Повелитель Ивана Грозного

На главной площади Слободы, где жил и правил сам царь Иван Васильевич Грозный, сегодня было более оживлённо. Не доносились истошные вопли из темниц Малюты Скуратова, не слышно было молитв или ещё какого постороннего шума, лишь тихие разговоры толпы. Все стояли в строгих линиях, перемолвливаясь между собой, в ожидании государя. Одеты они были в длинные мантии, подобные монашеским, и все как один имели за собою острую саблю. Поодаль от них стояли важные кони, к каждому из которых была прикреплена собачья голова, что наводила страх на крестьян. Многие из них были совсем молодыми, лет двадцать от роду, но один был и моложе. Он стоял в опричном капюшоне почти в последнем ряду и хоть особого внимания никак не привлекал, многие перешёптывались между собой. Был он вида необычного, бабьего. Чёрные, длинные кудри падали на его плечи, густые, ухоженные брови были вскинуты вверх, а пухлые губы расползались в ехидной ухмылке. Кожа его, гладкая да бледная, буквально отражала январский снег. Его щёки покрылись красным румянцем, но от холода он не дрожал. Кто-то мог подумать: ну баба, в чистом виде, но не дай Бог разозлить Федору Басманова. В бою он словно демон - режет, не щадит. За это он и был взят в опричники, как и многие из тех, кто стоял на площади. -Эх, Петька, вот и настал наш день!-Вполне себе громко и как-то по-детски возбуждённо говорил Фёдор, толкая плечом брата своего старшего. -И не говори!-Дрожа от холода и менее возбуждённо пролепетал Пётр Алексеевич.-Ух и зададим мы этим заговорщикам! Пётр Басманов сказал это специально громко, что бы каждый услышал его реплику, после чего каждый из присутствующих крикнул глухое "да". Но в момент все замолчали. С величественных ступень спускался сам царь. Одет он был богато: царская шуба с позолоченными краями, золотой посох в руке, меховая шапка и массивный крест на груди. Лицо его было суровым, грозным. Он будто излучал ауру величия, и каждый, кто здесь стоял, боялся даже лишний раз вздохнуть. Басмановы с детским интересом наблюдали за царём-надёжей. Иван Васильевич спустился с последней ступени, прошёл пару метров тяжёлым шагом и встал напротив опричников. Те, кто уже служил заняли место за царём, как верные слуги, как и отец Фёдора и Петра, что уже отслужил год у правителя, а новоиспечённые собаки с вниманием слушали речи Скуратова. Тот, находясь на пики сумасшествия, рассказывал в основном о казнях, но суть всего все уловили. -Снять мантии!-Крикнул Малюта, как заприметил жест Грозного. Все, как один, сняли грубые одежды, оставшись в одних кафтанах. Многие начали трястись от холода, согревая пальцы дыханием. Фёдор снял капюшон, встряхнул своими локонами и уверенно смотрел на Григория. Скуратов в это же время не сводил глаз с Ивана. Грозный пошёл по рядам опричников, высматривая их. Кого-то он отправлял домой, мол, телосложение хлипкое, али ещё что не понравилось. Дойдя до задних рядов, Грозный остановился у Басмановых. Братья тут же склонили головы. -Кто такими будите?-Спросил царь своим обыденным голосом. -Басмановы мы, Пётр и Фёдор.-Ответил старший брат, не поднимая глаз.-Батька наш у тебя, царь-надёжа, служит уже второй год. -Алексея что ли?-Удивился царь.-Ну да, да...-Он начал гладить свою бороду.-Петра я вижу, брат то твой где?-Ухмыльнулся Грозный. Федора тут же выпрямился, как по струнке, а ещё и нагло так. -Здесь я, батюшка!-Посмотрел он на государя сквозь густые ресницы.-Я Федора, лет 16 от роду мне! -Так ты Федора?-Надменно произнёс государь.-Какой же из тебя опричник?!-Рассмеялся Иван.-Ступай домой, Федька! Подрости, волосы отрежь, тогда и приходи! Ты хоть телосложения то статного, но наружность твоя! -А что наружность?-С задором блеснул глазами Басманов.-Краше меня я здесь не вижу!-Он издал едкий смешок. -Дерзишь мне?!-Разозлился царь, выпучив глаза. -Да как я смею, царь-надёжа!-Пропел тот.-Я лишь говорю, в бою вы меня не видели. -Малюту победишь в бою честном?-С хитринкой спросил государь, кинув взгляд на опричника. -Ещё бы!-Басманов вынул саблю, показывая свою готовность. -Ну-ну...-Угомонил его царь жестом руки.-Давай-ка бой на кулаках, Скуратов мне ещё живой нужен. Все разошлись в небольшой круг, делая маленькую сцену. Басманов старший проклинал брата за слова его, мол, Скуратов тебя и без меча убьёт. Сам же Фёдор не сводил едких глаз с противника, что обсуждал свою победу. Бой начался по приказу царя. Скуратов, посмеиваясь, бросился на молодого опричника. Тот, словно кошкой, увернулся от удара и нанёс свой. Малюта скривился, зло кинув взгляд на соперника. -Ну сейчас ты у меня попляшешь!-Кинул Скуратов и снова бросился на Басманова. Сейчас всё получилось. Скуратов попал своим огромным кулаком прямо по челюсти Федоры, от чего тот даже наземь упал, но встал в ту же секунду. Порядком разозлившись, Фёдор начал атаковать. Он делал это быстро, лицо его стало хмурым, ноздри вздулись, хватая воздух, что обжигал внутри. И когда, казалось, Малюта уже был побеждён, кто-то из опричников старых поставил ногу Федоре, дабы не засрамить честь друга своего. Басманов младший упал на землю, больно стукнувшись головой, а Малюта встал и с гордость сообщил: -Я здесь победитель!-В ответ послышались ликующие голоса. Фёдор всё лежал на холодной земле, не боясь простудиться, и смотрел в голубое небо, выдыхая тёплый пар на морозный воздух. -Федька!-Подбежал его старший брат и сел рядом на корточки.-Федя, как ты? -Плохо, брат мой, плохо.-Огорчённо сказал тот.-Не возьмёт меня царь опричником. -А может и возьму, Федора,-Иван Васильевич подошёл к братьям.Пётр тут же выпрямился, а огорчённый поражением Федя приподнялся на локтях.-ты не расстраивайся. Видел я, как Малюта выиграл! Проиграл одним словом!-Улыбнулся царь.-На вот,-Протянул он Фёдору одежду опричнинскую.-носи с честью. -Буду, царь-батюшка!-Вскочил с земли Федора, поправив свои локоны, с которых глаз не сводил царь. Он бережно принял форму, немного коснувшись пальцев царя. Иван Васильевич почувствовал это, посмотрел на Басманова тёплым взглядом, а тот лишь дерзко взирал в ответ. Царь ушёл, а изумлённый Басманов толкнул брата. -Петька,-Протянул он, глядя в след уходившему царю.-ой Петька, что-то в сердце у меня колит, брат.-Он прижал к груди мантию. -Федя, ты не заболел?-Обеспокоенно спросил старший. -Нет, Петя, это что-то другое...другое.