Dawn of Faith

Дорога назад показалась мне более быстрой, хотя по времени одинаковой. Скорее всего, это от того, что мне хотелось, чтобы она была дольше. Возвращение назад означало, что мне нужно было окончательно решить — остаться или перенестись в будущее. И, казалось бы, что тут думать, Кэролайн, дома тебя ждут любящие родители, преданные друзья, родной дом, школа, колледж, будущее, не говоря уже о вампиризме, по которому я, как ни странно, очень скучала. Но там не будет их. Не будет его. За свое пребывание здесь я выяснила одно для себя точно: любви не только все возрасты покорны, но и неважно, сколько времени вы знакомы или встречаетесь. Я не просто была влюблена в Клауса, я полюбила его всем сердцем, да и вообще впервые за свою жизнь я люблю кого-то так сильно, не считая мамы и папы. Я уверена, что этому поспособствовал и мой молодой возраст, и то, что я нахожусь сейчас в нестабильном состоянии — обращение обратно в человека, ни одного знакомого лица, да и в принципе в некоторой степени другой мир —, но также я понимаю, что встреть я его такого там, в Мистик Фоллс, или же, когда мне было бы уже за двадцать, то я бы все равно влюбилась. Недавно меня посетила мысль, что неизвестно ведь, когда они обратятся. По крайней мере, мне, я-то ни Элайджу, ни Клауса в своем времени ни разу не видела в отличие от Елены или Сальваторе. Что, если это случится лет через 10? Или вообще, когда они будут сморщенными стариками? Ведь я именно так их и представляла, когда услышала, что самые старые вампиры ищут двойника. Часть меня осознавала, что это маловероятно, но я была бы не я, если бы мыслила пессимистично. Ведь тогда мы с Клаусом правда сможем прожить долгую и счастливую жизнь, да тогда и умереть не страшно, все равно я уже бабушкой буду. К тому же, сейчас, даже если он станет бессмертным, остается шанс, что он меня не убьет, так как любит меня, в чем я искренни ни капли не сомневаюсь, особенно с учетом того, как много для него значит тот факт, что он у меня "первый", а быть первым для него, по всей видимости, реально впервые. В общем, думаю, что он меня не убьет, а обратит, или же останется со мной, пока я не умру от старости. И вот из двух проблем одна решена, в той или иной степени, но вторая означает то, что я отрекусь от всего, что было дорого мне на протяжении восемнадцати лет. Да и зачем себе врать, не убьет он — убьют другие. После обращения жажда крови невероятно сильная. О детях я никогда особо не задумывалась. Даже став вампиром и осознав, что никогда не смогу их иметь, лишь небольшая печаль волной протекла по моему телу. И всё. Но сейчас мне хочется этого, хочется посмотреть, на кого они будут похожи. По сути мы с Ником оба блондины с голубыми глазами, хотя у него они больше отдают серым, а у меня синим, но все равно примерно очевидно, какой цвет волос и глаз у них будет. Но нос, губы, овал лица, фигура? От кого они возьмут это? Одновременно хочется, и чтобы от меня, и чтобы от Ника. Если это будет девочка, то я знаю, что он будет всегда оберегать и защищать ее, даже от собственных глупостей, сделает абсолютно все ради нее, а если мальчик, то научит сражаться, быть сильным и умным, как он сам. Что я говорила? Стоит начать думать о детях, как меня уносит. Никогда со мной такого не было, да и не только такого. Как там говорят? Никогда не говори никогда? Как раз мой случай. Если быть более краткой, я впервые всерьез начала задумываться о продолжении своего рода. Мне кажется, это происходит в момент, когда находишь правильного человека. И каждая клеточка моего тела твердит, что он тот самый, я это кожей чувствую. Мы находились в последнем поселении, оставались лишь сутки в дороге с ночлегом под открытым небом. Клаус вошел в комнату с несвойственным ему задумчивым лицом. Он не поднимал на меня взгляда и очень странно себя вел. Сначала он начал идти ко мне, потом резко остановился, потом снова неуверенно зашагал, сейчас опять остановился. Он поднял на меня глаза, и смотря в них, я всей душой ощущала, что ничего хорошо ждать не стоит. И почему я слишком часто оказываюсь права? Потому что сейчас он встал передо мной на одно колено и протянул мне кольцо. Как-то слишком нейтрально я на это реагирую. Хах. Что он сделал? Всего лишь... встал на одно колено. Протянул. Мне. Кольцо. Кольцо. Обручальное, мать его или чью либо-другую, кольцо. Предложение руки и сердца?! До этого я не сильно реагировала на все эти условности "жених" и "невеста", теле-теле тесто, или что там... — Я понимаю, — постепенно начал выводить меня из ступора его бархатный голосок, — что для тебя это несколько... — он замялся, — неожиданно. Неожиданно? НЕ-О-ЖИ-ДАН-НО?! Да ты издеваешься что ли? — Ник, я не думаю, что... — Просто послушай, — прервал меня, — я знаю, что это нужно делать с дозволения родителей обеих сторон, но не знаю, помнишь ли ты, но по обычаю, если отец невесты по каким-то причинам не может этого сделать, то и со стороны жениха решение остается лишь за ним, — да мой отец ни за что бы не дал разрешения на брак в моем возрасте, хотя я бы его и не спрашивала, но он прав, в реальности или же по придуманной мной легенде, родители никак не смогут этого сделать, — к тому же именно в этом поселении проводится обряд замужества, поэтому я подумал, раз мы все равно собираемся сделать это, а дозволение нам не требуется, то почему не сделать этого сейчас, а не проделывать долгий путь снова, — объяснил он мне свой неожиданный, но, как я поняла, вполне себе обдуманный поступок, — Кэролайн, ты настолько красива, что я не могу понять, как другие женщины вообще могли меня когда-то привлекать, — я хмыкнула, другие женщины? Что это, Кэролайн, ревность? Всегда найдешь нужное время для таких глупостей, — ты невероятно мужественная, — продолжил он, — учитывая то, что мы переехали в новый свет еще до моего рождения, я не являюсь викингом, как мой отец, но он все равно всегда прививал нам свои устои, и скандинавы верят, что у мужественных женщин будут такие же дети. Отец всегда говорил: "Я выбрал для своих сыновей такую мать, которая передала им свое бесстрашие". Думаю, что поэтому он любит тебя даже больше Ребекки. Что? Никогда не поверю, что Майкл меня любит больше только из-за моей смелости и вольности. Да и разве не он сам отказывался тренировать меня в самом начале. В начале. Боже, если так подумать, уже пошел четвертый месяц, как я здесь. — Я сам не заметил, как полюбил тебя, ведь в начале ты была не более, чем простым интересом, — я невольно закатила глаза, хотя с моей стороны ведь было то же самое, — но с каждым днем, с каждой минутой я влюбляюсь все больше. Нет никого, кроме тебя, кого бы я мог представить своей женой и матерью своих детей. В тебе есть все, ты идеальна, совершенна! И хоть все эти комплименты, которые, не буду врать, поражали меня в самое сердце, звучали, пожалуй, чересчур пафосно, но я точно знала, что он говорит это искренне, от всей души. Я молчала весь его монолог, позволяя сказать ему все, что задумал. — Одна лишь мысль о твоем уходе или возвращении к собственной семье мучительно убивает меня, поэтому я обещаю тебе, что никогда не заставлю тебя страдать, всегда буду рядом, оберегать и любить, мы создадим новую семью, только прошу тебя, — он посмотрел на меня хамелеоновыми глазами с надеждой и теплотой, — согласись стать моей женой. Одна секунда, вторая, третья... — Да. К черту все, разве можно ему вообще в чем-либо отказать? Я люблю его, и он любит меня. И неважно, что скажут другие, неважно все вокруг, пока этот викинг будет рядом. — Конечно, я согласна. Я не почувствовала ни то, как он надел на мой безымянный палец кольцо, ни то, как он аккуратно стер мои слезы, которых я даже не заметила, лишь его поцелуй, неверящий, даже неловкий, вернул меня в чувства. — Я никогда еще не был так счастлив, — оторвавшись от моих немного солёных от слез губ, прошептал он. — Я тоже, — выдохнула я, ближе прижавшись к нему и возобновляя мягкий поцелуй. Тогда ведь я еще не знала, насколько это изменит, а если быть точнее — усложнит мою жизнь.

***

Переодевшись в чистое платье, которое этим утром мне отдала милая соседка, я снова посмотрела на обручальное кольцо. Оно было полностью выполнено из черненого серебра и покрыто утонченным скандинавским орнаментом. Завершали композицию яркие изумруды, которые очень органично смотрелись в узоре. Внутренняя часть его была украшена скандинавскими рунами, которые не просто делают кольцо необычным, но и, как оказалось, имеют определенную трактовку. Обо всем этом мне позже рассказал Клаус, когда я с восхищением разглядывала обновку. Боже, говорю так, будто просто прикупила себе на базаре новую вещицу, но я правда все еще пребываю немного в шоке от событий вчерашнего вечера. Ник поведал, что среди этих символов легко различить руну Тейваз, обозначающую правильность выбранного пути, глубокую любовную связь со своим избранником, уверенность в отношениях. Также можно увидеть руну Йер, означающую круглогодичный цикл, сбор урожая и благополучный исход событий. Она может символизировать долгие отношения, которые приведут к зарождению новой жизни и появлению в семье малыша. Вообще у Клауса точно такое же кольцо, только побольше размером. И меня, естественно, необычайно интересовало, где он их вообще взял. Оказывается, ему отдал их Майкл, а сами обручальные кольца с рунами появились не случайно — свадьба для скандинавских народов имеет большое значение, поскольку создание семьи считается одним из ключевых жизненных моментов. Честно говоря, меня очень радовал факт, что у нас с ним одинаковые и единственные в своем экземпляре кольца. Здесь все друг друга знают, а теперь даже если меня кто-то знать не будет, то увидев кольцо на пальце не просто поймут, что я замужем, а также и кто мой муж. Забавно, я ведь теперь и рассуждаю даже, как замужняя женщина. Собравшись полностью, я поспешила на главную площадь, на которой меня уже ждал сам Клаус, ведь оставался еще сам обряд обручения. Никогда бы не подумала, что выйду так замуж. Сам обряд проходил для меня как в тумане. Я сидела на коленях перед мужчиной, который проводил этот самый обряд, не знаю, как его обозвать, пусть будет регистратором, по крайней мере в моем времени именно так их и называют. Я не слышала, что он говорит, или даже не слушала. Мою голову закрыли покрывалом, регистратор сказал какие-то слова, после чего меня подняли на ноги и наши с Ником руки соединили. Сказав что-то еще, меня вновь заставили сесть на колени, а на них самих положили топор, как я ранее узнала от Ника, топор Тора — он означал знак совершения. Стоп. Это означает, что все? Теперь я официально миссис? Вау. Как-то чересчур быстро и сумбурно все произошло, хотя разве в наших жизнях могло быть иначе? Вот бы сейчас друзья мои удивились, узнав, что я вышла за самого Клауса — вселяющего во всех страх гибрида-убийцу. Неловко бы было. Хотя всё, что он вселял в меня — это любовь. — Ну что ж, теперь я с гордостью могу назвать тебя своей женой, миссис Форбс-Майклсон, — пару дней назад я сказала ему, что вспомнила свою фамилию. — Мы даже не говорили об этом! — возмутилась я, мягко стукнув его по плечу. — Да ладно тебе, я же знал, на ком женился, — на этих словах он чувственно впился мне в губы. Я была рада, что моя фамилия осталась при мне, это было одним из немногих, что напоминало мне о прошлом. Я здесь всего четыре месяца, а говорю о Мистик Фоллс, как о чем-то старом и забытом. Но нет, я не забыла и никогда не забуду, просто в связи со всеми последними событиями в моей жизни, это действительно кажется чем-то далеким и нереальным.

***

— Не хочешь в этот раз сама поохотиться? — спокойно спросил Майклсон, как развел огонь. Мы выехали сразу после обряда и сейчас устраивали лагерь на небольшой полянке, уже завтра днем мы вернемся домой. Я старалась не думать о реакции семьи на нашу женитьбу, которая наверняка всех удивит невероятно сильно. — Ты серьезно? — изумленно поинтересовалась я. — Почему нет? — как ни в чем ни бывало, пожал плечами Клаус. — Ты предлагаешь мне собственноручно убить невинного оленя? — мой голос повышался с каждым сказанным словом. — Я бы сказал: собственноручно прокормить нас на сегодняшний вечер, — немного уставшим голосом проговорил он, — этот, как ты выразилась, невинный олень все равно сегодня умрет, разница лишь в том, что это сделаешь ты. Я считаю, что это будет неплохим опытом на будущее, — его голос был ровным, а серые глаза немного отдавали холодом. Это ж какое будущее ты мне запланировал, милый? Но в то же время он прав, в этой жизни, а особенно в моей, возможно абсолютно все. Лишним это точно не будет. Я достала свой меч, подаренный мне Майклом, и Клаус, восприняв это действие, как согласие, также взял свой, и мы направились в сторону леса. Хотя тут в какую сторону не пойдешь будет лес, но неважно. Вообще в фильмах на таких крупных животных, как олени, охотились с помощью лука или арбалета, но это были фильмы, а здесь реальность. Описывать процесс я не буду, слишком много крови, страха и чертовых насмешек новоиспеченного мужа. Но я сделала это. И оказалось это куда сложнее, чем я представляла себе. Сил и энергии у меня совсем не осталось. Ник, заметив мое состояние, сказал, что донес бы меня на руках, но его руки были заняты тушей оленя. Вечер пролетел незаметно, как и ночь, и утро, и вот мы уже были в нашей деревне. Признаться, я скучала по этому пейзажу, как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше. И я правда после этого мини путешествия воспринимала это место, как дом. А также мне безумно хотелось скорее увидеть лица семейства Майклсонов. Я правда соскучилась за ними. И вот, счастливые улыбки, светящиеся от радости, что мы вернулись назад, глаза, миллион приветствий, слез и объятий, а еще поздравления с обручением. Именно такую картину я себе и представляла. Но мы ведь не всегда получаем то, чего хотим, верно? Однако эти слова окончательно выбили меня из колеи, и даже убили, в переносном значении этого слова. — Хенрик и Финн мертвы.