Лжец

      — Хината-кун, ты же знаешь, что сами психологи время от времени ходят к психологам?       — Кто бы мог подумать, что душеебам тоже нужно поебать себе душу.       Я смотрел на носки белых кроссовок с красной полоской и думал о том, что для приличия, их надо бы протереть хотя бы влажной салфеткой, что ли. Хотелось спать. Честно говоря, я в последнее время очень плохо сплю, а если брать в расчет то, что временами Нагито меня игнорировал, пропадая по три дня к ряду, то неудивительно, что мешки под моими глазами становились все больше.       Я не запомнил имя своей психологини, считая это абсолютно ненужной информацией. Я настоял на том, чтобы встречи наши сократились до одного раза в неделю и ей пришлось пойти мне на уступки.       — Хината, я говорю с тобой совершенно серьезно. Я обсудила твой случай с коллегой, сохранив в тайне твое имя и некоторые подробности. Он сказал, что у тебя есть потенциал для работы в полиции или вещах связанных с законом, но твоя агрессия и гнев тянут тебя на дно. Я говорю об этом, потому что ты и сам знаешь, что они тебе мешают, мы проработаем эт…       — Мне нравится мое раздражение и мне нравится мой гнев, может быть, раз у нас все так чудесно сложилось, забьете освободившееся место новым учеником?       Стрелка на часах стремительно двигалась к заветной отметке и подхватив рюкзак, я вылетел из кабинета ровно в тот момент, когда она поровнялась с нужной цифрой. Я собирался заглянуть в гости Чиаки, возможно, поговорить с ней о Нагито, и мне совершенно не хотелось копаться в себе в кабинете школьного психолога. Да и где ты то ни было тоже.       Сегодня Комаэды не было в школе и мне было до жути любопытно, что заставило его пропустить занятия на этот раз. Иногда я задавался вопросом почему из нас двоих к психологу отправили лишь меня, а потом вспоминал, что родители есть только у меня и они обо мне заботятся или пытаются. У Нагито были только я и Чиаки. Он пытался всеми силами показать мне, что наше с ним общение вынужденное, но я знал, что где-то в глубине его души он так не считает. А может я просто хочу себя обмануть. Зато по крайней мере в Нанами он души не чаял и это было видно.       За мыслями я не заметил как врезался в кого-то. Маленький худой мальчишка, что походил на одну из антикварных кукол в магазинчике вниз по улице от моего дома, сидел на полу от нашего столкновения. Кажется, он даже не понял, что произошло, а лишь растерянно потирал макушку. Он поднял на меня свои глаза, цвета густого леса перед грозой и я сразу же его узнал.       — Привет, Наэги — я протянул это с ноткой желчи. Мне не стыдно.       — Оо, привет, Хината-кун, прости, я спешил к Киригири-сан, поэтому не совсем смотрел по сторонам.       — Не страшно, — я оскалился, заранее зная, что мое подобие улыбки не располагает.       Я знал, что мое поведение было оправдано. Я не любил Макото Наэги и никогда бы не стал с ним дружить. В прошлом году у них с Нагито все шло к серьезным отношениям, естественно до того не очень красивого случая на вечеринке.       – Что ж, еще раз прошу прощения, мне пора.       Он спешно поднялся, подхватывая свою сумку и тут же снова рухнул на пол прямо за моей спиной. Я думаю, что слышал хруст подбородка. Хищная улыбка на моем лице означала лишь то, что подножка была не случайной. Повторюсь, мне не стыдно.       – Ооох, – протянул он жалобно, а внутри у меня все ликовало и радовалось унижению соперника.       – Тебе помочь, Наэги?       – Нет, спасибо, я сам! – Слишком поспешно, умница. – Я сегодня очень неуклюжий, не страшно. Справлюсь.       – Ладно, твое дело.       И больше я не тратил на него ни минуты, идя по коридору школы, а после спускаясь вниз, чтобы через главный холл наконец-то покинуть учебное заведение.       Чиаки была нашей с Нагито подругой с младших классов. Я даже толком не помню как мы сдружились, но факт остается фактом, мы все еще дружим и для этого мне не нужно помнить что-то из детства. Нанами уже полгода не ходит в школу, посвящая всю себя видеоиграм. Она была тихой, спокойной и очень приятной. Единственная девушка, которая не выводила меня из себя. Хотя скорее, она была единственным человеком, рядом с которым я оставался чаще всего спокойным.       Встреча с Макото, которая была вообще не кстати и мысли о Чиаки навели на меня какую-то пустоту или даже тоску. Мне всегда было сложно ориентироваться в любых других чувствах, кроме привычного гнева. Поэтому я сам не заметил, как уже десять минут настойчиво трезвонил в нужный дом.       – Ха? Хината-кун? Из-за тебя мне пришлось спешно заканчивать уровень, – девушка вдруг опустила голову и я услышал тихое сопение.       У Чиаки была привычка засыпать на ходу. Бессонные ночи проведенные за играми давали о себе знать. Я вздохнул и пройдя вперёд, взял девушку на руки, ногой прикрывая дверь.       – И как только твои родители не понимают, что за тобой нужен глаз да глаз.       – Кто бы говорил, Хината-кун.       Из кухни вышел Комаэда. В последнее время, судя по всему, он проводит здесь много своего времени, убивая все свои зачатки чувств в видеоиграх. В руках у него были две банки лимонада, наверное, вторая для Нанами.       Я фыркнул, игнорируя его слова, дабы не ссориться, по крайней мере, сейчас.       – Так и будешь с ней стоять все время, пока она спит? – Я видел как медленно его правая бровь поползла вверх.

Ты правда испытываешь удивление или снова симулируешь?

      Мне бы хотелось, чтобы он действительно ощущал удивление. Сложно было объяснить почему, хотя я и знал его отношение ко всем видам проявления чувств. Я прошел в гостиную, осторожно укладывая девушку кровать, и стащив плед со спинки кресла, укрыл ее.       Нагито же, пронаблюдав за моими действиями, сел на пол, открыл газировку, вторую при этом отдав мне. Мы сидели на полу, в тишине, до тех пор пока не стемнело.       – Сыграешь со мной, Хината-кун?       На моем лице точно отразилось недоумение. Давно он не просил меня о чем-либо, а уж тем более о том, чтобы провести с ним время. Зуб даю, его позабавило выражение моего лица, но я поспешно кивнул и мы начали игру.       К моему разочарованию странное чувство тоски все еще сжирало меня заживо.