Убийство первой степени

Из камина Блейза Грейнджер и Малфой вышли в роскошный огромный кабинет одного из торговых партнёров Забини. Мистер Рамос коротко поприветствовал молодых людей и без лишних слов вручил им портключ, что привел их к Кастелобрушу. Директор Кастелобрушу - Матеус Эйтор оказался низкорослым мужчиной, примерно за шестьдесят — уже не молод, но и не очень стар. Полноватый, в смешном цветастом балахоне, лысый и с седой бородкой-косичкой, что болталась ниже колен. Его брови, тоже седые, торчали как у филина, глаза были темные с прищуром, а уши немного оттопыривались, как у эльфов. На Грейнджер он произвел очень положительное впечатление, она посчитала его даже забавным, а вот Малфой был настроен к нему крайне подозрительно, его интуиция подсказывала следить внимательнее за этим дедулей. Малфой вообще был рад всех подозревать. — Мисс Гарейнджер, мистер Мулфой — на ломаном английском приветствовал их директор — Рад вас видеть, добро пожаловать, проходите. Я лично для вас проведу экскурсию — тараторил Эйтор, не дав открыть рта гостям, что особенно возмутило Драко, который не успел поправить свою фамилию. Гермиона же решила просто не обращать на это внимание. Школа Кастелобрушу поражала воображение своей необычностью и красотой. Огромное квадратное здание, похожее на куб, было выполнено из золотого камня. Башенки, что украшали стены школы, были вмонтированы в ниши по всей площади здания и придавали ему вид священного места, или даже буддисткого храма. Позади стояла огромная гора, окутанная густым тропическим лесом, по бокам которой лились невероятной красоты водопады. Здесь было столько диковинных разноцветных птиц и насекомых, что у Гермионы начало рябить в глазах. И она серьезно задумалась о том, что нужно привезти сюда студентов Хогвартса на экскурсию. — Ой! Кто это? — не удержалась и почти взвизгнула Гермиона от неожиданности, когда что-то мягкое скользнуло ей по ногам. — Кайпора — директор Эйтор улыбался, глядя на маленькое мохнатое существо, что выглядывало из-под камня — Они следят за безопасностью наших студентов и охраняют джунгли вокруг школы. Обычно они появляются ночью, но, видимо, вы их заинтересовали. — Понятно — ответила Гермиона, продолжая рассматривать нечто, похожее на хомячка. Малфой лишь фыркнул — самая смелая и отчаянная испугалась крысу, так себе новости. — Сейчас мы отобедаем, и я вам все-все покажу — круглый мужчина семенил перед Малфоем и Грейнджер, что они едва поспевали за его быстрым шагом. Поприветствовать гостей из далёкой страны собрались все преподаватели Кастелобрушу. Несмотря на выходной день, ведьмы и чародеи посчитали за честь остаться на обед вместе с молодой парой, которых тут же окрестили мужем и женой. — Мисс Грейнджер, почему вы оставили свою фамилию? А не взяли фамилию Мулфой, по-моему очень красиво звучит — улыбалась пухленькая мадам Родригес, которая чем-то напоминала профессор Стебль. — О, нет нет, вы неправильно поняли — Гермиона даже по-дурацки замахал руками — Мы не муж и жена — Грейнджер метнула злой взгляд на Малфоя, который с непроницаемым выражением лица жевал рис и курицу-кари, которую терпеть не мог. — Это лишь вопрос времени — загадочно отозвался невероятно худой старичок с белоснежными волосами, которые на удивление были очень густые и длинные, несмотря на возраст преподавателя. Он занимал должность Провидца. Правда, в отличие от Трелони, не сыпал направо и налево предсказаниями о смерти. Пока. Гермиона от удивления выпучила глаза. Малфой даже жевать перестал. Хотя, что парень, что девушка, в предсказания не верили вообще, а Сивиллу считали доброй и безобидной, но все же шарлатанкой. — Спасибо за приятную компанию, все было очень вкусно — вставая, проговорила Гермиона — Может, вы проводите нас? Покажете школу, классы — неуверенно начала Гермиона, пиная Малфоя под столом, чтобы тоже заканчивал рассиживаться — Особенно хотелось бы посмотреть, где любила бывать Полумна Лавгуд — голос Грейнджер дрогнул — Она ведь моя, наша, однокурсница. Все преподаватели заметно сникли за столом. Им было невероятно жаль белокурую красавицу и умницу, добрую и загадочную студентку, что училась у них непродолжительное время. Они, конечно, же знали о ее кончине. — Очень жаль ее — снова заговорил Провидец — Невероятно умная девушка была. У нее были огромные задатки в прорицании. — Тут я с вами поспорю — грустно улыбаясь, говорила мадам Родригес — Она бы могла стать прекрасным магозоологом, вы не представляете, как ее любили животные — старушка смахнула слезу. — Вы правы, Луна была очень разносторонняя девушка, ей правда, было сложно только с однокурсниками находить общий язык, почему-то ее считали странной — сказал директор Эйтор. — И что же, у нее совсем не было друзей здесь? — Малфой сопливого настроя не разделял, и решил быстренько выведать о жизни подруги здесь. Раз уж они сами завели разговор. — Пойдёмте, прогуляемся, обо всем и поговорим — как-то слишком быстро проговорил Эйтор. Это не скрылось от Малфоя, а вот Грейнджер витала в облаках, ее выбили из колеи слова Провидца, поэтому она не заметила ничего странного в поведение директора школы. Они втроем шли по узким длинным коридорам Кастелобрушу, которые сверкали позолотой. Мистер Эйтор рассказывал обо всем, что им попадалось на пути — кто изображен на портретах, как выглядят учебные аудитории, от чего работает освещение в здании, как выстроена система обучения и каникул, как наказывают и поощряют юных магов, почему школьная форма учеников яркого зелёного цвета — хотя Грейнджер и так это знала, она вообще, много чего знала. Они обошли уже несколько классов и Гермиона почувствовала, что у нее начинают ныть ноги, а в глазах от этого золотого света появилась резь в глазах. Мрачные, но такие родные стены Хогвартса были больше по душе Гермионе. Она замедлила шаг и присела, чтобы ослабить ремешок на босоножках, но когда ведьма подняла голову, Малфоя и Эйтора уже не было видно. Гермиона быстро огляделась и пошла несмело вперёд. Здесь было слишком много золотых коридоров, как в зеркальном лабиринте, и она боялась пропустить нужный поворот. — Гермиона — послышался спокойный голос из класса позади девушки. Грейнджер резко обернулась, держа палочку наготове. — Провидец — выдохнула Грейнджер. И тут же покраснела — она выставила палочку, когда услышала свое имя, а ведь они находятся в самой безопасной школе из всех существующих в магических мирах. По крайней мере, так утверждают большинство учёных умов, занимающихся разработками заклинаний безопасности. — Проходи, не стесняйся. Гермиона зашла в темный кабинет, который освещался сотнями свечей. Такой контраст с коридором. Пахло сушеными травами, особенно чабрецом, как показалось девушке. Мебель здесь была разношёрстная, что сразу бросилось в глаза, не было стройных рядов парт и стульев, а стояли мягкие двухместные диванчики, плетеные кресла, огромные подушки, на которых сидели на полу, подвесные качели. — Каждый выбирает свое место, кому как удобно — ответил на незаданный вопрос Провидец — Не всем нравятся стулья, не все любят кресла. А чтобы ученик внимательно слушал и понимал, что ему говорит учитель, я считаю, необходимо чувствовать комфорт, ну, хотя бы, сидеть удобно — худой старик лукаво улыбался, а Гермиона подозрительно на него посмотрела — откуда он знает про ее пунктик про стулья? Или совпадение? Но Малфой всегда говорит, что совпадений не бывает. — Как вас зовут по-настоящему, профессор? — спросила Гермиона. — Эдгар Фламель — снова улыбался старик. Гермиона прикусила губу. Очень интересная фамилия. Очень. — Вы можете что-то рассказать про Луну? Как она чувствовала себя здесь? Что особенно любила? — задавала вопросы Гермиона, почему-то с Провидцем ей было не страшно обсуждать интересующую информацию прямо. — Вы ведь здесь не из-за школьной экскурсии — не спросил, а сказал профессор Фламель — Не бойтесь, я вас не сдам. У Луны были здесь только хорошие знакомые. Несколько девушек и парней. они очень старались подружиться с мисс Лавгуд, но она сторонилась безобидных однокурсников. Она очень тяжело открывалась людям. И вот что ещё я заметил — помедлил Фламель — Вдруг это окажется важным. Обычно я не рассказываю такое о людях, потому что это слишком личное. Но раз уж ее нет с нами… — Гермиона напряглась — У нее была странная аура. Первый слой, так скажем, светлый, как должно быть у доброго человека, коим без сомнения являлась Полумна. Затем небольшая полоска серого. Так бывает, когда человек случайно совершил преступление, но опять же, в таком случае цвет должен быть черным, либо вся аура станет полностью серая, если сам человек превратился в плохого и подлого. Поэтому я не понимаю природу серого цвета на белом в случае мисс Лавгуд. А последний ореол был практически прозрачным, мерцающим. Так обычно бывает у новорожденных, ведь они ещё не решили, каким путем пройдут по жизни. — Что же мог означать прозрачный свет, если Луна была достаточно взрослой? — Гермиона напрягала весь слух и мозги, чтобы запомнить каждое слово.  — Не знаю, Гермиона, правда не знаю. Но я занимаюсь этим вопросом. — Зачем? — резко спросила Гермиона и осеклась, Фламель старался помочь, и она не хотела пугать его. — Ее смерть слишком странная. Она приходила ко мне во сне в ночь перед кончиной. Луна предупредила, что вы скоро наведаетесь в Кастелобрушу, и она попросила вам рассказать все, о чем вы попросите. А, самое главное — вспомнил старик, а Грейнджер недоверчиво на него косилась — ну не верила она во все эти предсказания и прорицателей. Хотя почему бы и нет? Ведь это та же магия, просто в иной ипостаси — Я как-то видел ее и молодого человека, он лишь однажды приходил к ней в школу. Вы же знаете, сюда просто так не пройдешь. Это был высокий худой молодой человек со смольно-черными волосами, лица я не разглядел — они стояли далеко, и он повернулся спиной. Полумна и парень шли по саду мадам Родригес. Я не мог уйти — ведь он чужак, но и мешать разговору было бестактно, я просто наблюдал. Но они быстро закончили разговор, потому что по поведению Полумны было ясно — она его не знает. Гость настаивать не стал и быстро удалился. — А куда он ушел? Как он мог вообще здесь ориентироваться без подготовки? Без провожатого? — Грейнджер чувствовала, как внутри разгорается чувство напоминающее удовлетворение — они затеяли с Малфоем это все не зря. И она готова была поклясться, что тот посетитель был именно Никос Раптис. — Вы правы, мисс Грейнджер, вы очень проницательны. Но в том и дело, я не знаю куда он делся, я проследовал за ним, но он как-будто испарился. — Что ж, спасибо. Я уверена, то, что вы рассказали, это очень ценная информация. Мне нужно найти моего коллегу и мистера Эйтора — улыбнулась Гермиона и собиралась уйти. — Мисс Грейнджер — Фламель специально громко сказал второе слово — Вы должны были сменить фамилию ещё несколько лет назад. Не противься судьбе, Гермиона, рано или поздно это случится, ты только зря потеряешь годы — он лукаво улыбнулся и прежде чем Гермиона успела что-то ответить, испарился в белом дыму. — Что за дешёвые фокусы, вредный старикашка — прошипела в Гермиона и вышла из кабинета. Тем временем Малфой и Эйтор дошли до теплиц мадам Родригес. Старик Матеус успокоил Малфоя — он отправил за отставшей Грейнджер кайпора, они приведут ее к ним. Пухленький старичок болтал без умолку, и как заметил Драко, от вопросов про Луну умело уходил, переводя тему. Малфою уже надоело играть в заинтересованного делегата, радеющего за детишек и международное сотрудничество. Он уже хотел достать листок из блокнота, где был изображен Раптис, но тут подоспела Грейнджер — Вот вы где, еле вас нашла — Гермиона улыбалась, но Малфой заметил — она выглядит взволновано. — Ну вот молодой человек, а вы волновались, вот и ваша мисс Гарейнджер — хитро улыбался Эйтор. — Какой восхитительный сад — не обращая внимания на слова Матеуса, произнесла ведьма. — Огромное спасибо — донеслось из-за кустов, оттуда вышла мадам Родригес. — Что ж, я могу вас оставить в компании мадам Родригес? У меня есть кое-какие дела, но я скоро вернусь — говоря это Эйтор уже семенил на выход. — Мэм, а были ли у Полумны любимые цветы? — завела Грейнджер любимую песню. — О, конечно, были. Но особую страсть она питала к ягодам. Она выучила все виды, что растут только у нас в Амазонских джунглях. Кстати, это она научила меня варить варенье. Я и знать не знала, что существует такое лакомство. У нас ведь свежие ягоды круглый год, зачем их запасать? Но варенье от Луны это было нечто! — с восторгом рассказывала старушка. — Мадам Родригес, а Полумна могла остаться в саду одна? Ну, допустим, чтобы написать доклад или просто повозиться с растениями? — спросила Гермиона. — Конечно, я ей полностью доверяла. Как только мы познакомились, буквально прошло несколько занятий и Луна могла делать в моей оранжереи, что хотела. Я была всегда в ней уверена, она ни за что не навредит растениям — безапелляционно заявила мадам Родригес — То же самое и с моим зверинцем. У нас есть небольшой парк, там мы преподаем маглозоологию. В основном там мелкие зверята — нюхли, кайпори, цунги. А для тех, кто решит на последних курсах выбрать профессию, связанную с животными, у нас отдельный лес, туда студенты уезжают из школы на несколько месяцев для близкого ознакомления. — Почему отдельный — подал голос Малфой, злясь, что тема снова ушла от Полумны. — Они слишком опасные и своенравные. Это большое дело, подчинить себе какого-нибудь минхочао*, например. — А скажите, может ли кто-нибудь зайти в ваш сад, не являясь учеником Кастелобрушу, без разрешения? — гнула свое Грейнджер. — Нет, что вы. У нас такая охрана здесь стоит! Да и вообще, сунет незнакомец куда не надо палец, и кровохлебка откусит ему пол руки — указала на красивое растение с огромной красной шишкой на конце стебля с невозмутимым видом мадам Родригес. Малфой понял к чему ведёт Грейнджер. И вступил в разговор — Тогда подскажите, не знаете ли вы этого человека? — он показал портрет Никоса. Глаза мадам Родригес забегали, она несколько секунд как-будто сомневалась, но потом твердо ответила — Нет, впервые вижу. А кто это? — беззаботно спросила она. — Это один мой знакомый, утверждает, что учился у вас. Но теперь ясно, что он просто лентяй и раздолбай, нигде он не учился, а жил за счёт родителей в Испании, хотя нам плел сказки, как у вас тут сложно учиться — тоном старого друга с обворожительной улыбкой ответил Драко. Врёт старая, как пить дать, врёт. — Нет нет, я бы запомнила, такая интересная внешность, красивый греческий профиль — ляпнула мадам Родригес и осеклась. Слишком много совпадений, что она не зная имени, и только по носу с горбинкой определила, что он грек. Малфой с едва заметной улыбкой покосился на Грейнджер, Гермиона в ответ кивнула. — Что ж, сегодня был прекрасный насыщенный день, мы так много узнали. Я уверена, мисс Макгонагалл будет в восторге от того, что я ей расскажу, и мы обязательно приедем к вам с нашими лучшими студентами. На сегодня, я думаю, достаточно, мы ведь ещё придем завтра — улыбнулась Гермиона — Директора дожидаться не будем, вы нас проводите? — Конечно, и с радостью вас ждём — улыбнулась мадам Родригес. Грейнджер давно приметила дорожку с другой стороны сада через небольшую деревянную дверь, ведущую к ней. — А этот выход ведёт к воротам школы? Тут наверное будет быстрее дойти? — ведьма уже направилась туда, как ее остановила волшебница — О нет, по этому пути вы попадете к директору Эйтору, но если вы хотите попрощаться, то можем пройти… — объясняла старушка. — Нет, думаю не стоит отвлекать директора от важных дел, он итак сегодня много потратил на нас времени. Передайте ему от нас огромное спасибо — сказал Малфой. — Тогда идёмте, в джунглях темнеет быстро — торопила мадам Родригес.