Наш симбиоз

— Ну вот, всё готово, — Эррор закрывает окно с кодами, с которыми всё-таки смог разобраться, и решает размять свои суставы, так как из-за долгого нахождения в одной позе они совсем занемели и заломили. — Как и обещал. Теперь можешь спокойно открывать порталы в АУ по своему желанию. — Знаешь, когда ты говорил, что будешь обучать меня, я представлял кое-что иное, — мальчик растеряно опускает взгляд, не веря в быстроту и лёгкость действий глючного, и решает проверить свои приобретённые способности: протянув руку вперёд и сделав лёгкий плавный взмах, он открывает небольшой проход и, наконец уверившись, закрывает обратно. — А кто сказал, что это входило в твоё обучение? Мы бы хрен дождались, когда бы твоя способность сама проявилась. И, можно сказать, как раз я... кхм, виноват в этом. Ты должен был выйти из псевдо-АУ самостоятельно, а не насильно. Но мы оба прекрасно помним, что я просто выполнял свою работу.       Скелет повернулся к сидящему на "земле" Дуксу и махнул рукой: — Вставай. Вот сейчас начнём твою тренировку. Честно сказать, никогда не учил кого-то, не знаю, как у нас вообще получиться, — он немного замялся. — Х-хорошо, я готов, — нервничая, пробормотал паукообразный и быстро встал. — И с чего м-мы начнём? — Для начала атакуй меня. — Ч-что? — мальчик потупил взгляд и недоумевающе посмотрел на своего наставника, но тот был уверен в своём решении. — Н-но я не смогу. Я-я не могу атаковать т-тебя. — Ты не сможешь меня серьёзно ранить, так что не беспокойся, — глючный тихо усмехнулся.       Песочные часы пролетели мимо черепа и были мгновенно разбиты красными костями. Подняв бровные дуги, Эррор удивлённо посмотрел на своего подчинённого, явно, не ожидав такого быстрого и резкого маневра.       Взмах рукой. И песок из часов сию секунду сформировался в большой кулак, готовый вот-вот ударить. Скелет сразу увернулся и, призвав пару костей, направил их на юношу, который только в последний миг опомнился и защитился стеной из песка. — Не думай, что всё будет так просто. Ты должен понимать, что враги не будут стоять на месте и бездействовать! Ты должен быть готовым ко всему! — Враги? То есть у таких, как я, они есть? — Конечно же, они есть у подобных тебе! Те, кто знают о таймлайнах — твои враги, которые сразу просекут, что ты чужак в их мире, и, скорее всего, убьют тебя. — Скорее всего? Значит, есть также и малый шанс того, что они этого могут и не сделать? — кудрявый посмотрел на разрушителя как-то невинно, по-детски, распахнув широко глаза в предвкушении желаемого ответа, но получил лишь костью по голове. — Ай! — Даже не думай о подобных вещах! Ты ещё слишком наивен, раз считаешь, что сможешь сдружиться с этими грязными глюками! — П-прости, я спросил только из любопытства, — он виновато опустил свой грустный взгляд. — Надеюсь, что глупых вопросов у тебя больше не возникнет. А теперь не отвлекайся, — глючный тут же призвал парочку чёрных лагающих гастер-бластеров, которые уже начали заряжаться и стрелять прямо по заставшего врасплох мальчишке.       Дукс застыл от ужаса и понимания того, что вряд ли сможет защититься или успеть избежать атаки. Яркие лучи стремительно полетели к обездвиженному пауку, не успевшему ничего не предпринять. Ещё секунда и... на его месте уже лишь жалкая песчаная горка. Озадаченный скелет подошёл к тому, что осталось от его подчинённого, и начал рассматривать: — Что? Да быть не может, что он того...       Кучка песка сдулась, словно ветром, куда-то в сторону, формируясь в невысокую фигуру лежащего монстра, точнее, как позднее оказалось, Дукса. Он с трудом перевернулся на спину, жадно глотая воздух; сердце бешено билось, суженные зрачки нервно бегали, лицо было очень побледневшим. В голове был кавардак, но вскоре, когда тот более-менее успокоился, всё прояснилось и осталась лишь единая мысль: «Меня могло спасти только чудо». — Не знал, что ты так можешь. И, как я понял, ты тоже, — скелет подошёл ближе к тому и вновь открыл панель, чтобы узнать состояние паучка. — Ранений никаких нет, всё в норме. — Д-д-давай сделаем н-небольшой перерыв, п-п-пожалуйста, — выдавил из себя дрожащим голосом он. — Ладно уж, так и быть. Хотя мы с тобой толком-то и не потренировались. Встать-то сам сможешь? — Д-да, пожалуй, смогу, — юноша принял сидячее положение и повернулся к Эррору, приземлившемуся недалеко от того и доставшего шоколад, и вспомнил, что очень давно не ел — ещё со своего "освобождения" из псевдо-АУ.       Однако до этого чувство голода не было совсем, что было очень странно. Но зато сейчас оно появилось вновь: то ли после тренировки, то ли при виде сладости в руках наставника; и тут же животик издал характерное урчание, а под ложечкой засосало. Ощущение было не из приятных, словно не ел месяцами, хотя в этой анти-пустоте казалось, что вообще вечность. — Что-то я совсем измотан, а ещё очень... г-голоден, — Дукс измученно глазеет на глючного, уже готовившегося сделать первый укус, и тот тут же останавливается, недовольно и как-то жадно зыркая на мальца, но позже лишь вздыхает, отламывает шоколадку и протягивает ему: — Держи. — Но шоколад — это не еда, — он неуверенно, но всё же берёт отломанный кусок шоколадной плитки. — Я тогда обратно заберу, — пригрозил тот. — Меньше возникать будешь. — Н-нет, нет, н-не надо, я съем её! Я просто имел ввиду, что шоколад не существенная еда, ею не насытишься, — тот вздохнул. — Спасибо большое за угощение и приятного аппетита, — паукообразный улыбнулся и скушал сладость, но позже поморщил лоб и с трудом сглотнул еду. — Шоколад какой-то безвкусный. — О чём это ты? Обыкновенный молочный шоколад, очень даже вкусный. Что тебе опять не нравится? — Я чувствую твёрдую консистенцию шоколада, но никак не его вкус. — Дай-ка сюда, — скелет выхватил плитку у того и надкусил с обратной стороны. — Хм, ты, походу, потерял способность к ощущению вкусов, — спокойно сделал вывод тот. — Н-но как такое в-возможно? — Твоя псевдо-АУ самоуничтожилась, из-за чего лишила тебя некоторых особенностей обыкновенных монстров, чтобы казаться таким, как все остальные. А также, как я выяснил, у тебя нет потребности к питанию. — Н-но почему же я тогда ощущаю голод? — Это твой настоящий голод, голод вредителя. Обычно, он проявляется вместе с голодом к обычной еде. — И каким же образом утолять вредительский голод?       Эррор молча открыл портал в какую-то вселенную и показал рукой в его сторону. — Я не совсем понимаю, к чему ты ведёшь, — паук сильно смутился, недоумевающе посматривая то на проход, то на скелета. — Простыми словами, вредительский голод утоляется во время длительной прогулки по какой-нибудь одной вселенной, а также при контакте с её жителями. Проветрись, должно полегчать. Зато и на АУ поглядишь, как ты хотел. — Т-то есть я-я пойду совсем один, б-без тебя? — он испуганно взглянул на местность в портале и шумно сглотнул. — Ну да. Однако я буду за тобой внимательно следить, так что, можешь считать, что я с тобой всегда рядом, — тот нервно усмехнулся и немного покраснел от своих же слов. — Кхм, в общем, если что случиться с тобой — я обязательно замечу и помогу. А так, возвращайся тогда, когда "насытишься", хах. — О-ох, хорошо, понял. Тогда увидимся! — мальчик, неловко улыбнувшись, помахал тому и скрылся в закрывающемся портале.

***

      Сказочный зимний лес тут же показал себя во всей красе любопытному паучку и уже заворожила того высокими, окутанными белым покрывалом, хвойными кронами. По всему телу пробежали мурашки от дувшего на встречу неприятного ветерка, который также царапал нежную слегка порозовевшую от мороза кожу на лице. Всё же он был из тех пауков, что любят жару и сухость, которые никогда не знали, что такое настоящий холод. Его тёплые пиджак и брюки более-менее спасали от чуждого климата неизученной вселенной, однако юноша был уверен, что продлится это недолго.       Но возвращаться в анти-пустоту он не решался: думал, что Эррор придерётся к нему из-за этого да и несмешно и обидно сострит ещё. Идти в другую АУ тоже не хотелось: Дукс пришёл "есть" (всё ещё не до конца понимая, как этот процесс будет выглядеть) именно в эту вселенную: вдруг что-то случится при смене "еды"? или придётся утолять "голод" дольше и труднее? Путешествовать по АУ он давно желал, но гулять длительное время одному по многочисленным мирам было очень некомфортно и страшно, несмотря на слова глючного, что тот будет следить за ним.       Как и в большинстве случаев, за всё решили излишние любознательность и самоуверенность. Уверив себя, что сможет насытиться до того, как замёрзнет, мальчик, преодолев несколько небольших сугробов, добрался до одной единственной вычищенной широкой тропе и направился вперёд, продолжая осматривать неизвестную местность и искать хоть какую-нибудь живую душу.       Действовать всё же стоит осторожно, нужно быть готовым ко встречи с монстрами, к общению с ними для утоления "голода", а в противном случае — к бою, к любым их атакам, уловкам и прочим грязным приёмам, а также не забывать и действовать самому, пробуя все методы, чтобы выжить и избежать смерти. Однако малец понимал, что в битвах он плох, и что вряд ли это станет действенным способом. Ему легче заговорить кого-нибудь, обмануть или просто очаровать — лишь бы разойтись мирно и не драться. Узнав бы о подобных мыслях, разрушитель наверняка бы устроил выволочку, которая бы вразумила его слишком глупого наивного подчинённого с искажёнными представлениями об ошибках Мультивёрса.       Лесная чаща была совсем безлюдной, лишь деревья сопровождали Дукса по замёрзшей побелевшей земле. Но всё же казалось, что некто другой следил за ним и с каждой остановкой настороженного чужака прятался где-то в кронах или снегу. Мальчик чувствовал на себе чей-то взгляд. Неужели это Эррор? Но каким же образом он наблюдает? Ходит попятам за своим учеником? Никак нет, не может быть, весьма нелепо и неразумно. Скорее всего, скелет сидит в анти-пустоте и наблюдает за юношей через небольшой портальчик, играющий роль экрана. А может он вообще не следит. Может, он тогда просто обманул кудрявого, чтобы тот был спокоен и чтобы не началась его паника из-за страха перед одиночеством. Мальчика всё же больше напрягало присутствие странного незнакомца, который неподвижно, как он чувствовал, стоит сзади, словно дразня и выводя того из себя. Не выдержав, паукообразный резко оборачивается назад, подготовив бесформенный песок в руке, и выкрикивает, что было глупым и опасным для него же решением: — Я знаю, что ты тут, выходи! Я тебя не боюсь!

Никого.

      Злоба сменяется на озадаченную гримасу, а руки опускаются, и он, отозвав сыплющийся с руки на белоснежный ковёр золотистый песок, растеряно оглядывается по сторонам, надеясь поймать подозрительного наблюдателя. Не успев вздохнуть, тот своим третьим глазом замечает что-то жёлтое под ногами, и уже позже смог разглядеть... цветок с лицом. — Приветики! — доносится снизу звонкий радостный голосок, от которого паукообразный шарахается и вздрагивает. — Ты меня испугался? Не бойся, я тебе не наврежу! Я простой говорящий цветочек! Цветочек по имени Флауи!       Малец дрожит, заикается, всё ещё не отойдя от увиденного, пытается подобрать нужные слова.       «И ты наивно полагаешь, что это живое растение не станет тебе вредить? — вдруг озвучились мысли в голове серьёзным голосом Эррора, — Неужели ты настолько глуп, что доверишься первому встречному монстру?» — вопросы были весьма разумными и заставляли Дукса ненадолго задуматься о своих действиях и словах. — Как ты ещё не погиб от ужасного холода!? — негромко вскрикивает тот недоумевающе, стараясь держать безопасную дистанцию от золотого цветка. — Так же, как и ты, — ускользнул от ответа Флауи, лишь больше ухмыляясь и глазея на чужака. — Ты, смотрю, нездешний. — Ну д-да, я живу в Хотлэнде, — недоверчиво щурясь, отрезал кудрявый, встречаясь взглядом с тем. — Тогда тебя стоит ознакомить с данной местностью! И я готов тебе помочь с этим! — тот гордо поднимает свою маленькую голову. — Правда? — неуверенно переспрашивает он. — Ну хорошо, и как ты мне поможешь? И как ты вообще передвигаешься?       Золотая макушка с изумрудно-зелёным стеблем тут же юркнула под землю и вновь появилась, но уже в паре шагов от исходного места. — Теперь стало ясно, хах? Ну, чего столбом стоишь? Пойдём скорее! — листья машут, подзывая путешественника следовать за тем.       Ничто не оставалось делать, как следовать за ним. В любом случае, это контактирование с монстрами, которое, как объяснял Эррор, должно удовлетворять потребность к "голоду", только-только начавшийся восполняться. Живот всё ещё урчал, но уже реже и тихо, хотя золотой цветок всё же смог услышать: — Так ты ещё и голоден, хах? Тогда нам стоит поспешить в город! Если ты, конечно, не ослаб ещё, — он усмехается и начинает куда-то сворачивать, что не могло не насторожить Дукса. — На кой чёрт тебе сдалось это место? — Я просто хотел повидать мир, другие города, помимо Хотлэнда, — тяжко вздохнув, не без доли правды отвечает паук. — А разве эта тропа не должна вести в город? — Должна, но я знаю один короткий путь, благодаря которому мы доберёмся куда быстрее! — Флауи вмиг же теряется из виду среди кустарников и деревьев, из-за чего мальцу пришлось ускорить шаг, чтобы поспешить за ним и найти его. — Думаю, для тебя было бы достаточно повидать Ватерфолл, а не переться в такую даль, где ты бы, скорее всего, потерялся или замёрз насмерть, — его голос был отчётливо слышен. Значит, он где-то недалеко. — Благо, я с тобой! — Флауи выпрыгивает прямо перед чужаком, отчего тот пугается, и странно широко улыбается, а потом вновь разворачивается и ведёт того через большие пушистые сугробы.       Паукообразный с трудом пробирается через них, чувствуя, как его ступни в лакированных туфлях уже полностью промокли и совсем оледенели. С веток посыпались пара комьев снега и часть из них прямо на голову и плечи мальчишке, что тот весь задрожал. Лишь монстру-растению эта картина посчиталась забавной, что тот даже не сдержал смеха. — И как долго мы будем идти? Может, всё-таки стоит вернуться к тропе? — стараясь игнорировать издевательский хохот, поинтересовался паучок. — Прошу, прекрати! Это совсем не смешно! — срывается тот, сжимая кулаки до побеления костяшек, и уже готов был припечатать Флауи в землю, лишь бы он замолчал. — Прости, прости, — с трудом отдышавшись и постепенно успокаиваясь, проговорил он. — Тебе может помочь с этой проблемкой, хах? — игнорируя первые вопросы, спрашивает золотой цветок, осматривая путешественника с ног до головы и изредка издавая тихие смешки. — И как же!? — всё ещё злится мальчишка, уже успев шепотом поругаться на паучьем языке.       На ответ лишь местный монстр создал пару белых левитирующих лепестков и направил их близко к тому. Кудрявый, отряхнувшись полностью от снега, опасливо поглядывает на них: — И что это? Как мне это поможет? — Я тебя восстановлю с помощью своей безобидной магии, — сладостно протягивает слова растение.       Не успев, что сказать против, мальчишка тут же принимает лепестки: ощутив резкую жгучую боль, он тихо вскрикивает от боли и чуть ли не падает прямо на холодную мокрую землю, но всё же с трудом продолжает держаться на ногах. Звонкий смех когда-то радостного дружелюбного монстра становится весьма жутким, садистким: — О боги! Да вы не меняетесь! Всё такие же наивные идиоты! Ха-ха-хах! Хотя это и к лучшему!       «А я ведь предупреждал» — вновь не даёт покоя голос Эррора в голове. Нужно было всё-таки послушать его. Как же сейчас стыдно за свои неверие и пренебрежительность к его словам. Однако оправдываться перед ним Дукс будет потом. Сейчас ему нужно разобраться с одной маленькой ошибкой.       Белые лепестки, подобно пулям, вновь стремительно полетели на чужака. Быстро собравшись, он защищается от них песочными часами, которые мгновенно разбиваются вдребезги от атаки золотого цветка, который ошеломлённо глазел, явно, не ожидая ответных действий. С трудом поднимая руки, чтобы взмахнуть ими и тем самым управлять песком, паучок создаёт небольшую песчаную лавину, которая тут же обрушивается на маленькое растение и лишь временно ослепляет его.       Появился шанс сбежать, чем юный путешественник и воспользовался. Обегая всевозможные преграды, он мчался как можно быстрее, как можно дальше, в безопасное безлюдное место, где тот сможет незаметно открыть портал и ускользнуть домой, в анти-пустоту, к своему дорогому наставнику.       Оставалось лишь пару шагов до желанного, но, к несчастью, ноги что-то резко схватило, вонзаясь чем-то острым прямо в бледную тонкую кожу, отчего мальчик пискнул и упал на колени, успев упереться руками, чтобы не упасть лицом в землю. Флауи не собирался пока отпускать чужеземца, потому с помощью своих лоз поймал того и вернул на поле битвы. Тело окоченело, однако Дукс всё же смог перевернуться на спину и взглянуть на цветка: безумный взгляд маленьких сияющих зрачков, окутанных чёрной склерой, исследовал мальца с ног до головы, пока тот пытается вновь подняться на ноги, упираясь сзади о ель. — А вот такого раньше не было, — озадачено произносит он и вонзает несколько лоз в его руки и живот, впечатывая прямо в твёрдую замёрзшую кору дерева, чтобы тот в очередной раз не попытался сбежать.       Из ран хлынула гемолимфа, в миг же приобретшая голубой окрас. Глаза широко распахнулись, и Дукс во всю глотку закричал от жуткой острой боли; слёзы тут же потекли из глаз, тем самым ослепляя своего владельца. Как же хотелось, чтобы Эррор пришёл сюда и помог, чтобы он покончил с этим поганым растением и вылечил своего подчинённого, а потом вместе с ним вернулся в анти-пустоту. Но его нет. И он вряд ли придёт. Остаётся лишь действовать самому, хотя сил почти не оставалось, как и надежды на спасение. Всё тело лихорадочно трясёт, на котором также струился холодный пот, вмиг же подступила тошнота, разум и обзор размыт, но мальчик, словно инстинктивно, всё же старается поднять левую руку для призыва атаки. Однако Флауи это прекрасно видит и предотвращает её, резко хватая ещё одной лозой его худую кисть, обвивая её и крепко-крепко сжимая. Изо рта вновь вырывается болезненный стон; многочисленные алые шипы, подобно иглам, глубоко всаживаются в бледную конечность, и из образованных ран тут же появляются струйки "крови". Уже онемевшая рука продолжает находиться в тугих тисках, но золотой цветок внезапно резко дёргает её вперёд. Одно мгновение и...

Хруст

      Вопль. Левая рука отделилась от своего хозяина и уже была отброшена в сторону, оставляя под собой голубую лужицу. Оцепеневшее тело уже готово было упасть, если бы не лозы, прикрепившие его к столбу хвои. Из глубоких ран всё ещё текла гемолимфа, скатываясь по дырявому потрёпанному пиджаку и брюкам прямо на снег. Уши заложило, из-за чего ехидный смех монстра уже не был слышен; все три широких белых зрачка уже смотрели в никуда и ничего не видели, кроме мрака. Само сознание уже совсем скоро полностью отключилось.

***

      Тяжёлые веки еле-еле раскрылись. Знакомое белое пространство предстало пред взором, и три пурпурных глаза вновь зажмурились от всё ещё непривычной яркости места. Всё тело ныло и с трудом поддавалось, словно было приковано к "земле". Мысли все вперемешку вместе с многочисленными вопросами, которые так хочется задать. Однако никого не было слышно и видно поблизости. Кругом была лишь мёртвая тишина.       Но, благо, она продлилась недолго. Громкое бурчание глючного голоса привели в порядок разум мальчишки и немного успокоили его. — У меня просто нет слов, — делая небольшие паузы между словами, раздражённый наставник обращался к мальцу, прекрасно видя, что тот уже очнулся. — "А я же говорил", — продолжил за того паучок, тяжело вздыхая. — Я знаю. Прости, мне очень жаль. Я просто думал, что... — Свои жалкие оправдания оставь при себе. Я не намерен их выслушивать.       На это его подчинённый лишь шумно сглатывает и прикрывает свои грустные глаза, чтобы не встречаться взглядом с разрушителем, который как раз садится на небольшое расстояние от того и открывает панель, чтобы проверить состояние юноши и также чтобы восстановить его.       Они долгое время провели в неловком молчании. Паукообразный даже после махинаций Эррора с кодами не пытался подняться или просто слегка пошевелиться, а лишь продолжал обездвижено лежать, смотря куда-то вверх и не произнося больше ни звука. Скелет же всё также находился рядом с ним, так и не успокоившись, и как-то нервно поглядывал на Дукса. — Ладно-о, — он тяжко вздыхает и пытается оживить беседу. — Так уж и быть, попробуй мне объяснить, что ты не понял из моих предупреждений и почему повёлся на уловки той жалкой ошибки. — Я-я всё понял, п-правда, — выдавил из себя слова кудрявый. — Проблема была в не понимании, а... в доверии, — последнее слово он сказал совсем тихо, однако его глючный всё равно услышал. — Ага, да, конечно, — полностью выслушав с невозмутимым выражением, тот вмиг меняется, сердито глазея на юношу и переводя все стрелки на него. — Только вот проблемы с доверием у одного тебя. Вместо того, чтобы довериться мне и моим мудрым советам, чтобы не умереть от нелепой быстрой смерти, ты предпочтёшь послушаться какого-то жалкого говорящего цветка и последуешь за ним! А в начале вроде всё нормально шло... — Т-так ты всё же присматривал за мной? Почему же тогда не помог мне? — Я не думал, что ты настолько оплошаешь, что мне бы пришлось помогать, поэтому и не вмешивался. А потом уже было слишком поздно, и единственное, что я тогда мог сделать — так это стереть того монстра и спасти тебя, что, в принципе, я и сделал, хотя это заняло время. — Однако... Как я всё же мог не идти за цветком? Это же контактирование с монстрами, которое нужно для утоление "голода"! — паук не сразу заметил, как повысил тон на своего наставника, а с поздним осознанием тут же покраснел от стыда, начал прятать взгляд и даже на какое-то время затих, — Я и так с трудом понимаю, что это такое и как работает... — Такого больше не повторится, — негромко и менее раздражённо проговорил взрослый монстр. — В следующий раз будешь гулять по позитивным и ещё, возможно, нейтральным АУ. И это... давай уже вставай, у меня уже нет сил смотреть и разговаривать с тобой, пока ты лежишь, словно вот-вот обратишься в песок.       Мальчик, в очередной раз проигнорировав остро́ту, послушно выполнил просьбу разрушителя, осторожно разминаясь и потягиваясь. Тело дрожало и было ледяным, видимо, оно ещё не полностью согрелось и высушилось после битвы в зимнем лесу. Наконец, вид на анти-пустоту сменяется на себя, отчего Дукс, не выдержав, от ужаса взвизгивает. Глючный тут же вздрагивает от внезапного громкого звука. — Т-ты ч-ч-чего к-кричишь!? — жутко лагая, он оборачивается к своему подчинённому, чтобы найти и понять причину, и из-за небольших глюков, мешающих обзору, с трудом видит ошарашенное худое лицо паучка. — Эррор, это... т-так меня... т-та ошибка? — дрожащим голосом спросил он, сглатывая слова вместе с комом в горле, из-за чего они были не услышаны, — Ч-что с моим т-телом?       Находясь в сидячем положении, малец поворачивается к монстру, сменившим свою сердитость на недоумение, и тем самым показывает то, что вызвало столь бурную реакцию. Кудрявый был без своих любимых рубашки и пиджака, лишь в одних брюках и туфлях. На руках и животе сохранились шрамы от глубоких ран, нанесённые когда-то Флауи, но бо́льшее внимание приковывало к ярко выраженной исхудалости: совсем тонкие ручонки, словно спички по сравнению с крупными темноватыми рубцами, сильно выпячивающиеся ключицы и рёбра, обтянутые тонкой нежно-голубой кожей, усыпанной множеством мурашей от небольшого холода. Мальчик, кривя лицо от некого отвращения, тут же скрывает руками своё тело, которое когда-то выглядело совсем иначе, и бросает тревожные взгляды на наставника, ожидая ответа и решения проблемы. — Ты не помнишь, что с тобой произошло? — озадачено спрашивает тот. — Смутно, — кротко отвечает мальчишка, понуривая голову и прикрывая глаза, точно не хотя пытаться вспомнить подробности произошедшего инцидента. — Ну, если со шрамами всё понятно, то насчёт твоего анорексичного тела нужны кое-какие объяснения, — он спокойно проговаривает, параллельно осматривая, словно изучая, Дукса и его странный феномен. — Оденься уж для начала, а потом я попробую тебе всё растолковать. — А г-где моя одежда? И п-почему на мне её вообще не было? — на щеках появился пурпурный румянец; обеспокоенный смущённый взгляд буравил череп глючного. — Её пришлось на какое-то время изъять, чтобы восстановить тебя с помощью кодов, — опускает голову тот, точно напрягаясь от выражения лица своего подчинённого. — Стоп. Ты что, раздевал меня!? — залившись полностью краской, вскрикивает стушевавшийся юноша и начинает немного отстраняться от Эррора. — А как я, по-твоему, должен вылечить твои раны!? К тому же, твоя одежда была почти в клочья, поэтому мне и её пришлось вернуть в прежнее состояние! — громко возмущается скелет, конфузившийся от столь нелепой ситуации, которая из-за поведения паучка переросла в нечто постыдное и неправильное. — За кого ты меня вообще принимаешь!? И твоя любимая одежда, кстати, лежит прямо позади тебя, полностью воссозданная, почти как новенькая. Благодарностей не надо, — саркастично бросает тот, отворачивая обиженную гримасу.       Мигом вставая, мальчишка нервно оглядывается в поисках и, найдя свои вещи, молниеносно начинает одеваться: застёгивает на молочно-белой льняной рубашке с длинными рукавами маленькие перламутровые пуговицы, завязывает на воротнике такого же цвета платочек с кружевами и накидывает тёмно-синий пиджак с тремя золотистыми пуговицами. Он облегчённо вздыхает, а потом поднимает все три глаза на недовольного наставника и виновато начинает бормотать: — Спасибо большое за помощь. И прости, пожалуйста, за мою беспардонность. Я ни в коем случае не хотел тебя как-либо задеть, — лёгкий поклон со стороны подчинённого привёл разрушителя в небольшое смятение. — Ладно, проехали, — прокашлявшись, продолжил Эррор и расположился на кресле-мешке. — Итак, что касается изменений, связанных с твоим телом... Может, ты не удивишься, но это опять же связано с разрушением твоей псевдо-АУ, а также с длительным голоданием. К твоему сожалению, вернуть тебе прежнее тело я не смогу. Так же и со шрамами. Уж прости, но я здесь я бессилен.       Кудрявый жалобно глазел на того и готов был что-то высказать, но всё время молчал и после окончания предложения лишь кратко кивнул, дав знак, что выслушал и всё понял. И вновь неловкая тишина со стороны обоих монстров. Паукообразный осторожно подсаживается рядом со скелетом, окидывая его взором больших любопытных глаз, и, собираясь с мыслями, начинает нервно переминать мозолистые пальцы на руках. — Когда я упоминал про доверие, я не совсем то имел ввиду, — тихий немного дрожащий голос юноши доносится до глючного. — Можешь больше не пытаться оправдываться, ты и так уже извинился за это, — тот снисходительно хмыкает и смотрит на мальца, как всегда скромно сидящего на самом краю, всего съёжившегося, подобно испуганному котёнку, и уставившегося на него с каким-то наивным детским взглядом, от которого Эррор невольно ухмыляется. — Нет, нет, я вовсе не оправдываюсь! Дело в другом! — Хм, да? И в чём же тогда дело? —Я п-просто понадеялся, что всё-таки смогу попытаться сдружиться с тем цветком. Неужели настолько всё плохо? Неужели и вправду нет никакого шанса на хорошие отношения с этими... ошибками? — паучок поднимает на собеседника свой грустный взгляд и пытается найти поддержки, но как обычно получает суровый ответ. — Я думал, что я и тот глюк дали тебе понять, — немного нахмурившись, бросает тот, но позже вздыхает. — Ты сможешь "сдружиться" лишь с теми монстрами, которые легко подвергаются вредительскому влиянию, однако и тут стоит быть поосторожнее. — Это... печально. Что мне ещё предстоит узнать или сделать, прежде чем пойти в другую АУ? — Для начала — отдохнуть. Ты выглядишь весьма измотано. А ещё, мне казалось, что тот инцидент на какое-то время заставит тебя побрезговать путешествовать по вселенным. — Признаюсь честно, осадок и вправду остался. Однако если ты будешь, как и в этот раз, присматривать за мной, мне не будет так страшно! — уголки губ приподнялись в милой клыкастой улыбке. — Хм, вот оно как? — наставник странно усмехается и, отворачиваясь от того, начинает заниматься своими делами. — Что ж, ладно, на сегодня хватит. Можешь лечь спать на ту паутину, которую ты сплёл. — Я не думал, что ты её всё-таки сохранишь, — приятно удивляясь, подчинённый подходит к искусно сделанной синей ловчей сети и располагается на ней поудобнее, прикрывает глаза и совсем скоро засыпает. — Спокойной ночи, — тихо бормочет он перед тем, как уйти в крепкий сон. — Угу... Спокойной, — позевая, отвечает Эррор.