти на трибуну перед всем миром, закричать насколько сильно он любит свою супругу. Вообще, он большую роль отводил силе слова. Кто-то скажет, что человек должен доказывать свою любовь действиями, ему не обязательно говорить об этом партнеру постоянно. Но Дух никогда не мог понять одного — раз уж человек может доказать на деле, то почему ему сложно произнести три заветных слова? Ему нужны конкретные напоминания, насколько бы навязчивыми они не казались другим людям, насколько бы примитивно не выглядели. Брат и сестры отметили неловкий момент между парой, начиная испепелять их пристальным взглядом. Сухой поцелуй в руку, такой непохожий на все те, что он дарил этим ладонями раньше. От этого поцелуя по рукам Белой Королевы мурашки забегали, перебирая каждый миллиметр кожи, сжались плечи, подпортив осанку девушки. Неприятно, без единого намека на влагу слюны. Слишком официозно. Бесит. — Отец, не стесняйся, — рассматривая сморщенное лицо Лиссы, протянул Норт, — мы все уже про вас знаем. — Что «все»? Женщина демонстративно скрылась за телом Нортона, положив вспотевшую кисть на плечо. Она выглядывала из-за его спины, слово из-за укрытия, но периодически восстанавливала контакт с детьми резкими взглядами насмешливых глаз. Блондин, повернувшись к ней, выгнул бровь настолько сильно, что на его гладком лбу проступили полосы морщин. Блеск ее медных локонов в свете ярких лучей был гиперболизирован самим сознанием Огнева. Как же ему сейчас хотелось расчесать эту несносную копну золотым гребнем, украденным у матушки в бородатые года, как же хотелось запустить ладони в ее волосы. Они потом еще долго пахли ванилью. А мужчина так и не узнал за все эти годы в чем секрет их запаха, о чем сейчас же вспомнил. — Да целуйтесь вы уже! — не сдержалась Дейла, пристально наблюдая за событиями, разворачивающимися буквально перед ее носом. По зале разнесся громкий хохот, удваивавшийся, отскакивая от стен. Но пара быстро смогла остановиться, вновь увлекаясь друг другом. Надо было их видеть! Стесняясь своих чувств, так и стремящихся наружу, они пытались разговаривать взглядами. Вдруг Нортон сделал смелый шаг, заправив выбившуюся из общей массы прядь рыжих волос за ухо. Белая Королева, смущенная такими открытыми и ясными ласками забагровела до ушей, от шеи к ногам пошла гусиная кожа. Совсем как дети перед первым поцелуем! Еще бы — не проявлять чувств на людях более десятка лет! Свихнуться можно! Конечно, такой дерзкий поступок не мог остаться без внимания детей, которые аж взвижжали и начали очень активно перешептываться, словно ученики на экзамене. Только Василиса подалась вперед, чтобы шепнуть очередную шутку близнецам, как отец нагло притянул мать к себе за талию, увлекая страстным поцелуем. Я уверена, визг был слышен в других параллелях! Огнев не понимал, что на его нашло, но прекратить это действо у него совершенно не было желания. Наконец-то они хоть от собственных родственников, пусть и самых-самых близких не будут скрываться! Наконец они смогут сесть за стол рядом, обсуждать что-либо в неформальном тоне. Именно такие мелочи кажутся главными, когда ты действительно любишь человека. Почему? Просто хочется максимально выражать свою любовь: петь о ней, кричать и рассказывать. Делать все, чего потребует сердце! В какой-то момент жаркого поцелуя, настолько длительного и непрерывного, что казалось будто они под «горько», мужчина начал осознавать, что еще совсем чуть-чуть и он не сможет совладать с собой, перебираясь на оголенные плечи обольстительницы. Нужно придумать какой-то быстрый способ как уйти из подобной ситуации, не прерывая столь ценный момент сближения понапрасну. На их счастье, часолист Нортона прозвенел, отвлекая внимание всех на свой чистый, почти кристальный звон. То было сообщение отправленное Нерейвой, в котором она извещала сына о том, что разобралась со всеми королевскими делами и теперь может со спокойной душой заниматься обучением Юного Времени. — Ох, матушка, — вздохнула Лисса, осознав весь свет дел. Она ведь так ничего и не знает о том, что некогда ее любимые дети вновь вместе. Более того, вновь ждут ребенка! Кажется, предстоит действительно неприятный и долгий разговор, длиной состоящий из нескольких суток. Задумавшись о том, что же может предъявить им Черное Величество, Белка покачала головой. Ух, не нравится ей все-таки идея этой встречи! Лучше бы она еще дольше ни о чем не подозревала, может быть удалось бы избежать неловкости. — Так, нам пора, — откладывая часолист в кожаной черной обложке, произнес часовщик. Бывшая Королева Фей недовольно поджала губы, но была увлечена Нортоном за запястье. Успев попрощаться лишь кивком головы, сладкая парочка скрылась в глади зеркала. — Как мило-о, — протянула Дейла, не отрывая взгляда от крупного зеркала, в котором только что скрылись массивные фигуры взрослых. — Почти нереально… — сладко выдохнула Королева Времени.

***

Оказавшись в комнате Нортона, рыжая бестия растерялась. У мужчины опять мысли об одном? Конечно, секс являлся одним из основных столпов в их отношениях, но помимо этого были еще другие немаловажные моменты. В последнее время, находясь на крайних сроках беременности, она совершенно не испытывала никакого влечения. Постоянно то жутко ломило спину, от чего она становилась «бревном в постели», то их чадо давало о себе знать. Да, беременность – не самое счастливое время для девушки, а особенно для ее организма. Это большая ноша, это недомогание, от которого нет препаратов. Очень важно, чтобы в данный период времени кто-то стал защитой и опорой для женщины в положении. Не обязательно муж! В такое время появляется много предрассудков, недопониманий, которые она не может урегулировать. Она бы рада, но сначала надо это осознать. Мужчину это совсем не обижало, он ведь переживал подобные моменты со своими партнершами не впервые. Прекрасно понимал, что сейчас важнее всего забота и поддержка. Внимание к беременной жене никогда не будет лишним! А вот Лисса, то ли с непривычки, то ли гонимая своим интересным положением, при котором бушуют все гормоны, была почти уверена в том, что когда-нибудь Огнев не содержится. Уломает. Но ее не особо радовала такая странная перспектива, в которой еще и делать что-то придется, поэтому Белка напряглась, едва почувствовав возбуждение, веевшее от мужчины. Но тот, видимо, имел другие планы на вечер. Блондин плюхнулся в кровать в одежде, подзывая, девушку к себе. Та все же решила стянуть с себя платье, осточертевшее ей за целый день. Когда манипуляции были завершены, она с опаской прилегла рядом с супругом. Он не мог отвести от нее взгляда. Ее грудь достаточно сильно увеличилась, хоть никогда и не была маленьких размеров, но для Нортона эти перемены в теле любимой были четко заметны. Многие сокрушались о том, что Лисса не была самой красивой женщиной. Может быть в глазах некоторых людей она не была идеалом, но Дух делал все для того, чтобы она ощущала себя таковой. Да, пусть у нее была не самая модельная фигура — обычная, но именно она была для него абсолютным совершенством. Каждый ее неидеальный кусочек тела, который лишний раз напоминал, что она живая, что она реальная, воспевался Нортоном как дар, принесенный самим Временем. Неожиданно часовщик припал к ее груди, прислушиваясь к бешеному ритму сердца. От нее слегка пахло молоком, что только будоражило воображение Нортона. Этот запах был настолько родным, настолько теплым, что все мысли поисчезали из нортоновой головы, оставляя место лишь искренним чувствам. Чувствам, которые он не умел выражать. Чувствам, которые могла считывать только лишь она. В этом и секрет их связи! Они единственные, кто понимает их с полуслова во всем мире. Убаюканный биением сердца и ароматом возлюбленной, мужчина понял, что проваливается в сон. Как же он измаялся за эту неделю! Пора спать. Почувствовав, как муж размеренно сопит, Лисса накрыла его голову своей потной ладонью. И прошептала: — Спокойной ночи, папочка.