тесто

Ночь. Самое любимое время Восьмой Харгривз. Она не спала, уже несколько лет страдала бессонницей. Как только у неё получалось уснуть, кошмары поглощали разум. Звуки войны вспышками мелькали в её голове, пока она не просыпалась. Шумно выдохнув, девушка встала с кровати. Не стесняясь того, что создаёт шум, добралась до кухни. В буфете оказалось кофе. — Серьёзно? «Today»? Тяжело вздохнув, она заварила себе его. Вкуса будто нет. Её, как истинного ценителя настоящего кофе, эта субстанция заставляла лишь хотеть блевать. — Кого мне надо убить, чтобы получить нормальный кофе? — С раздражением спросила она в воздух. «Охрененно. Что здесь ещё есть, чтобы выпить? А может…» Далеко идти не пришлось. Сбоку огромной кухни нашлась тайная полка, что не поддавалась с первого раза. Всё же открыв тайник, у девушки поднялись брови. Алкоголь был подобран со вкусом, не дешёвый, и так много, что глаза разбегались. — Есть.

***

Пятый спал часа четыре, и в полседьмого утра всё же решил выйти из комнаты. Все должны бы уже завтракать, если всё ещё жили по старому режиму дня. По пути он встретил Элисон, потирающую своё лицо ладонью. — Доброе утро. — Сонно произнесла она. — Доброе. Дойдя до кухни, оба остановились как вкопанные. Возле барной стойки полу-сидела полу-лежала Восемь Харгривз. В руке граненый стакан для виски. Глотая янтарную жидкость, она даже не морщилась, а после опустила голову. — О, явились. — Язвительно произнесла она, не поднимая взгляд на двоих. Оба переглянулись. Кажется, никто не ожидал что в первый же день после возвращения Восьмая накидается в стельку. На кухню, что-то бормоча воздуху, зашёл Клаус, остановившись на ряду с братом и сестрой. — Ты что, без меня пила?! — С ходу возмутился он, крича чуть ли не на весь дом. — Что здесь происходит? — Рядом с ними появился Диего. Увидев Восьмую, он присвистнул. — Охренеть. — Тут собрание? На кухню грузно шагнул Лютер. Увидев четверку, пялющуюся куда-то вперед, он перевел взгляд на точку их объекта внимания. — Первый день тут, а она уже… что?.. Восьмая пьяно рассмеялась. — Ваш тупизм только и делать, что запивать, горилла. Лютер напрягся. — Откуда ты?.. — Что? — спросила Элисон, переводя взгляд на номера Один. — Я имел ввиду… откуда она взяла алкоголь? — Нервно перевел тему он. — Боги… — К ним зашёл Пого. — Мистер Пятый, я прошу вас отнести Мисс Восьмую к ней в комнату. — Он с мольбой оглянулся на Пятого, который недовольно сжал губы. — Угу. В следующую секунду оба исчезли в голубой вспышке. Пятый уложил на кровать Восемь, которая все ещё находилась в сознании. — Принеси из комнаты Клауса сигареты. — Какие ещё сигареты, ты сейчас весь дом подпалишь. — Парень передёрнул плечами. Восьмая недовольно вздохнула. — Тебе не трудно, а мне трудно. — Весомый аргумент, — Он хмыкнул. — Но нет. — Тогда я сама. Девушка, неловко встав с кровати, тут же повалилась на пол. Пятый, не успевший её поймать, подхватил её за руки, усаживая обратно, а после толкая, чтобы она легла. — Ну какие сигареты тебе? — Он с улыбкой наблюдал за тем, как она медленно моргает, то и дело нарываясь уснуть. — Пятый… — Что? — Полежи со мной. — Нихера себе. — Произнёс он, пытаясь понять, шутка это или нет. — Пожалуйста. — Девушка, открыв глаза, выглядела донельзя уязвимой. Она перевела взгляд на пальцы парня, что лежали в опасной близости от её бедра. Пятый нахмурил брови больше обычного, что всегда, даже в далёком детстве, раздражало Восьмую. — Расслабь бровки. — Чего? — Опешил он. — Брови… Расслабь. — Не понимаю тебя. Восьмая закатила глаза. Подняв свою дрожащую руку, она положила её на лоб парню, после проводя большим пальцем между бровями. Лицо Пятого моментально расслабилось. Он на секунду прикрыл глаза, отмечая про себя, какие же у неё были холодные руки.

***

Ещё один рывок и… стоп… Это не весна, это… Апокалипсис. Было страшно. Кажется Пятый сорвал себе голос, крича от ужаса. Колени стёрты в кровь. Везде пепел. И разрушенная академия. Простоял вот так, на коленях перед своим горящим домом он где-то день, если не больше. Позже Пятый нашел тела. У одного огромного мужчины в руке был глаз. Подавленно вдохнув, он положил предмет к себе в шорты. Рядом с ним было ещё несколько тел. Они казались ему отдалённо знакомыми, а затем он увидел татуировку на левом запястье у всех четырёх. Еле как справившись с истерикой он осматривал каждого. Но хоть одну женщину, которая была похожа на Ваню или на Восьмую среди них не было. Спустя три месяца выживания Пятый нашел манекен. Кажется, он совсем начал сходить с ума, раз начинал слышать её ответы. Это чувствовалось чем-то нездоро́вым, словно он был больным, но больше выносить этого одиночества он бы не смог. На этой планете не осталось даже тараканов, мух, хоть какого-нибудь живого существа. Больше никого не осталось.

***

— Пятый, abruti,открой глаза. Я пытаюсь до тебя достучаться. — Ага. Что-то важное? — Стараясь говорить как можно безраличнее спросил он. — Нет. Просто ляг со мной. Тяжело вздохнув, он все же выполнил её просьбу, ложась так же, как и она поперек кровати. Пока Пятый смотрел в потолок, Восьмая в упор смотрела на него. — Ты знал, что у тебя глаза—хамелеоны? Он перевел взгляд на неё. Её волосы растрепались, а глаза застилала сонная пелена. — Это как? — У тебя такие они… Серо-зелено-сине-карие. Ты представляешь? — Да что ты. Я смотрю, ты много думала об этом. — Нет. — Слишком быстро сказала она, опуская глаза. Когда Восемь снова перевела взгляд на Пятого, он не отрывал от неё глаза ни на секунду. Время замерло для них двоих. «Не думала. Просто заметила. Сейчас, ага.»