Неожиданный спутник

Не смотря на чертовски тяжёлую ночь, утром Звонкова, вместе со всеми, дожидался поезд, на котором они должны были добраться в следующий город гастрольного списка. Не смотря на довольно раннее время, на вокзале уже стояла жара, густая и тянучая, словно патока. Вот только самого Андрея потряхивало, и он уже привычно кутался в мешковатую толстовку, которая сейчас помогала не только хоть немного согреться, но и скрыть на теле новые следы довольно специфического общения с Химом. После ночной перепалки демон не показывался и просто молчал, видимо на какое-то время утолив голод. Вот только заснуть, вопреки этому, мужчине больше так и не удалось, и теперь он отчаянно пытался не сделать это прямо здесь, стоя, чтобы не завалиться в итоге на твёрдый бетон. Когда же необходимый поезд прибыл на станцию, и началось время посадки, гитарист оказался в одном купе с Лифшицем. Парень оставил багаж и быстро куда-то свинтил, кажется, в попытке одолжить у кого-то зарядку для телефона. А сам Андрей, едва оказавшись на своём месте, тут же отрубился, даже не успев стащить со спины объёмного вида рюкзак. Когда Борис вернулся обратно, то застыл в дверях. Потом, оглянувшись по сторонам не понятно зачем, зашёл в купе и закрыл за собой дверь. Поезд ещё даже не тронулся, а Звонков уже пускал слюни, укутавшись в собственную толстовку. – Андрюх... Спишь? – шепотом спросил барабанщик, склонившись над застывшей фигурой. Мужчина только слабо вздрогнул из-за звука чужого голоса, но так и не проснулся, даже когда вагон перед самой отправкой ощутимо тряхнуло. Лифшиц же с удивлением смотрел на неподвижную фигуру гитариста, наощупь подключая телефон к зарядке. Андрей даже не удосужился снять рюкзак, только прислонил чехол с гитарой у столика, прежде чем улёгся и отключился. Борис, правда, его потом переставил, иначе гитара Звонкова рисковала встретиться с полом вагона во время движения. Да и обзор она загораживала, что в данный момент парень расценил, как угрожающее препятствие. Чему именно оно угрожало, он не знал, но, как только внешний вид согруппника намекнул на первые признаки его неважного состояния несколько дней назад, Борис ощутил некую потребность и обязанность следить за своим другом и помогать по мере возможностей. И сейчас, подложив свёрнутую куртку под голову, он устроился на полке полез в интернет в поисках ответов. Лифшиц вбил симптомы «приболевшего» коллеги, среди которых, по его мнению, числились бессонница, усталость, раздражительность, озноб и потеря веса. Последнее, по правде говоря, парня волновало больше всего, ведь Звонок и так был не сильно далёк от пресловутого «кожа да кости», и при взгляде на тощего гитариста сразу хотелось его хорошенько накормить. Пройдя по первой же ссылке, пришлось немного подождать, пока содержимое страницы прогрузится. Борис повернул голову в сторону гитариста и сам уже начал клевать носом под мерное движение вагона и умиротворённый сон согруппника. Однако вчитавшись в статью по заданным им симптомам, сонливость как рукой сняло. С каждым прочитанным абзацем глаза барабанщика становились всё шире, а в груди зарождалось тревожное чувство, медленно перетекающее в панику. Проблемы Андрея, по мнению интернета, могли крыться в ряде всевозможных причин, начиная от апатии и депрессии, заканчивая тяжёлыми заболеваниями. Первое, несомненно, подходило под наблюдаемые симптомы, только вот часть из них, такие как расстройства желудка, боли в груди или спине – нет. Однако, вспомнив свои попытки узнать у Звонка, в чем же заключается проблема, Борис поставил галочку напротив депрессии у себя в уме, ведь всё, чего он добился от друга, это пару неласковых в свой адрес. В любом случае гитарист о болях в какой-нибудь части тела, например, мог бы просто умолчать. Следующая ссылка вела на некую семейную клинику, где информация на странице взволновала парня ещё сильнее. Однако несколько диагнозов он отмел сразу. Здесь статья была разделена на части, каждая озаглавлена названием болезни. Алкоголизм Борис, не задумываясь, пролистал. Звонков, конечно, никогда не был ярым противником горячительных напитков, но и злоупотреблением не занимался. Следом числилась язвенная болезнь, но и эту часть статьи барабанщик быстро пробежал глазами и двинулся дальше. Сюда вписывалась только потеря веса, да и он был достаточно осведомлен об этом недуге, чтобы быть уверенным в том, что у Андрея язвы попросту быть не могло. Читая часть о проблемах с щитовидкой, Борис неудобно поёрзал на твердой поверхности и сухо сглотнул. По началу, конечно, текст заставил его понервничать, но вот дойдя до симптомов и методов лечения с облегчением выдохнул. Сюда вписывалась только бессонница, а вот остальные признаки, например, непереносимость жары и учащённое сердцебиение было совсем соло-гитаристу не свойственно. Уже не первый день тот только и делал, что кутался в тёплую чёрную толстовку, не смотря на летний зной. Завершалась страница параграфом о паразитах. Лифшиц брезгливо поморщился и взглянул на коллегу напротив, довольно четко и красочно представляя у себя в голове различные картинки по теме. Ему почему-то вдруг резко захотелось отмыться. Кроме того он тут же поджал ноги и перевернулся на бок, сжимаясь в клубок, и упёрся спиной в стену. На следующей странице оставалось ещё несколько абзацев. От первого же заголовка пересохло горло, и парень сильно пожалел, что вообще полез в интернет искать причину симптомам Андрея. Но через несколько секунд завис в непонимании, ведь сахарный диабет, несколько он помнил, обычно был спутником людей, испытывающих проблемы с лишним весом, не считая врождённый тип заболевания. Поэтому решив, что этот вариант ему совсем не подходит, пролистал дальше. Только от набора следующих выделенных жирным букв лицо его побледнело, а ладони вспотели. Параграф под названием «Рак» вещал об общей информации этого довольно распространенного и очень коварного заболевания, в частности о его видах. В качестве основных симптомом указывались та самая депрессия и потеря веса с кратким описанием причин. С трудом сглотнув комок в горле, Борис трясущимся пальцем долистал до последнего абзаца, который в своем заголовке имел не менее известное и смертельное заболевание – СПИД. Помимо информации о вирусе, о котором барабанщик довольно часто слышал из СМИ, в параграфе описывались стадии развития болезни. Хоть в нём и была не малая часть новой для парня информации, к концу статьи он просто уставился в белый кусок веб страницы, не думая ни о чём. В груди к этому уже давно хозяйничала паника, и, казалось, что все те симптомы, что Борис приметил у коллеги, начинали проявляться и у него. Вдруг к сухости во рту и потливости прибавился озноб и дрожь, потянуло в пояснице и заныло в животе. Пульс участился, как и дыхание, и Лифшицу пришлось сесть. Обхватив себя руками, он ещё долго сидел, сжавшись в углу своей полки, затравленно глядя на Андрея, который за всё это время даже не шевельнулся. Напряжённая обстановка в купе изменилась только тогда, когда за пол часа до прибытия по вагону с объявлением данной новости прошлась проводница. Парень тряхнул головой и, бросив на Звонка напряжённый взгляд, приблизился к нему, а затем стал осторожно будить. Гитарист за всю дорогу так и не сменил позу, но, стоило только Лифшицу легонько потрясти того за руку, испуганно отдёрнулся, едва ли не свалившись со своей полки вместе с рюкзаком. – Ой. Извини... – тихо проговорил барабанщик и, вернувшись на своё место, стал собирать вещи, с подозрением поглядывая на коллегу. – Ничего… – Андрей с усилием потёр ладонями лицо, прогоняя остатки глубокого сна, больше похожего на морок. А после убрал руки и бросил парню извиняющуюся улыбку. – Просто очень крепко заснул. – Опять ночь не спал? – Борис отключил телефон от зарядки, но оставил его в руках, нервно поглаживая большим пальцем экран. Его коллега молча кивнул и отвёл в сторону глаза, вспоминая, по какой именно причине так получилось. – Слушай, – Лифшиц сел на свое место и уставился в пол, продолжая неуверенным голосом. – Твоё поведение и... кхм, симптомы... Это всё очень похоже на серьезное заболевание. Я не имею в виду, что ты псих или... шизофреник, а в смысле... Парень запнулся, не зная, как дальше продолжать. В то время как Звонков нахмурился и весь подобрался в ожидании его дальнейших слов. Но перебивать или торопить Бориса не стал, лишь ощутил зарождающуюся тревогу, пробежавшую по хребту холодной волной. – Твою мать, Андрей, ну что с тобой происходит? Я же вижу, что что-то не так. Я не могу просто видеть тебя в таком состоянии и ничего не делать, – выговорившись, парень поднял голову и с сочувствием в глазах взглянул на гитариста. Тот ответил ему тяжёлым прищуром, в котором промелькнуло глухое раздражение… смешанное со страхом. А после устало прикрыл глаза и, покачав головой, выдал: – Я просто плохо сплю. Может, смена часовых поясов так подействовала. Словно день с ночью попутал. – Но тут разница всего два часа. Мы же не на Дальнем Востоке. – Борь, что ты хочешь услышать? Что у меня крыша поехала? Что по мне дурка плачет? Или что я сдохнуть могу в любой момент, м? – окатив коллегу жгучим недовольством, Андрей мысленно треснул себя по лбу за подобные слова. Порой Лифшиц превращался в жуткого паникёра, и сейчас, судя по всему, как раз таки намечался такой период. Вот только безумно уставшее тело в купе с явно перегруженным умом хотели только того, чтобы от них как можно быстрее отцепились. И на этой почве совершенно не выбирало средства. – Правду? – коротко спросил барабанщик, глядя на Звонка. Потом отвёл взгляд в пол и начал нервно потирать руки. «Меня жрёт демон. А когда я сдохну, он примется за тебя и остальных». "Я не жру, я кушаю," - тут же прокомментировал Хим и сдавленно засмеялся. Эта реплика мелькнула в голове и тут же пропала, оставляя за собой дичайшее желание истерически заржать. Полностью его подавить гитаристу не удалось, и пару раз он нервно хихикнул, чем вызвал у Лифшиц недоуменный и даже несколько напуганный взгляд. Но, прокашлявшись, мужчина сумел придать своему лицу и более спокойное выражение и подобрать ответ поправдоподобнее. – У меня правда проблемы со сном. Ну и на этой почве лёгкое недомогание. Что ты там себе надумал, я не знаю, – врать Лифшицу Андрей не хотел. Вот только рассказать правду тоже был не в состоянии. Да и, не смотря на все доказательства собственного существования, и которые ему так «любезно» предоставил Хим, Звонок не был до конца уверен в том, что треклятый демон – не плод его больного воображения. Лифшиц в это верить, конечно же, отказывался, поэтому продолжал гнуть свою линию в надежде, что его упорство, в итоге, даст свои плоды. – Я знаю хорошего врача. Давай мы к нему сходим, и ты проверишься? Когда в Москву вернёмся, – говорить Борис старался ровно и спокойно, но всё-таки интонация выдавала его волнение. Звонков же после этих слов недовольно сощурил глаза и уставился на согруппника злым взглядом, с трудом заставляя себя не сорваться на крик. – Борис, а скажи-ка мне одну вещь. Вы все сговорились, да? За моей спиной прямо. – Я не понимаю, о чём ты, – Лифшиц только смущённо развел руками. – Я просто хочу помочь. – Да иди ты. Помочь... – покачав головой, Звонок на какое-то время замолчал. – И при этом то Шура меня к психотерапевту шлёт, то ты вот. Ну да, всё правильно. На хрена вам шизоид в группе? Борис от такого заявления вскинул на коллегу оторопелый взгляд и несколько секунд просто смотрел в попытке понять, что именно тот сейчас произнёс. А когда смысл сказанных гитаристом слов всё-таки дошёл до сознания парня, нахмурился и тихо пробормотал: – Звоныч, ты чего? – Ничего, – буркнув в ответ, Звонков отвернулся к окну, чтобы не видеть огорчённое лицо барабанщика. – И так тошно. А тут ты ещё... Масла в огонь подливаешь. Лучше бы занялся чем-нибудь. Борис глядел на Звонкова ещё какое-то время, а потом уткнулся в телефон, нахмурившись. Несмотря на попытку выглядеть отстранённо и сосредоточено, по выражению лица парня можно было заявить, что тот расстроен и даже в какой-то степени обижен. Оба молча сидели, пока за окном не показались дома и проспекты. Первым засобирался Лифшиц. Накинул рюкзак на плечи и, подхватив лёгкую куртку, он поспешно вышел из купе, что-то пробормотав Яну, которого чуть не сбил в проходе. Тот только удивился подобной смене настроения и провёл барабанщика задумчивый взглядом, а после и сам скрылся в собственном купе, чтобы подготовиться к выходу из вагона. Звонков же после того, как младший коллега торопливо скрылся из виду, ещё какое-то время продолжил неподвижно глядеть в окно, предаваясь не слишком весёлым мыслям. А после встряхнул головой и поднялся с уже насиженного места, невольно чертыхнувшись от вспышки тянущей боли, прошившей спину. Захватив чехол с гитарой, Андрей вышел из купе и напоролся взглядом на остальных ребят, ожидающих прибытия на станцию. Пристроившись неподалёку от них, Звон зыркнул на Лифшица, забившегося в дальний от него угол и, кажется, старающегося сейчас максимально не отсвечивать. Глядя на такую картину, Звонков тяжело вздохнул. Невзначай вспомнились слова Хима о том, что он сам сейчас пускает под откос свою жизнь. Не смотря на злобу и ужас, вызываемые демоном, спорить с этим утверждением музыкант бы сейчас не рискнул. Каким-то удивительным образом дух снова оказался прав. И теперь Звонков вынужден был расхлёбывать проблемы, вызванные не только воздействием двойника, но и собственной глупостью. Пока поезд медленно подъезжал к вокзалу, ребята, выстроившиеся цепочкой до самого выхода, довольно живо что-то обсуждали, кроме Лифшица, который упёрся в телефон и старался делать вид, что его здесь в данный момент не существует, и Звонкова. Эта картина не ускользнула от внимания басиста, который пристроился следом за Андреем и тихо его позвал: – Звоныч, ты обедать собираешься? Тот отвлёкся от внеочередного сеанса само копания и всерьёз принялся обдумывать возможные варианты. По-хорошему, поесть следовало однозначно, ведь единственным, что мужчина умудрился в себя за сегодня впихнуть, оказалась выпитая ещё утром чашка кофе. Да и вчера Андрей тоже ничего не ел, предпочитая нормальному приёму пищи кофе и коньяк, в итоге выброшенный Химом в окно номера. Вот только никакого желания поесть гитарист не ощущал. По всей вероятности, данную потребность организма напрочь перебивали все эмоциональные всплески последних дней, сейчас, к тому же, ещё и основательно сдобренные моральным терзаниями. В итоге, Андрей с задумчивым видом кивнул, отвечая на вопрос Лакмуса. В конце концов, ему хватало ссоры с Борисом, и привлекать к собственной персоне ещё больше внимания коллег мужчина не хотел. – Тогда после того, как заселимся, я за тобой зайду, – продолжил басист где-то сверху и сбоку. "Хоть кто-то в этом балагане здраво мыслит". Заслышав в голове знакомый голос, Андрей судорожно выдохнул, но при этом с рассеянный видом кивнул Максу, чтобы его реакция не была совсем уж подозрительной. Тот на замедленные движения коллеги не обратил внимания или просто намеренно не подал вида. Прислонившись плечом к стене, он невидимым взглядом уставился в окно, в ожидании прибытия поезда.