Неожиданный спутник

По завершению довольно муторного чека и не менее утомительного концерта, ребята тут же отправились в гостиницу и, даже немного торопливо, разбрелись по своим апартаментам. Ни о каких афтерпати не шло даже намёка. Все слишком задолбались после второго концерта подряд, и даже вечно неунывающий Шура ограничился доставкой ужина в номер. Андрей же не захотел даже этого и, первым делом оказавшись на территории, на ближайшее время закреплённой непосредственно за ним, направился в ванную комнату, намереваясь принять душ. Но позже решил отказаться от этой затеи и принялся набирать горячеватую воду для того, чтобы искупаться более основательно и хотя бы таким образом ослабить чувство усталости, от которой свело практически всё тело. От уже привычной проверки номера на предмет затаившихся где-то двойников гитарист решил отказаться. В конце концов, Хим появлялся и пропадал только тогда, когда сам считал нужным, и мнения Звонкова особо не спрашивал. Так что, справедливо рассудив, что чему быть, тому не миновать, музыкант плюнул на возможное появление и так неплохо потрепавшего ему нервы духа и, дождавшись пока наберётся нужное количество воды, стащил с себя одежду и вытянулся в ванной, блаженно прикрывая глаза. – Ну хоть в этом ты оказался прав, – протянул Хим и вытащил ногу из воды, положив её на бортик. Андрей, заслышав его голос и ощутив плеск воды, оторопело уставился на развалившегося по другую сторону демона и даже протёр глаза, чтобы удостовериться, не приснилось ли ему такое соседство. Вот только вода, в них попавшая с уже мокрых рук, тут же заставила гитариста проморгаться, тем самым убеждая в реальности происходящего. – Что, прости? – уставившись, наконец, на Хима напряжённым взглядом, Звонок застыл, хотя в этот момент ему больше хотелось тут же выскочить из воды и скрыться в другой комнате, поспешно сверкая… пятками. – Я появляюсь, когда захочу, – двойник оскалился и провел пальцем по белоснежнему бортику. – Я вижу, – нехотя процедил музыкант и отвёл в сторону взгляд, уже положив руку на бортик, намереваясь выбраться из воды. – Ну и куда ты собрался? – лениво протянул двойник, развалившись в ванной. – Быть может, спать? Раз уж место оказалось занято, – вот только, вопреки своим словам, с места Звонков пока не двинулся. Уж больно нетипичным показалось ему умиротворение, промелькнувшее в голосе наглого духа. – Нам тут места достаточно, – Хим нагло хмыкнул, наблюдая за гитаристом. Тот только досадливо поморщился и убрал с бортика руку, всё ещё хмуро следя за двойником. Демон вернул ногу в воду и сел прямо. – Ты настолько мелкий, что мы легко умещаемся здесь вдвоём. У Лифшица небось ноги не влазят. Андрей в ответ состроил недовольную мину и покачал головой. – Думал, что хоть вечер будет спокойным. Но, похоже, не угадал. Да? – Я голодный, – тот вдруг состроил страдальческое лицо. В то же время гитарист от такого признания удивлённо вскинул брови и в недоверии уставился на двойника. Вот только демон, по всей вероятности, говорил серьёзно. Ведь причин обманывать человека в этом вопросе у него, по сути, не было. Ведь он всё равно мог когда угодно получить необходимые эмоции. – Голодный, – эхом повторил Звонок и на какое-то время задумался. А после кивнул собственным мыслям и одарил существо уставшим взглядом. – Ладно. Делай, что нужно. Только не переусердствуй, хорошо? Я и так уже задолбался в толстовке ходить, – на этих словах мужчина неосознанно мазнул по так и не сошедшим шрамам, оставленным на плечах когтями Хима. Двойник не двинулся с места, а только наклонил голову и уставился на мужчину задумчивым взглядом. Звон в ответ невесело усмехнулся и опёр руки на колени, усаживаясь в воде по-турецки и тоже не сводя с двойника глаз. Хим прищурился, а потом вскрикнул: – Что за идиотская потребность корчить из себя страдающего героя!? Гитарист от такой резкой смены настроения духа вздрогнул и нахмурился, но затем взял себя в руки и достаточно спокойно возразил: – Это не привычка. Ты сам сказал, что голоден. А я за сегодня слишком устал, чтобы ждать, пока ты намнёшь мне бока или выльешь на мою голову очередной ушат гадостей. Их так за сегодня было немало. В следующее мгновение дух оскалился и дёрнул Звонкова за лодыжку, отправляя того под воду. Андрей вскрикнул и лягнул копию другой ногой, выплёскивая часть воды на пол. А затем вцепился руками в скользкие бортики ванной, пытаясь из неё выбраться и оказаться хоть немного дальше от явно взбесившегося демона. Хим, явно довольный собой, откинулся на спинку и расслабленно сполз ниже. Человек же, ощутив очередную перемену в настроении духа, застыл. А затем провёл мокрой ладонью по лицу, убирая налипшие волосы, и безмолвно уставился на двойника, чтобы затем встать и выбраться из ванны, на ходу прикрываясь длинным полотенцем. После этого Звонков всё так же молча вышел из комнаты, стараясь не поскользнуться в какой-то из луж, оставленных на кафельном полу, и прикрыл за собой дверь, с трудом подавив дикое желание хорошенько ею громыхнуть. Как попало вытершись и с силой зашвырнув полотенце о стену, музыкант натянул на ещё влажное тело пижаму и, выключив свет, залез под одеяло, вцепившись пальцами в собственные волосы, по которым прямо на подушку продолжала стекать вода. Да ещё против воли начал прислушиваться к звукам, долетавшим до него из соседней комнаты. Хим всё это время следил за человеком наглым взглядом, то и дело улавливая различные ароматы в воздухе. Звонков молчал, но всем своим видом буквально кричал о негодовании в сторону демона и готов был послать того в любую секунду. Как только дверь закрылась, ухмыльнувшись, дух вытащил затычку для воды и переместился в спальню к кровати, прихватив полотенце. В одежде и совершенно сухой он взобрался на матрас и, пока Звонков не успел ничего сообразить, оседлал его и закутал голову в полотенце, перед этим стащив человека пониже. Тот хотел было воспротивиться такой фамильярности, но попросту не успел. Демон в очередной раз оказался на порядок проворнее. И единственное, что успел зделать Звонок – да и то, уже после всех, довольно странных, манипуляций духа – это вцепиться пальцами ему в предплечья и прищуриться в попытке разобрать в темноте выражение его лица. – Не крутись, – негромко произнес тот и надавил гитаристу на лопатку. Андрей в ответ упёрся всем телом и сильнее сжал руку на его запястье, зло бросив: – Это ещё на кой тебе сдалось? – Помолчи, – теперь в голосе Хима слышались нотки раздражения. Оценив настрой демона, Звон сдался. В конце концов, нарываться на ещё большие неприятности он не хотел. А в том, что двойник может их устроить без особых на то усилий, мужчина успел убедиться уже не один раз. Разжав пальцы и повернувшись на живот, Андрей протяжно выдохнул и болезненно поморщился, ощущая себя просто марионеткой в чужих руках. Оставалось только надеяться на то, что двойник, в итоге, всё равно наестся, и, наконец, хотя бы на время оставит его в покое. Хим, отметив обречённость, проскользнувшую в сознании носителя, недовольно фыркнул, но говорить ничего уже не стал. Поёрзав на месте, он фыркнул вновь и переместился уже на кровать сбоку от Андрея, в очередной раз убедившись в том, что фигура у него была довольно тощая. Человек на это действие только скосил на демона глаза, насколько позволяла его поза, но промолчал, а после снова уткнулся щекой в матрас. Демон, удовлетворённым таким раскладом, положил одну ладонь человеку на скрытое футболкой плечо, чтобы, если тот вдруг задумает удрать, удержать его на месте. А второй скользнул по напряжённым мышцам спины вниз, и принялся оглаживать поясницу. Звонков от этого, по сути несложного действия сначала замер, и зажался ещё больше. Но затем устало выдохнул, прикрывая глаза, и через несколько мгновений обмяк, не ощутив в прикосновении духа какой-либо угрозы. Тогда двойник осмелел и, убрав руку с плеча носителя, принялся выглаживать его спину уже двумя, постепенно поднимаясь выше. А затем заскользил ладонями по плечам и шее, где, по ощущениям, мышцы человека скрутились от постоянного напряжения в тугие узлы. Гитарист под руками Хима задышал ровнее, а воздух вокруг него начал наполняться пока ещё слабым ароматом любопытства. Похоже, он снова не уловил стремительной перемены в настрое демона, и теперь с долей интереса наблюдал, как долго тот не станет срываться. Дух подобным мыслям только ухмыльнулся, и принялся разминать Звонкову спину уже более основательно, в своих движениях теперь напоминая огромного кота, пришедшего к человеку за лаской. Ткань серой футболки мешалась под пальцами, и, по-хорошему, её бы следовало снять. Но тогда демон не мог поручиться за хотя бы относительно спокойную реакцию человека, а потому решил оставить неудобную вещь на её месте. Постепенно он вошёл во вкус и даже подключил к процессу когти, случайно оставив на одежде пару новых затяжек. Звонок же на появление острых лезвий на пальцах двойника только лениво приоткрыл глаза и, поёжившись от выступивших на коже от движений Хима мурашек, вздохнул, полностью расслабляясь. Несмотря на появившиеся когти и даже понимание того, что странный массаж ему сейчас делал злобный демон, Андрею в этот момент стало слишком уютно, чтобы думать о чём-то угрожающем. По коже словно струилось мягкое тепло, а полностью расслабившиеся впервые за целый день мышцы приятно покалывало. Любопытство давно сменилось удивительным ощущением покоя и умиротворения. А ещё к нему, неожиданно для самого Звонка начало примешиваться чувство признательности по отношению к двойнику. Вот только длилась подобная идиллия недолго. Разомлевший гитарист просто уснул, а увидевший это Хим покачал головой и, укутав человека одеялом, растворился, наполняя воздух чёрным пеплом. *** Проснулся Андрей от довольно ощутимого городского шума, врывавшегося в гостиничный номер через незакрытое по жаркой погоде окно. За ним вовсю верещали воробьи и о чём-то ворковали толстые голуби, а с расположенной снизу улицы долетали голоса спешащих куда-то людей и рычание движков автомобилей. Нехотя разлепив веки, Звонков проморгался и принялся шарить по комнате взглядом человека, ещё до конца не проснувшегося. Но, несмотря на это, чувствовал он себя довольно неплохо. Вспомнив, по какой причине в теле ощущалась странная лёгкость, смешанная с нерастерявшимися ещё крупицами мягкого тепла, гитарист почесал в затылке и принялся осматриваться уже более настойчиво. Но Хима, к удивлению носителя оказавшего неожиданную «помощь», не увидел. По большому счёту, двойника можно было позвать, но делать это гитарист не рискнул, опасаясь возможного гнева духа. То, что двойник заботится о своей «дойной корове» было для Звонка далеко не самым плохим вариантом из возможных. Но и на человеческие отношения с демоном рассчитывать он уже и не пытался. Приведя себя в порядок и, в процессе этого, обдумывая вчерашний вечер, мужчина захватил с собой телефон и сумку, а затем направился холл отеля, где постепенно собралась вся их честная компания. В отличие от вчерашнего утра сейчас остальные ребята выглядели вполне отдохнувшими и даже довольными жизнью. Тот же Борис, на вчерашнем концерте откровенно клевавший носом, сейчас с улыбкой о чём-то балагурил с Лакмусом. А Лёва, в присутствии Звонка периодически включающий странную паранойю и шарахавшийся от него, как от огня, вёл себя вполне расслабленно и, что немаловажно, лояльно. Последним из отеля вышли Шура с Сергеем. – Ну что, пошли? – процедил Уман с сигаретой в зубах и обратился уже к Лакмусу. – Куда ты нас вести собрался? – Ну, пошли, – басист кивнул в направлении через дорогу, и вся толпа отправилась к ближайшему переходу. – Так куда идём хоть? – подал голос прстроившийся за Лёвчиком Николенко. Вот только ответить на этот вопрос рыжеволосый не успел, так как его высокопарную речь прервало неожиданное шипение Яника. – Блин, Боря, ты когда, наконец, уже научишься смотреть себе под ноги? – Ему свысока плохо видно, – ответил за Бориса Лёвчик и издал смешок. – Именно, – пробурчал Борис, поправляя кепку. – В Альтштадт идём. Если дойдём, – добавил басист и похлопал парня по плечу, улыбаясь. – Это исторический центр. Там местное пиво варят и музей кораблей. – Максим, а когда ты успел стать Википедией, м? – всё так же с сигаретой в зубах басовито поинтересовался Шурик. – А я ещё до поездки весь интернет перерыл. – Оно и видно, – покачав головой, фыркнул Медведев и, что мельком посмотрев в телефоне, добавил. – Хотя по такой жаре от бокала хорошего пива я не отказался бы. – Или виски со льдом, – добавил Николенко и злобно хохотнул. – Так, Янчик, блин. Никакого виски. Из вас двоих с Лёвчиком хотя бы кто-то один должен быть относительно трезвым. А то я вас же знаю, – сказав это, ритм-гитарист засмеялся, и мгновение позже к нему присоединились остальные участники компании. А затем, уже вполне серьёзно, добавил. – И вообще, в этот раз у нас и так много странностей как для одного тура. Хоть и зарубежного. – Тем более, зарубежного, – кивнул, соглашаясь, Сергей и окинул музыкантов внимательным взглядом. Никого из присутствующих выделять он при этом не стал. Но вот Андрей, и так до этого момента помалкивающий, ощутил себя немного неуютно. Ведь источником этих самых странностей, хоть и косвенно, являлся он сам. Борис тоже чувствовал себя не в своей тарелке после вчерашнего дня и, уставившись в асфальт, шагал следом. "Распустили тут, понимаешь..." Услышав в голове голос Хима, Андрей удивлённо поднял брови, но тут же пожал плечами и нехотя пояснил: «Секс, наркотики, рок-н-ролл. Так что не удивляйся. Главное при этом концерты не срывать». "Так, вот первое мы как раз-таки пропустили". Хим звучал заинтересованно и в тоже время пошло. Гитарист лишь усмехнулся такой реакции и заметил: «Зато чуть не сорвали пару концертов. Да и наркота мне теперь ни к чему – и так глюки ловлю на регулярной основе» "Алкоголь тоже наркотик". Ответил Хим, а затем обидчиво добавил. "Я не глюк". «Я помню. Извини, я просто пошутил». Снова пожав плечами, Звонок уставился себе под ноги, неспешно шагая позади всей их компании. Двойник раздражённо зарычал. Гитарист от этого звука споткнулся и зажмурился, словно ожидая удара духа. Но, когда его не последовало, открыл глаза и чуть ускорил шаг. «Ладно, я молчу. Только не трогай». "Идиот". Проглотив такую «пилюлю», Звонок засопел, но препираться с демоном не стал, молча идя неподалёку от чуть виноватого, если судить по ссутулым плечам и щеначьему взгляду Лифшица. Поравнявшись с парнем, Андрей несильно хлопнул его по плечу и, кривовато улыбнувшись, подбодрил: – Ничего, прорвёмся.