Связь

— Ладно, — отсмеявшись, начинает говорить Вероника. — я, наверное, пойду домой. Тётя Мика завалит меня вопросами, — Ребекка не сдерживает смешка.       Утром Грозман проснулась одна в холодной постели, но рядом обнаружила записку, в которой Кол извинялся и обещал заглянуть вечером. Приведя себя в порядок, Вероника написала пару сообщений тёте, мол, я в порядке и скоро буду дома.       Собираясь уходить из особняка Майклсонов, Вероника случайно услышала разговор на первом этаже. Притаившись в тени лестницы, девушка внимательно слушала и старалась запомнить каждое слово. Едва только два заговорщика скрылись из виду, Ника хотела уже уйти, как пересеклась с Элайджей — старшим братом Кола, Клауса и Ребекки.       Вероника не хотела врать Элайдже, портить с ним дружеские отношения, поэтому, немного поколебавшись, рассказала всё, что слышала. Про какую-то связь между ней и Колом, непонятную сделку Сальваторе и Эстер — первородной ведьмы Майклсон. И неизвестный ритуал, в котором Финн, ещё один Майклсон, должен будет принести себя в жертву ради благой цели. Элайджа пообещал разобраться и попросил никому не говорить об этом. Пока что.       А потом и Ребекка вернулась домой. Между девушками закрутился разговор и Майклсон предложила остаться ещё на пару часов. Эти пару часов затянулись почти до конца дня. — Скоро должен вернуться Кол. Может быть, подождёшь? — Ребекка намекает на возможную опасность, ведь теперь Вероника знает о существовании сверхъестественного мира и это может очень губительно сказаться на ней. — уже стемнело. — Со мной ничего не случиться, Бекка, — Вероника мягко улыбается, надевая кожаную куртку. Ребекка любезно одолжила пару вещей для Грозман. Не сидела бы она всё это время в вечернем платье. — это же Мистик-Фоллс! Что тут может произойти? — Вот именно, что это Мистик-Фоллс! — возмущённо восклицает Ребекка, не оставляя попыток. Кол ведь должен вот-вот вернуться. — ладно, но будь осторожна, — Майклсон сдаётся и на прощание обнимает Веронику.       Оказавшись на улице, Ника вдыхает вечерний воздух полной грудью. Прохлада помогает немного расслабиться и на время забыть об переживаниях и тревогах. В теле до сих пор чувствуется приятная усталость после проведённой ночи с Колом. Щёки покрываются румянцем, когда в голове вспыхивают картинки.       Тем временем, в свете фонаря мелькает неизвестная тень. Неизвестный слишком долго ждал этого момента. Хотел совершить задуманное ещё пару дней назад, но чёртов Майклсон «помогал с математикой». Вечно суёт свой нос туда, куда его не просят.       За приятными воспоминаниями и мыслями Вероника не замечает, как до дома остаётся всего одна улица. Переходит дорогу и собирается вновь окунуться в собственные мысли, как краем глаза замечает странное движение. Оглядывается по сторонам, но никого и ничего не видит. От страха пульс ускоряется, а воображение подкидывает картинки всяких маньяков или монстров.       Ускоряет шаг, но потом переходит почти на бег, когда неизвестная тень мелькает а паре домов от неё. В голове вихрем проносятся слова Ребекки, которая предлагала остаться и подождать Кола. Нужно было послушаться и провести пару часов в компании Ребекки, но жалеть уже поздно.       Вероника внутренне радуется, когда видит свет, горящий в собственном доме. Значит, тётя Мика ещё не спит и наверняка смотрит своё любимое шоу по телевизору. Грозман оборачивается и внезапно в кого-то врезается. От страха сердце норовит выпрыгнуть из груди. — Кол… — запыхаясь, произносит Вероника. От осознания, что перед ней Кол, а не тот, кто следил, облегчение накатывает с головой. Грозман крепко обнимает Майклсона, прижимаясь к сильному телу. — это ты, — шепчет куда-то в шею. — Конечно я, солнце, — обнимает в ответ, в непонимании хмуря густые брови. Слыша быстрое сердцебиение и учащённое дыхание, Майклсон бегло осматривает улицу. — ты напугана, — не спрашивает, а утверждает. Хмурится ещё сильнее, когда тонкие пальцы сжимают воротник куртки. — Мне показалось, что за мной кто-то шёл, — тихо отвечает Вероника, но Кол отлично слышит. Сжимает челюсть от внезапной злости. — Пока я жив и нахожусь рядом с тобой, тебя никто не посмеет тронуть, — почти клянётся и признаётся в чувствах. Так ванильно и ожидаемо, особенно после совместной ночи.       Девушка поднимает глаза и вглядывается в лицо Кола, словно пытается понять: говорит он правду или лжёт. Затем так по-детски спрашивает: — Обещаешь?       Майклсон не сдерживает улыбки, злость и месть временно отходят на второй план. Заправляет за ухо выбившиеся из причёски пряди. — Обещаю, солнце, — ласково шепчет в ответ и успокаивающе целует в губы. Кол убьёт любого, кто посмеет её тронуть.