Беспощадная эволюция

Правду следует подавать так, как подают пальто, а не швырять в лицо, как мокрое полотенце. Марк Твен

      После того как очнулся, я получил выволочку от Сириуса, успокоил не на шутку распереживавшуюся Лили, удержал Нинки от смачного удара головой о косяк двери и засел за формирование пакета данных. Сириус поклялся нас защищать, а ещё он должен знать, в каком состоянии мир, пока что неведомый для нас. Я решил рассказать ему всё. Конечно, не прямо каждую пережитую секунду своей жизни, но ситуацию в целом. О моём мире, о том, как привычная реальность рухнула, об Ордене и, наконец, о Смерти, что меня сделала Гарри Поттером.       Знаний было много, но Сириус, важно сообщивший об умении использовать практики контроля собственного сознания, выглядел весьма уверено. Я со спокойной душой скинул пакет. Приготовившийся к медитации Сириус его принял. И ещё полтора месяца вылезал из медитации, только чтоб закинуть в себя немного еды или вырубиться. Не знаю, какие там практики он изучал и использовал, но эффекта они приносили весьма мало.       Пока Нинки покупала, а где и создавала запрошенный мною инвентарь, пока я с Лили потихоньку приступали к упражнениям на растяжку, пока голем гордо возвышался в коридоре, Сириус отчаянно впитывал информацию. И с каждым днем лицо его приобретало обеспокоенный, а потом уже и вовсе хмурый вид.       Быстро поев и усевшись в гостиной напротив дуэта Поттеров, Блэк внимательно посмотрел мне в глаза.       — Гарри, мне нужно связаться с матушкой и передать ей информацию. Я осознаю, что снимать щиты мэнора преждевременно, поэтому прошу воспользоваться помощью Нинки, — Сириус был сосредоточен, говорил как с равным. После всех известий он перестал считать меня ребёнком, а вот моё тело, напротив, медленно, но верно подменяло мое взрослое восприятие. Я как-то обнаружил себя, играющим в прятки с Лили. Напоминаю, у нас общий канал мыслей. Спрятаться друг от друга решительно невозможно, по крайней мере, без специального оборудования. Но нас это не смущало.       Собрав мысли в кучу, я сосредоточился. Просчет ситуации меня не слишком радовал.       — Это риск, крестный. В отличие от тебя, твоя матушка не давала клятву о нашей защите. Мы не знаем, какая обстановка за щитами. Проверить, не утекает ли информация, мы никак не можем, — с каждой фразой Сириус все больше хмурился. — Единственный вариант, который я вижу, — точно так же притянуть твою матушку к нам, под щиты. Конечно, с её немедленным принесением соответствующих клятв.       Блэк думал. Когда он погружался в мысли, лицо его словно преображалось. Из вчерашнего мальчишки он вдруг становился, по крайней мере, юношей. Взгляд серых глаз сфокусировался на мне.       — Я попрошу Нинки передать письмо, но не думаю, что матушка сразу согласится. В последнее время наши отношения были несколько… — крестный помахал рукой в воздухе, пытаясь показать, какие были отношения, — натянутые, — наконец родил он.       — Хорошо, информация о том, что происходит в мире, нам пригодится, — строящая серьёзную моську Лили два раза кивнула и расплылась в улыбке. Она была взрослее своих сверстников как ментально (моя память), так и физически (изменения после происшествия), но все ещё оставалась ребенком. Ребенком, умеющим разряжать серьезную обстановку. Она наш лучик позитива в ежедневной рутине.