Шмель и Орхидея-2. Комендант женского общежития

В двух днях пути к юго-западу от старой доброй Школы покойного Профессора Икс, в заброшенном городишке стоял старый полуразрушенный дом. Здание было таким ветхим и страшным, что вряд ли хоть кто-то в здравом уме решился бы проникнуть внутрь. Сорвиголов во все времена, конечно, хватало, но эту проблему обещался разрулить Зверь. Какие-то он там устройства придумал психотропные, чтоб начисто отбивать у любопытных желание соваться, куда не просят. Чтоб никто и ни при каких обстоятельствах не узнал, что под зданием оборудована целая подземная база – первый из филиалов Школы Чарльза Ксавье. Шельма довольно ухмыльнулась, вспомнив смурную заросшую физиономию Росомахи, когда тот узнал, что фигляр Лебо получит вотчину вперёд него – более чем серьёзного и ответственного человека. «Скотту лучше знать, кто тут у нас самый серьёзный и ответственный», - съязвила она тогда в ответ на гневную тираду Джеймса, но чтобы тот не слишком обижался, крепко обняла его на прощание. Как ни крути, а вряд ли они теперь будут часто видеться. Сейчас же она стояла в обнимку с мужем, с самодовольным видом (чтоб «умилить» всех возможных соперниц) положив голову ему на плечо. Старый кожаный плащ потёрто-коричневого цвета пропах сигаретным дымом, и вряд ли запах когда-нибудь выветрится, но этот предмет одежды так шёл красавцу-благоверному, что Роуг готова была простить ему всё, что угодно. Рука Реми, которая привычно ненавязчиво изучала все изгибы её фигуры, по-прежнему сводила с ума нутро молодой женщины, и от этого, как и раньше, ей становилось невыносимо тяжко. Хорошо и плохо одновременно. Чистой воды мазохизм. Для обоих. *** Новоселье спустя пару месяцев проходило в «Карточном Домике», как обозвали филиал остроумные студентки, если уж и не убойно весело, то, во всяком случае, нескучно. Гамбит, вдоволь поразвлекав Мадемуазель, передал её на попечение молчаливой Кристине, и уселся за столик рядом с женой и юной Джубили. Шельма смотрела на неё и недоумевала, зачем девчонка попросилась именно в этот филиал, а не в тот, что вскоре должен был получить в управление Логан. Ли была хоть и молодой ещё совсем, но вполне разумной. Не могла она не понимать, что ловить ей рядом с Реми уже нечего. Она и раньше-то никогда не переходила черту, отделявшую дружбу от чего-то большего, а уж теперь и подавно держала себя в рамках, однако отличить приятельские взгляды от влюблённых Шельма, конечно же, была способна. Девушку – это ясно, как день – продолжало со страшной силой тянуть к давнему спасителю и другу, это понятно. Но не логичнее ли было ей теперь уйти от него подальше, чтоб постараться забыть? А, ладно! Малышка Ли не в счёт – Гамбит в ней женщины всё равно не видит: сам признавался. А вот поганка Шукар… Та опасная бестия. Так ведь и ходит перед ним, так и вертит всем, что только имеется под длинной, но не скрывающей фигуру юбкой. И всё норовит по своему цыганскому обычаю при нём что-то вынуть из бюстгалтера: то деньги, то какую-то побрякушку, то колоду карт… Вот и сейчас сидит, паршивка, за соседним столиком, светит оголившимся как бы невзначай смуглым плечиком и, сама себе гадая на короля червей, ладненько так напевает: - Карты-картишки брошены веером. Я тебе слишком, милый мой, верила…** Нет, ну о чём думал Скотт, когда составлял ученические списки для филиалов? То ли козла в огород пустил, то ли коту поручил сторожить сметану. То ли шмелю – орхидеи… - Джубили, детка, а ты не знаешь, случаем, почему у нас в филиале одни девушки? – между делом спросила Роуг у соседки по столику. - Случаем, знаю, - ответила та и усмехнулась. – Просто Логан давно ещё, когда узнал о намерении Циклопа расширить Школу, заявил, что обучать будет только парней. Не намерен, мол, всяким там писклюхам сопли утирать. Шельма рассмеялась в голос, подумав про себя, что в этом и весь Росомаха, а Гамбит, сморщившись, точно от чего-то горького или кислого, с деланным возмущением покачал головой. - Mon Dieu! Как грубо! Вот Гамбит всегда готов утереть вам всё, что угодно, с ваших милых щёчек, - «пропел» он и действительно смахнул с щеки Джубили прилипшую крошку от только что съеденного пирожного. Девушка шутливо отмахнулась, но как-то вмиг вся засветилась, засияла. Так всегда случалось с женщинами, когда к ним то ли рукой, то ли взглядом, то ли звуками своей изысканной речи прикасался этот непревзойдённый мастак ухаживаний и флирта. Комендант, блин, женского общежития… Ой, что тут будееет! Убить, что ли, Циклопа с Росомахой?