Зеркало души

- Мы с Оливией и Енохом будем дежурить у дома. - Эмма повторяла план, наблюдая, как Джейкоб накачивается виски. - Миллард и Хью идут на пляж к скалам. Фиона с подругами будут на улице между домом и пляжем. Гораций, как самый прилично выглядящий, - у полицейского участка. - Если вдруг что пойдёт не так - просто беги, - прибавила Оливия. - Этого достаточно, - Енох поспешно отобрал у Джейкоба бутылку. - Если не забыл, тебе нужно притвориться пьяным, не нажраться в сопли. Джейк не обиделся на язвительный тон, прекрасно понимая, что с волнением все справляются по-разному. Кто-то ржёт, как Миллард. Кто-то ощетинивается. А кто-то пьёт. Джейк думал было выпить на всякий случай свои таблетки, но мешать их с алкоголем было бы чистой воды безумием. Да и сознание ему нужно чистое, ясное, не притуплённое ничем крепче пары рюмок. Виски подействовал, по телу разлилось приятное тепло, а в голове наступила лёгкость. - Если что, мы рядом, - вполголоса напомнил Енох, на прощание коснувшись плеча Джейка. Они ушли первые, через полчаса нужно было выходить и Портману. Джейкоб волновался ровно до того момента, как вышел из дома. Пробираясь через болото, выходя на мостовую, он был уже совершенно спокоен, поглощён делом. Вечер выдался приятно тёплым. Глотая морской воздух, Джейкоб неспешно шёл по улице. Боковым зрением он увидел в баре Фиону и ту девочку, которая потеряла брата. Прошёл мимо, как будто никого из них не знал. «А ведь Бэррон видел меня с Эммой», - подумалось вдруг. Джейк точно не знал, что именно эта мысль значит, но вдруг напрягся. Может ли быть такое, что Бэррон не запомнил Эмму? Тогда он смотрел только на Джейкоба. Вероятно, привлечённый выкриком Хью про необычные глаза. Бэррон не обманул, его дом был действительно самый маленький и самый страшненький. Покосившаяся деревянная хибара. Свет в окнах не горел. Нет дома? Или уже спит? Сделав глубокий вдох, Джейкоб постучался. И через несколько секунд пожилой мужчина уже возник на пороге, как будто ждал гостей. - В-вы простите за вторжение, - чуть заплетающимся языком выдал Портман. - Вы как-то говорили, что могу заглянуть... - Ну разумеется, юноша, разумеется! - Бэррон улыбнулся так неестественно широко, что стало жутковато. - Я весьма рад, ко мне так редко кто-то заходит, все совсем старика забросили. - Он хихикнул. - Так что я очень и очень рад компании. Я предложил бы зайти, но, видите ли, небольшая прогулочка по пляжу вдоль моря кажется идеей куда более симпатичной, что скажете? До скал дойдём, а там посидим, как в прошлый раз. Ну разумеется. Не повёл бы Бэррон потенциальную жертву по улице у всех на виду. - Мне больше некуда пойти, - буркнул Джейкоб. - Так что поддерживаю. Гулять. - Вот и замечательно! - Бэррон улыбнулся ещё шире, почти белые глаза заблестели. - Очень, очень рад компании, пойдёмте, пойдёмте. А впрочем, что это я, мы ведь на «ты». Некуда пойти, говоришь? Бэррон вывел своего попутчика кривым и неудобным спуском на пустой, дикий пляж. Идти по песку было тяжеловато. Чёрная вода глухо плескалась, подталкивая берег. Никто из друзей не смог бы подойти незамеченным при всём желании. Джейкоб вдохновенно врал про свою тяжёлую жизнь, ссору с друзьями и невыносимого соседа, который своей колкостью и грубостью разбивает сердце. А отец считает психом, на этой почве и разругались, общаться не хочется совершенно. Бэррон внимательно слушал, периодически вставлял какие-то ободряющие комментарии, даже прочёл коротенькую лекцию про сепарацию. - Один только дедушка у меня и был, - тяжело вздыхал Джейкоб. - Какой человек... Всегда понимал и поддерживал. И глаза у него такие весёлые и добрые были, голубые такие, почти прозрачные, прямо как у меня... Хоть глаза у меня от деда остались... Бэррон растерял всё своё спокойствие, он заметно ускорил шаг. - В глазах, дорогой мой мальчик, - возбуждённо воскликнул профессор, - в глазах оно и есть, бессмертие! В глазах вся жизнь, вся душа наша, все наши мысли. Съел глаза - и поглотил душу. - Съел... что? - Джейк даже остановился, а Бэррон залился клоунским смехом. - Ну это я так, к слову, - отсмеявшись, пояснил он. - Пили же из черепов раньше. Пьёшь - и получаешь силу и мужество того, кому этот череп больше не послужит. - Ухмылка рассекла лицо Бэррона. - А хочешь, расскажу, что я вижу в твоих глазах? Они уже почти дошли до прибрежных скал. Песок хрустел под ногами и забивался в обувь. - Расскажите, - делая вид, что успокоился, согласился Джейк. И вздрогнул, когда Бэррон неожиданно острым ногтём приподнял его подбородок. И заглянул прямо в душу, к месту пригвождая страшным, пустым взглядом. - Вижу, какой ты безрассудный, как друзей своих ценишь, ни за что бы не оставил в беде подружку. Джейк отшатнулся было, но ноготь впился под кожу. - Не оставил бы без внимания, что бедняжку страшный дед к себе в дом чуть не уволок... Её же чудо только спасло, что мне её глаза не понравились. - Бэррон захихикал и вдруг резко выбросил вперёд руку, сжав запястье Джейка. - И правда не понравились, кстати, не чета твоим, только вот я это сразу же знал, ещё когда вас вместе в этом богомерзком питейном заведении увидел. - Пусти, урод! - Джейк рванулся, но его руку словно зажало в тисках. Бэррон зарычал и глубже всадил ноготь под кожу. Его глаза словно светились в темноте. - И уж конечно наш храбрый мальчик не допустил бы, чтобы страшный дед ошивался под окнами общежития! Вдруг ещё кого-то украдёт и скушает! - Голос сумасшедшего изменился до неузнаваемости. - Поэтому спасти всех надо, благородно рискнуть собой! Прикинуться пьяным и прибежать в паучью сеть. Чего ещё ждать от такой чистой души, от таких светлых глаз! Мальчик мой, врать твои глазки тоже не умеют. Он вдруг сделал вид, что собирается ткнуть пальцами Джейкобу в глаза, и торжествующе захохотал, когда тот дёрнулся и зажмурился. - Ну нет, хороший мой, такие глазки выкалывать - преступление, - Бэррон хищно оскалился. - Такие глазки мы аккуратненько вынем. Думаешь, я не пытался? - вдруг сокрушённо спросил профессор. - Я пытался. Пытался с коровами, у них глаза большие, красивые, да только вот нет у животных души, нет! У человека не у всякого есть. У тебя вот есть, такой лакомый кусочек есть... - Он мечтательно зажмурился, облизнулся и вдруг стиснул Джейка крепче. - А ведь интересно тебе, слушаешь стоишь, не особенно-то вырываешься. А ты думаешь, я не знаю, что ты тогда, на пляже, умереть хотел в глубине души? Лучше умереть, чем быть отвергнутым. Сложная, возвышенная душа! - Что ты несёшь?! - Джейк кричал во весь голос, но, кажется, никто его не слышал. - До улицы отсюда ни один звук не долетит, - горделиво похвастался Бэррон, как будто сам лично устроил такой акустический эффект. - Эх, Джейк. Ты же боишься меня до смерти. - Он пощекотал свою жертву под подбородком, царапая шею, наслаждаясь выражением лица Портмана. - Боишься, а всё равно пришёл. Один. Я же знаю, что один, ты бы ни за что не подверг друзей опасности. Ведь ты герой, Джейк. А герои... Они вкусные. Жаль только твоего обожаемого черноглазого соседа, - вдруг прибавил Бэррон, и Джейк задохнулся от неожиданности. - Я и это рассказал?! - О, Джейк, ты чего только не нарассказывал. - Бэррон подмигнул. - Притворяться пьяным ты не умеешь совсем, тогда-то другое дело, тогда ты не притворялся. Жаль, что ты так ему в чувствах и не признался, а он теперь без тебя совсем загрустит, и душа станет чёрная-чёрная, как и глаза... Такого я бы точно не тронул, таким подавиться можно... Джейкоб принялся отчаянно вырываться, забыв обо всём. До этого момента он не дёргался, тянул время, надеясь услышать и записать на диктофон побольше, дождаться друзей, полицию... С неожиданной для старика силой Бэррон скрутил его и повалил в песок, коленом упираясь куда-то в шею. - Глазки удалять нужно, пока человек ещё живой и всё чувствует, а то душа в них не останется, - прошипел профессор прямо в ухо Джейкобу. - Но ты же не будешь лежать и ждать, пока я закончу, а? Так что придётся укольчик... Что-то острое впилось в шею, Джейк изо всех сил рванулся, но Бэррон крепко держал его. Вырваться было невозможно, тело неотвратимо слабело. И тогда Бэррон вдруг хрипло каркнул и отпустил. Со стороны скал в него полетели камни, один попал в руку, другой чиркнул по виску. Пользуясь моментом, Джейкоб вскочил на нетвёрдые ноги, сделал пару шагов и зарылся носом в песок. Тело как будто набили ватой, шею жгло, а перед глазами неумолимо темнело. Сквозь плотную, глухую темноту Джейк услышал крики и, кажется, выстрелы. Портман, может, и пришёл бы один, не взяв друзей, не подвергая опасности никого, кроме себя. Но его друзья взяли себя сами. Они ни за что бы не остались в стороне. Джейк тихо усмехнулся. «Выкуси, урод». А затем мир сжался со всех сторон и превратился в кромешную тьму.