тесто

Утро. Все спустились на первый этаж. Мама, женщина чья красота сохранилась по сей день, готовила еду для всех. Пятый был молчалив, тщательно обдумывая что-то в своих мыслях. Элисон, совсем как в детстве, переглядывалась с Лютером. Ваня старалась не выделяться, напоминая призрака. А Диего был сегодня не в духе. — Что, опять твоя подружка не дала? — В шутку спросил Клаус, лениво открывая глаза. Диего резко встал, подняв за собой Клауса за грудки. — А ты, я вижу, снова обкурился? Закинулся? Ну да, ты только это и можешь делать. Скажи спасибо, что я не сдал тебя «моей подружке». Четвертый втянул шею, морщась от дискомфорта. — Диего, прошу, прекрати… — Ваня осмелилась подать голос. Второй зло посмотрел на неё. — Тебя никто не спрашивал, Ваня. — Диего агрессивно зыкрнул на неё. — У тебя вообще нет никакого права находиться здесь. — Диего! — возмутилась Элисон. — Элисон, ты правда такая идиотка, или только прикалываешься? Она предала нашу семью.Ты вообще видела, что она написала про тебя? — Диего… — Закрой рот, Ваня. Ты ничтожна. Диего отходил спиной назад, уже давно отпустив ноющего Клауса. Уже на выходе из столовой, он вдруг замер. Элисон коротко вскрикнула. К шее мужчины был приставлен его же нож, обжигая холодом кожу. Номер Два не осмелился как-либо двигаться. Пятый с интересом смотрел на женскую руку, но никак не мог разглядеть кто же стоит за братом. — Не называй ничтожеством кого-либо, если сам им являешься. — Голос девушки угрожающе раздался по помещению. Неизвестная гостья толкнула мужчину вперёд, пряча нож. Диего, с ходу развернувшись, приготовился нанести удар, но замер в шоке: перед ним стояла его сестра, пропавшая семнадцать лет назад. Где-то послышался звук падающей вилки. — Восьмая! К девушке со всех сторон подлетели братья и сестры, обнимая. Ваня, прижимая её к себе, тихо плакала, а Клаус, ничего не стесняясь, ревел навзрыд. Это было так непривычно... Столько лет прошло, они все так выросли, и теперь ощущались совсем по-другому. Кареглазая слегка приподняла уголки губ, переводя взгляд на Пятого. Он совсем не изменился. Он стоял в стороне, мягко улыбаясь. Спустя минут пять, от девушки всё отлипли, а затем закидали вопросами. — Подождите. Сначала кофе, потом отвечу на всё, что хотите. Все поспешно кивнули. Восьмая, кажется, игнорировала Пятого, но парень не отступил и пошел за ней. — Восьмая… Какой сюрприз. Она одарила его взглядом, полного презрения. Все остальные переглядывались между собой в немом вопросе. Выпив залпом кофе, повторив жест Пятого, сделанного ранее, она села за высокий стул. — Ну, давайте. Первая спросила Элисон. — Как так получилось, что спустя столько лет, ты, так же как и Пятый, в теле шестнадцатилетней себя? — С помощью… специального чемодана я отправилась в 2019. — Но это невозможно, для этого нужна моя сверхспособность. — Высказался Пятый, а остальные не понимали про что идёт речь. — Это было практически невозможно, но, я рассчитала точное время и место, на протяжении нескольких лет изучая манипуляции людей, которые сопровождали меня в перемещениях. У них нет твоей способности, но есть прибор, который справляется не хуже, но можно обойтись и без него, направив чемодан на нужную частоту. — Восьмая говорила чётко, будто объясняя детям простые вещи. — К сожалению, времени было мало, я слегка просчиталась. И поэтому… — Она вздохнула, осмотрев свои молодые ладони. — Я в теле шестнадцатилетки. Семья одновременно раскрыла рот, кроме Пятого, что смотрел на неё явно впечатлившись. — И сколько тебе? — подала голос Ваня. — Мне пятьдесят восемь. Все, словно по команде, ещё шире открыли рты, пытаясь переварить информацию. Пятый вскинул брови. — Значит, одногодки. — Ужас. — Но где ты была? Пятый был в будущем, и там, как он сказал, херово, и не было тебя. — Смаргивая последние остатки слёз, произнёс Клаус, смотря на Восьмую как на сокровище. — Я очутилась в 1915 году. — Но это же…— Диего недоверчиво нахмурил брови. — Да, идиот, именно в первую мировую. Франция, Ницца. Все замолчали. — Ты воевала? — с сочувствуем спросил Лютер. Восьмая закатила глаза. — Логично. Я состояла в неком ордене сопротивления. Мы помогали всем, кто нуждался, иногда уничтожали ночлеги фашистов вместе с ними, доставали еду и так далее. — Ты расскажешь нам ещё? — С надеждой спросил Диего. — Хорошо. Но для начала, что тут происходит? Неужели вы все здесь жили все семнадцать лет? В этом…особняке? — Она брезгливо осмотрела стены. Дом был в идеальном состоянии, но сами воспоминания здесь оставляли желать лучшего. — И где отец? — Тут такое дело… — Элисон покрутила кольца на руке. — Старик умер. — Произнёс заместо неё Пятый. — Слава богу. Лютер, возмутившись от реплики, кашлянул, но ничего не сказал. — Я лучше пойду. Пятый, — Восемь обернулась на него. — Зайдешь ко мне позже. Ты, кажется, единственный кто хоть что-то понимает. Восемь удалилась в свою комнату. Все переглянулись. — Когда можно ожидать проявление старческого маразма? — Произнёс Диего, позабыв, что сзади него стоит Пятый. — Если я воткну тебе в задницу один из твоих ножей, которые ты раскидал… Можешь считать уже сейчас. Пятый, с насмешливым огоньком в глазах, ушёл, спустя пару минут стуча в дверь Восьмой. — Заходи. Парень сел на кровать девушки, подмечая про себя, что здесь практически ничего не изменилось. — Расскажи мне, что с тобой было, — Сказал он. — В подробностях, желательно. — Для чего? Он помолчал. — Ты не должна была тогда бежать за мной, а я должен был прислушаться к тебе. Уже поздно что-то менять, но мне это не даёт покоя. Я хочу знать, через что ты прошла из-за меня. Глаза Восьмой расширились. «Он действительно чувствует вину?» — Пятый, — В её голосе проскользнула растерянность, но она быстро взяла себя в руки, наблюдая за напряжённым парнем. — Давай сначала вот что: ты работал на комиссию? — Да. — Тогда ты знаешь, что грядет апокалипсис, верно? Пятый молча воззрился на неё, не веря своей удаче. Он понимал, почему они не встречались там ни разу: им не позволила бы этого Куратор. Это был бы разрыв шаблона и временной воронки, который точно не должен был произойти. Сейчас он был рад тому, что Восьмая работала на комиссию, ведь она являлась единственной, кто отнёсся бы к концу света серьёзно. — Будем объединяться и спасать жопы землянинов? — Насмешливо ухмыльнувшись, предложила она. — Однозначно. — Пятый расслабленно улыбнулся, выдохнув. Теперь ему легче нести эту ношу. — О, — Она заинтересованно посмотрела на него. — Я думала, ты откажешься. — Почему? — Сам же знаешь, что против комиссии переть невозможно. Но мы попробуем. — Выполним в лучшем виде, — Совсем уж расслабившись, он откинулся на спинку кровати. Его взъерошенные волосы добавляли ему природной красоты. — Теперь ты расскажешь, как провела последние сорок пять лет?