Я твоя нежность,ты мой стержень

Pov Anton Мы не виделись всего пару дней, а я скучал по ней как обезумевший. Теперь, когда я знал, что она нуждается во мне, я сходил с ума каждую секунду не рядом. Вспоминал её улыбку, которой можно скрасить любой самый неудавшийся день, губы, слегка потрескавшиеся на холоде, которые она так упорно продолжает прикусывать, голубые глаза, словно васильки…и душа, чистая и глубокая. Таких людей мне не удавалось встретить на своём пути. Лишь она. Вы, конечно же, решите, что это слишком идеализирующий её образ. Вспомните как она злится и как хорошо треплет нервы, какие интриги может плести вокруг себя, запутывая всех настолько, что сам Дьявол сломает ногу, предъявите это как факт, что Тина далеко не тот чистый и глубокий мир, каким вижу её я, но осмелюсь поспорить. Я вижу её очень многие годы, вижу ту домашнюю Тину, которая остаётся за кадром, за кулисами, за тёмным полотном для публики. Почти к самому утру я наконец сомкнул глаза. Сложно перебить чем-то мои мысли о ней, разве что — музыка, хотя вся моя музыка звучит только в сочетании с её голосом. Мы оба влюблены в то, что спасает нас от нехватки любви. Она влюблена в сцену, а я в гитару, но это нас и связывает ещё больше. Вряд ли кто-то из нас скажет когда-либо «ты слишком много отдаёшься работе». Музыка — это не работа. Музыка — это самый сильный вид магии. И в этом виде мы с ней растворяемся. Это никогда не помешает любить её, отдаваться ей, наша магия происходит на сцене, даже тогда, когда мы почти не взаимодействуем. Мы создаём музыку вместе, а значит — это ноты нашей души. Даже во сне она не оставляла меня, и конечно же, я был рад этому. Лёгкие движения её рук, поправляющие невесомые волосы, которые так нагло лезли в лицо и чудесный звонкий смех. Разбудил меня звонок телефона, и как выяснилось после разговора, мне предложили работу в команде другого известного артиста за хорошие деньги, но на постоянной основе. Единственная мысль в этот момент «я ведь не могу оставить её, да и не хочу». По-моему, будет честно рассказать ей про этот звонок, хотя мне дали время подумать пару дней. Недолго думая, отправил Тине сообщение «Нам нужно поговорить». *** Pov Tina Смс от Антона? Обычно он звонит, если есть какие-то вопросы или темы для обсуждения, сообщения это крайняя наша форма связи. Отвечаю краткое «да, конечно» и немного волнуясь откладываю телефон ровно до тех пор, пока он снова не издаёт звук. В этот раз звонка. -Что-то случилось? — спрашиваю не здороваясь. -Давай при личной встрече обсудим, не волнуйся, никто не умер, — немного смеясь, отвечает он. -Хорошо, сегодня всё равно на студию надо, можем встретиться немного раньше там. -Отлично, до встречи. Кладу трубку, опять же, не прощаясь. Начинаю собираться в ускоренном режиме, не придаю значения красивым костюмам и платьям, натягиваю любимый плюшевый спортивный костюм и кроссовки на высокой подошве. Прямые волосы, совсем немного тона для лица и помада цвета нюд. Никогда не забываю своих любимых сладких весенних духов. Всегда считала, что духи — невидимый, но зато незабываемый, непревзойдённый модный аксессуар. Он оповещает о появлении женщины и продолжает напоминать о ней, когда она ушла. *** -Доброе утро, — слёту кидает Тина, встречая облик Антона в студии. -Доброе утро, — поднимаясь со стула и подходя к ней, произносит гитарист. Лёгким движением берёт её руки в свои и касается любимых губ, по которым ужасно скучал. Живот Кароль наполняется, так называемыми бабочками, от столь нежного и приятного ощущения. Рука певицы проскальзывает в волосы мужчины, и, наверное, он бы оттолкнул любого, кто прикасается к его волосам, но не её. Тина отстраняется первая, ведь в голове крутится интерес к теме разговора, для которой они приехали пораньше. -А теперь рассказывай, что такое? — включила женщину-босса, вся такая серьёзная, внимательная, устремила свои тёмно-голубые омуты на него. Да, знаете, как может меняется лицо человека, в зависимости от настроения? Так и её глаза. Счастливая и радостная — васильковые омуты горят ярче огоньков на зимних ёлках, серьёзная, злая — встречайте ледяные синие айсберги. -Присядем? — указывает в сторону небольшого дивана. Все также не отпуская её руки. -Антон, не томи… -В общем, мне предложили работу у другого артиста, но я отказался. Теперь решил поговорить об этом с тобой, сможем ли мы работать вместе дальше, не будет ли тебе некомфортно или тяжело… -Раз ты спрашиваешь, то видимо, у тебя есть мысли уйти из команды? -Нет, но я забочусь о тебе…не хочу, чтобы наши отношения как на работе, так и вне, пострадали. Ты как-то упоминала, что это может мешать работе. -На самом деле, я даже не знаю, что будет дальше с нами, с чем придётся столкнуться, я говорила, что мне нужно время всё понять, но потерять такого музыканта я попросту не могу. Из-за нашей симпатии не должны страдать десятки людей, я отвечаю за каждого, кому дала работу, а без тебя команда будет неполной. Да и вряд ли я смогу видеть кого-то на твоём месте. -Значит, я правильно сделал, что отказался. -Да и вряд ли ты смог бы прикипеть к какому-либо новому голосу также как к моему, — немного кокетничая произносит Кароль. -Самоуверенно, однако, но чертовски правдиво, иди сюда, я очень соскучился. Аккуратно пересаживает поп-диву к себе на колени и впивается в её губы, параллельно ощущая её ноготки на своей шее. Губы мужчины прожигают нежную холодную кожу шеи и ключиц артистки, но не позволяя себе большего. Нехотя отрывает губы и смотрит в затуманенные глаза напротив. -Мы есть друг у друга не просто на словах. Я был и буду рядом, помни об этом, ты не одна, — шепчет почти в самые губы, и кажется, вот-вот потеряет контроль, но нет. Работая в команде Тины столько лет, сила воли и контроль можно называть вторыми именами музыканта. -Я помню, просто… — не успевает договорить, звонок телефона прерывает идиллию. На экране мелькает «Палач». Кто как не Орлов умеет портить момент. -Да, алло? — немного успокоив дыхание отвечает Тина. -Народная артистка, а вы ничего не забыли? Я кому вчера напоминал во сколько надо быть в павильоне? — сердитый голос Паши был слышен даже через трубку. -Блин, я в студии, сейчас выезжаю, — отвечает и быстро кладёт трубку. -Орлов когда-нибудь меня убьёт, я совершенно попутала время начала репетиции Танцев — произносит Кароль, параллельно вставая с гитариста. -Давай отвезу тебя, ничего страшного, все давно привыкли к твоим опозданиям, — шутит Попов. -Смешно тебе, а так? — спрашивает певица и маленьким кулачком ударяет Антона. -Кто-то мало каши кушает, пойдём, — берёт её за руку и направляется в сторону выхода, но у самой двери чувствует, как рука пустеет и маленькие пальчики покидают плен. -Давай не будем светиться на людях, ладно? — в глазах лёгкая обеспокоенность. -Конечно, я всё понимаю, садись. Через полчаса машина Попова подъезжала к павильону, у которого нервно ходил из стороны в сторону Орлов. -Тин, насколько я знаю, пару дней у нас сейчас свободны, сегодня первый эфир Танцев и отдых, верно? -Да, а что такое? — видит, как Паша направляется к машине, чтобы открыть ей дверь, — давай после эфира поговорим, заберёшь? -Конечно, удачи. -Сколько можно ждать? Никакой пунктуальности, ты не говорила, что Антон с тобой, — Паша протягивает руку Тине и в знак приветствия машет гитаристу. -А что я по-твоему могла делать на студии? Одна что-ли туда поехала? — отшучивается та. -Ладно, не важно, тебя все ждут, в принципе, как и всегда. -Может быть, когда-нибудь, я исправлюсь и не закатывай глаза, — виновато улыбается и убегает в гримёрку.