Поцелуй

      Роскошный номер люкс в отеле «Империал» напоминал поле боя после артобстрела. Зик Йегер метался по комнате, как разъярённый зверь, не находя себе места. Светлые волосы растрепались, идеально выглаженная рубашка наполовину выбилась из брюк, а на лице застыло выражение такой лютой ненависти, что даже видавшие виды охранники предпочитали не попадаться ему на глаза.       — Что значит «доставили в больницу»? — прошипел он, останавливаясь перед низкорослым мужчиной, который только что вошёл в номер. — Я плачу вам за результат, а не за отчёты о неудачах!       Род Райс — невысокий, но крепко сбитый мужчина лет пятидесяти с хитрыми, бегающими глазками и вечной заискивающей улыбкой на лице — нервно сглотнул. Он был одним из акционеров «Йегер Фарм», но в последние месяцы его лояльность полностью переместилась на сторону Зика. Слишком большие дивиденды сулило это сотрудничество.       — Господин Йегер, — начал он осторожно, — водитель сделал всё, как вы приказывали. Скорость была запредельная, удар пришёлся в бок... По идее, парень должен был погибнуть на месте. Но скорая приехала быстро, и его успели довезти до больницы. Сейчас он в операционной.       — В операционной, — эхом повторил Зик, и в его голосе послышалось что-то пугающе спокойное. — То есть он жив.       — Да, но...       — ЖИВ?! — заорал Зик так, что стоящая на столе посуда жалобно звякнула.       Он развернулся и одним движением смахнул всё, что было на столе. Бутылка дорогого виски разбилась вдребезги, осколки стекла смешались с бумагами, оставляя на них тёмные пятна. Хрустальная пепельница отлетела к стене и раскололась.       Райс вжал голову в плечи, но не отступил.       — Господин Йегер, я понимаю ваше негодование, но позвольте заметить...       — Молчать! — Зик ткнул в него пальцем, и Райс послушно замолк. — Ты хоть понимаешь, что теперь будет? Аккерман теперь будет охранять этого щенка днём и ночью. Его сестра, эта чокнутая хакерша, уже наверняка взломала полгорода в поисках заказчика. И если они выйдут на меня...       — Мы позаботимся, чтобы не вышли, — вставил Райс, но тут же пожалел об этом, потому что Зик шагнул к нему, нависая всей своей высоченной фигурой.       — Ты позаботишься? — усмехнулся он. — Ты, который обещал, что этот недоумок исчезнет тихо и без лишнего шума? Шесть покушений, Райс. Шесть! И все провалились. А теперь седьмое — и что? Щенок в больнице, а не в морге!       Райс молчал, понимая, что любое его слово сейчас может стать последним.       Зик отошёл к окну, схватил пачку сигарет, прикурил дрожащими руками. Глубоко затянулся, выпустил дым в стекло.       — Слушай меня внимательно, — произнёс он уже спокойнее, но от этого спокойствия кровь стыла в жилах. — Немедленно исправить свою ошибку. Чтобы в течение суток этого парня не стало. Немедленно.       — Господин Йегер, но больница... там охрана, там люди...       — Мне плевать! — Зик резко обернулся. — Пошли людей. Подкупи врачей. Взорви эту чёртову больницу к чёртовой матери — мне всё равно! Но чтобы завтра утром я проснулся и узнал, что Эрен Йегер мёртв. Ты понял?       Райс побледнел. То, что предлагал Зик, было безумием чистой воды. Убийство в больнице — это совсем другой уровень. Это привлечёт внимание полиции, спецслужб, прессы. Но отказывать этому человеку, который сейчас смотрел на него глазами безумца, было смерти подобно.       — Я... я понял, — выдавил он. — Всё будет сделано.       — Ступай.       Райс пулей вылетел из номера, и только когда двери лифта закрылись за его спиной, позволил себе выдохнуть. Руки дрожали, на лбу выступил холодный пот.       Он достал телефон, набрал номер.       — Собери группу. Срочно. У нас новая цель. Больница. И чтобы никаких ошибок.       На другом конце провода что-то ответили. Райс кивнул, убрал телефон и прислонился спиной к стене лифта.       — Чёртов псих, — прошептал он. — Втянул меня в такое...       Но выхода не было. Слишком глубоко он уже увяз в делах Зика Йегера. Обратной дороги нет.

******

      А в больнице тем временем шла операция.       Леви сидел на пластиковом стуле, не меняя позы уже несколько часов. Микаса принесла кофе, но он даже не притронулся. Глаза были красными, лицо серым, руки мелко дрожали.       — Леви, — тихо позвала Микаса. — Ты должен поесть. Ты нужен Эрену.       — Я никуда не уйду, — ответил он, не поднимая головы.       — Я знаю. Но хотя бы выпей воды.       Она протянула бутылку. Леви взял, сделал глоток, поморщился. Всё было безвкусным. Всё было серым.       В кармане завибрировал телефон. Микаса глянула на экран — Маркус. Отошла в сторону, ответила.       — Слушаю.       — Микаса, — голос Маркуса звучал взволнованно. — Мы перехватили разговор. Зик в ярости. Он отдал приказ закончить дело в течение суток. В больнице.       Микаса замерла.       — Ты уверен?       — Абсолютно. Они готовят группу. Возможно, сегодня ночью.       Микаса посмотрела на брата, сидящего в коридоре, такого потерянного и разбитого. Потом перевела взгляд на двери операционной, за которыми боролся за жизнь Эрен.       — Маркус, — сказала она тихо, но твёрдо. — Собирай всех. Всех, кого можем. Больницу нужно взять под контроль. Никто не войдёт. Никто.       — Понял. Сделаем.       Она отключилась, подошла к Леви, села рядом.       — Брат, — начала она осторожно. — У нас проблема.       Леви поднял на неё глаза. В них уже не было боли — только холодная, мёртвая пустота.       — Что ещё?       — Зик отдал приказ. Они попытаются добить Эрена в больнице. Сегодня ночью.       Тишина повисла в коридоре такая, что было слышно, как гудит лампа дневного света.       Леви медленно встал. Посмотрел на двери операционной. Потом на Микасу.       — Сколько у нас людей?       — Я собираю всех.       — Хорошо. — Он сжал кулаки. — Я больше никому не позволю причинить ему боль. Никому.       В его глазах горел тот самый огонь, который Микаса видела лишь однажды — в день, когда умерли их родители. Тогда Леви поклялся защищать её. Теперь он был готов защищать любимого.       Ценой любой крови.       Ценой любой жизни.       Даже своей собственной.