сны в лесу кошмаров

Хонджун который раз доверяет своему чутью и выбирает правую тропинку на месте её разделения в лесу. Он ступает тихо, к левой руке крепко привязан серебряный клинок. Несмотря на отсутствие луны на небосводе, его глаза уже давно привыкли к лесной темноте, и он прекрасно видит свою тропинку. Про этот лес не пишет никто на специализированных форумах, но оно и понятно — вокруг него нет ничего, разве что небольшой городок, где Хонджун и оставил свои вещи в старом, заброшенном доме. Есть ещё небольшая речка, переходящая со стороны леса в топкое болото, что наверняка отпугивает любителей охоты за призраками, но Хонджун безоговорочно верит своим инстинктам даже больше чем себе самому. А чутьё его вопит словно зашкаливающий аналоговый счётчик что в этом лесу точно кто-то есть. Кто-то, кому получить серебряным клинком в бок будет совсем не в удовольствие. Кто-то большой и будоражаще опасный. Кто-то, кто уже несколько лёт тихой песнью зовёт Хонджуна в своё болото. Он перелезает через заваленное дерево, преграждающее его тропинку, останавливается и вслушивается: как для живого, зелёного леса здесь слишком тихо. Не слышно ни сверчков, ни шуршания ночных хищников, только он и его натянутое как струна звериное чутьё на демона. Немного отдышавшись, Хонджун продолжает свою дорогу, пока внезапно что-то не проносится с его правой стороны. Шум едва заметный, словно кто-то неудачно наступил на ветку дерева, но то самое звериное чутьё кричит, заходится в истошном вопле. Догнать. Поймать. Связать. Без особых раздумий он сворачивает с тропинки и бежит за своей жертвой уже наплевав на все предостережения. Он явно слышит убегающего от него демона и точно знает, что разберётся с ним как только его настигнет. Натренированные мышцы сбоев не дают, он легко взбирается на камень и в одном прыжке уже готов навалиться на жертву и запустить нож в его мерзкую плоть, как вдруг понимает, что промахивается, а его тело оказывается в луже воды, дна которой он почувствовать не может из-за вязкого ила, стремительно окутывающего его тело. — Сука. Болота. Ну конечно. Конечно же он попался на такую простейшую, практически детскую уловку и угодил в одно из опаснейших здесь болот. Хорошо, что он прошёл курс выживания перед тем, как двинуться в поход на зовущего демона, не паникует и знает, что делать. Клинком он помогает себе зацепиться за более твёрдые слои почвы, впивается в глину у дерева, тянет, тянет своё тело. Нечисть его словно издеваясь, сидит где-то на краешке болота и смотрит с каким-то даже любопытством — Хонджун чувствует его тёмный силуэт. Ничего, он доберётся и разберётся. Он ещё покажет. Если выберется из этого проклятущего болота. Нет, неправильно. Когда выберется из этого проклятущего болота. Он тянется к спасительной земле, но чувствует, как силы его покидают. Эта местность неожиданно высасывает из него намного больше энергии, чем он рассчитывал, надевая на себя защитные камни. Хонджун всё ещё пытается брыкаться, но уже захлёбывается пресной холодной водой с привкусом тины, мелкие частички земли скрипят на зубах, и это очень сильно похоже на бесславный и дурной конец его существования. Наверное, не зря так называемые любители отловли нечисти настолько показательно игнорируют существование этой деревеньки и этого леса, раз какой-то простой демон играючи справился с ним, ещё и любуется его ужасной кончиной. Хонджуну правда не хочется заканчивать настолько плохо, что он из последних сих хватается за какую-то старую, полусгнившую корягу наобум, даже не надеясь ни на что особо и сквозь проваливающееся в глубины вязкого болота сознание медленно всплывает наружу, в объятия своего зовущего, такого прекрасного бестелесного чёрного демона. — А ты молодец, боец, — слышит он над собой звонкий низкий голос и его лёгкие, кажется, полностью наполняются болотной водой. Но если это конец, то тогда почему ему так уютно в объятиях тьмы? Неужели смерть чувствуется именно так? Если это смерть, то почему он впервые за всю свою недолгую жизнь чувствует себя настолько умиротворённо?