Глава 5. "Раскрыла все карты."
«Если ты читаешь, Юля из будущего, то ты скорее всего вспомнила о своем прошлом. Если нет, то я расскажу тебе о нём. Вообщем, все по порядку, чтобы ты всё точно вспомнила, без всяких провалов. Изначально я родилась в этом городе. Мой отец был тем пожарным, что тушил аварию на четвертом энергоблоке. Он был одним из тех, кто узнал настоящие причины взрыва. Он ведь умер не от радиации, как раньше все думали. Его убили сразу, после пожара, чтобы никто не узнал правды. Но он рассказал всё мне, поэтому я унесу его тайну с собой в гроб. После того нас эвакуировали из города. Я прожила всего четыре года в новом городе, после чего сбежала оттуда, обратно, в Припять. Я просто мучилась, сходила с ума в новом городе, а здесь я чувствовала спокойствие и умиротворение. Это место и вправду не отпускает. Только вот прервали всё это мусора, которые хотели узнать тайну. Меня пытали. Но я не сдалась. Сейчас я пишу это перед тем, как я подстрою своё самоубийство. И после этого я сотру себе память, чтобы уж точно, даже если меня выловят, они не смогут достать эту тайну из моей головы. Скорее всего, мусора после моей смерти больше не будут сюда приезжать и пытать меня, и я буду жить спокойно здесь. Но, спустя какое-то время, память вернется ко мне, поэтому я пишу это. Моя мать наверное знает о моём самоубийстве, если нет, то надо проверить это. Сходи в тот подвал МСЧ-126, где последний раз меня пытали. Тогда мне вырезали почку без наркоза. Я думаю, ты хорошо это место помнишь. В медсанчасти должны будут лежать документы о моей смерти. Если они есть, значит она знает, и мусора уверенны в том, что я мертва. Если нет — значит они знают о том, что на самом деле я жива, и будут искать. Там нет охраны, поэтому пробраться туда будет легче-легко. Всё-таки я волнуюсь за свою мать, надеюсь, с ней всё хорошо. Моя смерть ей только в пользу. Если это читает кто-то посторонний, то я скорее всего уже мертва. Вообщем, на этом всё. Надеюсь, ты всё вспомнила».
После этого она достала зажигалку из кармана и подожгла тетрадь. Она начала медленно тлеть. Вскоре от листов остались только кусочки пепла. — Ну что ж, я раскрыла все карты. Теперь можешь называть меня просто — Юля. — Хорошо, Юля… — Так или иначе, ты всё равно не знаешь в чём заключается тайна, так как ты знаешь только то, что она была, но не знаешь ни о чём. И это хорошо. Очень хорошо. Если ты не будешь знать об этом, то ты не будешь мучатся… Правильно? — Правильно, — с какой-то тяжестью на душе кивнула я. — Ладно, сейчас нам надо идти в то место и проверить там документы. Ты идешь? — Иду. — Ладно, выдвигаемся, — Юля развернулась и направилась в наше следущее место назначения.***
Через три часа ходьбы мы были примерно около медсанчасти. Я довольно так подустала от этих походов, но мне было интересно разобраться в этой ситуации, поэтому я продолжаю двигаться дальше. Мы стоим за углом постройки. Юля прижалась к углу и осторожно выглянула. — Блять!.. — прошептала она, и жестом показала мне не шуметь. — Лен, там ходит какой-то мужик. — Мне уходить отсюда, чтобы не мешаться тебе? Так будет легче. — Нет. Сейчас тебя очень опасно отпускать, вокруг наверное ещё ходят люди. Особенно, когда ты не знаешь местности. — Ты права, — это и правда очень опасно, ведь из-за прошлого побега я, наверное, в розыске. Хотя, может им и без разницы — я исчезла, значит нет проблемы. Надеюсь, это так. Она залезла в здание через разбитое окно и помогла подняться мне. — Лен, надень респиратор, потому что тут радиация так ебашит, что потом тебе мало не покажется. Я кое-как натянула респиратор на лицо. Она осторожно выглянула из-за угла, взяла меня за руку и быстро повела за собой. Мы спустились в подвал. Коридор там длинной примерно 60-70 метров. Повсюду разбросаны старые вещи больных, которые валяются еще с восемьдесят шестого года. Ужасающая картина. — Ничего не трогай здесь. Твои кроссовки придется сжечь, тут микроренген превышает примерно в 100-200 тысяч раз, поэтому уж, извини, можешь подцепить частицу радиации, а потом — как те пожарные. Она завела меня в правую комнату и закрыла дверь за собой. Мое тело совсем оцепенело от ужаса. Операционный стол с засохшими, старыми следами крови, а в ржавом лотке лежит в свернувшейся крови, покрытая плесенью, гниющая почка. Она уже насквозь проедена насекомыми. Запах ужасный. На полу… о, Боже, разлагается мышь. Такое чувство, что чуть-чуть и меня сейчас вырвет. Моё тело буквально сковывает от ужаса этой нагнетающей атмосферы, а Юля, как ни в чём и не бывало, просто проходит мимо, даже не обращает внимание на всю вакханалию происходящую вокруг. Бля, да как? Она подходит к сломанному медицинскому шкафу и начинает искать документы. — Да где же они.? — шепчет себе под нос черноволосая. — Юль, меня уже немного подташнивает, может, ну его? — Сейчас, секунду, Лен… Какие-то секунды проходят как часы. Наконец она находит эти бумаги. -Вот оно! — радостно сказала она. Волкова аккуратно сложила листок и положила в портфель. Она открыла стеклянный шкаф и соскребла все лекарства себе в рюкзак. — Всё. Так, Лена, быстро валим отсюда, шевели колготками. Мы резко сорвались с места и выбежали из подвала. Уже, почти выбежав из этого чёртого подвала, Юля резко толкает меня назад и показала опять же жестом, что нужно не шуметь. Я затихла. Тут настолько тихо, что слышно, как мы дышим. Юля потихоньку выглядывает из-за угла. — Оставайся здесь. Девушка резко перебегает в другую сторону. Я вижу, что прямо за её стеной стоит тот самый мужик. Неизвестный делает шаг вперед, и она его бьет локтем в лицо. Она его вырубила? — Лена, сюда!.. — шепотом говорит она. Я быстро подбегаю к ней. Она рысчет по его карманам в поиске чего-то ценного, после чего вынимает из его кармана несколько купюр и маленький перочинный ножик. — Хорошо… Юля залезла в спрятанный карман в куртке и достала дозиметр, включила его и поднесла к его берцам. — Есть! Превышение всего в четыре раза! — с этими словами она сняла его обувь. — Лен, одевай. Твои кроссы выкинем. Я одела берцы. Они довольно удобные и как раз мне по размеру. Юля немного приподняла тело мужчины и сняла рюкзак. — Возьми его! — она ткнула мне в руки рюкзаком. — Да ты чего? Мы же не грабители какие-то! — Бери, либо он тебя, либо ты его. Быстрее! Тебя никто не накажет за это! Да и к тому же, он не знает, кто ты, поэтому, даже если он сообщит куда-то, все равно тебя не найдут. — Ладно, — я накинула его рюкзак на плечи. Он довольно тяжелый, бежать с ним будет нелегко. Она подошла ко мне и расстегнула рюкзак и начала рыться в нем. — Так, если рации нет то, значит, он просто сталкер… А у него её нет, — она застегнула обратно. — А теперь придется побегать. Беги за мной!***
— Почему мы не побежали по дороге? Там ведь легче бежать, — немного задыхаясь от нагрузок, говорила я. — Потому, что это довольно опасно. Можем наткнуться на других сталкеров или охранников. Здесь самое главное не смелость, а боязнь. Если боишься — значит будешь осторожен и не пробьешь себе печень на первом же попавшемся кусту. Запомни это. Прошло три часа бега, или это мне показалось? Уже начало темнеть, как мы только подошли к нашему домику. Я чуть не сдохла, пока бежала! Я натерла все ноги себе этими ботинками. А ей так легко бежать, как будто бежать для неё это как дышать. Видимо, она уже натренирована, в отличие от меня. Наконец, мы сели в доме. — Фуф, я так устала… — Отдыхай, а я пока что разберусь с этими вещами. Да сколько ж у неё сил то? Такое чувство, что она не человек, а какой-то робот с ядерным топливом в бочке. Волкова взяла мой рюкзак и начала разбирать вещи в нём. Первым, что она достала, были какие-то несколько консерв и чистые тетрадки для записей. — Прекрасно. Дальше она достала перчатки, и аптечку, и ещё какой-то свиток. Это была карта местности города. — Зашибись! Дальше пошли фонарики и мужская сменная одежда. Вот это реально хорошая добыча для нас. Вообщем, там было много полезного для нас. — Слушай, Юль… — Чего? — девушка обернулась на меня, пытаясь поймать взгляд. — Можно я останусь с тобой? Мне сейчас просто некуда идти. — Оставайся. Мне даже в радость. Вдвоем ведь веселей жить, — с улыбкой во все тридцать два зуба сказала она. — А почему ты сама не уйдешь от сюда? — Меня не отпускает это место. Я уже говорила, что я не могу жить в другом городе, потому, что я уже стала частью этого города, я уже привыкла к дозам радиации, что получаю каждый день. Тоже так приятно принимать и так же трудно отказаться от него. И радиация так же убивает. Как и наркотик.Поэтому, в каком-то смысле, радиация стала и моим наркотиком.
***
Забытая Богом Припять. Здесь ты попадаешь совсем в другой мир. Здесь люди живут по совсем другим законам, по другим правилам, в пример от всей остальной цивилизации. Когда ты попадаешь сюда и через какое-то время возвращаешься домой, понимаешь, что ты хочешь возвращаться снова и снова. И когда уже становишься частью всего этого водоворота событий, понимаешь, что ты не можешь уйти отсюда просто так. Этот город заберет часть твоей души, которой ты так дорожишь. И ты уже не можешь без этой части себя, что осталась там, в тишине заросшего города. В итоге ты всё равно возвращаешься в Припять. Снова и снова. И в какой-то момент понимаешь, ты не можешь остаться. Но так хочется остаться там, где лежит кусочек твоей души. Ради этого ты готов преступить даже закон и, в конечном итоге, возвратиться.Зона Отчуждения взаправду не отпускает.
